Я - Эспер!

—Меня приняли в полицейское ОВЭ! – сообщил Арт, когда он и Алик встретились центре города. Случилось это летом между шестым и седьмым классами. К тому времени телепортер кое-как дополз до 3С уровня и мог телепортировать себя лишь единожды. И то — это было благодаря тому, что он был некрупным ребёнком. —О! Молодец! – полным радости голосом ликовал Алик. Он был так рад, словно это именно его приняли на волонтёрство. —Главное, что теперь я буду зарабатывать собственные деньги. Ради этого я туда и подался, – приврал Арт, на что Алик лишь улыбнулся — он ему не поверил. Нет, конечно, Арт, как и любой человек, даже совсем юный, хотел иметь собственные карманные деньги на разные хотелки, но одна эта причина не побудила бы его пойти в полицейское ОВЭ. Филиалов было слишком много, чтобы выбирать один из самых изнуряющих и опасных. —Всё равно я рад за тебя! Теперь мы сможем покупать новые выпуски “Battles and Fightings” и всё узнавать первыми! —И не придётся уворачиваться от спойлеров в Метавселенной, – пошутил Арт. Но, после недлительного молчания он спросил: – Что в твоём понимании герой? Алик задумался на мгновение. Как чаще всего происходит — он никогда не пытался сформулировать определение, соткать его из слов, — а лишь интуитивно понимал концепцию. Когда в такие моменты спрашивают о самой сути дефиниции, слова словно разбегаются, утекая, играючи в кошки-мышки с человеком. —Думаю… Когда человек помогает другим, безвозмездно. В памяти Арта тут же всплыли все те случаи, когда Алик бросался в защиту жертв буллинга. Его казалось бы беспомощность никогда не становилось препятствием, даже если из раза в раз всё заканчивалось одинаково. Раненный, с исписанным ссадинами лицом, он всегда выходил, держа улыбку. Этот образ глазировался пред глазами Арта, вырисовывая парагон героя. Арт, Нюра, Илиса, Макс, Молли и Нинель воротились в полицейский участок после громогласно провальной миссии. Нюра взялась обрабатывать раны самодуристого коллеги, пока опекуны отчитывались полицейских об итоге операции. Некое аморфное, но колкое чувство распирало Арта изнутри; Элина, будучи эспером с такой узконаправленной и ограниченной способностью, смогла уже как второй раз подряд утереть ему нос. А кроме того — она с ним просто игралась. Преступница могла его спокойно убить или ранить в разы сильнее, вплоть до инвалидности, но не стала, — словно сжалилась над слабым. “Слабым”. Этому слову на уме парня вторила неприятная горечь во рту и эхо напряжения по всему телу. В ответ на последнее последовала волна боли от взбудораженных ранее полученных ран. —Миссия провалена, – голос Нинель заставил Арта вынырнуть из омута собственных раздумий. – Но ещё не всё потерянно. Мы узнали больше о возможностях и трюках Элины. Так что, в следующий раз — если все будут работать аккуратно и сообща, – женщина остановила взгляд на Арте, из-за чего тот закатил глаза. – У нас есть все шансы на успех! —А мы будем ещё участвовать в операции? – спросила Молли. Её, как главу менее квалифицированного отдела, как правило информировали позже коллеги. Сей раз не стал исключением. – Разве её не оставят, как все прошлые разы? —Элина перешла черту. Её опасность дошла до Верхушки (в кои-то веки), – добавила она шёпотом, – и та дала приказ во что бы то ни стало её арестовать. Из-за того, что она эспер, все надежды идут на полицейское ОВЭ. —Хорошо. Но что дальше? Она сбежала и, скорее всего, скрывается в Районе Карташовой. Для нас это локус игнотус! —Тоже верно. Однако не факт. Илиса запомнила следы Элины и её товарищей. Значит, мы можем попытаться их отследить. А если они всё же вернулись в Карташову, то сможем определить их точное место дислокации. Но это всё завтра. —Но подождите, – неожиданно для Арта, в протесте подскочила Нюра. – Почему не сейчас? Чем дольше ждём, тем больше шанс, что они дойдут до Карташовой! —Регламент, – кратко отсекла Нинель. – (Каким бы бессмысленным он не был). Мы и так достигли его лимитов, подвергнув опасности слабоподготовленный к такому уровню операции отряд, – Арт и Нюра в унисон закатили глаза. – Если мы позволим хоть кому-то из вас пойти за ними следом — нас прикончат бюрократией и санкциями. Это не стоит одного, хоть и опасного преступника. И тем более не стоит ваших жизней! Вы и так сильно пострадали, – женщина снова атаковала Арта взглядом. – Вам нужно восстановиться перед следующим боем. —Но… —No buts! – резко перебила. – Я разделяю ваше