Рыцари Готэма

Старый Готэм превратился в настоящую мясорубку. Проливной дождь стеной хлестал по разбитому асфальту, смывая в ливневую канализацию дымящиеся гильзы, осколки автомобильных стекол и копоть. На пересечении Дрезден-авеню и 4-й улицы полицейские баррикады из перевернутых патрульных машин едва сдерживали яростный натиск. Тяжелый скрежет рвущегося металла, грохот разрывающихся гранат и треск бесконечных автоматных очередей разрывали ночную темноту. Головорезы Кингпина, одетые в одинаковые бронежилеты с эмблемой Фиска и вооруженные армейскими штурмовыми винтовками, методично и безжалостно выбивали с позиций остатки банды Пингвина. Комиссар Джим Гордон, укрывшись за раскуроченной бронированной дверью своего патрульного седана, судорожно, трясущимися от напряжения пальцами вгонял патроны в барабан револьвера. Его брезентовый плащ насквозь промок и потяжелел, а на левой щеке запеклась свежая, уродливая царапина от осколка лобового стекла. По рации, лежащей на приборной панели, то и дело прорывались полные животного ужаса крики офицеров со всех концов осажденного района. — Всем постам, говорит Гордон! — комиссар с силой прижал тангенту рации к губам, отчаянно пытаясь перекричать оглушительный грохот недалекого взрыва. — Оказывать любую, я повторяю, любую огневую и тактическую поддержку прибывшим супергероям! Не вступать в прямой боевой контакт с металюдьми Фиска! Если кто-то в этой проклятой богом ночи и сможет остановить эту чертову бойню, то это они! Берегите людей, держите периметр и молитесь! Офицер Харрис, уводите ребят от перекрестка, живо! Вдруг земля под ногами Гордона ощутимо содрогнулась, словно при землетрясении. Из густого серого тумана, поднимающегося от теплотрасс, на бешеной, неестественной для его габаритов скорости вылетела массивная, серая трехметровая туша. — Дорогу Носорогу! — Алексей Сицевич взревел дурным голосом, выставив вперед свой смертоносный полимерный рог. С легкостью многотонного карьерного тарана он с ходу снес тяжелый полицейский заслон. Патрульный минивэн отлетел на добрый десяток метров, трижды перевернувшись в воздухе и со страшным грохотом врезавшись в кирпичную стену круглосуточной аптеки. Следом за гигантом на крышу уцелевшего автомобиля плавно, словно огромная ящерица, приземлился Мак Гарган. Его высокотехнологичный зеленый бронекостюм тускло поблескивал в сполохах сине-красных мигалок, а трехметровый механический хвост с хищным шипением рассекал воздух, капля за каплей источая на асфальт едкую, дымящуюся кислоту. — Ха-ха! Смотри, Носорог, эти готэмские копы выставили против нас свои жестяные коробки! — Скорпион безумно оскалился, его лицо под полумаской перекосило от безнаказанности. Его хвост молниеносным, поршневым выпадом насквозь пробил лобовое стекло ближайшего седана, заставив двоих офицеров в ужасе выскочить наружу. — Старик Фиск платит за каждый уничтоженный значок! Давайте, ничтожества, постреляйте в меня! Ну же! Гордон вскинул свой «Магнум», целясь Скорпиону прямо в незащищенную челюсть, но не успел нажать на спусковой крючок. Прямо перед ним из темноты узкого переулка на полной скорости вылетели двое мужчин. — Эй, рогатый! Как насчет прикурить у парней из реального Гарлема? — Люк Кейдж на лету перехватил летящий в него кусок бетонного ограждения весом в центнер, с легкостью раскрошив его мощным ударом кулака прямо в воздухе. Он приземлился точно между испуганными полицейскими и наступающим Носорогом, скрестив свои массивные руки на груди. — Комиссар Гордон, уводите своих людей за угол! Дальше начинается наша работа! Рядом с ним, грациозно крутанувшись в тройном сальто, приземлился Дэнни Рэнд. Его правая рука мгновенно окуталась ровным, ослепительно-желтым, пульсирующим сиянием духовной энергии Шао-Лао, которая буквально испаряла дождевые капли вокруг его кулака. — Ваши бесчинства в этом городе окончены, — Железный Кулак плавно скользнул в классическую боевую стойку стиля журавля, его голос звучал абсолютно спокойно, диссонируя с окружающим хаосом. — Старый Готэм находится под нашей защитой. Сдавайтесь, и вы останетесь целы. Носорог на секунду замер, тяжело дыша, и уставился на Люка Кейджа. Его маленькие, налитые кровью глазки сузились от ярости, а из ноздрей маски вырвались струи горячего пара. Он с силой топнул огромной ногой, разбивая асфальт в глубокую крошку. — Опять ты, Кейдж?! — Сицевич опустил голову, выставляя таранный рог на уровень груди противника. — Фиск предупреждал, что вы, ублюдки, припретесь из своего Нью-Йорка! Но здесь Готэм, детка! И здесь я похороню тебя под этой