Я думала, это будет обычный исекай

Лизи прикрыла плечи плотной шалью и изящно перелистывала страницы — до того прекрасная, что даже женщина залюбовалась бы. Вот только любовалась я одна. «Почему она одна? Я-то думала, где Лизи — там и главный герой...» Но едва я успела об этом подумать, откуда ни возьмись появился Клифф. — Лизи. — О, Клифф! — Ветер ещё холодный. Зачем ты здесь? «Вот и я о том же. На улице пока слишком зябко, чтобы устраивать чтение. Мне и самой холодно». — Невыносимо сидеть в четырёх стенах. Да, прохладно, но воздух чистый — голова проясняется. — А потом простудишься, — ласково проговорил Клифф, усаживаясь рядом. — Что за книга? — По истории императорской семьи. Я ведь не получила должного воспитания... Боюсь, что из-за незнания каких-то вещей могу опозорить герцогскую семью. Хотя Лизи и числилась в семейном реестре графа Синклера, к ней всегда относились как к нежеланной незаконнорождённой и не учили тому, что положено знать дворянке. Поэтому она чувствовала себя в неоплатном долгу перед герцогом и герцогиней, которые приняли её как родную дочь, и панически боялась, что её невоспитанность бросит тень на матушку. Вот почему она вечно не расстаётся с книгами. «Бедная Лизи. Она-то в чём виновата, что родилась вне брака? Это всё её папаша не умел держать себя в руках!» Будто вторя моим мыслям, Клифф с печальным видом обнял Лизи за плечи и легонько поцеловал в лоб. — Ты никогда нас не опозоришь. — Но... — Читать для души — одно. А грызть гранит науки только из страха показаться недостойной — совсем другое. Брось. Просто наслаждайся жизнью здесь, Лизи. Клифф говорил мягко, но улыбка Лизи вышла горькой. И я, кажется, понимала, что она сейчас чувствует. «Клифф, тебе легко говорить — ты и так всё знаешь. А вот тем, кому знаний не дали, живётся иначе». Как бы он ни пёкся о Лизи, избавить её от застарелых комплексов он не мог. Думаю, Лизи училась ради самой себя. А Клифф, одержимый ею, просто не выносил, когда она стояла на собственных ногах без его помощи. Потому и вворачивал исподволь такие вот «заботливые» фразочки. Тем временем я заметила приближающегося Киллиана. — Лизи сказала, что будет учиться. Зачем ты ей мешаешь? Лизи, делай что хочешь. Если это приносит тебе покой, я помогу всем, чем смогу. Совсем другое утешение. На месте Лизи я была бы благодарна Киллиану куда больше. Но для главного героя любовного романа его слова звучали слабовато. «Разве каноничная фраза не должна быть в духе: „Я дам тебе весь мир, смотри только на меня"?» «Киллиан, ты, конечно, прав по сути. Но именно поэтому ты и проигрываешь Клиффу. Клифф — тот ещё хитрый лис». Клиффу хотелось бы, чтобы Лизи шагу без него ступить не могла. Её симпатию к Киллиану он ещё способен стерпеть, потому что уверен: самостоятельно Лизи будет неуютно. Как и ожидалось, стоило Лизи оказаться в саду — оба тут как тут. «Но у них вообще дел нет? Их работа — круглые сутки за Лизи таскаться?» Понятно, что дворянам трудиться не пристало, но целыми днями кружить вокруг одной девушки — это, по-моему, перебор. «На месте Лизи я бы их давно послала — раздражают. Но она терпит». То ли понимает, что от них не отвяжешься, то ли просто не замечает, до какой степени они к ней прилипли... В любом случае, ситуация ненормальная. Или это у героини ромфанта такая базовая прошивка — притягивать всё внимание? «Стоп. Если Эдит уже замужем за Киллианом, то по сюжету оригинала это начало четвёртого тома, так? Выходит, Лизи уже должна была определиться с выбором в пользу Клиффа?» По канону именно из-за этого Киллиан и женится на злодейке. Но сейчас я даже примерно не могла понять, кому из них Лизи отдаёт предпочтение. Если уж читатели оригинала путались, то эти двое и подавно не догадываются. «Вау, Лизи Синклер. У неё реально талант удерживать внимание обоих. Мне бы такому поучиться». Если она это делает неосознанно — талант от природы. Если осознанно — добро пожаловать в клуб злодеек. Хотя, конечно, у Лизи это врождённое. — Киллиан! Почему ты оставил Эдит одну? Едва Киллиан подошёл, Лизи тут же тепло его поприветствовала. Но зачем обязательно впутывать моё имя, а, Лизи? — Не моё дело, чем она занимается. Как и следовало ожидать, голос Киллиана мгновенно стал сухим, как наждак. — Но ей, должно быть, скучно одной... — Лизи, не стоит о ней так печься. Она просто заложница, которая поживёт здесь немного и исчезнет. Я так считаю. Угу. Вот, значит, как. В оригинале было то же самое. Киллиан рассматривал этот брак как «бедствие, которое нужно перетерпеть». И вот теперь это стало реальностью. Ещё до начала пятого тома. «Пожалуй, хватит шпионить на сегодня». Мне вдруг стало холодно в районе шеи. Я осторожно развернулась и поспешила обратно в свою комнату. Весь оставшийся день слова Киллиана не давали мне покоя.

