Зубная фея и Пожиратель смерти
14 апреля 2026 г., 02:01
Февраль выдался холодным и тоскливым. Драко после визита отца ходил сам не свой — замкнутый, молчаливый, с постоянной тенью в глазах. Гермиона видела, как он тает, и искала способ его вытащить.
— Ты должен с кем-то поговорить, — сказала она однажды вечером в Выручай-комнате.
— Я говорю с тобой.
— Не с врачом. С кем-то, кто не знает про войну. С кем-то, кому всё равно, что ты Малфой.
— Таких людей не существует, — горько усмехнулся Драко.
— