Я - Эспер!

Роме ещё никогда в жизни не удостаивалось чести пойти с кем-то на ночёвку. То был её постыдный секрет, который она не собиралась уявнять своим новоприобретённым подругам. Тем не менее, её неопытность активно сказывалась на её неспособности собрать все необходимые вещи. Что ей вообще нужно с собой взять? Конечно, она могла спросить Лару и компанию напрямую, но тогда бы она с потрохами выдала свою неопытность. Поэтому, решив действовать по тактике “лучше перебздеть, чем недобздеть”, она утрамбовала в рюкзак столько, сколько смогла: несколько комплектов одежды, рыльно-мыльные принадлежности, а также закуски на всякий случай — так, если её решать не кормить. Странное и одновременно комичное чувство дежавю поразило девушку — в очередной раз она собиралась на социализацию как на войну. Любые социальные взаимодействия со сверстниками для неё ощущались как-то так. Кроме Розы и Гиацинт — последнего она видела всё реже и реже, — она почти ни с кем не общалась на протяжении более года. И то, от имевшегося общения она не шибко была в восторге. То, чем закончились её последние отношения, не спешило улетучиваться из памяти, отягощая неприятным привкусом. Именно из-за этого Рома настолько сильно переживала из-за предстоявшей ночёвки — не хотела упасть в грязь лицом перед теми, с кем могла бы сдружиться. Не хотела показаться “не такой”, инакой, чужеродной в их обществе. Её тревога усугублялась, когда девушка думала о Ларе. Доселе Стальная Леди Гимназии №5 казалась ей самой импозантной личностью из всех троих — опростоволоситься в её очах было попросту непозволительно. Едва застегнув молнию рюкзака, наровящего лопнуть от вещей в любую секунду, девушка направилась к шкафу и, отворив дверцу, начала проходиться неуверенным взглядом по своему скудному гардеробу. Большая часть её одежды представляла собой практичные, для её секретной работы, джинсы и толстовки — и то, их было как кот наплакал. Ну что-ж, походу, не остаётся у Ромашки выбора, кроме как надеть её костюм в стиле восемнадцатого века. Его она, однако, уже носила на прошлой их встрече в азиатском ресторане. Там он выглядел чудно, но никаких косых взглядов или едких комментариев она в свою сторону не заметила. Но из тех диалогов, что она было подслушивала в прошлых школах, можно было заключить, что такое не то чтобы приветствовалось в обществе модниц: тот же самый наряд выгуливать два раза подряд. В случае Ромы-то уж лучше так, чем прийти в потёртой простацкой одёжке. Ещё раз порадовавшись, что Роза сегодня задержалась в школе на дополнительных тренировках — расписание Лицея №1 не щадило даже матёрых наёмниц, — Рома могла собраться без колкостей и насмешек с её стороны. Закинув увесистый рюкзак на плечо, она покинула квартиру и направилась к своему байку. Заведя мотор, она стартовала и направилась по заранее скинутому ей адресу. Дом Гели располагался в центре, в исторической части города, где квартиры были одними из самых дорогих. Рома полагала, что более дорогостоявшее жильё можно найти лишь среди особняков и частных домов. И тут она вспомнила, что Геля было обмолвилась: как раз в особняке Лара жила. Девушке враз захотелось узреть те богатые хоромы, в которых росла и всё ещё живёт аквапринцесса школы. От звонка по домофону девушку спас какой-то мужчина, который так удобно покидал малоэтажку, когда она подошла к тяжёлой стальной двери. Но поднявшись по лестничному пролёту на четвёртый этаж, пути назад уже не было. Сглотнув, девушка несмело нажала на кнопку звонка и стала ждать. После неразборчивого шума выходившего из квартиры, дверь распахнулась — и на пороге Рому неожиданно встретила не Геля, — а Лара. —Привет! Мы как раз все тебя ждём, – объявила она со своим привычным выражением лица. Но нечто изменилось. В ямочках от едва заметной улыбки виднелась лучезарность, что ли. Пришедшая не смогла об этом поразмыслить, так как её разум тут же поразило осознание: —А разве встреча не была назначена на полшестого? —Полшестого? – озадаченно переспросила Лара. У Ромы постоянно вылетало из головы, что такие устаревшие способы формулирования времени давным давно вылетели из регистра молодёжи. —Семнадцать тридцать… я хотела сказать бишь. —А, да, конечно. Ты не опоздала, если ты об этом. Просто мы решили собраться раньше и кое-что обсудить. С одной стороны, успокаивала себя Рома, они её ждали и, судя по голосу Лары, та искренне рада была её приходу. Но, с другой стороны, её всё ещё держали на дистанции и собирались без неё, хоть и ненадолго. Конечно, они знались на протяжение неполных восьми дней — неделя с хвостиком — понятное дело, новенькая не могла стать их закадычной подругой за такой мимолётный промежуток времени, но всё же... От одной только мысли о том, как мучительно долго ей ещё придётся проснывать вдалеке, её живот крутило, а к горлу подступала неприятная тошнота. Войдя внутрь, Рома ненамеренно охнула. Квартира была задекорированна настолько зажиточно, что это было даже вычурно. Кроме того, что нравилось лично Роме, всё выглядело с флёром винтажности. Хотя, нечто такое можно было ожидать от исторического здания. Комната самой Гели выглядела не менее роскошно — всё было в шелках. К тому же, вся комната было уставлено ароматическими свечами и баночками с благовониями, наполнявшими пространство приятным душистым ароматом. Это лаконично объясняло запах Гели, который словно гало окружал её всё время. Сама же хозяйка уселась на кровати с навесом в алькове вместе с Ренатой, взявши от неё максимально возможную дистанцию. Благо, кровать была размашистая. Рядом стояло два дорогих отделочных стула. На письменном столе подле, кроме свечей и нескольких книг, стоял сервиз с двумя чашками чая на блюдечках. Две другие чашки уже ютились в руках сидевших на кровати девушек. Последовав примеру Лары, Рома села на стул, дальний от стола. Принцесса передала ей блюдечко с глазурованной фарфоровой чашкой с, как оказывалось, зелёным чаем, и гостья спокойно её приняла: —На чём вы остановились? – осмелилась спросить Рома. —Мы как раз говорили о тебе, – ответила Лара, на что девушка вопросительно вскинула бровью. Брошенная фраза стала прекрасным удобрением для палисадника Роминой тревоги. – Видишь ли, мне, как главе Учсовета, сегодня утром дали ограниченный доступ к школьному архиву. В частности — к досье всех учащихся. Мне необходимо обладать информацией о том, кто кого из себя представляет. К тому же, я помогаю распоряжаться финансами, что получает наша школа. А, так как часть их идёт на развитие сил учеников, я должна знать, кто сколько финансирования получает… —Изволишь-с угадаю, – не желав тянуть очевидного дальше, перебила Рома. –Ты прочла моё досье и у тебя появились вопросы? —Пустое досье многократно хуже, чем исписанное множеством проступков и шалостей, – холодно заключила Лара. – One thing about me – I hate uncertainties. Я желаю знать, что ты скрываешь. Рома на миг зависла. То, что по поводу её покрытого пеленой секретности прошлого рано или поздно докопаются, было предсказуемо. В её предыдущих школах происходило всё то же самое. Это сценарий, который безотказно повторялся из разу в раз. Однако, Рома не могла было и подумать, что с Советом это случиться столь рано. И тут она почувствовало себя глупой дурочкой. Наивно было полагать с её стороны, что ученицы из оргединицы, стоявшие в школе наравне с учителями по уровню власти и осведомлённости, не будут обладать ресурсами для своих небольших расследований. Доныне она не якшалась с такого уровня маститами. Тревожная мысль, что, возможно, не стоило лезть так высоко, прожужжала где-то над ухом. —На самом деле всё не настолько энигматично, насколько вам кажется, – начала Рома. К счастью, у неё было приготовлено несколько скриптов на случай, если её прижмут к стенке с подобными вопросами. Работа научила её филигранно лгать — этого отнять нельзя. – Записи из моей прошлой школы не сохранились. Там что-то произошло с серверами, и некоторые записи, в том числе мои, стёрлись. Но, если вам любопытно-с, то там вряд-ли было нечто интересное. Было конечно-с: пару раз вставала в драки и проказничала со своими силами. Но, как будто вы — нет? —Мы — никогда, – отрезала Геля. – Но так уж и быть. У нас к тебе стало на несколько вопросов меньше. И Рома смогла выдохнуть. По крайней мере, на пока что. Эта история была шита белыми нитками, и стоит кому-то из девчат захотеть порыскать в общедоступной информации, легитность данной версии событий покрошится. Подавать, однако, виду, что этот вопрос её обескуражил, или вообще напугал, было эквивалентно смертному приговору. —Не ве-рю, – по слогам проговорила Рома. – Хоть раз вы должны были чего-нибудь эдакого накуролесить. —Я один раз ненамеренно цветы в кабинете биологии подожгла, – неловко призналась Рената. – На меня учитель всё ещё косо смотрит. —Главное, что всё хорошо закончилось, – перехватила Лара. – Тебе повезло, что я была рядом: всё быстренько потушила. Хотя и я не святая. Помнится, я брызнула Марку в лицо целой бутылкой за его пошлый комментарий. До сих пор не добилась, чтобы это стёрли из моего досье. Настрой в комнате поднялся; Рома даже смогла пустить смешок. Искренний, что для неё было редкостью. Ей всегда было некомфортно среди серьёзных людей, и поэтому не могло не радовать, что Лара, вопреки своему амплуа, могла побыть гривуазной в моменте. —А ты? – вопрос Ромы адресовался Геле. Хотя, судя по её кичливости и холодному отношению к Роме, ответ был предсказуем. — Я всегда была прилежным учеником, – обиженно пробубнила она, театрально скрестив руки. Рому это позабавило, на что Геля фыркнула. —Неужели? – игрово спросила Лара. – А как же тот случай, когда ты тренировала силу под партой в классе… четвёртом, вроде. —Да, – подтвердила Рената. Стесняшка легко улыбнулась, включаясь в рассказ истории. Геля же недовольно зашипела. – Она тогда не справилась со сжатым воздухом и разбила парту в дребезги. —И это самое ужасное, что случилось, когда моя сила вышла из под контроля, – возразила Геля и, тотчас осознав ошибку, бросилась извиняться: – Я не хотела, просто сорвалось… —Ничего. Я даже не поняла, пока ты не извинилась, – несколько отстранённым голосом отмахнулась Лара. —Вы о чём? —Долгая история. Но важная для нас. Думаю, мы можем тебе рассказать, – Лара встала и отставила блюдечко с опустевшей чашкой на поднос, после чего прошлась по комнате. – Что ты знаешь про проект “Феникс”? —Что-то знакомое. Но не могу припомнить, – соврала Рома. —Серьёзно? – изумилась Геля с лёгкой долей насмешки. – Тот инфоповод гремел на всю страну и за её пределами. Как ты могла не слышать?! —Я думаю, что слыхала. Но освежить память не помешало бы. Конечно же Рома слышала — свидетельствовала от первого лица. Но загвоздка была в том, что тогдашние событие стало зачатком для её теперешних тайн. А кроме того, ей известно было больше, чем простолюдинам, которым скормили лишь отдельные пазлы цельной картины. Стоит ей проявить оплошность — и она сболтнёт лишнего. Того, чего её подруги не ведали. Посему она решила сыграть незнайку и выведать, что девочки знали и не подавать виду, что она знала больше. —Нет проблем. Я могу рассказать, – сказала Лара. – Две тысячи четырнадцатый год, пять лет назад. В Минске организовали проект “Феникс”, который прозвали самым грандиозным лагерем для повышения способностей. Возможно ты слышала, что по всей стране есть множество лагерей и санаториев, куда могут поехать дети летом. Там они тренируются, чтобы стать сильнее. “Феникс” же отличался. Подобные лагеря обычно находятся за городом. “Феникс” располагался близко к центру столицы, в многоэтажном комплексе. И дети там не просто тренировались… Точнее, не столько тренировались, сколько им проводили процедуры, нацеленные на усиление способностей. И, что можно сказать — работало. Лара закрыла глаза и