Глава 5: По разные стороны Апокалипсиса
15 апреля 2026 г., 23:08
Далеко от мертвых пустошей, в месте, скрытом древней магией и отчаянной надеждой, океанские волны с шумом разбивались о скалы. Тайный остров Ордена Сопротивления был последним оплотом для тех, кто отказался преклонить колени перед Всадниками.
В тускло освещенном зале главного штаба царило тяжелое, удушливое молчание. Новость о падении третьей печати ударила по бессмертным, как удар хлыста.
Вики стояла у огромного тактического стола, обхватив себя руками. Она почувствовала этот момент — внезапный, леденящий душу холод, пробравший до самых костей, словно сама смерть на секунду коснулась ее плеча. Она еще не знала, что этот холод принадлежал существу, которое в будущем станет смыслом ее вечности, и что прямо сейчас по выжженной земле за ним ступает ее нерожденный сын.
— Третий Всадник на свободе, — нарушила тишину Ребекка. Ее голос, как всегда, звучал властно и холодно, скрывая любые эмоции. Для Кассиана она была строгой, но любящей бабушкой, но здесь и сейчас она была безжалостным лидером. — Чума и Война уже обескровили нас. Если Голод начнет действовать, нам негде будет прятаться.
Винченсо, стоявший рядом с ней, тяжело вздохнул, положив свою большую ладонь на плечо Ребекки — жест поддержки, который всегда умилял Кассиана в его времени.
— Мы должны сосредоточиться на поиске горнов, — глухо произнес Винченсо. — Это единственный способ не дать Матери Жизни проснуться. Если мы ее не остановим, Всадники покажутся нам легкой разминкой.
У окна, скрестив руки на груди, стоял Люцифер. Его алые глаза полыхали сдерживаемой яростью.
— Искать горны, пока этот ублюдок высасывает жизнь из всего живого? — резко бросил он. — Мы даже не знаем, как работает его сила. Кто пойдет в разведку? Любой, кто приблизится к Голоду, рассыплется прахом.
Дино, сидевший за столом с картами, устало потер переносицу.
— Люцифер прав. Нам нужно понять радиус его ауры и есть ли способ от нее защититься. Иначе поисковые отряды обречены.
Мими, нервно теребящая край своей черной юбки, подошла к Вики и мягко коснулась ее руки.
— Вики, ты в порядке? Ты бледная...
— Я... да, в порядке, Мими, — Вики слабо улыбнулась подруге, отгоняя странное предчувствие. — Просто... такое чувство, будто в мире что-то непоправимо сдвинулось. Что-то пошло не так.
И Вики была абсолютно права. Временной континуум трещал по швам.
В сотнях километров от скрытого острова Кассиан молча брел по серой, рассыпающейся в труху земле вслед за высокой фигурой в черном плаще.
Каждый шаг давался тяжело. Аура Голода была локальным концом света. Птицы, случайно пролетавшие над ними, камнем падали вниз. Редкие кустарники на глазах превращались в серый пепел, который хрустел под тяжелыми ботинками Всадника. Кассиан, защищенный собственной кровью, физически не страдал, но психологически это давление было невыносимым.
Он шел за отцом, прокручивая в голове все возможные сценарии, и каждый из них заканчивался катастрофой.
«Он не спустит с меня глаз», — с отчаянием понял мальчик, глядя на широкую спину Голода.
Всаднику было откровенно скучно в этом мире, где все умирало от одного его вздоха. И вдруг появляется аномалия — подросток, который не только не рассыпается в прах, но и нагло заявляет, что он его сын из будущего. Для существа, лишенного привычных эмоций, Кассиан стал своеобразной игрушкой, занимательной головоломкой, которую Голод решил держать при себе.
— Ты слишком громко думаешь, — не оборачиваясь, произнес Голод. Его тихий шелестящий голос легко перекрывал хруст мертвого леса. — Твой страх искажает фон.
Кассиан вздрогнул и ускорил шаг, равняясь с Всадником.
— Я не боюсь, — соврал он, стараясь звучать уверенно.
— Я пытаюсь просчитать, как мне вернуться в свое время, не разрушив вселенную. Если я буду таскаться за тобой, то рано или поздно мы встретим Орден Сопротивления. И тогда история изменится навсегда.
Голод остановился. Серый пепел медленно кружился вокруг него, словно грязный снег. Он повернул голову к Кассиану, и в его мятных провалах глаз мелькнула холодная насмешка.
— Орден Сопротивления? Кучка жалких муравьев, прячущихся по щелям от моей сестры? — Всадник склонил голову. — И почему же встреча с ними должна что-то разрушить? Только если...
Голод сделал плавный шаг к мальчику, нависая над ним. Его ледяные пальцы неожиданно схватили Кассиана за подбородок, заставляя поднять голову.
— Только если твоя таинственная мать, ради которой я якобы должен предать свою природу, находится среди них. Верно?
Кассиан затаил дыхание, его сердце забилось где-то в горле. Хватка Голода не была болезненной, но от нее веяло абсолютным, первобытным ужасом.
— Твое молчание красноречивее слов, сын, — мягко, почти ласково прошептал Всадник, отпуская его лицо. — Значит, мы идем искать этих бунтарей. Мне вдруг стало очень интересно посмотреть на ту, кто способна выжить рядом со мной.
