Я думала, это будет обычный исекай

— Я возвращаюсь в столицу. Если послать туда Киллиана, он может дрогнуть из-за малейшей привязанности. — Что ж, Киллиан мягок сердцем. Даже будь она дочерью врага, он пожалел бы её. Герцог кивнул, одобряя решение Клиффа. — Территориальная война в любом случае скоро кончится. Это их последний рывок, так что не теряй бдительности. Загнанная в угол крыса может укусить и кошку. — Понял. Киллиану об этом ни слова. — Хорошо. Скажу ему, что отправил тебя, опасаясь каких-нибудь неприятностей в императорском дворце. Уходи нынешней ночью без шума. — Да. Увидимся в столице. Завершив тайный разговор с герцогом, Клифф той же ночью возглавил отряд и бесшумно выступил обратно в столицу.

***

Новости с полей территориальной войны разнились от газеты к газете, так что понять истинную картину было трудно, но перевес герцога Людвига почти не вызывал сомнений. Однако в свете это вовсе не означало, что все разом встали на сторону императора. Среди завсегдатаев салонов хватало и тех, кто подогревал настроения сторонников эрцгерцога Лэнгстона. — Вот уж не думала, что мой первый за долгое время выход в свет закончится именно так, — тихо вздохнула герцогиня, когда мы направлялись в особняк графа Уиндема, где сегодня давали приём. Как и предупреждала принцесса Кэтрин, общество куда привычнее видело графа Ригельхоффа или эрцгерцога Лэнгстона, не пропускавших ни одного бала, чем герцога Людвига, почти не появлявшегося в свете. Императорская партия начинала колебаться, и потому сегодня на приём отправились герцогиня, Лизи и я. — Граф Синклер тоже будет сегодня. Так что, Лизи, ни на шаг от меня не отходи. — Да, матушка. Лизи держалась из последних сил, стараясь выглядеть спокойной. — Эдит... Ты уверена, что справишься? — герцогиня ещё до выхода из дома не переставала допытываться. — На меня будут нападать с обеих сторон. Это я понимала. — Чем дольше я прячусь, тем сильнее меня будут поливать грязью. Я дочь Ригельхоффов и невестка Людвигов — так или иначе, рано или поздно придётся взглянуть этому в лицо. Пришлось повторить то, что я твердила ещё со вчерашнего дня. Герцогиня снова и снова спрашивала, хотя ответ не менялся. Наверное, она и сама на взводе. Честно говоря, мне и самой не хотелось идти. Много радости стоять перед людьми, которые только и ждут, чтобы вцепиться в тебя и обозвать сумасшедшей? «Но Шейн должен заявиться именно сейчас». Мне не улыбалась перспектива встречаться с ним один на один, запершись в особняке. В такой ситуации меня точно заподозрят в том, что это я открыла дверь. «Такое чувство, что я от тигра бегу в лисью нору». Я едва подавила вздох и собрала волю в кулак. Обычно я не из тех, кто позволяет кому-то переспорить себя, но сегодня я бы предпочла придумать что-нибудь поубедительнее. Когда мы прибыли в особняк графа Уиндема, зал был битком набит. Казалось, вся столица сбежалась, едва прослышав, что герцогиня Людвиг почтила приём своим присутствием. — Какая честь для меня... Герцогиня Людвиг. Нестабильная обстановка в свете для одних была катастрофой, для других — праздником. И пусть где-то шла война, а дядя императора боролся с племянником за власть, граф Уиндем, чей приём сегодня почтила герцогиня, сиял от счастья. — Благодарю вас, графиня Уиндем, что так внезапно откликнулись на мою просьбу. Герцогиня поблагодарила её с достоинством и элегантностью, без капли заносчивости. Едва она появилась, атмосфера в зале сразу переменилась — словно те семьи, что ещё не сделали выбор, затаили дыхание. Но те, что уже встали на чью-то сторону, тут же обратили взоры ко мне. Отчего-то я, державшаяся позади, привлекала больше внимания, чем сама герцогиня. — Боже мой, герцогиня привела с собой Эдит Ригельхофф!.. — Что это значит? Неужели они и впрямь намерены поддерживать графа до конца? — Да нет, они же теперь кровные враги... Я и забыла, что в мире любовных романов сплетни разносят так, чтобы жертва непременно их слышала. Ничего не попишешь — я лишь продолжала сдержанно улыбаться, понимая, что вечер будет тем ещё испытанием. Но герцогиня Людвиг, вопреки утренним тревогам, словно не замечала шушуканья. Войдя, она гордо выпрямилась, а по бокам от неё — Лизи и я. Вокруг нас тотчас начали стягиваться сторонники. — Вы, должно быть, волнуетесь за мужа и сыновей. — Они ведь ушли не на большую войну. Думаю, это хорошая возможность для мальчиков познакомиться с настоящим боем. Словно речь шла об экскурсии