остановилась. Глубокий вздох эхом разлетелся по комнате, от чего Рома задержала дыхание. Стальная маска на её лице скрежетала; было видно, что ей неприятно реминисцировать в те события — и Рома прекрасно разделяла её чувства. Ей хотелось сознаться, что она тоже была его участницей, но боялась шквала вопросов. Опасных вопросов. Так что ей пришлось мучить Принцессу дальше, позволяя ей изливать душу. —На участие в этом проекте множество родителей подало заявки. Но приняли не всех. Среди нас троих отказали Геле, – названная девушка визуально напряглась и цокнула языком. – В те далёкие времена я кое-как достигла 2С уровня. Рената едва перешагнула порог 1С. Не описать было наше счастье, когда уже спустя неделю процедур мы стали сильнее в десятки раз. Но в конце июня, двадцать седьмого числа, почти через месяц после начала, в тот злополучный день, – голос Лары дрогнул. Она держалась достойно, должна была признать Рома. Но всё же, время от времени давала слабину. – По неизвестной никому причине наши способности дали сбой. Всех нас. Рената сожгла всю свою спальню и чуть не задохнулась. Но это были только цветочки… Тяжёлый вздох Принцессы сопровождался прерывистым выдохом. Коротковорсовый ковёр шуршал под её беспокойными ступнями. —В тот день родители приехали меня навестить. Они были рядом… когда произошла катастрофа. Моя способность сработала на воде в их телах… Их разорвало в кровавый смузи на моих глазах. А потом здание обвалилось… Нас погребло под завалами на несколько мучительных часов. Мы с Ренатой выжили, но почти все дети, десятки детей и их родители — погибли. Или в момент сбоя, или под завалами… Звенящая тишина опустилась на комнату. Лара с трудом выдавила из себя это душераздирающую историю. Рената сидела и с безжизненным взглядом уставилась на ковёр. Геля отвела взгляд. А Рома, в таком же, как и все, безмолвии, глядела на Лару, словно возвращаясь в тот роковой день, когда и её жизнь ступила на чёрную полосу. Позитивной стороной было то, что они с Ларой разделяли нечто общее, притом куда более интимное общее, чем было у простых людей. Но в настоящий момент пусть участие Ромы в Проекте “Феникс” останется небольшой тайной до лучшего момента. —Мне жаль, – пробормотала Рома, не знаючи, что лучше сказать. —Let bygones be bygones, – отрезав, Лара, не дав и мига на комментарии, добавила. – Куда более продуктивно говорить о будущем. Пора бы начать думать, скажем, о Спартакиаде. —Ежегодная Осенняя Спартакиада, – переспросила Рома, но тут же вспомнила, что использовала её против Дианы. – А что с ней? —Всё ещё в восторге от той идеи с запертом для пустышек, – вклинилась Геля. – Браво! Никаких больше нулёвок и сосунков на серьёзном эсперском мероприятии. —Единственное моё опасение, – удивительно равнодушно заявила Лара. – Что за такой мув мы точно потеряем энное количество голосов. Хотя, зная, что низкоуровневые в большинстве своём не заинтересованы в Спартакиаде, то это не должно быть значительно. Не настолько много, чтобы мы не отбили. —Замечательно, – ответила Геля. Рома была готова поклясться, что в её глазах от одной мысли, что пустышки будут исключены из мероприятия, сверкали искры. – Но давайте не портить такой чудесный вечер обсуждением дел. Мы всё-таки собрались отдыхать. Ром, ты же собираешься участвовать в Спартакиаде? —Разумеется. Было бы трудно совмещать миссии и участие в конкурсах. Целая неделя, включая субботу, спортивных мероприятий. Но Спартакиада славилась своей популярностью среди школьников, которые поголовно стремились принимать в ней участие. Особенно четвёрки — среди них отступцы считались исчезающим видом. Посему, чтобы не выделяться из серой массы, начальство приказало им с Розой принять участие в ЕОС. Дальше беседа разогналась так, что Роме едва ли удавалось следить за нитью конверсации. На некоторых темах она становилась болтушкой, а на других затыкалась, не имея ни малейшего представления, о чём перебалтывались