Я думала, это будет обычный исекай

В начале августа того года я родила ребёнка с мыслью: «Неужели это конец моей жизни?» Я и правда думала, что умру. К счастью, благодаря особенностям телосложения Эдит роды прошли относительно легко (хотя «лёгкими» их никак не назовёшь). В тот день Киллиан снова плакал. — Ты справилась, Эдит. Спасибо тебе за всё… Спасибо. Я люблю тебя. Я была совершенно обессилена, но всё же смогла пошевелить пересохшими губами: — Ну ты и плакса… Киллиан рассмеялся сквозь слёзы. Я впервые видела такой счастливый смех. Похоже, я снова подарила ему огромное счастье. Я родила здорового мальчика, и мы назвали его Эрдин — это имя из всех заготовленных заранее показалось нам самым подходящим. Малыш был очень красивым: он унаследовал чёрные волосы Киллиана и мои светло-карие глаза. — Кажется, красота рода Людвигов никуда не девается. Как этот малыш может быть таким милым? — Он красивый, как ты. Я же говорил: его глаза — точь-в-точь твои. — А мне кажется, губы — вылитые твои? Ох, посмотрите, как он их смешно сложил бантиком! — Он хочет есть? — Я только что кормила его грудью. Думаю, ему приснилось, как он сосёт молоко. Мы смотрели на Эрдина, не замечая времени — налюбоваться им было невозможно. Он был туго запелёнут, потому что ещё не мог управлять своими ручками и ножками, но уже устраивал такую возню, что мы умилялись: шевелил губами, улыбался, зевал, и на щеках появлялись ямочки. Честно говоря, в прошлой жизни мне было так трудно заботиться даже о себе, что я не могла и думать о замужестве, не то что о детях. Но после рождения Эрдина моё сердце наполнилось теплом, и я почувствовала, что моё счастье стало полным. Конечно, немалую роль в этом сыграла няня, которая присматривала за ребёнком. «Если бы я растила его одна, мне пришлось бы крутиться как белка в колесе, верно?» Первые сто дней родителям новорождённого приходится особенно тяжело: они не только не высыпаются, но и выматываются морально. Благодаря няне я могла достаточно спать, правильно питаться и спокойно восстанавливаться. Эрдин ещё в животе не мучил меня токсикозом. Он выглядел довольно крупным по сравнению с другими младенцами и был на удивление спокойным. Уравновешенным — никаких капризов с самого рождения. По мере того как Эрдин подрастал, мне казалось, что он всё больше становится похож на Киллиана. Но забавно: стоило Киллиану посмотреть на сына, как он тут же заявлял, что тот похож на меня. — Он похож на вас обоих. Если посмотреть с этого ракурса — больше на графа, а если с этого — на вас, госпожа, — как всегда с весёлой улыбкой сказала Анна. Анна стала няней Эрдина с самого его рождения и проявляла к нему такую же любовь, как и я. И каждый раз, глядя на неё, я одновременно умилялась и чувствовала укол совести. — Анна… Ты не хочешь замуж? Анне уже было двадцать шесть лет. В Корее двадцать первого века она бы ещё наслаждалась молодостью, но в этом мире её возраст вполне считался почтенным для незамужней девушки. — Мне замуж? Я очень довольна своей жизнью сейчас, так что не волнуйтесь, госпожа. Анна выглядела по-настоящему счастливой, и это были не просто слова. Но меня беспокоила мысль, что ей будет одиноко, когда после целого дня работы она вернётся в пустую комнату. Конечно, быть одной — не значит быть несчастной. Возможно, я просто проецировала на неё собственные страхи. Но на всякий случай. «Если Анна действительно счастлива жить одна — это одно. Но если она чувствует себя одинокой, отдав все лучшие годы службе у меня…» Если это так, мне будет трудно избавиться от чувства вины. Мы обеспечим её до конца дней, но есть вещи, которые деньгами не восполнить. «Может, она одинока просто потому, что у неё нет возможности знакомиться с мужчинами?» Ведь есть огромная разница между тем, чтобы встретить кого-то и отказаться, и тем, чтобы даже не пытаться. Чтобы найти свою судьбу, нужно хотя бы выйти на люди. Поэтому я решила устроить ей свидание вслепую — пусть встретится с мужчиной, а потом сама решит, хочет ли продолжать общение или выходить замуж. Если Анна захочет остаться одна даже после знакомства с достойным кандидатом, что ж, тогда мне останется только с лёгким сердцем принять это и поддерживать её выбор. Тем вечером мы с Киллианом сели и начали обсуждать это. — Будь мы в столице, мы бы нашли несколько кандидатов для Анны. А в Райзене найти подходящего мужчину довольно трудно. К тому же здесь люди женятся раньше, чем в столице… — Но я думаю, можно предложить Анне и разведённых, и вдовцов. Честно говоря, где ещё в Райзене найдут такую невесту, как Анна? Перебрав всех кандидатов, которые пришли на ум, мы смогли выбрать двоих. Но ни один из них не вызывал у меня особого восторга — впрочем, может быть, Анна посмотрит на них иначе. Я еле сдержала вздох, но тут Киллиан заговорил с озабоченным видом: — Не только Анна — Линан тоже