Опиум для никого

      Прошло два года. Два года, за которые имя Кросс превратилось из испуганного шепота в коридорах виллы в приговор, который выносили на деловых встречах в закрытых кабинетах.       Кроссу исполнилось пятнадцать. Он вытянулся, став выше многих боевиков Найтмера, но сохранил ту же пугающую, сухую поджарость, которая делала его похожим на натянутую струну. Его лицо окончательно утратило детскую мягкость: острые скулы теперь казались высеченными из холодного мрамора, а прямой нос и тонкие губы редко двигались без необходимости. Но самым страшным был его взгляд — то, что Даст называл мертвым взглядом. В этих глазах не было ни ярости, ни сочувствия, ни даже скуки. Только бесконечный, мерцающий процесс обработки данных, превращающий всё живое в цифры и векторы атаки.       Теперь он редко пачкал руки сам. Его главным инструментом стал планшет с кастомным софтом и сеть мониторов, через которые он видел город как нагромождение уязвимостей. Найтмер называл его своим Архитектором. Киллер, с долей опаски и нескрываемой зависти, окрестил его Принцем Смерти. — Сектор семь. — голос Кросса в наушниках Киллера и Даста прозвучал так бесстрастно, словно он читал прогноз погоды, а не вел людей на бойню. — Через три минуты сменится караул у южных ворот. У вас будет окно в сорок две секунды. Даст, твоя позиция на кране — угол обзора идеальный, ветер три метра в секунду на северо-запад. Киллер, ты заходишь через вентиляционный короб сектора С. Не наследи.       Кросс сидел в передвижном командном пункте — бронированном фургоне, замаскированном под службу доставки, припаркованном в трех кварталах от главного логистического узла семьи Агсти. Внутри пахло озоном от работающей аппаратуры и крепким, остывшим кофе. Перед ним светились шесть мониторов, транслирующих видео с камер, которые он взломал еще неделю назад, подменив циклы записи так тонко, что даже их системщики ничего не заметили.       Это была его первая по-настоящему масштабная операция. Найтмер доверил ему полное руководство захватом «Артерии» — склада, через который Агсти гнали семьдесят процентов своего нелегального импорта. Если Кросс добьется успеха, конкуренты задохнутся без поставок. Если нет — Найтмер потеряет своих лучших псов, а сам Кросс... о последствиях провала при Найтмере лучше было не думать. — Принял, малявка. — отозвался Киллер, и в его голосе слышался металлический скрежет ножа о нож. — Хотя, глядя на твои тайминги, я чувствую себя деталью в гребаных часах, а не свободным художником. — Ты и есть деталь, Киллер. — отрезал Кросс, не отрывая глаз от тепловых сигнатур на экране. — Самая острая, но заменимая. Даст, снайпер на восточной вышке. Убери его до того, как он допьет свой кофе.       На одном из мониторов Кросс увидел, как охранник на вышке внезапно замер, а затем медленно сполз по перилам. Фонтанчик крови на тепловизоре выглядел как черное пятно. — Готов. — коротко бросил Даст. — Минус один. — Заходите.       Кросс наблюдал за перемещением точек на схеме здания. Его пальцы порхали по сенсорной панели, отключая лазерные датчики и блокируя двери за секунду до того, как охрана успевала их захлопнуть.       В какой-то момент левый нижний экран мигнул багровым. Датчик движения в подвале зафиксировал активность. — Внимание. Неучтенный фактор. Группа быстрого реагирования Агсти — восемь человек, полное вооружение — вышла из жилого блока раньше графика на десять минут. Похоже, у них внеплановая проверка. — И что делать, Архитектор? — в голосе Киллера прорезался азарт, смешанный с жаждой крови. — Нам их покрошить или ты снова заставишь нас играть в прятки?       Кросс на мгновение закрыл глаза. В его голове за доли секунды пронеслись сотни сценариев. Прямое столкновение — это шум, риск рикошета в резервуары с топливом и неминуемый приезд полиции через пять минут. Слишком грязно. — Нет. Уходите в технический коридор В4. Живо. Я перехвачу управление противопожарной системой.       Он быстро ввел серию команд, обходя протоколы безопасности склада. Через секунду в подвальном секторе взвыли сирены, но вместо воды из распылителей под потолком повалил плотный, тяжелый газ — галотан, смешанный с мелкодисперсной пеной. Группа Агсти оказалась заперта в узком пространстве. На экране было видно, как их фигуры беспорядочно мечутся, прежде чем осесть на пол в глубоком сне. — Проход открыт. У вас семьдесят секунд, чтобы изъять серверы и установить заряды на основные опоры. Время пошло.

