Повтор не найден

Ночь после возвращения из архива стала для Драко самой длинной в его жизни. Он не спал - не потому, что не мог, а потому, что боялся закрыть глаза. Каждый раз, когда веки тяжелели и сознание начинало проваливаться в темноту, перед ним вставали образы из тех реальностей, которые архив показал ему. Астория на диване, укутанная в плед, с бледным лицом и слабой улыбкой. Астория, которая говорила «я люблю тебя» так, будто эти слова были последними. Астория, чьи пальцы холодели в его руке, пока он сидел у её постели и молился всем богам, в которых никогда не верил. А потом - Гермиона. Гермиона, которая спорила с ним в профессорской Хогвартса, поправляя очки, сползающие с носа. Гермиона, которая пекла вафли на маггловской кухне и смеялась над его дурацкими шутками. Гермиона, которая стояла под дождём на кладбище и смотрела на него с такой болью, что у него перехватывало дыхание. Гермиона, которая сжимала его руку в темноте. Драко сидел на подоконнике в своей спальне в Малфой-мэноре и смотрел на сад, который тонул в предрассветной мгле. Розы, которые посадила его мать, казались чёрными в этом сером, безжизненном свете. Павлин - тот самый, единственный выживший из всей стаи, - спал на газоне, свернувшись в белый комок, похожий на забытый кем-то снежок. Он прокручивал в голове варианты. Снова и снова. Как заевшую пластинку, которую невозможно остановить. Астория была правильным выбором. Она была из хорошей семьи. Чистокровной. Достойной. Она не задавала лишних вопросов, не лезла в душу, не требовала объяснений. Она принимала его таким, какой он есть - с меткой на руке, с тёмным прошлым, с отцом в Азкабане. Она не пыталась его изменить. Она просто была рядом. Тихо. Спокойно. Надёжно. Но Гермиона… Гермиона была другой. Она не принимала его таким, какой он есть - она видела, кем он мог бы стать. Она спорила с ним, когда он был неправ. Она злилась, когда он закрывался. Она не боялась говорить правду, даже если эта правда была болезненной. Она была шумной. Неудобной. Неправильной. Она не вписывалась в его мир - в мир чопорных обедов, светских бесед и фамильных реликвий, которые передавались из поколения в поколение. Именно поэтому он не мог перестать думать о ней. Драко провёл рукой по лицу - щетина за ночь стала жёсткой, колючей, и это напоминало ему о том, что он жив, что время идёт, что нужно принимать решение. А он не умел принимать решения. Всю жизнь за него выбирали другие. Отец - какую школу посещать, с кем дружить, во что верить. Тёмный лорд - на чьей стороне сражаться, кого предать, кому поклоняться. Мать - как выжить, когда всё вокруг рушится. А теперь выбор стоял перед ним. Самый личный. Самый страшный. Остаться с Асторией - безопасно, предсказуемо, правильно. Или рискнуть всем - репутацией, покоем, будущим - ради женщины, которая когда-то была его врагом. Он посмотрел на свою левую руку. Метка Пожирателя смерти была бледной - почти серебряной, - но она не исчезла. Она была напоминанием. Напоминанием о том, что он сделал. О том, кем он был. О том, что некоторые ошибки нельзя исправить, даже если ты проживёшь тысячу жизней. «Ты - ключ», - сказал отец. Ключ к архиву. Ключ к реальности. Ключ к выбору, который определит всё. Но какой ключ открывает нужную дверь, если ты не знаешь, что за ней? --- В это же утро Гермиона сидела на полу своей маленькой квартиры, окружённая книгами, которые не читала. Она разложила их вокруг себя -  десятки томов по магической теории, пространственной магии, древним артефактам. Но ни один из них не давал ответа на вопрос, который мучил её последние несколько дней. Она перестала верить в книги. Это было страшное признание. Книги были её опорой с детства - сначала в маггловском мире, где они заменяли ей друзей, потом в Хогвартсе, где они давали ответы на все вопросы. Но сейчас ответов не было. Архив не описывался ни в одном учебнике. Хранитель не упоминался ни в одной легенде. Реальности, которые они видели, не подчинялись законам магии, которые она знала. Гермиона обхватила колени руками и уткнулась в них лицом. Ей хотелось плакать, но слёзы не шли. Внутри была пустота - та самая, которую она чувствовала после войны, когда всё закончилось, а жизнь не стала проще. Она думала о реальностях. О каждой из них. В одной она была профессором