мостовой! Я растопчу твою пуленепробиваемую шкуру! Гигант с грохотом бросился вперед, набирая скорость локомотива. Земля гудела. Он устремил свой рог прямо в центр груди Люка. Сила столкновения была такой мощности, что рожденная ударом акустическая волна выбила оставшиеся стекла в радиусе двадцати метров во всех домах. Люк Кейдж жестко выставил руки вперед, приняв всю массу несущегося Носорога на себя. Его подошвы с жутким, душераздирающим скрежетом поехали назад по мокрому асфальту, оставляя за собой две дымящиеся борозды глубиной в несколько сантиметров. Кейдж стиснул зубы так, что они затрещали, его вены на шее вздулись, но многотонный Сицевич был полностью остановлен на месте.— Это все, на что ты способен, Сицевич? — Люк хрипло рассмеялся в лицо гиганту, хотя его пальцы добела впились в серую полимерную броню Носорога. — В Гарлеме на распродажах девчонки толкаются сильнее! Дэнни, займись этим хвостатым уродом, он мне весь обзор загораживает! Скорпион, заметив, что его огромного напарника намертво заблокировали, попытался подло атаковать Кейджа со спины. Его механическое жало с ядовитым шипением и лязгом устремилось точно к незащищенной шее Люка. — Получай, шоколадный мишка! Посмотрим, переваришь ли ты мою кислоту! — завизжал Гарган. Но на траектории удара хвоста возник Железный Кулак. С невероятной скоростью, заставившей воздух свистеть, Дэнни Рэнд в прыжке нанес молниеносный круговой удар светящимся кулаком точно по подвижному металлическому сочленению хвоста Скорпиона. Раздался оглушительный звон, похожий на удар огромного церковного колокола. Мощнейший импульс энергии Чи буквально разорвал гидравлические приводы оружия, отбросив Гаргана назад на пятнадцать метров. Костюм Скорпиона болезненно заискрил, выбрасывая снопы белых электрических разрядов. — Твоя ярость делает тебя слепым и предсказуемым, Скорпион, — Дэнни плавно, беззвучно приземлился на ноги на мокрый асфальт, моментально переходя в следующую атакующую фазу. — Твои дорогие технологии бессильны против истинного мастерства и чистой воли. Скорпион со стоном покатился по грязи, его поврежденный хвост судорожно и хаотично дергался из стороны в сторону, полностью потеряв управление. — Ах ты, золотистый ублюдок! Что ты сделал с моим хвостом?! — Гарган с огромным трудом поднялся на четвереньки, судорожно держась за дымящийся блок питания на левом боку. Его наглая уличная уверенность мгновенно улетучилась, сменившись паническим страхом перед непонятной ему магией. Люк Кейдж тем временем резко, до хруста перехватил Носорога за основание рога, рванул его на себя, нарушая баланс гиганта, резко провернулся вокруг своей оси и с глухим, мощным рыком швырнул многотонного Сицевича прямо в стеклянную витрину заброшенного магазина бытовой техники. Сверкнули яркие вспышки короткого замыкания, и на распластанного Носорога обрушилась тонна обломков, железных рам и бетонных плит. — Кингпин... Кингпин этого так не оставит, Кейдж! — Носорог, тяжело и хрипло отдуваясь, кое-как выбрался из-под завалов, отряхивая тяжелую броню от осколков телевизионных кинескопов. Его костюм был покрыт глубокими царапинами, а из-под деформированного шлема на лицо капала густая кровь. Он злобно, с опаской посмотрел на тяжело дышащего, но абсолютно невредимого Люка, а затем на Дэнни, чей кулак начал разгораться еще сильнее, освещая переулок. — В следующий раз я разнесу вас в клочья! Гарган, делай что-нибудь! Скорпион, оценив обстановку и поняв, что их тактика полностью провалилась, решил не искушать судьбу. Используя уцелевшие аварийные функции костюма, он резко выстрелил аварийным стальным тросом из ручного пульта в карниз пятиэтажного здания и с визгом взмыл вверх, скрываясь в дождевом тумане Готэма. — Эй! Куда ты, придурок?! — взревел Носорог, оставшись один. Поняв, что без прикрытия Скорпиона против двух защитников Нью-Йорка у него нет шансов, он, тяжело прихрамывая на левую ногу, бросился бежать вглубь лабиринта темных переулков Старого Готэма. На своем пути он сносил мусорные баки, крушил кирпичные углы домов и оставлял за собой шлейф глубоких, панических шагов. Люк Кейдж сделал шаг вперед, намереваясь броситься в погоню по горячим следам, но Дэнни Рэнд мягко, но уверенно придержал друга за плечо. — Пусть бегут, Люк. Не трать силы, они деморализованы, — Железный Кулак медленно погасил золотую энергию в руке, возвращаясь в расслабленное состояние, и повернулся к полицейским баррикадам. — Наша главная задача здесь выполнена. Мы сохранили жизни копов. Джим Гордон медленно, все еще не веря своим глазам, вышел