Путь двух слияний

Кайлин и Элина взяли по коктейлю – Кайлин выбрала «Лунный бриз» с лёгким цитрусовым ароматом, а Элина остановилась на «Звёздном вихре» с малиновыми нотками и кубиками замороженного пандорианского сока. Они неторопливо направились в главный зал, обсуждая наряды гостей клуба. – Смотри, вон та девушка в платье‑парашюте, – хихикнула Элина, указывая на даму в объёмном наряде цвета фуксии. – Как будто собралась прыгать с крыши, а не танцевать! Кайлин рассмеялась, сделав глоток коктейля: – Или это новый тренд – платья для эвакуации? – Точно! – подхватила Элина. – А вон тот парень в костюме с блёстками – будто новогодняя ёлка решила выйти в свет. Кайлин снова рассмеялась, чувствуя, как напряжение последних дней понемногу отпускает. Она любовалась неоновыми огнями, скользящими по стенам, слушала энергичную музыку и наслаждалась моментом. Дойдя до главного зала, Элина улыбнулась про себя и взяла Кайлин под руку: – Ну что, подруга, пошли? Кайлин кивнула, слегка сжимая руку Элины в знак согласия. Они зашли внутрь. Зал был полон рекомбинантов и людей. Энергичная музыка гремела из мощных колонок, а неоновые огни создавали причудливые узоры на танцполе. В воздухе витал запах мужского одеколона, алкоголя и чего‑то сладкого – то ли десертов с барной стойки, то ли экзотических духов гостей. Кто‑то уже танцевал, двигаясь в такт ритму, кто‑то пока ещё только пил или оживлённо разговаривал у столиков. Кайлин невольно залюбовалась этой атмосферой – яркой, живой, полной энергии. – Ну, куда сядем? – спросила она у Элины. Но подруга уже не слушала. Её глаза расширились, она резко схватила Кайлин за руку и завизжала: – Аааа, Лайл! Кайлин повернулась к подруге, посмотрела в ту сторону, куда та смотрела, и замерла. За столиком в полутёмном углу, почти у самой стены, сидел Лайл. А рядом с ним – полковник Куоритч. Полковник выглядел невероятно: его тёмно‑синяя кожа контрастировала с чёрной рубашкой, подчёркивающей широкие плечи. Глаза переливались при неоновом освещении – то становились почти фиолетовыми, то отливали глубоким синим. Он разговаривал с Лайлом, слегка наклонив голову, и выглядел… через чур сексуально. Кайлин сглотнула, чувствуя, как всё внутри сжалось. Музыка тут же ушла на второй план, остались только биение сердца и взгляд полковника, который вдруг повернулся в её сторону. Элина, не теряя времени, схватила подругу за руку и побежала к их столику: – Лайл! – закричала она, уже почти добежав. Мужчины обернулись на крик. Лайл поднялся с места, улыбаясь: – Элин! Рад видеть! Взгляд полковника тут же заострился на Кайлин. Он увидел перед собой не ту девочку, что докладывала ему о результатах тестов, а по‑настоящему красивую девушку. Майлз невольно задержал взгляд на Кайлин. Она была одета в чёрное платье – короткое, с длинными расклёшенными рукавами и глубоким V‑образным вырезом. Ткань струилась по фигуре, подчёркивая стройность талии и плавность линий. Он окинул взглядом её длинные ноги, затем перевёл взгляд на талию – тонкую, изящную. Взгляд скользнул выше, задержавшись на груди – не слишком большой, но чуть больше среднего. Глубокий разрез подчёркивал это и делал Кайлин чертовски привлекательной. Элина тем временем напрыгнула на Лайла, едва не сбив его с ног: – Я так рада тебя видеть! – воскликнула она, обнимая его за шею. Это привлекло внимание Кайлин и Майлза. Лайл, недолго думая, вцепился в губы Элины. Поцелуй был не слишком жадный, но глубокий, полный эмоций. Кайлин округлила глаза, а полковник усмехнулся, беря в руки бокал с коктейлем и переводя взгляд снова на Кайлин. Она стояла и смотрела на счастливую подругу, слегка приоткрыв рот от неожиданности. После поцелуя Элина отошла от Лайла на несколько шагов, всё ещё сияя от счастья. – Ну наконец‑то мы все вместе! – радостно объявила она. – Кайлин, иди сюда, садись рядом со мной! Кайлин, слегка