Хогвартса - уважаемым, мудрым, счастливым. Она просыпалась каждое утро рядом с Драко, и они пили кофе на балконе своей башни, глядя на озеро, в котором отражался замок. Она не была министром магии. Не была главой отдела. Она была просто учительницей, которая любила свою работу и своего мужа. И этого было достаточно. В другой реальности не было магии. Вообще. Никакой. Она работала в обычном книжном магазине, Драко был простым инженером, а их дети ходили в обычную школу. Они ссорились из-за грязной посуды и забытых дней рождения, но каждую ночь засыпали в обнимку, потому что больше никто не был им нужен. В третьей реальности её не было. Она умерла. А Драко остался - один, седой, сломленный, и каждый день приходил на её могилу с букетом белых роз. Она видела его глаза - пустые, мёртвые, лишённые всякого смысла. Он существовал, но не жил. И это было хуже смерти. В четвёртой реальности они были вместе, но их любовь была похожа на болезнь. Они не могли жить друг без друга, но каждый день причиняли боль. Контролировали, ревновали, лгали. Им казалось, что это и есть страсть. Но это было разрушение. Медленное. Неумолимое. Которое с каждым днём стирало их настоящих. Гермиона подняла голову и посмотрела на стену, где висела фотография её родителей. Они улыбались - счастливые, не знающие, что их дочь - волшебница, что она сражалась на войне, что она видела смерть. Она стёрла их память, чтобы спасти их. А потом восстановила. Но они уже не были теми, кем были раньше. Они смотрели на неё с недоверием - вежливым, осторожным, но недоверием. Гермиона думала о Роне. О реальности, где они были женаты, владели книжным магазином и медленно убивали друг друга своим присутствием. Рон был хорошим человеком. Добрым. Верным. Он любил её - по-своему, неуклюже, но искренне. Но он всегда был в её тени. Всегда чувствовал себя вторым. Всегда знал, что она умнее, сильнее, важнее. И это разрушало его. Разрушало их. «Ты всегда хочешь большего», — сказал он в той реальности. И он был прав. Она всегда хотела большего. Не потому, что была жадной, а потому, что боялась остановиться. Боялась, что если перестанет бежать - то упадёт. И больше никогда не поднимется. А теперь она снова хотела большего. Драко Малфоя. Это было безумие. Он был помолвлен. С Асторией. С идеальной, правильной, чистокровной Асторией, которая никогда не спорила с ним при посторонних, не повышала голос, не лезла в его прошлое с вопросами. Она была из тех женщин, которые украшают собой любую вечеринку, не привлекая лишнего внимания. Она была как дорогое украшение - красивое, но необязательное. Гермиона была другой. Она была как ураган - шумная, разрушительная, непредсказуемая. Она врывалась в жизнь и переворачивала всё вверх дном. Она не умела быть тихой. Не умела быть удобной. Она умела только бороться. Но, может быть, Драко не нужен был ураган. Может быть, ему нужен был тихий порт, где можно спрятаться от шторма. Гермиона встала, подошла к окну и открыла его. Холодный утренний воздух ворвался в квартиру, разгоняя спёртую тишину. Она вдохнула полной грудью - запах мокрого асфальта и осенних листьев - и почувствовала, как что-то внутри неё меняется. Она не должна была ждать. Не должна была надеяться. Не должна была представлять их будущее, которого, возможно, никогда не случится. Она должна была жить своей жизнью - той, которую выбрала сама. Без архива. Без вариантов. Без «если бы». Но она не могла. Потому что архив показал ей то, о чём она боялась думать. Он показал ей, что счастье возможно. Что оно не в книгах, не в работе, не в правильных решениях. Оно в другом человеке. В том, кто видит тебя настоящую. Кто не боится твоей силы. Кто готов спорить с тобой до хрипоты, но при этом держать за руку. Драко видел её. Он всегда видел. Даже когда называл грязнокровкой. Даже когда стоял на другой стороне баррикад. Даже когда они были врагами. Он замечал её - её ум, её характер, её огонь. И это пугало её больше, чем любое проклятие. --- Днём они встретились в Министерстве. Не планировали - просто оказались в одном коридоре. Драко шёл из отдела, Гермиона - в библиотеку. Их взгляды встретились, и оба замерли на секунду, как будто наткнулись на невидимую стену. - Грейнджер, - сказал Драко первым, и его голос прозвучал слишком громко в тишине пустого