негодование, однако мы должны так поступить. Отбой! Арт со своим отрядом поднялся наверх в свой офис, дабы отложить вещи перед возвращением домой. Однако, никто в отряде сдерживать мнение не умел, так что стоило двери захлопнуться, оградив их от любопытных ушей, разгорелось перетирание случившейся ситуации. Молли высказывалась меньше всего, пока Арт и Нюра вели перепалку: —I can’t believe it! – гневно начал Арт. – Мы же были так близко! Мы почти её поймали — и нас лишают такой возможности! —See who’s talking! – выцедила Нюра. – Если бы ты не тянул одеяло на себя, мы бы, возможно, уже её повязали! —Интересно же, как? Мы были в ловушке, вы бы ничего не сделали! —Cut it out! – вмешалась Молли. – Мы должны работать как команда, а не кидаться друг на друга из-за мелких ошибок! И да, я тоже не согласна с тем, что мы можем продолжить дело только завтра, однако законы суть законы. Отдохнёмте пока что, а завтра приложим ещё больше усилий, чтобы поймать врага. После чего ребята молча оставили вещи и покинули здание, разойдясь в разных направлениях. Царила ночь, мрак которой изгонялся из города повсеместным искусственным освещением. Сновал прохладный ветерок, предвещая грядущее похолодание. Арт брёл пешком, погрузившись в прослушивание музыки, не уделяя ни малейшего внимания окружению. Вряд ли — думалось ему, — пустые безлюдные улочки могли хоть как-то представить ему интерес. Бушующие эмоции внутри подростка требовали к себе куда больше внимания. Какая-то жалкая девчонка из бомжацкого района надрала ему пятую точку во второй раз; идиотские правила взрослых помешали последовать за неё своевременно, а это значит, что, скорее всего, Элина продолжит бегство от правосудия как и раньше. Учитывая её сноровку и хитрость — возможно, так будет длиться годами. И, возможно, в какой-нибудь из разов, рядом с горящим, полным детей автобусом, не окажется так удобно работавшего рядом эспера 5 уровня. Сам того не ведая, от злобы Арт ускорял шаг. Но сейчас ему очень не хотелось возвращаться домой; чувства распирали и требовали выхода прямо сейчас, без отлагательств. —Fuck! Парень проходил мимо спортивного корта и, поймав его взглядом, остановился. В следующий миг его силуэт растворился во мгле и оказался в центре стадиона. Свет фонарей, стоявших вдоль дорожки, едва дотягивался через всю площадь стадиона. Телепортер хаотично перемещался по стадиону, делая перерывы, когда его силы иссякали. Элина точно бы не сбежала, не будь его выносливость столь ограниченной, — верил Арт. Умей он телепортироваться не пять раз, а десятки, расклад каждой его битвы изменился бы кардинально. После всего произошедшего, на длительную тренировку его не хватило. Не прошло и десяти минут, как его голова раскалывалась; сердце колотилось, желая вырваться из грудной клетки. Телефон показывал три часа. Уже наступил четверг пятого сентября. Как бы то ни было — домой возвращаться надо было. Арт, измождённый тренировкой после жестокого боя, неспешно направился домой. Положившись спать к четвёртому часу — уже утру по мнению многих жаворонков, — Арт ожидаемо проспал до полудня, проснувшись к часам тринадцати. Чувствовал он себя как апельсин после соковижимательной машинки. После прерывистого сна, Арт уселся на краю неопрятной кровати и уставился в стену, пытаясь спросонья собрать мысли воедино. Не помогало, что они порхали повсюду как мухи над навозом. Из подобия транса подростка вытащило волчье чувство голода; организм требовал энергии и строительных материалов для восстановления после вчерашней заварушки. Отворив дверцу холодильника, Арт увидел всепоглощающую пустоту. Из еды осталась только уже давно повесившаяся в углу мышь. Несколько секунд исследуя пустые полки сверлящим взглядом, парень закрыл холодильник и протянул: —Мда… И тут Арт вспомнил, какая идея ему пришла вчера перед началом смены: зайти в “Радугу” дабы поговорить с Алиной. Заодно можно будет заказать чего-нибудь съестного. Так что, подгоняемым голодом, Арт оделся и выскочил на улицу. Шёл пешком — для телепортации он был слишком истощён. Так что путь до остановки сократить не удалось. Изнывая от голода, Арт кое-как добрался до кафе. Алины пока там не было — Арт начал переживать, что у неё сегодня вообще выходной, – так что парень заказал себе блины на завтрак и чизкейк на десерт. И лимонно-банановый коктейль в качестве напитка, конечно же. Когда он был в половине процесса поглощения еды, Алина всё же появилась — вернулась из уборной. Девушка сразу распознала знакомое лицо и подошла к нему: —Снова здесь? Дай угадаю: снова хочешь со мной поговорить? —Вообще-то да, – без всякого реверанса ответил Арт. – Мне нужна твоя помощь! Алина скрестила руки на груди и вскинула бровью, не сводя с собеседника взгляд. Арт рассказал ей об Алике и дымке таинственности, что окутала его исчезновение. —Мне нужен кто-то, кто может прошерстить низины интернета, недоступные даже полиции. Без этого я не смогу спасти моего лучшего и единственного друга! —И ты говоришь о Четвёрке? – ёмко подметила Алина. Не нужно было быть телепатом или гением, чтобы догадаться. Четвёртый эспер пятого уровня в Беларуси был единственным в мире технопатом. Идеальный претендент на выполнение задачи связанной с технологиями. Тем не менее, на удивление Арта, Алина долго не думала. – Я попрошу. Только хочу тебя предупредить, что скорее всего Четвёрка откажет. Часто отказывает в просьбах. Арт опешил. Возложивши все надежды на этот план и выстроивши воздушные замки в своих фантазиях, он совершенно забыл про то, что всё может не удасться. Но он постарался себя успокоить — отказ ещё не пришёл; надежда ещё была. А если нет — что ему делать? У него не осталось ресурсов и связей. Разве что, кто-то в школе…? Полина Картовна? Вроде как ходили слухи, что она умеет в журналистские расследования, но хватит ли у неё ресурсов, если их не хватило у полицейского? А кто ещё? Диана вроде разбиралась в компьютерах, но непомерно способный школьник точно не взломает что-то накодённое высококвалифицированными взрослыми. —Советую тебе всё же постараться найти что-то своими силами, – продолжила Алина. – Как полицейский ты должен знать: нельзя совершить преступление не оставив следов. Ты можешь уйти от закона, только если правоохранительные органы проявят халатность по отношению к делу. За этими словами последовал тяжёлый вздох парня. Алина была права — всё равно он не может оставаться в стороне, пока его друг невесть где. Выйдя на улицу, он начал продумывать разные варианты того, чтобы он мог сделать. Большинство из них были нереалистичны, как, к примеру, всё же обратиться к Диане поискать информацию в даркнете. Кроме того, в разгар выборной кампании, у неё вряд-ли было время на подобного рода авантюры. А других компьютерных гениев в школе он, увы, не знал — и тут его инертность в школьной жизни вышла ему боком. Во время променада, когда Арт прокручивал разговор с Алиной, его осенило. Идея, однако, была неприятной: ему требовалась помощь Илисы, заклятого конкурента. Несмотря на это, скорее всего, она бы согласилась ему помочь, не в состоянии отказаться от повода увеличить повод на насмешки. О чём он вообще думал? Насмешки были бы незначительной ценой за спасение Алика. Кто знает, какие кошмары ему приходится переживать уже сейчас?! Арт был обязан попробовать, не озираясь на последствия. Прибыл волонтёр в отдел буквально за минуту до назначенного времени — один раз прийти заранее и так привело к открытию филармонии раков. Две группы без промедления выдвинулись по следам Элины и её шайки. Занял весь путь мучительно долго времени. Как и было ведомо до этого: преступник изучила способности волонтёров и посему постаралась запутать ребят, наворачивая круги и петли по городу. Этого было недостаточно, чтобы сбить следопыта с курса, но достаточно, чтобы изрядно истощить её способность. Илиса со временем стала часто потирать глаза и брать короткие передышки. Хоть её способность не требовала множество усилий для поддержания — в отличие от сил её союзников, — при многочасовом использовании даже она не была иммуна к усталости. Путь прервался на входе в район Карташовой, — что никого не удивило. Бюрократическое замедление работы полицейских позволило преступником скрыться в недоступном для них логове. Учитывая, что даже спецназ туда ходил почти никогда, разрешение на деятельность ОВЭ там вообще не светило. —И что будем делать? – интересовалась Макс. —Вам не позволят туда войти, – ответила Нинель через микрофон. – Но вы всё ещё можете кое-что сделать. Пронаблюдайте за районом. Найдите конкретное здание, где скрывается Элина, а также всё зафиксируйте и задокументируйте в фото- и видеоотчётах —Roger that! Ребята выдвинули экраны телефонов, что до этого были свёрнуты у них в наушники, так, чтобы экран был у них перед глазом. Включив зум, они начали наблюдать за жителями района, параллельно снимая любую подозрительную