смущённая, подошла к столику. Майлз не сводил с неё глаз – в них читалось что‑то новое, непривычное. Он слегка отодвинулся, освобождая место рядом с собой, и кивнул: – Присаживайтесь. Они все сели за стол. Лайл первым начал разговор: – Ну что, друзья, за вечер! – он поднял бокал. – За вечер! – подхватили остальные, и бокалы звонко чокнулись. Кайлин сделала глоток своего коктейля, стараясь не встречаться взглядом с полковником. Но она чувствовала его взгляд – внимательный, изучающий. – Кайлин, ты потрясающе выглядишь, – неожиданно произнёс Майлз, и его голос прозвучал чуть ниже обычного. – Это платье… оно тебе очень идёт. Кайлин подняла глаза и встретилась с ним взглядом. Неоновый свет отражался в его глазах, создавая причудливую игру оттенков. – Спасибо, – тихо ответила она. – Вы тоже… хорошо выглядите. Элина, заметив напряжение между Кайлин и полковником, решила разрядить обстановку: – Так, а теперь все заказывают по второму коктейлю! – объявила она. – Лайл, зови официанта! – Слушаюсь, мэм! – шутливо отдал честь Лайл и поднял руку, подзывая официанта. – Что будете? – спросил официант, обращаясь к Кайлин. – «Лунный бриз», пожалуйста, – ответила она. – Мне то же самое, – добавил Майлз. – А нам с Элиной – «Звёздный вихрь», – сказал Лайл. Официант кивнул и ушёл выполнять заказ. В этот момент заиграла медленная композиция – не такая энергичная, как предыдущие треки, а более мелодичная, с мягкими переливами синтезаторов. – Пойдём потанцуем? – предложила Элина Лайлу. – С удовольствием, – улыбнулся он, вставая из‑за стола. Пара направилась к танцполу, где уже кружились в танце другие пары. Кайлин и Майлз остались сидеть за столиком – в тишине, нарушаемой лишь музыкой, гулом голосов и отдалёнными смешками. Кайлин нервно поправила прядь волос, упавшую на лицо, и сделала глоток коктейля. Она старалась сосредоточиться на музыке, на движении танцующих, на мерцании неоновых огней – на чём угодно, только не на рекомбинанта напротив. Но она снова и снова ловила на себе его взгляд. Майлз не скрывал своего интереса. Он открыто рассматривал Кайлин – медленно скользил взглядом от её распущенных волос, подсвеченных неоном, вниз, к линии плеч, к изящному вырезу платья. Его глаза задерживались на её лице, следили за тем, как она подносит бокал к губам, как слегка хмурит брови, пытаясь выглядеть безразличной. Кайлин чувствовала этот взгляд кожей. Она не ёжилась робко, не опускала глаза в смущении – скорее, внутри нарастало странное напряжение, смесь раздражения и необъяснимого волнения. Каждый раз, когда их взгляды случайно встречались, она выдерживала его, чуть приподнимая подбородок, словно бросая немой вызов: «Да, я знаю, что ты смотришь. И что?» Полковник не отворачивался. В его глазах читалось что‑то новое – не служебное внимание, не оценка подчинённого, а живой, неподдельный интерес мужчины к женщине. Он слегка наклонил голову, чуть прищурился, будто пытался разгадать её мысли. Кайлин сделала ещё один глоток коктейля, стараясь унять лёгкое дрожание пальцев. Она нарочито медленно оглядела зал, делая вид, что ей всё равно. Но краем глаза продолжала следить за Майлзом – за тем, как он держит бокал, как чуть заметно улыбается уголками губ, как его пальцы слегка постукивают по столу в такт музыке. В зале тем временем Элина и Лайл смеялись, кружась в танце. Элина что‑то шептала ему на ухо, он отвечал, наклоняясь ближе, и оба снова заливались смехом. Кайлин невольно улыбнулась, глядя на них. Майлз проследил за её взглядом, затем снова посмотрел на Кайлин. Он не заговорил, не сделал попытки завязать разговор – просто продолжал смотреть, и в этом молчании было больше смысла, чем в любых словах. Неоновый свет переливался на их бокалах, музыка меняла темп, а между ними всё нарастало это странное, напряжённое притяжение – без слов, без жестов, только взгляды, которые говорили