остальные члены Совета. Такое было, например, когда дело доходило до косметики и моды. Увы, жизнь Ромы не позволяла было ей загружать голову такими вещами, да и рядом не было взрослого, который бы познакомил девушку со всеми тонкостями и научил всем базам. Вот, например, сейчас Рома молча сидит и внимает: Лара сегодня купила новый журнал. Удивительно, что в эпоху Метавселенной и цифровых технологий, кто-то ещё тратит ресурсы на печать глянцевых журналов — от них так и веяло ретро-эстетикой. —Этот выпуск приурочен Мадемуазель Дороховой, земля ей пухом, – говорила Лара, открывая страницу с фотосессией одноимённой шатенки. Рома была вынуждена признать, что модель выглядело сногсшибательно, даже сексуально. Взгляд не оторвать. —А чем она заслужила целый выпуск? – невинно поинтересовалась Рома, на что Геля начала сверлить её буйным взглядом. Неужто она сказала что-то не так? Рома нервно сглотнула. —Дорохова Рита Павловна, – Лара, заметив реакцию Гели, решила взять дело в свои руки, – была очень известной моделью в своё время. Кроме того, она окончила университет с красным дипломом по направлению французская филология. И, как вишенка на торте — она была первым Потенциалом страны. —Была? Учитывая, что среди пятых уровней её нет, могу предположить, что она… почила? —Да, – с ноткой грусти подтвердила Лара. – При таинственных обстоятельствах — до сих пор многие детали не ясны. Уже как 4 года она числится мёртвой. А жаль, была такой невероятной девушкой… Теперь же картинки шатенки потеряли шарм и сексуальность, а источали экзистенциальную тревогу. “Умерла при таинственных обстоятельствах” звучало для Ромы очень знакомо, даже обыденно. Готова была поспорить, что это Подполье отобрало её жизнь, и дьявол знает, сколько мук приносив в процессе. А ведь у неё могло быть такое светлое будущее. “Как и у меня” – подумала Рома, погрузившись глубже в руминацию, из которой её выдернул донёсшийся из вне глас: —Ром, ты с нами? – это была Лара, потрясшая Рому за плечо. Прикосновение было нежным и приятным, но его теплота с непривычки словно обжигала девушку, так что та невольно поёжилась. —Да, просто задумалась. О том, как жаль, что Дорохова умерла. —Словами не передать, – заключила Геля, перелистывавшая страницы журнала. Она остановилась на той, где красовалась уже другая модель: стройная, долговязая и с короткими огненно-рыжими волосами. Девушка скривилась и прокомментировала. – Словно на Оксану смотрю. —Оксана? О! Вы вроде её упоминали. Она та четвёрка нашей школы? —Оксана Зорина, ака главная сплетница нашей школы. Телепат со способностью создавать тульпы. Так она и разнюхивает свежайшие сплетни школы. Если позволить ей своевольничать, то она может… —Насумосбродничать? – предложила Рома. —Не слышала этого слова, – ответила Геля. – Но чую, что оно идеально подходит. —Весело-с у вас однако, – подытожила Рома, после чего нехотя зевнула. Лара так же заразилось зевотой, и, закончив, заявила: —Думаю, пора ложиться — уже вроде почти час ночи. Завтра, как-никак, в школу, – говоря это, девушка взяла свой телефон, дабы проверить время, и, ужаснувшись от увиденного, тут же ускорилась. Они по очереди умылись, после чего поделили кровати. Геля с Ромой спали у первой в кровати, а Лара с Ренатой — в комнате родителей. Свет был погашен, и квартиру заполонил мрак и тишь. Рома бессонно лежала на шёлковой и мягкой кровати, отделённая от уже дремавшей Гели стеной из подушек. Всепоглощающее чувство, что она была здесь инородным, даже чужеродным объектом, оплетало её тело и не давало спокойно дышать. А то, что девушке понравился сегодняшний вечер, делало всё только хуже — теперь ей не хотелось быть чужеродной. Кроме того, она не могла перестать погружаться в свои воспоминания о проекте “Феникс”. Казалось, что прошла вечность, отчего воспоминания были расплывчаты и смутны — Рома едва ли помнила подробности, лишь сами чувства. Вначале она была счастлива; её