Я думала, это будет обычный исекай

— И ещё разнеслась весть, что дядюшку Сэмюэля не тронули лишь благодаря молодой госпоже. Все вам очень признательны. — Что? Правда? Анна улыбнулась и кивнула. Должно быть, она хотела убедить меня, что Сэмюэль не держит зла. При этом она огляделась, потянула меня в тёмный угол и зашептала ещё тише: — На самом деле... некоторое время назад пропала горничная по имени Сабина. — Что? Пропала? Имя Сабина я уже где-то слышала — его упоминал Клифф. Тогда он сказал, что её могут повысить, если у неё хорошая репутация... — Что значит «пропала»? — В самом прямом смысле. Все её вещи на месте, а самой девушки нет. — Боже... Её так и не нашли? — Нет. Но говорят, что за несколько дней до исчезновения она ходила по особняку и всем твердила, будто видела, как мисс Эдит наносила яд на вышивальные нитки госпожи Лизи — спустя неделю после того происшествия. — Что?! Я вскрикнула от неожиданности, и Анна поспешно зажала мне рот ладонью. — И она сказала, что вскоре доложит обо всём Клиффу, а потом вдруг исчезла. Вот все и думали, что без мисс Эдит тут не обошлось. Это уже ни в какие ворота не лезло. Выходит, Клифф расспрашивал меня, чтобы проверить? — И что, с тех пор что-то изменилось? — Да. Теперь поговаривают, что госпожа, которая спасла самого дядюшку Сэмюэля, никак не могла сделать ничего дурного с горничной, болтавшей глупости. Я молча кивала, даже не замечая, что рот у меня приоткрыт. — На всякий случай скажу: я вообще не знаю, как выглядит эта Сабина. Имя я впервые услышала от Клиффа. — Я всё время нахожусь рядом с вами, госпожа. Вы ни за что не смогли бы избавиться от неё незаметно для меня. — А ты можешь подтвердить это перед Клиффом? — Я уже ему сказала. — Спасибо. Я глубоко вздохнула и зашагала к кабинету Линана как ни в чём не бывало. — Добро пожаловать, миледи. Давненько вы не заглядывали. Линан приветствовал меня всё тем же бесстрастным голосом. — И правда давно. Я ведь обещала помогать вам с делами, а вместо этого только и делаю, что пропускаю работу, — стыдно в глаза смотреть. — Я слышал, вы едва не утонули. Причём в безветренный день. — Да уж... Я снова вздохнула. Сама не своя оттого, что так вышло. — Честно говоря, до меня доходили лишь обрывки причин, по которым вы не могли появляться. Если позволите, расскажите подробнее. Сейчас Линан, кажется, едва сдерживал гнев... Конечно, любому начальнику было бы досадно. Но он всё равно не искал замены и работал за двоих, ведь я отсутствовала по особой причине. Меня прошиб холодный пот, и я изложила всё как было. Старалась убрать эмоции и передать только факты, но от этого мой рассказ звучал так, будто я сама и есть преступница. «Не подумает ли Линан, что я и впрямь замешана?» Пока я размышляла об этом, Линан тяжело кивнул, а потом вдруг спросил: — Странно всё это. — Да уж, и впрямь вышло странно. — То, что это был не несчастный случай, я понимаю. Но я никак не возьму в толк поведение герцогской семьи. — Простите? О чём вы? Я удивлённо уставилась на Линана, и старый вассал герцогской семьи Людвигов пояснил: — Почему они ни разу не заподозрили мисс Лизи? — Что?! — Во всех этих происшествиях мисс Лизи тоже могла быть замешана. Вы ведь и сами это понимаете? Я в панике оглядела кабинет — не услышал бы кто. — Вы тоже так думаете, Линан? — Разумеется. Я, во всяком случае, полагал, что так думает каждый. — ...Спасибо. — Я сказал это не ради благодарности. — Знаю. И снова Линан — этот безымянный статист — оказался почти неподвластен «сюжету». Он с ходу принял то простое допущение, которого в семье Людвигов никто и во внимание не брал. Может быть, герцог и его близкие, напротив, находились под более сильным контролем автора — именно потому, что стояли рядом с главными персонажами? — Линан не из тех, кто стал бы болтать лишнего, но всё же попрошу: нигде не распространяйтесь об этом. Пока вы вассал герцога, настраивать против себя Клиффа или самого герцога было бы неразумно. Линан выслушал меня, на мгновение опешил, а потом криво усмехнулся: — Эта барышня из семьи Синклер и впрямь обладает огромной властью в особняке. — Не стоит так говорить. Я всерьёз опасалась, что из-за меня Линан попадёт в неприятности. — Клифф и Киллиан наверняка тоже приходили к этой мысли. Но... прямых доказательств против Лизи нет. — Стало быть, она невиновна. — Да, как ни крути. — Выходит, принцип, по которому человек считается невиновным, пока нет веских улик, на вас, миледи, не распространяется? Вот именно. Он видит меня насквозь, но я не могу показать виду. — Просто обстоятельства складывались так, что все улики указывали на меня, хоть и не были бесспорными... Так уж вышло. Я выдавила кривую улыбку. Но Линан, человек рассудочный и логичный, лишь покачал головой, будто вся эта ситуация противоречила здравому смыслу. — Линан, не стоит винить во всём леди Синклер. Возможно, это она... А может, и мои родители. — Не волнуйтесь. Меня, кроме собственной безопасности, мало что заботит. — Вот и славно. Тогда приступим к работе? Я улыбнулась и взяла у него бумаги. Давненько я не держала в руках этих документов. — Я собирался поручить это вам ещё раньше, но из-за происшествий всё откладывалось. Отныне проверяйте, пожалуйста, отчёты по владениям Райзена. — Райзена? — Именно. Это земли, куда вскоре отправятся господин Киллиан и госпожа Эдит. Местечко, конечно, далековато от большого города, но поместье на редкость славное. При мысли, что это место станет нашим с Киллианом домом, я вдруг ощутила щемящую нежность к этим бумагам. — Что нужно делать? — Изучите налоговые поступления и состояние угодий за последние десять лет и приведите их в порядок. Это то, что вам самой, госпожа Эдит, необходимо знать заранее. Так что просмотрите и разберитесь сами. — Хорошо. Спасибо, Линан. Я раскрыла один за другим десять пухлых томов, чтобы понять, что представляет собой поместье, в котором мы с Киллианом будем жить. К тому времени я уже просмотрела налоговые выписки по нескольким имениям и видела, что производственная мощь Райзена отнюдь не плоха. Правда, по сравнению с Кореей двадцать первого века, и уж тем более с Сеулом, население было скромновато, но стоило взглянуть на возрастной состав, соотношение полов и производительность на душу, как я невольно улыбнулась. «Вотчина, которую мы с Киллианом будем поднимать...» От этой мысли сердце забилось быстрее. Надо было в прошлой жизни хоть в какую-то градостроительную игру поиграть. Впрочем, не суть. В любом случае мы собирались поднимать этот молодой, перспективный, но пока ещё немного сырой край. Одна эта мысль наполняла меня гордостью и азартом. Может быть, с помощью памяти из прошлой жизни мне удастся превратить Райзен в величайшее поместье империи. «Пожалуйста... только бы дожить до этого и уехать в Райзен вместе с Киллианом». Я сложила ладони в безмолвной молитве.