куда больше, чем любые фразы. Кайлин сделала глубокий вдох, выпрямилась и, встретив взгляд полковника, чуть заметно улыбнулась – едва уловимо, почти неуловимо, но достаточно, чтобы он это заметил. Лайл и Элина, раскрасневшиеся после танца, вернулись к столику и сели на свои места. Официант как раз принёс новые коктейли – бокалы запотели от холода, на краях красовались дольки цитрусовых и зонтики. Элина, у которой от танцев и криков пересохло в горле, первой схватила свой коктейль и сделала большой глоток. – Ух, освежает! – выдохнула она, вытирая капли с губ. – А вот меньше нужно кричать, – засмеялась Кайлин и толкнула подругу в бок. Элина наклонилась к ней и шепнула на ухо: – Заставь его ревновать. Смотри на Майлза и делай вид, что тебе кто‑то интересен. Кайлин замерла, посмотрела подруге в глаза и беззвучно спросила взглядом: «А как я это сделаю?» Элина едва заметно кивнула в сторону барной стойки. Кайлин вздохнула, подхватила бокал, сделала вид, будто отпила коктейль, и тут же сморщилась, изображая, что напиток слишком кислый. – Кайлин, ты чего сморщилась? – рассмеялся Лайл. – Кажется, с лимоном явный перебор. Пойду попрошу переделать. – Не надо, я сама, – быстро сказала Кайлин, вставая. – Сейчас вернусь. Она направилась к барной стойке, чувствуя на себе взгляд Майлза. Он не отрывал от неё глаз – его взгляд был прикован к ней, следил за каждым шагом, за тем, как она идёт, как поправляет прядь волос, как ставит бокал на стойку. Элина заметила это и незаметно толкнула под столом ногу Лайла. Тот сразу понял намёк и подмигнул подруге. Кайлин подошла к барной стойке и сделала вид, будто кого‑то ждёт. Она огляделась по сторонам, поправила платье, поставила бокал и стала смотреть в зал, словно высматривая кого‑то. Ждать долго не пришлось. К ней тут же подцепился какой‑то рекомбинант. Он был уже изрядно пьян – от него несло коньяком и вонючим табаком. Кайлин уловила этот запах и слегка отшатнулась. – Привет, я Хард, а тебя как зовут, красотка? – произнёс он, беря её за руку. Кайлин хотела отступить, но вспомнила про план Элины. Она улыбнулась натянуто и ответила: – Кайлин. Хард резким движением усадил её на высокий барный стул – от неожиданности Кайлин чуть не потеряла равновесие, но удержалась. – Ну что, Кайлин, – он наклонился ближе, – ты здесь одна? – Нет, я с друзьями, – коротко ответила она, пытаясь убрать его руку со своего плеча. Но Хард не обращал внимания. Он продолжал говорить, время от времени дотрагиваясь до её руки, проводя пальцами по запястью. Кайлин старалась держаться вежливо, но внутри всё сжималось от неприязни. Хард продолжал болтать, его речь становилась всё более несвязной. Он смеялся над своими же шутками, наклонялся слишком близко, и Кайлин всё больше хотелось отодвинуться. – У тебя кто‑то есть? – вдруг спросил он, глядя на неё мутными глазами. Кайлин слегка смутилась такому вопросу и ничего не ответила. Она перевела взгляд на столик, где сидели её друзья. Краем глаза она заметила Майлза. Его взгляд был острым, почти осязаемым. Он буквально прожигал её насквозь. В глазах полковника прыгали чертики – не просто ревность, а что‑то более глубокое, первобытное. Его пальцы сжались вокруг бокала так, что побелели костяшки. Он смотрел на Харда, на то, как тот касается Кайлин, и в его взгляде читалось: «Убери от неё руки, или…» Кайлин невольно улыбнулась – план работал. Она уже хотела встать и уйти, но Хард положил руку ей на коленку и начал медленно поднимать её выше. – Отпусти меня, – резко заговорила она, пытаясь отстраниться. – Да ладно тебе, – хрипло рассмеялся Хард. – Ты же сама сюда пришла… Он схватил её за руку и попытался куда‑то потащить. В этот момент Майлз резко вскочил с места. Его движения были быстрыми, чёткими, почти автоматическими – как у хищника, заметившего угрозу. Он быстрым шагом направился к барной стойке. Подойдя