из-за укрытия своей машины. Он с изумлением разглядывал колоссальные разрушения на перекрестке и двух героев, которые вдвоем, без единого огнестрельного ранения, обратили в бегство главных штурмовых громил империи Уилсона Фиска. Комиссар медленно убрал свой «Магнум» в кобуру, поправил запотевшие от сырости очки и с глубоким, искренним уважением протянул Люку руку. — Потрясающе... Просто потрясающе, сынки, — Гордон крепко пожал каменную ладонь Кейджа. — Если бы не ваше своевременное появление, от моего отряда здесь через пару минут осталась бы только братская могила. Готэм в глубоком долгу перед Адской Кухней и Гарлемом. Люк Кейдж вытер дождевую воду со своего бритого черепа, широко и белозубо ухмыльнувшись, несмотря на общую мрачность Готэма. — Обращайтесь, комиссар. Мы в Нью-Йорке привыкли разгребать проблемы с Фиском. Это был просто легкий разогрев. Дэнни, свяжись с Барбарой. Узнай, как дела у остальных команд. Что-то мне подсказывает, что у Паука в казино сейчас куда более шумно. Ночной Готэм содрогнулся от серии мощных взрывов, прогремевших в промышленном секторе на северной окраине города. Пока Уилсон Фиск пытался атаковать чужие уличные территории своими металюдьми, местный Синдикат нанес сокрушительный, тщательно спланированный ответный удар по его собственной логистической сети. На главном перевалочном складе Кингпина, надежно скрытом за обшарпанным кирпичным фасадом заброшенного мясокомбината «Мэтьюз и сыновья», вовсю полыхал яростный огонь. Огромные стальные ворота, способные выдержать удар грузовика, были буквально вырваны с корнем, скручены и смяты, словно дешевая жесть. Изнутри здания вырывались огромные языки ядовито-зеленого и оранжевого пламени, окрашивая дождевые тучи в зловещие цвета. Внутри самого склада царил первобытный, неописуемый хаос. Повсюду валялись разорванные взрывами деревянные ящики с дорогой контрабандой, обломки высокотехнологичного серверного оборудования и залитые кровью тела наемников Кингпина, пытавшихся держать оборону. Среди этого пылающего пепелища, тяжело и размеренно стукая массивными армейскими ботинками по бетонному полу, шел Бэйн. Гибкие армированные трубки, тянущиеся от громоздких распределительных баков на его спине к самому черепу, мерно и зловеще пульсировали, прогоняя по венам неоново-зеленый суперстероид Веном. От каждого такого толчка мышцы гиганта раздувались, а кожа покрывалась багровой сеткой вен. В левой руке он небрежно нес оторванную с петлями двухтонную дверцу бронированного сейфа, которую он секунду назад использовал как щит от шквального пулеметного огня. — Уилсон Фиск думал, что сможет спрятать свои ресурсы в наших доках и никто не заметит подлога, — Бэйн презрительно швырнул стальной лист под ноги, отчего тот с оглушительным, затяжным грохотом отскочил от бетонного пола, выбивая снопы искр. Его глубокий, искаженный фильтрами маски голос прозвучал как раскат грома над головами немногих уцелевших наемников. — Жалкий, наивный нью-йоркский толстяк. Его так называемая империя построена на жалких бумажках и банковских счетах, а Готэм... Готэм держится на чистой силе и первобытном страхе. Он проиграл эту войну еще в тот день, когда решил набрать мой номер. Вдруг из глубины горящего офисного отсека склада, расположенного на втором ярусе под самой крышей, раздался жуткий, пронзительный, вибрирующий визг, от которого у любого обычного человека заложило бы уши и пошла кровь. Воздух прошила дюжина острых, багрово-красных склизких жгутов. Карнаж буквально летал под потолком ангара, цепляясь за стальные двутавровые балки и с маниакальной скоростью кромсал на куски оставшихся в живых охранников Кингпина. Клетус Кэседи полностью потерял контроль над разумом, целиком отдав свое тело и волю во власть безумного космического симбиота. Красная биомасса пульсировала, постоянно меняя форму и выпуская во все стороны смертоносные серпы. — Кровь! Еще больше свежей крови для Кинпина! Смотри, как они лопаются, Кэседи! — Карнаж забился в истеричном, ультразвуковом хохоте, пока его плоская морда трансформировалась, обнажая огромную пасть с тремя рядами бритвенно-острых зубов и длинный, извивающийся язык. — Смотри, Бэйн, я сделал из этих нью-йоркских пижонов отличный мясной фарш! О-о-о, они так забавно кричали и звали свою мамочку, когда я выпускал им кишки прямо на эти ящики! Давай найдем самого Фиска, Бэйн! Ну же! Давай снимем с этого жирного борова кожу! Сде-е-елаем из него большой, мягкий белый ковер для нашего убежища! Джокер будет просто в восторге, он обмочится от смеха! Симбиот окончательно впал в