Под светом звёзд

      Их совместные ночные прогулки стали чем-то привычным, без чего нельзя было представить течение жизни, особенно для Деви. Каждый её день был вихрем нескончаемых рабочих дел, и если вечер заканчивался временем с лордом, её душа ликовала. Было в нём что-то домашнее, абсолютно чистое и искреннее; этого человека хотелось пускать в свою душу, казалось, что ему можно было доверить не только свои тайны, но и своё сердце.       Как же она привязалась к Кристиану, Великая мать! Когда их ночные встречи стали перемешиваться с дневными, драгоценная госпожа уже не помнила. Помнила только то, с каким трудом она изображала из себя незнание персоны, с которой она самолично заключила огромную сделку. Помнила только то, как учтиво кивнула «незнакомцу» лорду де Клеру, с которым их уже более достойно познакомил Камал. Помнила, как они вечером перед этой деловой встречей посмеивались над их будущей актёрской игрой.       — Вы назовёте меня генерал-губернатором де Клером, как бы ненароком, а я буду изображать удивлённое лицо, будто бы вы меня раскрыли, — улыбался Кристиан. — Вот глупости.       — Ну что вы, на нашу вторую встречу я ведь правда разгадала вас, — Дивия закатывала глаза, не стесняясь. — Но да, это такие глупости…       — Представьте удивлённое лицо Дианы, которая явно не разделяет моё желание вкладываться в шахты, — в его глазах иногда можно было различить наглый задорный блеск, и это как раз был тот случай.       Кристиан — превосходный деловой партнёр. В нём не было этой снисходительности, присущей другим мужчинам, желавшим вести дела с домом Шарма, и это восхищение, которое временами отражалось в его речи, было восхищением одного человека к другому, равному ему, а не учителя, смотрящего на ученика, делающего успехи.       Однако такое сближение не могло не повлиять на бедную Дивию, сознание которой, стоило ей только закрыть глаза, подкидывало ей в памяти осколки времени, проведённого с Кристианом. Каждый вечер перед сном она смотрела в калейдоскоп, каждая грань которого была воспоминаниями о лорде, и который подбрасывал всё более яркие и красивые комбинации, оборачивающиеся мечтами.       Если бы Тиан поцеловал её, как бы это ощущалось? Может быть, это было бы так же чудесно, как описывается в английских романах? «Он взял её за подбородок и втянул в долгий поцелуй, сладкий и будоражущий, как запретный плод…» — как-то так об этом говорят авторы самых бесстыдных книг, приоткрывая завесу любовных тайн? Или же наоборот, Деви разочаруется, а все любовные романы окажутся выдумкой… Нет, не разочаруется ни в коем случае. Это же Тиан, её дорогой Тиан, с ровным тонким носом, хитрым, но тёплым взглядом, с ухоженными волосами…       Это невозможно — томиться этим в полном одиночестве, держать столько чувств в своей грудной клетке. Лорд наверняка замечал пунцовые щёки Дивии и наверняка гордился тем, что доводил индийскую госпожу до такого смущения. И если сдерживать робкий трепет на деловых встречах ещё представлялось возможным, то наедине, в такой романтичной обстановке, с ароматом цветущих растений, бьющим в нос…       Асуры.       — Вы мне очень нравитесь, Кристиан, — в один момент пробормотала Деви, окончательно сбрасывая с себя всю броню гордости и обнажая душу перед лордом. — Можете меня казнить тотчас за эти слова, но вы, как никто другой, заставляете моё сердце трепетать, и я больше не способна бороться с этим чувством.       Её чувство к нему было остатками той сумасшедшей юности, полной контрастов, данью былой непокладистости. Как сильно она была влюблена, как много думала о лорде, о его сильных руках, крепких плечах и ледяных глазах!       И вот сейчас, они привычно сидели вдвоём на берегу реки — место, которое нравилось им больше всего. Тихие волны стали частыми свидетелями их разговоров, таких разных: то пустых, то нежных, доверительных, то тяжёлых, с привкусом печали и тоски.       — Деви, — после непродолжительного молчания начал Кристиан, с джентльменской аккуратностью подбирая слова, и ей показалось, что в его голосе мелькнула нотка горечи. — Послушайте меня, пожалуйста.       Внутри всё сжалось. Деви множество раз (особенно перед сном) прокручивала этот возможный диалог в голове и уже приучила себя к мысли что ничего из этого, кроме дурного, не получится; однако, когда это всё-таки произошло в реальности, происходящее казалось совсем иным. И, несмотря на готовность услышать отказ, ей хотелось этого меньше всего.       Нужно быть сильной… Она и так достаточно унизилась перед англичанином; пусть хоть так не покажет свою слабость и примет его ответ достойно, как полагается величавой госпоже.       Англичанин.       Как только мысль об этом искрой проскочила в голове, Деви сразу же осознала весь масштаб своего безрассудства. Кристиан всё ещё был пусть не таким, как другие англичане, но он всё ещё по крови и гражданству являлся британцем. Принеси он ей в дар хоть тысячи цветов, сотни плюмерий — он по-прежнему останется верным подданным английской короны… И никакой мостик между Индией и Британией не залатает огромную пропасть между ними, как бы этого ни хотелось.       — Я испытываю к вам то же самое, — он улыбнулся краешками губ, и от этой фразы в груди Дивии всколыхнулась такая нежность, что у неё захватило дух, а из головы вмиг вылетели все сомнения, вспыхнувшие в ней мгновением раннее. — Вы мне очень нравитесь, Деви, вы тоже заставляете моё сердце биться чаще.       Она ребячливо прижала руки к щекам, проверяя, насколько она покраснела — кожа под пальцами была раскалённой румянцем. Губы сложились в улыбку, такую широкую и стеснительную, что от неё заболело лицо.       Разве это имеет значение, что он англ…       — Но, — Кристиан вдруг стал серьёзным, и Деви нахмурилась вслед за ним. — Посмотрите на меня и на себя со стороны. Нужно ли вам всё это? Хотите ли вы дурманить себе голову этими чувствами? Видеться вот так украдкой, зависеть от другого человека, когда у вас есть возможность быть свободной… Или же мне придётся жениться на вас, но что на это скажут члены Дюжины, ваш опекун, готовы ли вы к этому? Не боитесь отвлечься от ваших дел настолько, что последствия окажутся необратимыми?       Деви, обычно гордая, сейчас была робкой и неуверенной. Хотелось прислушаться к Тиану, который говорил абсолютно разумные вещи, но совершенно не получалось; она потупила взгляд влюблённых глаз и выдохнула, примешивая к этому выдоху голос.       — Я уже потеряла от вас голову, Кристиан, и это ничего не изменит, — призналась она, покоряясь ему. Если он придушит её влюблённость сейчас — Деви будет виновата в этом сама.       — Мне важно знать, что вы уверены в вашем решении, — лорд аккуратно взял её за руку и столкнулся с её взором.       — Да, — уверенно и в то же время мягко, как будто утешая и себя и его, бросила Дивия, в очередной раз изучая его лицо с нежностью: такой серьёзный, такой внимательный, такой красивый… Асуры. Асуры! Как можно было так впечатлить каждую фибру её горделивой души, превратить из тигрицы в милую податливую кошку? И ей ещё повезло, что лорд оказался таким учтивым и честным человеком, достойным сердца юной госпожи Шарма… Или нет? Другой бы давно воспользовался ей, обманул бы и не стал бы заботиться о ней. Она смутилась, взволнованно вздрогнув.       — В таком случае… Я счастлив, что вы испытываете ко мне такие светлые чувства, — улыбнулся Кристиан. — Это очаровательно. Тем более, что я догадывался — поверьте, по вам прекрасно это видно, — и я думал уже самому начинать этот диалог, но… Смелая госпожа Шарма в очередной раз оказалась впереди меня.       