ближе, Майлз без слов со всей силы врезал Харду в лицо. Удар был точным, мощным – пьяный рекомбинант отлетел в сторону, ударился о барную стойку и едва не свалился на пол. – Ещё раз прикоснёшься к ней – и я не ограничусь этим, – холодно бросил Майлз, глядя на Харда сверху вниз. Тот, пошатываясь, поднял руки: – Эй, мужик, я просто… – Молчать, – оборвал его полковник. Майлз резко схватил Кайлин за руку и повёл за собой. Она испугалась – не столько удара, сколько его внезапной ярости – и начала вырываться: – Майлз, отпусти! Что ты делаешь?! – Молчи, – отрезал он, не замедляя шага. Кайлин почти бежала за ним – он шёл слишком быстро для неё, почти тащил её за собой. Они миновали зал, прошли мимо танцпола, свернули в боковой коридор и оказались в небольшом подсобном помещении, куда редко кто заходил. Майлз резко повернул Кайлин к стене и заговорил, сдерживая ярость: – Какого чёрта ты с ним заговорила? Он же пьяный в стельку! Ты хоть понимаешь, что могло случиться? Кайлин прижалась к стене, чувствуя, как дрожат колени. Но вместо страха в ней закипала злость: – Это тебя не касается! – бросила она. – Я сама решаю, с кем мне разговаривать! – Дура! – Майлз ударил кулаком по стене рядом с её головой. – Ты хоть представляешь, что было бы, если бы я не успел? – А если бы успел кто‑то другой? – Кайлин толкнула его в грудь. – Почему ты мне запрещаешь общаться с парнями, а сам зажимаешься по кабинетам с другими бабами? Майлз замер. Его глаза сверкнули, он улыбнулся, показывая клыки, и сделал шаг вперёд, прижимая её к стене ещё сильнее. – Ты ревнуешь? – тихо спросил он. – Нет! – Кайлин попыталась отвернуться, но он не дал. Майлз взял её за подбородок и резко поднял его, заставляя смотреть ему в глаза. Его пальцы были жёсткими, но не грубыми – в них чувствовалась сила, контроль, но не жестокость. – Ты не имеешь права так со мной разговаривать, – прошипела Кайлин, пытаясь вырваться. – И не имеешь права решать, с кем мне общаться! – Имею, – тихо, но твёрдо ответил Майлз. – Потому что я не позволю, чтобы с тобой что‑то случилось. Потому что ты… Он не договорил. Вместо этого он резко и грубо поцеловал её. Его губы накрыли её губы – жёстко, требовательно, почти агрессивно. Кайлин на мгновение замерла, пытаясь оттолкнуть его, но он держал крепко. Она упёрлась руками в его грудь, пытаясь отстраниться, но через секунду её сопротивление ослабло. Дыхание сбилось. Кайлин почувствовала, как внутри что‑то ломается – та стена, которую она так долго выстраивала между ними. Гнев, обида, страх – всё смешалось в один клубок, а потом растворилось в этом поцелуе. Она перестала сопротивляться. Её руки, ещё секунду назад упирающиеся в его грудь, медленно скользнули вверх, к плечам. Пальцы сжались на ткани рубашки, будто пытаясь удержать равновесие – или, наоборот, притянуть его ближе. Поцелуй изменился. Он стал глубже, медленнее, но не менее страстным. Майлз чуть ослабил хватку, но не отпустил – теперь его руки легли ей на талию, притягивая вплотную. Он провёл большим пальцем по её щеке, затем зарылся пальцами в волосы, слегка откидывая голову назад, чтобы углубить поцелуй. Кайлин ответила – сначала неуверенно, потом всё смелее. Её губы двигались в такт его губам, дыхание участилось, а сердце билось так сильно, что, казалось, он мог услышать его стук. – Ты сводишь меня с ума, – прошептал Майлз, на мгновение оторвавшись от её губ. Его голос был хриплым, почти неузнаваемым. – С самого первого дня, как я тебя увидел. Кайлин открыла глаза. В его взгляде больше не было злости – только жар, желание и что‑то ещё, более глубокое. – Почему ты тогда вёл себя так… отстранённо? – выдохнула она. – Потому что боялся… – признался он. – Боялся, что ты не готова. Кайлин провела пальцами по его щеке, ощущая лёгкую щетину. Она больше не злилась – внутри разливалась теплота, странное ощущение правильности происходящего. – Но теперь ты здесь, – тихо сказала она. Майлз улыбнулся – по‑настоящему, без насмешки или иронии.  