коридора. - Малфой, - ответила она, и её голос был таким же напряжённым. Они стояли в трёх метрах друг от друга. Расстояние, которое можно преодолеть за секунду, но которое казалось непреодолимым. - Ты не спала, - сказал он, глядя на её лицо — бледное, с тенями под глазами, которые даже тональный крем не мог скрыть. - Ты тоже, - ответила она, замечая его растрёпанные волосы и несвежую мантию. Он выглядел так, будто провёл ночь, сидя на подоконнике и глядя на сад. - Не мог уснуть, - сказал Драко. - Думал. - О чём? - О тебе, - ответил он, и слова вырвались раньше, чем он успел их остановить. Гермиона почувствовала, как её сердце пропустило удар. Она хотела сказать что-то колкое - привычная защита, броня, которую она носила годами, - но не смогла. Внутри не было злости. Был только страх. И надежда. И ещё что-то, чему она не знала названия. - Я тоже думала о тебе, - сказала она, делая шаг вперёд. Драко не двинулся с места. Он стоял, как вкопанный, и смотрел на неё так, будто она была единственным источником света в этом сером, безжизненном коридоре. - Я не знаю, что делать, - сказал он, и его голос дрогнул. Впервые за долгое время Драко Малфой позволил себе показать слабость. Не перед Пэнси, не перед Блейзом, не перед матерью. Перед ней. - У меня есть Астория. Она ждёт. Она верит в меня. Она построила свою жизнь вокруг меня. - А ты построил свою жизнь вокруг неё? - спросила Гермиона. - Я пытался, - ответил Драко. - Я пытался быть тем, кем меня хотят видеть. Но после архива… после того, что я видел… я не знаю, кто я. - Ты - Драко Малфой, - сказала Гермиона. - Тот, кто выжил. Тот, кто изменился. Тот, кто боится, но идёт вперёд. - А ты? - спросил он. - Ты кто? - Я - Гермиона Грейнджер, - ответила она. - Та, которая всегда знает ответы. Но сейчас я не знаю ничего. Она подошла ещё ближе. Теперь их разделял всего один шаг. - Я видела нас, - сказала она. - В реальностях. Мы были счастливы. Не во всех, но в некоторых. - Я тоже видел, - сказал Драко. - Но это были не мы. Это были варианты. Возможности. Черновики. - А что, если черновики лучше финальной версии? - спросила Гермиона. - Тогда зачем мы здесь? - ответил Драко. - Зачем мы живём эту жизнь, если другая была лучше? Она не знала ответа. Но она знала, что не хочет уходить. - Я не прошу тебя бросать Асторию, - сказала она. - Я не прошу тебя выбирать меня. Я просто… я просто хочу, чтобы ты знал. - Что? - Что я здесь, - сказала она. - Что если ты когда-нибудь решишь, что правильный выбор - это не всегда безопасный выбор… я буду ждать. Драко смотрел на неё. Её глаза - карие, тёплые, живые - смотрели на него с такой надеждой, что у него защемило в груди. - А если я никогда не решусь? - спросил он. - Тогда я буду ждать, - ответила она. - Потому что я не умею сдаваться. Она развернулась и пошла в сторону библиотеки. Не оборачиваясь. Не замедляя шаг. Драко остался стоять в коридоре, глядя ей вслед. Он думал о том, что только что произошло. О том, что она сказала. О том, что она не попросила его бросить Асторию. Не потребовала ответа. Не устроила сцену. Она просто сказала: «Я здесь». И ушла. Это было хуже, чем любая сцена. Потому что теперь выбор был только за ним. И он не знал, какой правильный. --- Вечером Драко пришёл к Астории. Она жила в Лондоне, в небольшой квартире, которую снимала после того, как поссорилась с родителями. Ссора была глупой - они хотели, чтобы она вышла замуж за какого-то древнего чистокровного лорда, а она отказалась. Она выбрала его. Драко. Человека с меткой Пожирателя смерти. Человека, которого ненавидел весь магический мир. Она открыла дверь в пижаме - розовой, с вышитыми единорогами, - и её светлые волосы были распущены и падали на плечи. Она выглядела уставшей, но при виде Драко её лицо осветилось улыбкой. - Ты пришёл, - сказала она. - Я не ждала. - Я должен был прийти, - ответил Драко, проходя внутрь. Квартира Астории была маленькой, но уютной. Мягкий свет торшера, книги на полках, колдографии на стенах - в основном её семьи и несколько их совместных с Драко. Он заметил одну - они на вокзале Кингс-Кросс, провожают кого-то из друзей. Он улыбается. Она держит его за руку. - Ты хочешь чаю? - спросила Астория, направляясь на кухню. - Нет, - ответил Драко. - Я хочу поговорить. Астория замерла. Она медленно повернулась