активность. Наблюдать за этим ноторическим районом стало для Арта настоящим испытанием — котлован, кишащий страданиями и нищетой, наполнял чувством безысходности вперемешку с отвращением. Людей, пленённых там по воле рока, живших как дикие животные, брошенных когда-то теми, кто давал им кров и еду, было искренне жаль. Арт аккуратно и незаметно подвинулся к Илисе; та, однако, была погружена в наблюдение и не обратила на него внимания. —Эм, слушай… – услышав робкие слова со стороны парня, девушка отреагировала и повернулась. На её лице отчётливо считывалась смесь замешательства и удивления. – It might seem corny, but I want to ask you for a lil’ favour. —И чего эдакого тебе надо? – с лёгкой издёвкой спросила Илиса. Арт кратко объяснил ей ситуацию: друг пропал, а следствие закрыли. Детали, по каким сусекам он скрёб, чтобы найти хоть какую-то информацию, он опустил. В конце добавил: —Знаю, что прошло много времени… но попытка — не пытка? —Хорошо, завтра утром сходим вместе к нему домой. But you’ll be buying me hot chocolate this whole month! —Deal! —Нашла! – радостно прокричала Нюра. – Она вышла из того здания! —Продолжайте наблюдения, – командовала Молли. – Она могла просто зайти туда к знакомым или торговцам. Вспоминая о Районе Картошовой, люди, относящиеся к правоохранительным службам, норовят использовать разные эпитеты, чтобы описать этот кусок города: терра инкогнита, локус игнотус, инексплората и т.д., но суть они скорее гипербола, нежели актуальное положение дел. Многолетние наблюдения и слова очевидцев — бывших её обитателей, которым удалось оттуда выбраться и рассказать свои истории, — помогли исчерпывающе обрисовать внутреннюю экосистему. В Районе Карташовой анклавы бедняков образовывали небольшую экономику, где также проходила торговля. Хотя, на фоне общей беды, люди там нередко сплочались и никого не оставляли жить впроголодь, даже если у несчастного не было ничего для бартера. Это Арт, кажется, видел у одного ютубера в видео, построившего весь контент на её жизни, как нищенки в тех трущобах. Молли, в конечном счёте, оказалась права: понаблюдав несколько часов, ребята обнаружили, что Элина курсировала меж трёх зданий. Одно из них, вероятно, и располагало её жилище; правда подтвердить это на 100% было проблематично. В любом случае — их больше не поставят на это дело, хоть Арт небезосновательно сомневался, что полиция подключит спецназ или, тем более, пойдёт туда сама. Дело Алика-то они закрыли, хотя людей пропало немало. В лучшем случае, Элину поймают, когда та выдвинется на «охоту» и допустит непростительную оплошность. От такой вероломной несправедливости Арту хотелось что-то сломать или хотя бы ударить. Дело его друга оставили, дело Элины помешали закончить, пока была идеальная возможность, а теперь не дадут войти в район, чтобы схватить её, когда она у них как на ладони. Да, миссия была бы чрезвычайно опасной, но такова судьба блюстителей порядка. Как и было обещано Илисой, на следующий день Арт, пришедший заранее на двадцать минут, встретился с ней подле дома Алика. Лицо коллеги было ему непривычным: в отличие от обычных их встреч в бюро или на подобных совместных миссиях, на нём не было ни малейшего отражения надменности — лишь ледяная, непоколебимая серьёзность. —Идём, – коротко произнёс Арт. Поднявшись на второй этаж они позвонили в дверь и начали ждать. Через минуту её открыла мать Алика, и, увидев Арта, слегка воодушевилась. —Здравствуйте. Это Илиса — моя коллега. Её способность может помочь в расследовании. —Да, проходите! Дома не было никого, кроме матери. Кормилец семейства отбывал рабочие часы — Алик часто жаловался, что отца из-за работы почти не видит, — а сиблинги Алика находились в школах, как любые нормальные дети, в это время не состоявшие в ОВЭ. —Чтобы не перепутать следы Алика со следами других членов семьи, мне нужно знать, кто где спит. Тогда я смогу сравнить следы на кроватях со следами в доме и на улице. Мать так и сделала. Илиса тщательно вглядывалась, заметно прикладывая все свои усилия. Тщетно. Прошло слишком много времени — второго уровня девушки не хватит, чтобы хоть что-то обнаружить. Но несмотря на это, она с горькими вестями не спешила, и пыталась вынюхать хоть что-то — четно, как читалось по её лицу. Дуга отчаянья поразила парня, но он изо всех старался держать собранное каменное лицо в присутствии горевавшей матери. —Извините, здесь не осталось его следов… – Илиса не стала