Он снова накрыл её губы своими. Поцелуй стал ещё более страстным – Майлз прижал Кайлин к себе так крепко, что она почувствовала биение его сердца, такое же учащённое, как и её собственное. Его рука скользнула по её спине, медленно спускаясь к ягодицам, и сжала их чуть сильнее. Кайлин не смогла сдержать тихий стон, который растворился в их поцелуе. Внезапно она резко отстранилась, упираясь руками в его грудь. – Майлз, не здесь. Не сейчас, – выдохнула она, пытаясь восстановить дыхание. Полковник тоже отступил на шаг, глядя на неё с недоумением: – Почему? – У меня ещё никого не было, – призналась Кайлин, опустив глаза. – И мне… страшно. Майлз на мгновение замер, затем наклонился вплотную к её уху: – Сколько тебе лет? – 21, – тихо ответила она. – Блять. Маленькая… еще Полковник резко отстранился. В его взгляде промелькнуло что‑то похожее на раскаяние. Он взял Кайлин за руку – уже не так настойчиво, как раньше, – и потянул за собой, но на этот раз шёл гораздо медленнее. Они вышли из клуба. Ночной воздух был прохладным и освежающим – он немного остудил разгорячённые лица. Майлз поймал такси, открыл дверь и жестом пригласил Кайлин сесть. Она молча скользнула на заднее сиденье, полковник сел рядом. – До базы RDA, – коротко бросил он водителю. Машина тронулась. Кайлин чувствовала, как внутри всё кипит от нахлынувших эмоций. Её щёки пылали – это было отчётливо видно даже на синей коже. Она украдкой посмотрела на Майлза: он смотрел прямо перед собой, крепко сжимая её руку. Кайлин перевела взгляд на его губы – они были опухшими после поцелуя, ещё влажноватыми. Она невольно вспомнила, как они касались её кожи, и по телу пробежала дрожь. Майлз почувствовал её взгляд и повернул голову. Их глаза встретились. В его взгляде больше не было той всепоглощающей страсти – теперь в нём читалась забота, какая‑то почти отеческая нежность. Он слегка сжал её руку, и Кайлин ответила лёгким пожатием. Такси остановилось у ворот базы. Майлз расплатился с водителем, открыл дверь для Кайлин и помог ей выйти. Они молча направились к зданию, шагая рядом. Тишину нарушали только их шаги по асфальту и отдалённые звуки ночной базы. Коридоры были пустынны и тихи. Свет приглушённых ламп создавал уютную, почти интимную атмосферу. Кайлин шла рядом с полковником, чувствуя странное спокойствие – несмотря на всё, что произошло. Дойдя до её комнаты, Майлз остановился и снова повернул Кайлин к себе. Она, повинуясь внезапному порыву, положила руки на его широкую грудь. Сквозь тонкую ткань рубашки она отчётливо почувствовала рельеф его мышц – сильных, напряжённых. Кайлин глубоко вдохнула, уловив его запах – горький цитрус с лёгкой примесью одеколона. Это было головокружительно, почти опьяняюще. Майлз наклонился и начал целовать её шею – сначала нежно, едва касаясь губами кожи, затем чуть сильнее, оставляя лёгкие следы на её шее. Кайлин закрыла глаза, наслаждаясь этими ощущениями. Её пальцы непроизвольно вцепились в рубашку полковника, сжимая ткань. Но вдруг она резко оторвала его от себя, слегка отстранив. Майлз поднял глаза – в них читалось недоумение. Кайлин легонько, почти невесомо, поцеловала его в губы. Это был совсем другой поцелуй – мягкий, благодарный, полный нежности. – Всё, малыш, – тихо произнёс Майлз, слегка улыбнувшись. – Иди спать. Кайлин отстранилась от него, чувствуя, как на душе становится легче. Она кивнула, улыбнулась и быстро зашла в комнату, тихо закрыв за собой дверь. Стоя по другую сторону двери, Майлз провёл рукой по волосам. На его лице появилась улыбка – не насмешливая, не ироничная, а тёплая, почти счастливая. Он постоял ещё мгновение, затем развернулся и направился к своему жилому блоку, стараясь унять странное волнение, которое никак не хотело покидать его сердце.