к нему, и её лицо стало серьёзным. - О чём? - О нас, - сказал Драко. - О том, что происходит. О том, что я чувствую. Она подошла к нему и села на диван, похлопав по месту рядом. Драко сел, но не слишком близко. - Я был в архиве, - сказал он. - Ты знаешь об этом. - Знаю, - кивнула Астория. - Пэнси рассказала. - Я видел другие реальности, - продолжил он. - Другие жизни. Других себя. В одной из них мы были женаты. Астория посмотрела на него с удивлением. - Мы? - Да, - сказал Драко. - Мы были женаты. У нас была семья. Ты болела. Я ухаживал за тобой. А потом ты умерла. Она побледнела. - Это… это ужасно. - Это было больно, - сказал Драко. - Даже в видении. Даже в варианте, который не случился. - Зачем ты мне это рассказываешь? - спросила Астория, и её голос дрожал. - Потому что я не знаю, что делать, - ответил Драко. - Ты - правильный выбор. Ты - безопасный выбор. Ты - та, кто не предаст, не уйдёт, не бросит. - Но? - спросила Астория. Она знала, что будет «но». - Но я думаю о ней, - сказал Драко. - О Грейнджер. Я не могу перестать о ней думать. Астория закрыла глаза. Её руки сжались в кулаки на коленях. - Я знала, - сказала она. - Я знала с того самого вечера в баре. Когда ты смотрел на неё. Я видела твой взгляд. - Прости, - сказал Драко. - Не извиняйся, - ответила Астория. - Ты не выбираешь, кого любить. - Я не знаю, люблю ли я её, - сказал Драко. - Я знаю только, что не могу её забыть. Астория открыла глаза. Они были сухими - она не плакала. Астория Гринграсс не плакала. Она была слишком гордой для этого. - Что ты хочешь от меня? - спросила она. - Чтобы я отпустила тебя? Чтобы я сказала: «Иди, будь счастлив»? - Я хочу, чтобы ты знала правду, - сказал Драко. - Я не хочу врать тебе. Я не хочу притворяться. - Ты никогда не притворялся, - сказала Астория. - Ты всегда был честен со мной. Может быть, слишком честен. Она встала с дивана и подошла к окну. За стеклом темнел Лондон - огни, машины, жизнь, которая продолжалась независимо от их маленькой драмы. - Я не буду тебя держать, - сказала она. - Если ты хочешь уйти — уходи. Но знай: я люблю тебя. Я люблю тебя не за то, кем ты мог бы стать. Я люблю тебя за то, кто ты есть. - А кто я есть? - спросил Драко. - Ты — Драко, - сказала Астория. - Тот, кто боится. Тот, кто сомневается. Тот, кто хочет быть хорошим, но не знает как. И я принимаю тебя таким. Драко встал и подошёл к ней. Встал рядом, глядя на отражения в стекле - две тени, которые могли бы быть одной. - Я не могу принять решение сейчас, - сказал он. - Я не готов. - Тогда не принимай, - ответила Астория. - Но и не заставляй меня ждать вечно. - Я не буду, - сказал Драко. - Я обещаю. Он поцеловал её в макушку - как раньше, как всегда, как делал сотни раз. Но что-то изменилось. В этом жесте появилась горечь. Прощание. Астория чувствовала это. Но ничего не сказала. --- Вернувшись домой, Драко сел за стол и достал чистый лист пергамента. Он хотел написать Гермионе. Сказать ей… что? Что он думает о ней? Что она не выходит у него из головы? Что он готов рискнуть? Он взял перо, обмакнул его в чернила и замер. Рука не двигалась. Слова не складывались. Потому что он не знал, что сказать. Потому что он боялся. Боялся, что если напишет - то уже не сможет отступить. А если не напишет - то потеряет её навсегда. Драко отложил перо и уставился в пустой лист. Он думал о том, что сказала Астория. «Я принимаю тебя таким». Гермиона тоже принимала его - но не таким, какой он есть, а таким, каким он мог бы стать. Она видела в нём потенциал. Она верила, что он способен на большее. Астория любила его за прошлое. Гермиона - за будущее. И он не знал, что важнее. --- Гермиона в это же время сидела в своей квартире и смотрела на телефон. Старый маггловский телефон, который она оставила на всякий случай. Она могла бы позвонить Драко. Но у неё не было его номера. Она могла бы послать сову. Но что писать? «Привет, я думаю о тебе»? «Давай встретимся и обсудим наши альтернативные реальности»? «Я люблю тебя, хотя сама не понимаю, что это значит»? Она отложила телефон и обхватила голову руками. Почему всё так сложно? Почему она не может просто быть счастливой? Почему она всегда выбирает сложные пути - неправильных людей, опасные приключения, битвы, которые нельзя выиграть? Она вспомнила реальность, где они с