проблема. Ему уже за тридцать. — Линан… Он вообще думает о женитьбе? Когда я представляла Линана, который никогда не менял выражения лица, мне было трудно вообразить его в роли влюблённого мужа и отца семейства. Такое чувство, что он навсегда останется один. — Думаю, у него даже любовницы нет. Когда он жил в герцогской резиденции, мать пыталась познакомить его с девушкой, но он всегда отказывался. Как я и думала. — Его отец, сэр Тео Филч, наверное, очень волнуется. — Уверена, в письме, которое он просил передать Линану, одни разговоры о женитьбе. Вчера Киллиану пришло письмо от сэра Филча, а внутри был маленький конверт с просьбой передать сыну. Я невольно рассмеялась, представив, как Линан с безразличным видом читает его. — Если он так ненавидит брак, мы всё равно ничего не сможем сделать, верно? — Ну да, раз Линан отвергает женщин. Но если подумать, я не уверен, что нашлась бы женщина, которой понравился бы Линан. Он такой скучный, думает только о работе. Мы вздохнули с беспокойством, кивнули и легли спать. А на следующий день я сначала убедила Анну, прежде чем Киллиан спросил у двух выбранных кандидатов об их намерениях. — Даже если ты говоришь, что хочешь остаться одна, я считаю, ты должна хотя бы сходить на свидание и встретиться с мужчиной. — Госпожа, подождите, я… — Я знаю, знаю, что ты довольна своей работой и что у тебя были трудности, так что о пенсии можешь не беспокоиться. Я всё понимаю. Но почему бы тебе хотя бы ради опыта не встретиться с кем-нибудь? Если не понравится — не буду заставлять. Анна в конце концов кивнула, хотя лицо у неё было напряжённое. В это же время Линан зашёл в мою комнату с докладом. Мне было во многом спокойно благодаря Линану, который чётко делал свою работу, пока я заботилась об Эрдине и восстанавливалась. — Озимой пшеницы, собранной весной и летом, всего пять тысяч тонн. Яровой пшеницы, которую скоро соберут, будет чуть меньше, но с зимними запасами проблем не будет. — А что с остальными фруктами и овощами? — Примерно как в прошлом году. Однако теперь, когда мы начали сажать разные фруктовые деревья, думаю, уже через несколько лет в этом владении в любое время года будут разные фрукты. Линан передал Анне документ, где всё было аккуратно систематизировано. Анна также выполняла функции моей помощницы, так что это было естественно. — Не хотели бы вы взглянуть на отчёт по урожаю в соседних владениях? — О, это хорошая идея! Ты что-нибудь подготовил? — Да. Но я не взял это с собой… Когда Линан запнулся, вперёд выступила Анна. — Если вы не возражаете, госпожа, я схожу в управление и заберу. Сэр Филч занят. — Тогда сделаешь это для меня? Анна слегка кивнула с лёгкой улыбкой и последовала за Линаном, который поклонился мне и вышел. Эти двое — с одинаковыми манерами, выражениями лиц и речью — казались одним человеком, только разного пола. «Как же мне повезло, что рядом такие хорошие, талантливые и преданные люди». Я с гордостью смотрела им вслед. А потом вспомнила, что забыла передать Линану письмо от его отца. «Я забыла отдать его, когда он сегодня приходил. После родов я стала много забывать». Поскольку Анны не было рядом, мне пришлось самой найти письмо в ящике стола. Найдя его, я вышла и пошла за Линаном и Анной. Я заметила их издалека — они как раз заворачивали за угол. Будучи графиней, я не могла бежать по коридору, поэтому быстро зашагала и едва добралась до поворота. — Так кого же госпожа просила тебя встретить? Почему-то голос Линана звучал взволнованно. «А? О чём это они?» Сама не заметив, я спряталась за углом и навострила уши. Редко услышишь, чтобы голос Линана дрогнул от эмоций. — Одного — племянника дворецкого, другого — командующего рыцарей. Я несколько раз говорила госпоже, что всё в порядке, но она всё равно волнуется за моё положение… На слова Анны Линан долго вздыхал и сказал с сожалением: — Сегодня утром граф спросил меня, собираюсь ли я жениться. Если бы я знал, что речь о госпоже Анне, я бы ему сам сказал… Анна застенчиво улыбнулась. Клянусь, я никогда не видела у Анны такой застенчивой улыбки. Ни разу! — Мне сказать госпоже о нас? — Не надо. Я сам пойду и расскажу. Я планировал сделать это в конце года, когда будет посвободнее… — Это я виновата. — Это мне надо извиняться. Госпоже Анне, наверное, было нелегко из-за меня. Линан улыбнулся и осторожно коснулся щеки Анны. В мгновение ока щёки Анны покраснели, Линан тоже покраснел и тут же отдёрнул руку. Хотя вокруг никого не было (кроме меня), они оба делали вид, что ничего не случилось. «О боже… У них же тайный роман, верно?!» Я довольно улыбнулась за углом и направилась к кабинету Киллиана. Нужно было отменить все планы, пока он не начал действовать. «Как и следовало ожидать, не стоило волноваться за таких талантливых людей. Я только зря им мешала». Нет, скорее я просто подлила масла в небольшой огонёк. Хи-хи-хи.