Её пальцы плавно легли на его плечи, как будто боясь дотронуться, обжечься холодом; Кристиан почти никак не отреагировал, лишь на миллиметры подался вперёд. Деви аккуратно обвила свои руки вокруг его талии, отмечая, что не только у неё, но и у лорда перехватило дыхание. Через мгновение она оказалась в его крепких объятиях, тёплых, ласковых, совершенно без какой-либо страсти — просто жест, демонстрирующий их взаимную привязанность, учивший относиться друг к другу немного иначе.       Объятия для Деви были огромной редкостью, несмотря на то, что она порой приобнимала подруг при прощании. Прижиматься к его груди было так спокойно и приятно… Ей казалось, что она совсем не нуждалась в подобных проявлениях чувств, вернее, она об этом почти не задумывалась, но стоило только ей прильнуть к телу лорда, как она ощутила горькую нехватку прикосновений и любви. Интересно, испытывал ли Тиан то же самое сейчас?       «Вдруг это твой сон, твоя сказка? Может быть, эти объятия и признания были иллюзорны? , — Дивия спрятала лицо на груди лорда, пытаясь сбежать от навязчивых сомнений. — Ты самая настоящая дурочка, время идёт, а ты не меняешься, а в некоторых вопросах становишься всё более невыносимой… Кайрас был бы очень разочарован. А если Кристиан тебя совершенно не любит, если это всё игра, если он…»       — Спасибо вам, Деви, — вдруг пробормотал Кристиан, разрушая тишину и утыкаясь носом в макушку девушки, и она на мгновение не поверила своим ушам, оторвавшись от размышлений.       — Что?       — Спасибо, что вы были со мной честной, — продолжил Тиан, машинально перебирая пальцами тёмные волосы Дивии. — Точнее… Спасибо вам просто за то, что вы есть.       Деви ничего не ответила; только прижалась к нему крепче, борясь со всё подступающим трепетом. Если объятия вызвали у неё столько чувств, вышибли весь разум, то что же с ней произойдёт, если они станут ещё ближе?       С тех пор изменилось так мало — и вместе с этим так много. Дела лорда тесно переплелись с делами госпожи Шарма, однако, надо сказать, что хоть какое-нибудь взаимное времяпрепровождение радовало их куда больше блеска драгоценных камней и прибыли. Деви отметила, как преобразился Кристиан. Он стал гораздо трепетнее к ней относиться; едва заметив Дивию, лорд встречал её улыбкой, которая, если усердно приглядеться, была чуть-чуть кривоватой (у Деви в глазах темнело от очарования — эта деталь делала образ генерал-губернатора менее идеальным), а при прощании подолгу задерживал свой взгляд на лице госпожи Шарма.       Однако не всегда всё идёт по гладкому намеченному пути и, как это часто происходит, у судьбы могут быть совершенно иные планы. Или же наоборот — истинный путь к судьбе проходит через тернии, о которые так или иначе нужно поцарапаться.       Ветер, немного витавший по комнате, всё трепал волосы лорда, делая его вид чуть живее. Он склонился над бумагами, считая очередные показатели, совершенно не теряясь в них, хотя эти бесконечные цифры так и норовили вскружить голову. Однако непривычная молчаливость Дивии не скрылась от него, хоть он поначалу делал вид, что не замечал этого — вдруг юная госпожа устала, а он вымотает её расспросами ещё больше?       — Вы необычно грустны сегодня, Деви, — Кристиан не выдержал и обратился к Деви. — Что-то случилось?       Госпожа, как и лорд, погружённая в расчёты, ничего не ответила. Её нахмуренные брови выдавали что-то помимо вовлечённости в дела — будто бы Дивию что-то тревожило, от чего она пыталась отвлечься усердной работой.       — Вы меня слышите, Деви? — на этот раз генерал-губернатор окинул ее взглядом, в котором блеснуло беспокойство.       — Да, слышу, — резко, но без грубости ответила она, плавно возвращаясь в реальность. — Всё хорошо, Тиан.       