абсолютную, неуправляемую ярость, подпитываемую запахом гари и крови. Его тело стремительно разрасталось в объеме, выпуская во все стороны длинные, пульсирующие лезвия, которые начали слепо и хаотично крушить несущие бетонные колонны самого здания. Потолок склада жалобно затрещал, металлическая кровля прогнулась, и сверху лавиной посыпалась каменная крошка, тяжелые балки и горящие искры от перебитой силовой проводки. Карнаж резко развернулся в воздухе и уставился своими огромными, мерцающими белыми глазами-линзами на испуганного, тяжело раненого командира наемников, который, оставляя за собой кровавый след, пытался ползти к запасному выходу. — Хватит! Твой голод разрушает наш план, Кэседи! Приказ Джокера и Пингвина был предельно ясен — сжечь товар и забрать данные, а не разносить к чертям весь квартал! — Бэйн сделал стремительный, неестественно быстрый для его комплекции шаг вперед. Его огромная ладонь в тяжелой бронированной перчатке намертво, железной хваткой сомкнулась на багровом жгуте, который Карнаж уже приготовил для финального смертельного удара по раненому. Бэйн с силой рванул жгут на себя, заставив упивающегося кровью симбиота с диким, обиженным ревом рухнуть с десятиметровой высоты потолка прямо на твердый бетон. Не теряя ни секунды, Бэйн моментально среагировал на падение монстра. Он жестко наступил тяжелым бронированным сапогом прямо на грудь Карнажа, с хрустом вдавливая извивающееся, скользкое существо в растрескавшийся пол. Другой рукой Бэйн потянулся к ручному регулятору клапана на своем левом запястье и повернул тумблер, увеличив подачу Венома в кровь до критического максимума. Его мышцы на плечах и шее мгновенно раздулись еще сильнее, порвав швы жилета, а глаза под маской налились зловещим, ядовито-зеленым светом, полностью вытеснив человеческие зрачки. — А ну заткнись, кусок бешеного космического мяса! — Бэйн низко наклонился к самому лицу Карнажа. Его голос, усиленный респиратором, вибрировал от колоссальной, сдерживаемой мощи, полностью подавляя волю и сознание безумного психопата. — Если ты из-за своего животного безумия обрушишь эту крышу до того, как мы заберем тактические карты и коды доступа Фиска к портам, я лично найду промышленный огнемет и выжгу твою склизкую душу из этого тела прямо вместе с твоим Кэседи! Ты находишься в Готэме, и здесь ты подчиняешься Синдикату. Или ты сдохнешь прямо на этой помойке. Ты меня понял, ничтожество?! Карнаж яростно, ядовито зашипел, его пасть раскрылась на сто восемьдесят градусов в безумной попытке укусить Бэйна за руку, но колоссальная физическая сила накачанного Веномом гиганта намертво, словно гидравлический пресс, прижимала его к земле, не давая пошевелиться. Под тяжелым, безжалостным сапогом Бэйна красная пульсирующая материя симбиота начала испуганно сжиматься и втягиваться внутрь, обнажая бледное, покрытое каплями пота и сажи, но все еще безумно улыбающееся лицо Клетуса Кэседи. Его рыжие растрепанные волосы слиплись, а в глазах метались искры безумия. — Ладно, ладно, ладно... большой папочка... ты такой скучный, ну просто дед на пенсии, — Кэседи хрипло, надрывно закашлялся, сплевывая кровь на бетон, и остатки красного симбиота неохотно полностью втянулись обратно под его кожу, оставив лишь несколько пульсирующих багровых вен на шее. — Мы просто хотели немного поиграть, разве это преступление? Фиск все равно теперь банкрот в этом секторе. Мы сожгли его миллионы, стерли его людей в порошок. Наш дорогой Джокер будет очень, очень доволен. Он любит барбекю. Бэйн медленно, не сводя с маньяка настороженного взгляда, убрал ногу с его груди, но продолжал держать правую руку на пульте управления подачей Венома, готовый в любую секунду задушить Кэседи. — Джокер получит то, за чем нас сюда послали — информацию. А ты будешь держать свой голод на очень коротком поводке, пока мы полностью не закончим с Нью-Йорком и Кингпином, — Бэйн резко повернулся к выходу из пылающего, рушащегося ангара, на ходу подбирая с уцелевшего стола тяжелый стальной кейс с шифровальными дисками Фиска. — Уходим через южные коллекторы. Сюда наверняка уже на полной скорости мчатся летучие мыши, их малолетние помощники и эти новые нью-йоркские защитники. Наше шоу здесь окончено. Двигайся, Кэседи, пока я не передумал. Густой, маслянистый туман окутал огромный комплекс Центрального гидроузла Готэма плотным, непроницаемым саваном. Циклопические бетонные арки старого Акведука, построенного еще в девятнадцатом веке, мрачно возвышались над свинцовой гладью реки, напоминая хребет исполинского ископаемого чудовища. Ледяной