***

Семья Синклер в последнее время изо всех сил пыталась расширить своё влияние. Сегодня в особняке графини был в разгаре званый чай, и Лейла, присутствовавшая там, узнала неприятные новости. — Вы слышали?! Эдит Ригельхофф едва не утонула в озере! — Да что вы! Как же так? — Говорят, яхта вышла из строя. Всё случилось в один миг. Поначалу это прозвучало как долгожданная весть. Но леди, разносившая слух, продолжила — и продолжение оказалось горьким. — Но Киллиан прыгнул в воду и вытащил её! Это было так... так благородно! — Боже мой!.. Все сыновья в этой семье — вылитый герцог Людвиг. Такая отвага! Лицо Лейлы, ещё секунду назад сиявшее надеждой, помрачнело. Но она не теряла надежды и, словно невзначай, вмешалась в разговор: — И как теперь поживает мисс Эдит? Ей хотелось услышать, что та при смерти. Но надежды снова рухнули. — Ох, она была при смерти! Говорят, когда Киллиан вытащил её, она даже не дышала. Очнулась только через три дня, но сейчас, слышно, идёт на поправку. Пальцы Лейлы судорожно сжали веер. «Да чтоб ты сдохла — прямо сейчас, не дожидаясь конца года!» Дыхание перехватывало от ярости, но показывать её было нельзя. И тут она услышала кое-что занятное. — Однако вы знаете, яхта-то была неисправна. А всё потому, что... кто-то вмешался в рулевое управление. — Боже! Кто-то покушался на Киллиана? — Нет, Киллиан-то отлично плавает. А вот кто в первую очередь пострадает, если случится беда на лодке? За чайным столом повисла тишина — рассказчица явно задала загадку.