***

— А-а-ах! С ума сошёл? Да он спятил! Как можно жениться на такой дряни?! Звон разбитой вдребезги дорогой чайной чашки эхом разнёсся по комнате. Пронзительный визг не оставлял сомнений — у Лейлы очередная истерика. Дэмиен Синклер лениво вошёл по вызову перепуганной горничной и с жалостью уставился на младшую сестру. — Что опять стряслось? — Ты ещё спрашиваешь, как будто не знаешь! — Событий много. Какое именно? — Эдит Ригельхофф вышла замуж за Киллиана Людвига! — А, вот оно что... Синклеров не пригласили на свадьбу к герцогу Людвигу. Официальная версия — скромная церемония в кругу родных. Но поговаривали, что на самом деле присутствовали самые приближённые дворяне, и гордость графа Синклера была растоптана. Но сильнее всего бесило другое: невестой стала дочь Ригельхоффов, которые враждовали с Синклерами. А ведь Лейла с детства сохла по Киллиану. И тут эта высокомерная дрянь Эдит — и вдруг невестка герцогского дома! — Почему именно она?! Почему Эдит Ригельхофф?! — Похоже, у Людвигов хобби — коллекционировать диковинных женщин... — Тебе смешно?! — А что прикажешь делать? Думаешь, на её месте должна была быть ты? Лицо Лейлы залилось краской — смесь гнева и стыда. — Ты вообще наследник или кто? Я, как дочь, пытаюсь найти выгодную партию, чтобы помочь семье, а брату хоть бы хны? — Да ну? — Ты с вечеринок приносишь только сплетни о всякой ерунде! А мне нужны стоящие новости из высшего света. — Ладно-ладно... Слышала какие-нибудь слухи об этом браке? — Разумеется. Дэмиен жестом отослал дрожащих горничных убирать осколки и сел напротив сестры. У Лейлы были каштановые волосы — не такие светлые, как у Лизи, но заметные, и голубые глаза — не такие чистые, как у Лизи, но по-своему красивые. Характер, правда, у этой милой мордашки был бешеный. Утихомирить её могли только брат Дэмиен, близнецы Миан и Антон или родители. Но опорой она считала именно Дэмиена. — Что за слухи? Не тяни, выкладывай! — поторопила она. Дэмиен не спешил, пока не отпил свежезаваренного чая. — Как думаешь, герцог Людвиг доверяет графу Ригельхоффу? — Хочешь сказать, он идиот, если верит такой змее? — Я к тому, что герцог Людвиг не дурак. Но Ригельхоффы контролируют поставки железной руды с южных шахт. — И что с того? — Ты же знаешь, что железная руда — ключевое сырьё для оружия? Лейла отвела взгляд, промолчав. Дэмиен тяжело вздохнул и покачал головой. Впрочем, он не собирался её стыдить. В конце концов, женщине достаточно быть красивой и уметь ублажать мужа. Хуже, когда она слишком умна. — Так вот, права на распределение этой руды остаются у Ригельхоффов до конца года. Людвигам нужен поводок, чтобы держать их на привязи. — Поводок? — Ещё говорят, граф Ригельхофф засматривается на великого эрцгерцога Лэнгстона. Эрцгерцог Лэнгстон, дядя нынешнего императора, перечил племяннику по любому поводу. Поговаривали, что он метит на трон. — Эрцгерцог Лэнгстон? Это же противник императора! — Именно. И что будет, если Ригельхофф с его железной рудой переметнётся на сторону бунтовщиков? Опасно, правда? Лейла медленно кивнула, начиная понимать.