штормовой дождь, терзавший город последние сутки, наконец прекратился. Ему на смену пришла едкая, моросящая взвесь, которая мелкими бисеринками оседала на углепластиковой броне Бэтмена. Тёмный Рыцарь абсолютно бесшумно, словно материализовавшийся призрак, опустился на узкий парапет верхней технической галереи. Его тяжелый трехслойный плащ из «умной ткани» мгновенно расправился и замер, идеально слившись с мокрой, покрытой мхом каменной кладкой стены. Справа от него, издав едва слышный шорох кевлара, на колено приземлился Красный Колпак. Его пальцы в жестких перчатках привычно и намертво сжимали текстурированные рукояти двух кастомных пистолетов Jericho 941. За ними, тяжело и шумно дыша после затяжного прыжка с ржавой пожарной лестницы, на скользкий бетон спрыгнула Джессика Джонс. От ее приземления стальные конструкции мостика жалобно звякнули. — Ну и дыра, — Джессика брезгливо, с явным отвращением отряхнула мокрые джинсы и поглубже натянула воротник своей потертой кожаной куртки. — Тут пахнет столетней плесенью, крысиным дерьмом и гнилой рыбой. Брюс, если твои хваленые «информаторы» из подворотен ошиблись, и эти клоуны Джокера сейчас греют свои бледные задницы в каком-нибудь сухом подземном притоне, я лично заставлю твой благотворительный фонд оплатить мне химчистку. И ящик виски. За моральный ущерб. — Они не ошиблись, Джессика, — Бэтмен ответил ледяным, хриплым и невероятно низким шепотом, слегка повернув голову в ее сторону. — Мои датчики зафиксировали взлом электронных замков на шлюзах сорок минут назад. Но здесь что-то произошло. Слишком тихо для банды клоунов. Насосные станции первого подъема должны были охраняться как минимум тремя десятками вооруженных боевиков Джокера и Харли Квинн. Герои осторожно, шаг за шагом двинулись вперед по узкому техническому мостику, ведущему к главному распределительному коллектору. Спустя десяток метров Джейсон Тодд внезапно замер на месте. Он резко опустил стволы пистолетов вниз, внимательно всматриваясь сквозь линзы шлема в темноту под своими ногами. — Эй, Брюс... Похоже, наша вечеринка с клоунами закончилась досрочно и без нашего участия, — Красный Колпак плавно присел на одно колено. Он аккуратно коснулся пальцем глубокой лужи, в которой мутная дождевая вода смешалась с густой, вязкой темной жидкостью. — Кровь. Еще теплая. И посмотри туда, за распределительный щит. Желтый, прерывистый свет одинокого настенного прожектора, раскачивающегося на ветру, выхватил из темноты по-настоящему жуткую, монументальную картину. Вокруг массивных гидродинамических затворов шлюза плотными кучами лежали тела боевиков Джокера. На всех были надеты уродливые резиновые маски клоунов с безумными гримасами, порванные фиолетовые пиджаки и зеленые рубашки. Рядом на боку валялись тяжелые, нераспечатанные стальные канистры с маркировкой химического завода «Эйс Кемикалс» — внутри находился модифицированный Токсин Смеха. Но что самое странное и пугающее — на телах наемников не было ни одного следа от пуль, ожогов или осколков. Только идеально чистые, узкие и невероятно глубокие колото-резаные раны. — О боже мой... — Джессика подошла ближе, ее лицо заметно побледнело в тусклом свете, когда она разглядела перерезанные от уха до уха глотки и вспоротые бронежилеты. — Это точно не Каратель. Я знаю почерк Фрэнка Касла. Он оставляет после себя куски мяса, выбитые мозги и тонны дымящихся гильз двенадцатого калибра. А тут... тут работали хирургической сталью. Причем очень быстро. Нас кто-то крупно опередил. Бэтмен молча склонился над одним из мертвых боевиков, аккуратно переворачивая его тяжелое тело на спину. Из центра грудной клетки убитого, прямо сквозь толстую кевларовую пластину, торчал маленький, черный, идеально сбалансированный стальной дротик в форме летящей хищной птицы. Лицо Тёмного Рыцаря под маской мгновенно превратилось в каменную маску, челюсти сжались, а кулаки издали сухой, зловещий треск. — Это оружие Лиги Теней, — Бэтмен резко, во весь рост поднялся на ноги. Его огромный плащ яростно взметнулся от внезапного порыва ветра. — Рас'аль Гул уже в Готэме. Они зачистили клоунов Джокера не ради спасения жителей этого города. Лига убирает конкурентов, расчищая себе плацдарм. — В укрытие! Берегись! — истошно взревел Джейсон, вскидывая оружие вверх. В ту же секунду из абсолютной, непроглядной темноты потолочных перекрытий и стальных ферм Акведука, словно гигантские капли черных чернил, вниз лавиной посыпались человеческие фигуры. Ниндзя Лиги Теней, одетые в легкую, абсолютно бесшумную композитную броню и полностью скрывающие