радовала новообретённая сила. А потом царствие приняли отчаянье и боль. За годы их ощущение притупилось, но сами чувства витали где-то на периферии, готовясь возвратиться с новой силой. Глодаемая водоворотом неспокойных мыслей, Рома не выдержала и решила проветриться. Она аккуратно, с грацией ниндзя, выбралась из-под одеяла и бесшумно ступила на ковровую подстилку, после чего незаметно покинула комнату. Ей хотелось выйти в зал, где в квартире Гели находился выход на балкон. Рома рвалась из давивших стен непривычного ей обителя и выйти на свежий воздух. Вдохнуть смога от постоянно проезжавших сквозь центр города машин. Её мотоцикл работал на бензине — его запах был байкерше роднее витавших ноток благовоний. Он приносил уют и спокойствие, что не так уж и часто встречалось в её жизни. Но кроме этого, ей хотелось оказаться на время одной — нахождение в обществе высосало из неё и силы, и, несмотря на то, что девочки видели уже седьмой сон, само их присутствие не давало ей покоя. Сей план её, однако, был разрушен — на балконе на подвешенном кресле восседала Лара, положившая руку на перила. Смотрела Принцесса куда-то вдаль, на крыши прилегавших домов. К пришедшей она не повернулась, но точно заметила её вторжение. На мгновение девушки сохраняли молчание, пока на фоне с улицы доносились редкие гудки, гул двигателей или лай собак — даже ночью жизнь в городе не замирала, а продолжала течь, хоть и в замедленном темпе и с меньшей бурностью. Рома не осмелилась просто уйти, скажем, на кухню, и рискнула сделать первый шаг вперёд, ступив ближе к ограждению. Только коснувшись холодного перила, она почувствовала на себе исследующий взгляд Лары. —Почему не спишь? – новенькая первой нарушила молчание. —Меньше знаешь — крепче спишь, – лаконично ответила Лара, качнувшись на кресле. – А ты почему? —Я страдаю от бессонницы-с. Вот и сегодня не удалось избежать её “милости”. Рома повернулась к Ларе. Одета она была в атласную пижаму без всяких узоров, в то время как Рома взяла с собой футболку и шорты. Они, конечно же, не были для сна, а наоборот: относительно приличной частью её гардероба. Пижама ей казалась излишеством. —Не могу судить за остальных, – тон девушки был безмятежным. – Но я знаю, что ты что-то недоговариваешь. О себе, – сердце Ромы пропустило удар. – А я не люблю не знать. Особенно если подпускаю близко. —И что будешь делать, Принцесса? —Полагаю, своих скелетов в шкафу нам показывать ты не собираешься, – резюмировала Лара. – Но и выгонять тебя пока кажется не мудрым решением. Пока что ты останешься с нами, но beware, Ромашка Стычнева: я буду начеку. Надеюсь, в скором времени ты перестанешь утаивать информацию о себе от меня. —От тебя? – Рома попыталась перевести тему, зацепившись за Ларин подбор слов. – А если остальным не скажу? —Что-же, признаюсь: они многого не знают, – голос Лары становился всё более меланхоличным, отчуждённым; покачивания на кресле снижали свою амплитуду. – Если вещи, что я не хочу им раскрывать. Ради их же безопасности. —А что, если ситуация с моей стороны аналогична? Что, если я молчу, чтобы не подвергать вас опасности? – задала “гипотетический” вопрос Рома. —Мне защита не нужна, – грубо отрезала Лара. – Защита — моя ноша, и я не смогу её нести в блаженном неведении. Тут Лара едва различимо ахнула. Через секунду с неба спикировала капля воды. Дождинка не долетела до земли, застыв в воздухе и, подлетев к водной принцессе, вскоре начался дождь. —Похоже на то, что сама погода приказывает нам пойти на отбой, – с лёгкой улыбкой заявила Лара, после чего элегантно встала с кресла. – Идём — завтра обещает быть непростым днём. И они воротились в квартиру не обронив ни слова, после чего разошлись по комнатам. Каким бы своеобразным ни был тот разговор на балконе, Роме это всё же помогло проветриться. Девушку начало было рубить — и заснуть удалось за несколько минут. Сон был редкостно спокойным и обволакивающе успокоительным.