Он коснулся своей рукой её и мягко, тепло сжал её пальцы своими. Она не улыбнулась в ответ, как это происходило обычно, и только вздохнула, примешивая в выдох горькую каплю своего голоса.       С каждым днём Кристиан привязывался к Деви всё больше, и он так дорожил этой привязанностью, так лелеял её… Пытаясь расположить её к доверию, он начал доверять ей сам и постепенно выучил всю гамму эмоций юной госпожи. Даже едва уловимая нотка печали не скрылась бы от него; так что уворачиваться от его расспросов было бесполезно.       — Деви, милая, — Кристиан посмотрел ей в глаза, всем видом демонстрируя свою расположенность к ней. — Что у вас случилось? Расскажите мне, может быть, я смогу вам помочь.       — Вы и сами скоро всё узнаете, — прошептала она тихо, и Кристиану показалось, что она сдерживает слёзы. — И вы, наверное, не будете этому рады       — Что произошло, Деви? — в голосе Тиана послышалась встревоженность.       — Мне почему-то не хотелось говорить вам… Меня выдают замуж, Тиан. За человека, которого я не люблю. Меня лишь поставили перед фактом — всё заранее решил мой опекун, он знал, что я буду противиться, и поэтому негласно заключил помолвку без моего участия. Мне осталось лишь подписать бумагу и всё. Камал сказал об этом вчера вечером, упомянув, что подготовка к свадьбе уже началась.       Лорд поджал губы, дотронувшись тонкого плеча Дивии. Это стало для неё сигналом — она сразу же бросилась к нему в объятия, и Кристиан моментально забыл обо всех бумагах и расчётах, обвивая свои руки вокруг талии девушки.       — Я почему-то в какой-то момент подумала, что вы станете смотреть на меня иначе, — призналась она. — Формально я отдана другому, и вы сейчас отнимаете меня у жениха… Который, я думаю, тоже не рад этому всему.       — Мне так всё равно на это, милая Деви, я обязательно помогу вам избежать этого брака, если вы этого желаете, — Кристиан положил палец ей на губы, призывая к молчанию.       Дивия вдруг увлекла его в тягучий поцелуй; юная госпожа всё норовила сделать его глубже и смелее, как будто целуя в последний раз, хотя обычно робела, позволяя Кристиану вести. Он отстранился и устало прошептал, серьёзно глядя на неё:       — И кому же выпала участь быть твоим женихом?       — Рам. Рам Дубей, — промолвила Дивия, отводя взгляд. — Самая выгодная партия для меня и для моего рода… И для моего бизнеса. Камал, кажется, решил, что с меня достаточно своеволия, тем более, что я в последнее время совершенно перестала его слушаться.       — Не переживайте, Деви, — Тиан взял её руку в свою и поцеловал тыльную сторону её ладони. — Всё будет хорошо.       Он снова перевёл взор на неё и заметил, что её глаза блестели от слёз: она была готова вот-вот расплакаться.       — Ну вы чего, всё уладится, я вам обещаю, — Кристиан прижал Дивию к себе ещё крепче, испытывая самое чистое желание уберечь её от всех печалей.       — Спасибо, но… — её голос дрогнул. — Что на это сказал бы Кайрас?..       «Его Высочеству Махараджу Раджу Дубею и Её Высочеству Махарани Видии Басу.       Доброго дня, Махарадж и Махарани!       Надеюсь, вы и остальные члены Дюжины пребываете в добром здравии. Перейду сразу к делу. Я думаю, что эти несколько лет — достаточный срок для того, чтобы устранить все недопонимания. Многие мои люди работают с вашими представителями, и я вижу, что стена между нашими народами начинает постепенно рушиться.       Несмотря на те ужасающие события, Ваша идея с женитьбой на одной из Ваших девушек всё ещё кажется мне прекрасным способом укрепить наше сотрудничество. Я думаю, что сейчас как раз подходящий момент для заключения новой помолвки, когда наши отношения с Вами отношения стабильны и приносят успехи. Вы наверняка помните, чьё единственное имя было в подобном письме несколько лет назад назад, и мне бы хотелось попытать счастье с ним ещё раз. Не буду скрывать, что брак с этой девушкой принесёт выгоду как и мне, так и ей; она превосходный деловой партнёр, и я был бы рад сохранить с ней и торговые отношения в таком виде, в каком они есть сейчас. Брак с ней принёс бы ей стабильность: никто не сможет посягать на её бизнес и я, как главный инвестор, буду спокоен, что вкладываюсь в прибыльное дело. Надеюсь, что ни Махарадж, ни Махарани не против моей инициативы, и наше сотрудничество принесёт свои плоды.       