лица под глухими масками, атаковали без единого звука, выставив вперед клинки. Три длинные стальные катаны одновременно, с разных сторон, с тихим свистом устремились к шее Бэтмена. Тёмный Рыцарь молниеносным, отточенным до автоматизма движением вскинул свои тяжелые бронированные наручи, принимая рубящие удары на себя. Раздался резкий, скрежещущий звон металла о металл, посыпались искры. Бэтмен резко, всем корпусом провернулся вокруг своей оси, перехватывая руку одного из ниндзя, и нанес сокрушительный удар локтем прямо в челюсть второму нападавшему. Слышен был отчетливый хруст костей — убийца отлетел на пять метров в сторону, ломаю своим телом деревянные технические перила галереи, и рухнул в бушующий внизу водный поток. Джейсон Тодд мгновенно открыл шквальный огонь на поражение. Сухие, оглушительные, хлесткие выстрелы его тяжелых пистолетов разорвали тишину Акведука, эхом покатившись по бетонным туннелям. Двое ниндзя, пытавшихся обойти его с фланга по узкой трубе, но рухнули на бетон с простреленными коленями и грудью. Третий убийца ловким, невероятным пируэтом в воздухе уклонился от траектории пули, сблизился вплотную и наотмашь вогнал короткий зазубренный кинжал прямо в левое плечо Колпака. Джейсон лишь злобно, по-звериному зарычал от боли, даже не поморщившись. Он железной хваткой левой руки перехватил запястье нападавшего, рванул его на себя и с дикой силой ударил лоб в лоб о свой бронированный красный шлем. Ниндзя со сломанным носом и без чувств мешком повалился на пол. — Ах вы, прыгучие узкоглазые ублюдки! — Джессика Джонс в этот момент перехватила двоих убийц, которые пытались атаковать ее сзади длинными стальными шестами со скрытыми лезвиями. Используя свою колоссальную, нечеловеческую суперсилу, она просто сгребла обоих ниндзя за шивороты их черных костюмов, словно нашкодивших котят, и с чудовищной силой столкнула их лбами друг о друга. Оглушительный хруст черепных костей разнесся по всей галерее. Не останавливаясь, Джессика наклонилась, ухватилась обеими руками за тяжелую чугунную водопроводную трубу высокого давления и с мясом, вырывая стальные болты и куски бетона, оторвала ее от стены. Сделав широкий замах, она наотмашь нанесла страшный круговой удар по четверым наступающим ниндзя, буквально сбивая их с ног и ломая им ребра, словно кегли в боулинге. — Брюс, твою мать, их слишком много! Они лезут изо всех чертовых щелей! У меня скоро трубы закончатся! Бэтмен находился в самом центре этого безумного, смертоносного водоворота ближнего боя. Он двигался как идеально настроенный, безжалостный боевой механизм, безупречно комбинируя древние мастера-стили боевых искусств со своими высокотехнологичными гаджетами. Тёмный Рыцарь выстрелил бэткогтем в дальнюю балку под потолком, натянул трос и, используя его как маятник, снес двоих убийц, собиравшихся атаковать Джессику. В полете он выронил под ноги наступающему со стороны резервуаров отряду три дымовые капсулы. Галерею мгновенно заполнил густой, едкий белый туман. В темноте тумана тут же вспыхнули тусклые зеленые огоньки — ниндзя Лиги активировали свои тепловизоры и приборы ночного видения. Но это им абсолютно не помогло. Бэтмен, ориентируясь по звуку дыхания и колебаниям воздуха, сокрушительными, выверенными ударами отправлял их в глубокий нокаут одного за другим. Удар в печень, подсечка, жесткий апперкот — и очередной элитный боец Рас'аль Гула падал на мокрый пол. Спустя три минуты яростной, непрекращающейся и кровавой схватки все было кончено. На галерее воцарилась тяжелая тишина, нарушаемая лишь шумом воды и тяжелым дыханием героев. Последний уцелевший ниндзя, тяжело раненный в бедро пулей Джейсона, отчаянно и беззвучно пытался уползти к краю парапета, чтобы спрыгнуть в реку. Но Красный Колпак жестко, до хруста ребер наступил ему тяжелым армейским сапогом прямо на грудь, с силой утыкая раскаленный ствол пистолета прямо в черную ткань маски между глаз. — Говори, сука, кто именно вас сюда послал?! Рас'аль Гул решил лично прибрать к рукам этот готэмский цирк, пока Фиск и Джокер заняты друг другом?! — Джейсон тяжело и прерывисто дышал, его красный шлем был густо покрыт каплями чужой крови. — Отвечай, или я вышибу твои мозги прямо в этот шлюз! Ниндзя лишь хрипло, клокочуще рассмеялся, кашляя густой кровью, и резко, судорожно дернул головой назад. Спустя секунду из-под его маски обильной струей пошла густая черная пена — убийца без малейшего колебания раскусил зашитую в воротник капсулу с быстродействующим цианидом, мгновенно и добровольно обрывая свою жизнь. Джейсон раздраженно, со