Ловушка для черной лисицы

Редко когда в поместье Гельдербенов утро проходило во встревоженной суете, но сегодня был именно подобный день. Возвращение герцога с изможденной девушкой, что без сознания находилась на руках мужчины, вызвало переполох среди жителей дома. Однако ужаснее всего было осознать факт того, никто не признал в почти сломанной тростинке будущую герцогиню. Заспанная Виктория вышла из своей комнаты в самый разгар беготни слуг. Хоть они и старались передвигаться, как можно тише, сложно было скрыть от спящих господ возвращение господина, что был в столь угнетенном состоянии. - Стой, герцог вернулся? - Виктория остановила одну из служанок. - Почему столько шума? - Госпожа... Подробности нам неведомы, но милорд прибыл с раненной девушкой. Сейчас ей занимаются врачи. - Девушка? - Виктория непонимающе хмыкнула. - Ладно, иди. Как только служанка умчалась, девушка посмотрела в сторону крыла, где находилась комната Давида. Нет сомнений, что он поселит «гостью» рядом с собой, но если Виктория направится к ним прямо сейчас, Давид наверняка развернет ее со словами «Поговорим позже». - Виктория, что же ты как статуя здесь стоишь? Развернувшись в сторону женского голоса, девушка увидела идущую к ней мать, что проснулась по виду отнюдь не пять минут назад. - Мама, что происходит? Ты разговаривала с Давидом? - Ах, дитя мое... - женщина опечаленно покачала головой. - К нам прибыла мисс Аллисте, но в каком ужасном состоянии. Похоже, ее переезд в семью случился гораздо раньше, однако лучше было бы таким причинам не случаться и вовсе. - Я все еще ничего не понимаю. - Виктория коснулась лба, пытаясь собрать воедино сказанные всеми слова. - Селена ранена? Но разве она не была дома? Матушка смотрела на свою юную дочь с искренней любовью и тяжелым сердцем. Она лишь услышала краткую фразу от Давида, и ее лицо мгновенно посерело от осознания произошедшего. Их разница с Викторией невелика, но Селена уже испытала столь ужасные события. Смотря на свою дочь, женщина не могла понять, радоваться ли ей или тревожиться от того, как еще наивна Виктория в своем мышлении. - Не вникай в подробности. Просто прими тот факт, что теперь Селена - часть нашей семьи. Мы должны беречь ее, как родную кровь. - Я... и не собиралась отказываться от нее. - Виктория недоуменно наклонила голову, пытаясь считать причину материнской печали. - А теперь ступай к себе. Завтрак подадут чуть позднее обычного. И не донимай брата расспросами, пока он сам не решит рассказать! Знакомство Виктории и Селены на балу в честь кронпринца не состоялось в том виде, как планировалось. Именно в тот момент, когда Давид, наконец, вышел из круга учтивости к окружившим его людей и собрался представить сестру и будущую невесту как положено, он обнаружил отсутствие Селены в огромном зале. Так, с подсказкой Михаила он и нашел ее на балконе в весьма непростой ситуации. Из-за последующих сумбурных событий и скорого отъезда Виктория и Селена так и не пообщались должным образом, что несколько расстроило юную мисс Гельдербен. Ей было любопытно, что за девушка ворвалась в сердце ее брата столь экстравагантным образом, когда сам он проводил все свободное время на работе. Но Виктория и подумать не могла, что последующая встреча произойдет при таких обстоятельствах. Однако когда к обеду Виктория все же пересеклась с хмурым Давидом, он ответил без подробностей: - Теперь мисс Селена будет жить с нами. Прошла неделя, прежде чем Селена пришла в сознание. Разлепив тяжелые веки, она увидела красивую хрустальную люстру, переливающуюся под солнечными лучами. «У меня дома нет такой красоты. Где я?» Несмотря на слабость, девушка приняла полусидячее положение и, опираясь о постель, оглянула комнату. Здешний интерьер был намного светлее и дороже ее дома. У хозяина этого места чувствовались не только деньги, но и наличие вкуса. В отличие от матери Селены, которая любила обставлять поместье дорогущими, но безвкусными вещами, которые выделялись в обстановке несуразным пятном. Широкая двуспальная постель казалась Селене теплым уютным озером, которое нежно обволакивало и умиротворяло изможденное тело. Постепенно приходя в себя, Селена вспомнила, что произошло до того, как она потеряла сознание. Кошмар, случившийся наяву, и лишь чудом свернувший с плохой концовки. Хоть теперь он и казался лишь ужасным сном, тело девушки говорило об обратном - это не было ложным воспоминанием. На Селену вновь нахлынула паника, и она резким движением схватила с ближайшей тумбочки колокольчик для вызова прислуги. Ей срочно необходимо увидеть знакомых людей, иначе она сойдет с ума от собственных тревожных мыслей. И какова была ее радость, когда первой вошедшей на зов госпожи, была Дейзи. Личная служанка буквально влетела в комнату, широко распахнув двери, и со слезами на глазах кинулась к постели Селены. - ГОСПОЖА! Госпожа, господи, вы, наконец, пришли в себя!!! Я так рада, уа-а-а!!!! - Дейзи рыдала так, словно ей уже успели объявить о гибели ее хозяйки. - Дейзи... А как я рада видеть тебя живой... - Селена с облегчением выдохнула и, утерев текущие слезы, сжала руку служанки. - Я боялась, эта мерзкая семейка избавилась от тебя... - Хотели после вашего отъезда, но, слава богу, не успели. - с тяжелыми вздохами Дейзи взяла себя в руки. - Но теперь все позади! И вы очнулись... Если бы не герцог Гельдербен и его высочество... - Ах, так мы... у них? - Селена еще говорила с трудом из-за общего