Драко были профессорами Хогвартса. В той жизни всё было просто. Почему эта реальность не может стать их реальностью? Потому что Драко боится. Потому что она боится. Потому что между ними стоит прошлое - война, ненависть, предрассудки. И потому что есть Астория - правильная, хорошая, безопасная. Гермиона встала и подошла к зеркалу. На неё смотрела уставшая женщина с растрёпанными волосами и покрасневшими глазами. Она не была красивой в этот момент. Не была идеальной. Не была той, кого выбирают вместо Астории Гринграсс. Но она была собой. И она устала притворяться. Она не знала, что будет дальше. Не знала, выберет ли он её. Не знала, сможет ли она быть с ним, если он выберет. Но теперь она хотя бы знала, что чувствует. И это было началом. --- Ночь опустилась на Лондон, укрывая его тёмным одеялом из облаков и звёзд. Драко и Гермиона лежали в своих постелях - в разных концах города, - и оба смотрели в потолок, думая друг о друге. Драко думал о том, что сказала Гермиона в коридоре: «Я буду ждать». Она не просила его бросать Асторию. Не требовала ответа. Она просто сказала, что она здесь. И это было страшнее любых требований, потому что это означало, что она готова ждать столько, сколько потребуется. А он не был уверен, что заслуживает такого терпения. Гермиона думала о том, как выглядел Драко в той реальности, где она умерла. Седым. Сломленным. Пустым. Он приходил на её могилу каждый день, потому что не мог жить без неё. Она не хотела, чтобы он стал таким. Не хотела, чтобы он страдал. Но в глубине души она знала: если она исчезнет из его жизни - даже не умрёт, просто исчезнет, - он не будет счастлив. С Асторией или без неё. Потому что некоторые люди входят в твою жизнь и меняют её навсегда. Даже если ты не готов к этим изменениям. Даже если ты боишься. Даже если ты пытаешься убежать. Гермиона вошла в жизнь Драко как ураган. И теперь он не знал, как жить без ветра. --- На следующее утро Драко проснулся с чётким ощущением: он должен увидеть Гермиону. Не для того, чтобы принять решение. Не для того, чтобы сказать ей что-то важное. А просто чтобы быть рядом. Чтобы убедиться, что она существует. Что она настоящая. Что всё, что он видел в архиве, - не просто сон. Он оделся, вышел из Малфой-мэнора и аппарировал к её квартире. Стоял под дверью несколько минут, не решаясь постучать. А потом дверь открылась сама. Гермиона стояла на пороге — в джинсах и свитере, босиком, с чашкой кофе в руках. - Я знала, что ты придёшь, - сказала она. - Откуда? - спросил Драко. - Потому что я тоже не могла спать, - ответила она. - Заходи. Он вошёл. И дверь за ним закрылась. Они стояли в прихожей - тесной, заставленной обувью и зонтами, - и смотрели друг на друга. - Я не знаю, что я здесь делаю, - сказал Драко. - Я знаю, - ответила Гермиона. - Ты здесь, потому что боишься. И потому что хочешь перестать бояться. - А ты? - спросил он. - Ты чего хочешь? - Я хочу, чтобы ты выбрал себя, - сказала она. - Не меня. Не Асторию. Не своего отца. Не архив. Себя. И тогда ты поймёшь, что делать дальше. Драко посмотрел на неё долгим взглядом. В её глазах не было ожидания. Не было требования. Было только принятие. - Я не знаю, как выбрать себя, - сказал он. - Я никогда этого не делал. - Начни сегодня, - ответила она. - Начни с малого. Скажи себе правду. Хотя бы один раз. Драко закрыл глаза. Правда. Она была проста и ужасна одновременно. - Я хочу быть с тобой, - сказал он. - Не знаю, надолго ли. Не знаю, правильно ли. Но я хочу. Гермиона поставила чашку на пол и подошла к нему. Взяла его за руки. Его пальцы были холодными - как всегда, - и она сжала их крепче. - Это уже начало, - сказала она. - Остальное придумаем по пути. Они стояли в прихожей, не двигаясь, не целуясь, не обещая друг другу вечности. Они просто были. Вместе. В первый раз без страха. А где-то в другом конце города Астория Гринграсс сидела на подоконнике и смотрела на рассвет. Она знала, что Драко не вернётся. Не сегодня. Не завтра. Может быть, никогда. И она плакала - впервые за долгое время, потому что больше не нужно было притворяться сильной. Архив молчал. Реальность выбирала сама. И этот выбор был болезненным для всех. Но, может быть, именно так и рождается что-то настоящее. Из боли. Из страха. Из ошибок. Из готовности рискнуть всем ради одного человека.