злостью сплюнул на пол и убрал пистолет в кобру, пнув труп ногой. — Фанатики чертовы... Долбаные сектанты. Никакого толка от них на допросах, — Колпак повернулся к Бэтмену, зажимая пальцами кровоточащую рану на плече. Бэтмен стоял у самого края Акведука, молча глядя на лежащие вокруг него три десятка тел профессиональных международных убийц. Его лицо под маской оставалось абсолютно каменным, но в глазах, скрытых за белыми линзами, читалась глубокая, мрачная и холодная тревога. Джессика Джонс подошла ближе, тяжело и устало опираясь на погнутую чугунную трубу, словно на трость, и внимательно посмотрела на Тёмного Рыцаря. — Итак, план Брюса под названием «давайте просто тихо поймаем Харли Квинн и спасем воду» официально накрылся огромным медным тазом, — Джессика свободной рукой вытерла липкий пот со своего лба и сплюнула кровь из разбитой губы. — Что все это, черт возьми, значит, Брюс? Кто эти прыгуны в черных трико и какого хрена им нужно в Готэме? — Это значит, что первоначальные правила игры полностью и безвозвратно изменились, — Бэтмен медленно повернулся к своим спутникам. Его голос прозвучал тише обычного, но в нем вибрировала зловещая, пугающая уверенность. — Лига Теней официально вступила в Готэм. Они присоединились к этой войне банд как Третья Сторона. Рас'аль Гул не позволит Фиску, Пингвину или Джокеру править этим городом. Он считает их грязным мусором. Он хочет уничтожить их всех... вместе со всем Готэмом. И раз они отправили сюда передовые отряды зачистки, значит, они наняли для этой миссии кого-то страшного. Нам понадобится каждая пуля, каждый гаджет и каждый человек, который у нас есть, чтобы пережить эту войну. Проливной готэмский дождь, тяжелый, грязный и пахнущий химикатами, яростно барабанил по ржавой жестяной крыше подпольного упаковочного цеха на глухой окраине Квартала Триад. За этими обшарпанными, покрытыми плесенью кирпичными стенами банда Пингвина организовала один из своих главных теневых узлов по фасовке контрабандных ювелирных изделий и отмыванию криминального нала. Внутри здания, в тусклом, мертвенно-желтом свете моргающих ламп, полдюжины головорезов Освальда Кобблпота, одетых в дорогие, но безвкусные кожаные куртки, лениво пересчитывали пачки стодолларовых купюр. Они небрежно побросали свои пистолеты-пулеметы MP5 прямо на засаленные столы среди коробок с фастфудом и пустых банок из-под пива. Бандиты чувствовали себя в абсолютной, железобетонной безопасности под покровительством Синдиката. — Эй, Джони, слыхал, что эти нью-йоркские добряки в трико устроили Носорогу в Старом городе? — один из громил, лениво ковыряя в зубах зубочисткой, со смешком бросил пачку банкнот в тяжелый холщовый мешок. — Говорят, парня с рогом отделали так, что он бежал до самой границы штата. Фиск совсем сдал назад. Присылает сюда клоунов, которые не могут справиться с парой копов. — Меньше болтай, Микки, — хмуро буркнул старший смены по имени Джони, методично проверяя ультрафиолетовой лампой водяные знаки на банкнотах. — Нам-то что? Пока босс платит долю, пускай эти мета-придурки хоть весь Нью-Йорк сюда перевезут. Готэм сожрет любого чужака. Наша задача — упаковать этот груз и свалить до рассвета, пока летучие мыши не… Они не успели договорить. Внезапно массивная железная дверь цеха, укрепленная стальными штырями, буквально сорвалась с петель от оглушительного, направленного кумулятивного взрыва. Тяжелое стальное полотно с жутким, леденящим душу скрежетом влетело внутрь помещения на огромной скорости, мгновенно раздавив двоих бандитов, сидевших ближе всего к выходу, и превратив деревянный стол в кучу мелких щепок. Спустя долю секунды в дымящемся проеме возник колоссальный, монолитный силуэт Фрэнка Касла. Его тяжелый армейский бронежилет с огромным, зловещим и выцветшим белым черепом на груди был покрыт слоем дорожной грязи и копоти, а в руках Каратель мертвой хваткой сжимал модифицированный тактический дробовик Remington 870 с подствольным фонарем. — Какого хрена?! Кто это?!.. — истошно закричал Джонни, опрокидывая стул и в панике потянувшись к кобуре на поясе. Оглушительный, раскатистый выстрел двенадцатого калибра прервал его подчиненного на полуслове. Заряд крупной свинцовой дроби с близкого расстояния снес стоявшего рядом бандита со стула, начисто разворотив ему грудную клетку и швырнув безжизненное тело прямо на гору окровавленных денег. В цеху поднялась невообразимая паника. Вспышки выстрелов выхватывали из темноты летящие брызги крови и клочья одежды. Оставшиеся трое головорезов начали хаотично, слепо стрелять в сторону дверного