ждать до последнего, и дала наблюдавшим горькую пилюлю. В ответ на услышанное мать громко охнула и упала на кресло. Звон разбившихся надежд её и Арта срезонировал в общей какофонию. —Ничего, ещё не всё потеряно, – Арт старался утешить женщину, но в первую очередь сам пытался не поддаться отчаянью. – Not only has Alik been missing. Жертв двадцать, – женщина опешила в ещё большем ужасе. Илиса побелела— она явно не предполагала, что ситуация является настолько критической. – Найду их родителей — и может кто-то из них сумел достать больше информации. —Спасибо… Спасибо тебе за всю твою помощь! – благодарила мать со слезами на глазах, не вставая с кресла. Подростки покинули квартиру и вышли на улицу. Арта ударил резко накативший озноб — он едва ли мог стоять на своих двоих, но держался, пока Илиса всё ещё стояла рядом. —Интересное ты конечно дело на себя взял, Прыжков. Но извини — больше не могу помочь. Не хочу лезть в дела, которые забросили даже взрослые. Девушка молча ушла. Тогда Арт наконец-то дал слабину и уселся на лавочку при парадной, где поддался панике. Если Четвёрка откажет в помощи, то дела совсем плохи. Останется ещё вариант, о котором он рассказал матери Алика. Достав телефон, он написал Молли с просьбой: «12:34 Artuka: Привет а можешь скинуть имена всех пропавших в деле с Аликом? 12:56 HollyMolly: Хейка! Конечно, держи» И она скинула файл через минуту. Арт предположил, что из-за своей филантропии, она тоже захотела провести расследования и сохранила себе список пропавших на личное устройство. В противном случае ибо ждал бы он по меньшей мере полчаса. Открыв документ, Арт увидел, что пропавших из Гродно было двенадцать человек. По именам ему удалось выйти на их родителей и места жительства. Теперь в свободное время он обойдёт всех, кого сможет, и выудит любую информацию. Первой жертвой, к родителям которой Арт направился, был Кирилл Шилов. Парнишка из седьмого класса со слабеньким лигерокинезом. Его отцы жили в центре города в приличном районе. Один работал в художественном музее; другой — иллюстратором на фрилансе, посему ни у кого из них не оказалось нужных ресурсов, дабы провести собственное расследование. Они горевали в собственном бессилии спасти их любимого ребёнка. Когда Арт был у них в квартире и смотрел на многочисленные семейные фотографии из разных стран, стоявшие в рамках то тут, то там, чувство зависти кололось в сердце. Весь дом был наполнен радостной аурой, источавшейся из них. Следующей семьёй были родители девочки с также слабой способностью: контроль алкадиенов. Курс органической химии шёл только в десятом классе, так что Арт имел лишь смутные представления, что это были за вещества. Родители Лизы Новик жили в менее приятном районе. Отец работал продавцом, а мать клерком в какой-то шарашкиной конторе, так что, как и предыдущие, ничего разузнать не смогли. Домашнего уюта в их доме было… определённо меньше — Арт надолго не задержался. Родители третьей жертвы — Антуанетты Химко, — проживали в Карташовой, поэтому было сомнительно, что они преуспели в расследованиях. Однако, Арт посчитал, что наверняка любили свою дочь. Живя среди ненависти к эсперам, они согласились отдать своё сокровище в место, где ей могли бы помочь стать сильнее — по крайней мере согласно легенде. Родители осознали, что не смогут изменить этот мир, а значит, им надо было приспособить дочь к нему. Они желали помочь ей избежать повторения их судьбы… В общей сложности, Арт потратил два дня, чтобы обойти всех родителей похищенных в Гродно; никакой ценной информации от них он получить не смог, ибо все были незаурядными взрослыми без какой-либо выдающейся квалификации или связями — они не могли узнать, на что подписали своих чад. Арт еле-еле держался от впадения в глубокую фрустрацию — ни один из его планов будто намеренно не хотел идти гладко. Последние несколько дней его жизни полностью состояли из неудач. Два проигрыша Элине, выстроенные преграды в работе от начальства, сплошные тупики в расследовании… Бушующие гормоны подливали керосина в буйствовашее пламя негодования; чтобы его потушить ему требовалось хоть какая-то победа, хоть какой-то успех. Местоположение Алика было неизвестно, а вот Элины — да. Тогда над головой Арта вспыхнула лампочка-идея, которую нельзя было затушить, не впив осколки в скальп парня. Сегодня ночью, после своей смены, он покинет дом и отправится в район Карташовой, где самолично повяжет Эвелину Грачеву.