на природу, окружающие дворяне прищёлкивали языками, а герцогиня отвечала им с невозмутимым спокойствием. И это спокойствие, казалось, придавало сил и всем сторонникам герцога. «Ну, сейчас кто-нибудь укусит...» Я наслаждалась этим мирным, таким неожиданно приятным приёмом, и тут же, словно только и ждавшие этой мысли, ко мне подошла одна из гостья. — О, мисс Эдит, сколько лет, сколько зим! Судя по памяти Эдит, это была дочь виконта, близкого к дому Ригельхоффов. — Ах... Давно не виделись, мисс Клара. — Отчего же вы все эти годы не появлялись на балах? Неужели отвергали все приглашения и жили затворницей? Вроде бы шутка, но в ней сквозил явный подтекст. — Что вы. Выйдя в дом Людвигов, я вдруг осознала, как многого мне недостаёт. С тех пор я так занята, что не могу позволить себе развлечений. — Вот как. В любом случае, очень рада вас видеть. Раз уж мы встретились после долгой разлуки — может, засвидетельствуете почтение старым друзьям? Все ждут мисс Эдит вон там. Она указала в ту сторону, где молодые люди из семей, примкнувших к эрцгерцогу Лэнгстону, стояли тесной кучкой и пересмеивались, бросая взгляды в мою сторону. «Улыбается, аж мороз по коже». В отличие от улыбающегося рта, её глаза полыхали неприкрытой враждой. К тому же, при всех этих «старых друзьях», я по памяти едва могла припомнить пару имён — сплошь сборище попутчиков, державшихся вместе из корысти. — Благодарю, что подошли первой, мисс Клара. — Не за что. А теперь, может быть, пройдём туда... — Как вы понимаете, это — моя свекровь, герцогиня Людвиг. Не дав ей и рта раскрыть, я немедля представила Клару герцогине. — Ах... Д-да... Для меня большая честь, госпожа. — Это подруга Эдит? — Да. Мы часто виделись, когда я ещё была девицей. Ах, кстати, вы ведь, кажется, жили по соседству с виконтом Борисом? Прошу вас сюда. Я представлю вас и виконтессе. — Ох, нет, я... Не слушая растерянного лепета Клары, я почти подтащила её к виконтессе Борис. Та была ярой сторонницей герцогини и, едва я появилась с Кларой, метнула на неё свирепый взгляд. — Ну-с, кто это у нас тут? — Добрый вечер, виконтесса Борис. Это моя давняя знакомая Клара, виконтесса Шелдон. Вы ведь живёте по соседству с виконтом, так что, должно быть, хорошо знакомы. Клара, только что пытавшаяся заманить меня в стан сторонников эрцгерцога, побелела как полотно. Виконтесса Борис, уловив моё намерение, бросила на меня понимающий взгляд и хищно улыбнулась Кларе. — Ну разумеется, разумеется. Мы соседи. Не так ли, мисс Клара? — Э... Да... Верно... Я одарила Клару лучезарной улыбкой и обратилась к виконтессе: — Виконтесса Борис, у меня, к сожалению, совсем нет времени — нужно присматривать за матушкой. Может быть, вы будете так любезны представить мисс Клару другим дамам? — Что ж, я не против! — воскликнула виконтесса. Клара попыталась возразить, но мы с ней дружно сделали вид, что не слышим. — О, правда? Тогда, мисс Клара, прошу за мной. Я представлю вас по-настоящему достойным и благовоспитанным дамам. — Такой шанс выпадает нечасто, мисс Клара. Благодарите виконтессу Борис и не забывайте этого. Я легко ускользнула от цепкой руки Клары, помахала ей и вернулась к герцогине. Клара растерянно кинула взгляд на ту компанию, куда собиралась меня затащить, и вид у неё стал до того жалкий, что я едва не рассмеялась. «Они что, думали, меня так просто уволочь?» Должно быть, намеревались досадить герцогине или выставить напоказ невестку герцога Людвига, стоящую на стороне эрцгерцога. Но уж больно топорно. Когда юная выскочка провалилась, в дело вступили старшие. — Ах, дорогая Эдит, вам, наверное, очень тяжело пришлось, правда? Подумать только — жить вот так целый год... Какой-то господин с тёплым, почти отеческим лицом приблизился ко мне с печальным видом и крепко сжал мою руку. Судя по смутным воспоминаниям, это был виконт, прежде близкий к графу Ригельхоффу, — из тех, кто давно и отчаянно мечтал прикоснуться к Эдит. — Благодарю за участие, но вам не следует так держать мою руку. Я ведь теперь замужняя дама, виконт Бартлетт. Я произнесла это с улыбкой, точно в шутку, но тут же выдернула пальцы из цепкой хватки старого распутника. Тот на мгновение опешил, но мигом вновь надел маску невинности: — Ох, вы, верно, стесняетесь госпожи герцогини... Кстати, сколько же лет мы знакомы? Вы же знаете, я отношусь к вам как к родной дочери. И с этими словами он снова попытался исподтишка взять мою руку — и даже дотянуться до талии.