проема из своих MP5, но Фрэнка там уже не было. Он ушел с линии огня за долю секунды до первых ответных выстрелов, плавно и профессионально перекатившись за толстую стальную конвейерную ленту. Каратель действовал с холодной, пугающей и механической эффективностью профессионального военного палача. Выждав секундную паузу, пока у одного из бандитов не закончился магазин, Фрэнк резко высунулся из-за укрытия. Он сделал два быстрых, выверенных выстрела из своего любимого пистолета Colt M1911. Две тяжелые пули калибра .45 ACP со снайперской точностью пробили головы двоих стрелков, мгновенно окрасив серую кирпичную стену в густой багровый цвет. Последний уцелевший бандит — сам Джонни, тяжело раненный осколками в правое бедро, — в ужасе бросил свое оружие. Заливаясь слезами от боли и животного страха, он попытался ползти по залитому кровью полу к стене, где висел стационарный телефон экстренной связи с пентхаусом Кобблпота. — Пожалуйста, мужик! Господи, не надо! Я просто наемник! — истошно закричал Джонни, судорожно, трясущимися окровавленными пальцами нажимая на кнопку быстрого вызова. — Босс! Босс, сними трубку, ради всего святого! Нас убивают! Тут какой-то ебаный псих с черепом на пузе!.. Босс!.. Тяжелый, окованный сталью армейский ботинок Фрэнка Касла с глухим хрустом опустился на кисть бандита, ломая пальцы и с мясом раздавливая пластиковый телефонный аппарат об асфальт. Каратель хладнокровно, без единой эмоции на иссеченном шрамами лице, наставил дымящийся ствол дробовика прямо между широко раскрытых от ужаса глаз Джонни. Телефонная линия на стене, несмотря на разбитый аппарат, все еще работала через громкую связь, и из динамика донесся разъяренный, хриплый и прерывистый от одышки голос Освальда Кобблпота: — Алло! Джонни, твою мать, какого хрена у вас там происходит?! Кто посмел тронуть мою центральную упаковочную точку?! Отвечай мне, недоносок, пока я не скормил тебя своим птицам! Фрэнк Касл на секунду замер. Он медленно наклонился чуть ближе к разбитому микрофону на полу и произнес ледяным, мертвым и абсолютно лишенным жалости шепотом: — Кобблпот. Твои люди мертвы. Твой бизнес в этом секторе официально закрыт. Ты — следующий в моем расстрельном списке. Готовься. Раздался финальный, оглушительный выстрел дробовика, поставивший жирную точку в этом разговоре. В разгромленном помещении воцарилась гробовая, зловещая тишина, нарушаемая лишь тяжелым, мерным дыханием Карателя и шипением искрящейся проводки. В эту же самую секунду на другом конце охваченного войной города, в роскошном, залитом неоновым светом пентхаусе элитного клуба «Айсберг Лаундж», Освальд Кобблпот в безумной ярости швырнул хрустальный бокал с виски в стену, разбив его вдребезги. На его лбу и шее вздулись толстые синие вены, лицо побагровело от прилива крови, а короткие толстые пальцы со всей силы сжали рукоять его знаменитого зонта-ружья. Пингвин тяжело, прерывисто задыхался, как загнанный зверь, яростно расхаживая взад-вперед по дорогому персидскому ковру перед строем своих замерших от страха телохранителей. — Чужаки!.. Везде эти проклятые нью-йоркские чужаки! — Пингвин буквально визжал от нахлынувшего гнева, брызжа слюной во все стороны. — Фиск присылает в мой город своих цирковых мутантов и громил, Бэтмен тащит сюда свою малолетнюю кавалерию и парней в трико, а теперь еще и этот... этот чертов мясник с черепом на пузе уничтожает моих лучших людей! Он сжег три моих главных распределительных склада за два дня! Мои доходы падают быстрее, чем котировки акций на бирже во время кризиса! Из-за этого Касла я теряю миллионы каждую минуту! Кобблпот с дикой силой стукнул острым стальным наконечником своего зонта по полу, оставив глубокую, уродливую вмятину в дорогом лакированном паркете, и яростно уставился на начальника своей личной охраны. — Чего вы стоите, идиоты?! Какого хрена вы на меня уставились?! Объявите по всем закрытым каналам награду за его голову! Пять миллионов... нет, десять миллионов долларов наличными тому, кто принесет мне сердце этого ублюдка на серебряном блюде! Я хочу, чтобы этот Каратель пожалел о том дне, когда вообще узнал о существовании Готэма! Найдите его убежище, зажмите в угол и разорвите на куски! Живо, пошли вон отсюда! Телохранители испуганно, синхронно поклонились и пулей выскочили из роскошного кабинета, едва не сбив друг друга в дверях. Они оставили разъяренного, тяжело дышащего Пингвина наедине с его нарастающим безумием и отчетливым, липким осознанием того, что этот город окончательно и безвозвратно выходит из-под его контроля. Продолжение следует…