С глубоким уважением,       Генерал-губернатор Бенгалии, Лорд Кристиан де Клер»       Видия Басу отложила письмо, зачитав его в присутствии других членов Дюжины.       — Англичанин снова намерен жениться… Да ещё и метит чётко в цель. Это единственное имя запало ему в душу.       Деви нахмурилась, задрожав. Лорд… Лорд так любит её, что готов жениться на ней? Ну не может быть такого, что речь в письме шла о ком-то другом. Неужели она действительно так ему важна, что он готов пожертвовать своей свободой после того случая? Но что за единственное имя, о котором он говорит? Что он задумал? Дивия нервно сглотнула, сжимая руки в кулак, надеясь, что ничто внешне не выдаёт её беспокойство.       — Но я не помню, чтобы вы говорили об одной конкретной девушке. Мы выбирали её из членов Дюжины на собрании, разве нет? — подала голос Сарасвати.       — Ах, моя дорогая дочь, так ты не знаешь? — раздражённо бросила Видия. — Лорд ещё тогда собирался жениться лишь на одной девушке, которая оказалась такой горделивой, что сразу же отмела его предложение. Он не хотел давить… Либо же был раздражён такой дерзостью, поэтому мы предложили другие кандидатуры. Что будем делать сейчас — не знаю, потому что англичанин снова промахнулся, так как эта девушка занята другим человеком из Дюжины. Помолвка уже заключена, верно, Дивия?       Сердце Деви пропустило удар. Лорд не просто хочет жениться на ней — он хотел сделать это ещё тогда, он помнил её и надеялся видеть её в качестве невесты.       — Камал, — Дивия шепнула ему на ухо с неясно откуда взявшейся злостью. — Ты не говорил, что лорд собирался жениться именно на мне…       — Я хотел спасти тебя от этой участи, поэтому отклонил помолвку от твоего имени, — раздражённо ответил Камал. — Сейчас ты уже помолвлена, и тебе не придётся забивать себе голову этим второй раз.       Деви отвернулась от опекуна. Гнев наполнил всё её тело — как тогда, как и сейчас, такие серьёзные решения принимаются за её спиной, хотя она уже вот-вот станет полноправной главой рода. Наверное, старая Деви была бы счастлива узнать, что у неё получилось избежать помолвки с лордом, но новая госпожа Шарма… Едва слышно прокашлявшись, Дивия громко произнесла:       — Я хочу принять его предложение и отказаться от помолвки с Дубеем, если есть возможность.       — Деви, ты с ума сошла?! — зашипел Камал ей на ухо, но юная госпожа остановила его жестом, ожидая решения Махарани.       — Горделивость этой госпожи может сравниться только с горделивостью самой богини, — с раздражением процедила Видия. — Ты у нас мастерица срывать помолвки, верно?       — Разве не этого вы хотели? Брака с лордом, чтобы индийцы пробрались на высшие должности, — спокойно ответила Деви. В действительности же ей вдруг стало очень тревожно — настолько, что начала болеть и кружиться голова, однако она не подала виду. — Неужели вам не нравится, что губернатор сам плывёт к вам в руки, а я, на этот раз знающая, что лорд действительно хотел выбрать меня, — она покосилась на Камала, — соглашаюсь принять его предложение? Вы думаете, мне неизвестно, что в браке с Дубеем я практически лишаюсь всех своих полномочий, которые я когтями вырывала из лап своего дядюшки?       — Будь по-твоему, — лицо госпожи Басу слегка перекосило. — Смотри только, чтобы твоя жертва оказалась не слишком высокой… Лучше быть невестой неприкасаемого, чем англичанина.