***

      Через полтора часа фургон уже мчался по автостраде, подальше от пылающего зарева на горизонте. Кросс приказал подорвать склад — не из жестокости, а чтобы уничтожить физические улики и нанести Агсти финансовый урон, от которого не оправится ни один страховой фонд.       Внутри фургона было душно. Киллер и Даст сидели напротив Кросса, тяжело дыша и сбрасывая маски. Хоррор был за рулём. По лицу Даста стекал пот, а Киллер с каким-то маниакальным наслаждением вытирал кровь с запястья. — Знаешь, малявка... — Киллер посмотрел на Кросса, и в его взгляде впервые за два года промелькнуло что-то похожее на уважение, смешанное с ужасом. — Ты ведь действительно стал его отражением. Тот трюк с газом... Это было по-настоящему подло. Ты лишил их даже шанса на честную драку. — В бизнесе Найтмера нет понятия честность. — ответил Кросс, не отрываясь от планшета. — Есть только результат. Мы сохранили патроны, время и жизни. Это — математика.       Даст хмыкнул, перезаряжая винтовку. — Математика, которая пахнет гарью. Ты далеко пойдешь, пацан. Главное — не забудь, кто научил тебя стрелять, когда решишь, что ты умнее всех нас.

***

      На вилле их ждал Хозяин. Найтмер стоял на террасе, окутанный ночным туманом, и его черное пальто казалось частью самой темноты. Когда Кросс вышел из машины и подошел к нему, он почувствовал, как воздух вокруг Найтмера словно вибрирует.       Кросс молча протянул ему зашифрованный жесткий диск — сердце империи Агсти. — Ты изменил план в середине операции. — произнес Найтмер. Это был не упрек, а констатация факта. — Переменные изменились. — спокойно парировал Кросс. — Я адаптировал алгоритм под новые условия. Вероятность успеха при лобовой атаке снизилась до шестидесяти процентов. Мой вариант обеспечил девяносто восемь.       Найтмер медленно взял диск, его пальцы коснулись пальцев Кросса — холод против холода. — Твоя расчетливость начинает пугать даже моих самых верных псов, Кросс. Ты знаешь, что сегодня ты не просто уничтожил склад? Ты лишил Агсти возможности платить своим юристам и охране. Завтра их империя начнет жрать сама себя изнутри. Ты устроил им голод. — Голодные собаки легче идут на поводок. — ответил Кросс. — Разве не этому вы меня учили?       Найтмер коротко рассмеялся — сухой, лающий звук, который был высшей формой похвалы. — Именно этому. Зайди ко мне завтра утром. У нас есть вакансия на руководство северным терминалом. Теперь ты не просто Архитектор, Кросс. Ты — мой карающий меч, у которого есть разум.       Кросс поднялся в свою комнату. Он запер дверь, снял пиджак и бросил его на стул. Подойдя к зеркалу, он расстегнул верхние пуговицы рубашки. На левом плече, под бледной кожей, угольно-черным пятном сияло татуированное яблоко. Оно казалось более реальным, чем его собственное лицо.       «Агсти нанесут ответный удар через сорок восемь часов», — его мозг уже выстраивал новые схемы, игнорируя усталость. — «Они ударят по порту. Это очевидно. Поэтому я нанесу удар по их семьям в пригороде на час раньше. Киллер возьмет левый фланг, Даст обеспечит прикрытие...»       Кросс больше не видел снов о Марии или о подвале. Его снами были графики, тепловизоры и звук падающих гильз.       В пятнадцать лет он не был ребенком. Он был тенью, которая наконец-то научилась управлять светом. И город, раскинувшийся за окном, еще не знал, что его новый хозяин уже начертил на карте линии его падения.