бессилия, но ее желание узнать подробности не давало должного покоя. Только Дейзи открыла рот, как вдруг так же беспокойно в комнату примчался Давид, а следом за ним более скромно вошла женщина, что была семейным врачом. Герцог остановился посреди комнаты, запыхавшийся, в скромной тренировочной одежде, и уставился на Селену облегченным, но все еще встревоженным взглядом. Дейзи поклонилась господам и вышла из комнаты, пообещав Селене зайти позже и принести ей обед. Врач сразу же направилась к Селене, но прежде, чем приступить к осмотру, она кинула хмурый взгляд на Давида, что все ещё находился в неком ступоре. - Господин, вас тоже прошу выйти. Некоторые манипуляции требуют более уединенной обстановки. - Ах, да, прошу прощения. Без промедления Давид покинул комнату, оставшись снаружи по-собачьи дожидаться разрешения вернуться внутрь. Как только дверь захлопнулась, врач без промедления принялась осматривать пациентку. Все длилось около семи минут, после чего герцог вновь вернулся в комнату. - Несмотря на истощение организма, теперь ей ничего не угрожает. - подытожила врач после измерения необходимых показателей. - Осталось дело за малым - хорошо отдыхать, есть и принимать дополнительные лекарства для скорейшего восстановления. - Благодарю за вашу работу, вы отлично постарались в эти дни. Через несколько секунд Селена и Давид остались наедине, но мужчина не спешил подходить близко к девушке. Он присел на дальний у окна стул и также молча смотрел на Селену. - ... Девушка недоуменно вскинула брови и спросила: - Господин Давид, почему вы сидите столь... далеко. - Я подумал, что вам так будет комфортнее. - мужчина неловко кашлянул и отвел взгляд в сторону. - Все-таки, предыдущая встреча... - Мне будет неудобно надрывать голос. - Селена прервала его оправдания и слегка махнула пальцем в свою сторону. - Не преувеличивайте мои травмы и садитесь рядом. Без слов Давид послушно сел рядом с девушкой, так, что расстояние между ними было в длину двух вытянутых рук. - У вас точно нет дополнительных жалоб на самочувствие кроме тех, что были озвучены доктору?   - Мы обсудили все моменты, так что не стоит так сильно беспокоится по этому поводу. - Хорошо. Обязательно говорите любую беспокоящую вас мелочь, не стоит скрывать проблемы со здоровьем. Давид старался не смотреть на девушку пристальным взглядом, поэтому то рассматривал узор на стене, то лишь изредка переводил голубые глаза на Селену, давая понять, что внимательно слушает ее. - Хотите ли обсудить что-то сейчас, или вас оставить для отдыха? - Я... - Селена неловко сжала простыни, опустив взгляд в одеяло. - Наш брак... Вы расторгаете его? - Что? - от удивления герцог резко повернулся к взволнованной девушке. - С чего вы взяли? - ... Селена прикусила губы, не зная, где найти силы, чтобы произнести столь мерзкие слова. - Пробыв столько дней в осквернении, разве не естественно было бы мне узнать о ваших намерениях? - Мисс, посмотрите на меня. Селена подняла уставшие глаза и пересеклась с голубым взглядом Давида. То хладнокровие, отчетливо ощущавшееся в их первые встречи, отошло на второй план. Герцог смотрел на нее более сопереживающе, хоть общая мимика лица и не показывала больших изменений. - Может, наш брак и необходимая мне формальность, это не значит, что я оставлю вас при любой проблеме. Пока не истекли эти пять лет, я несу за вас ответственность, и даже столь отвратительные люди, как ваш брат, не заставят меня расторгнуть договор. Просто доверьтесь мне, Селена. Такие простые слова, но именно они были необходимы Селене. Давид не скрывал от нее своих намерений, но именно поэтому его спокойный твердый голос внушал доверие. Теперь Елена и правда поняла. Это не тот Давид из романа, но именно поэтому он может помочь ей встать на ноги в этом безрассудном мире. Не возжелая любви друг друга, они просто дадут другу другу желаемое и разойдутся восвояси, оставшись при своем. Уголки губ Селены приподнялись в слабой, но мягкой улыбке. - Спасибо, ваше сиятельство. Сейчас это все, что я хотела услышать. Поколебавшись некоторое время, Давид все же встал с постели, намереваясь покинуть комнату. Он видел, как уже утомил своим присутствием только что очнувшуюся девушку, но не мог уйти так же быстро, как и прибыл сюда по первому зову прислуги. Его ждала прерванная тренировка, однако ноги не двигались. - Не уверен, что смогу вас навещать каждый день, однако если вам потребуется мое присутствие - дайте знать. Я прибуду так скоро, как только смогу. Взглянув последний раз на Селену, Давид вышел из комнаты. Увидев идущую вдалеке Дейзи, он не решился задерживаться у дверей дольше и быстрым шагом направился на тренировочную площадку. Пока в голове герцога происходила мысленная суета, которую все никак не удавалось уладить, Селена откинулась на подушку и закрыла глаза. Некогда бушующий шторм в ее голове и душе, что почти уничтожил всю ее сущность, утих. Все то волнение и переживания по поводу Давида... Боль, с которой она прожила последнее время, заставила Елену в полной мере осознать реальность этого мира. Как бы она не пыталась отречься от него и «проснуться» снова дома. Давид, оказавшийся рядом с ней - уже не герой романа. Не тот человек, что жил с ней безликим идолом, давая ложную надежду. И теперь, когда его форма очертилась конкретными линиями, Селена почувствовала облечение. Без взаимной любви, но принимая интересы друг друга, они с легкостью достигнут необходимых целей.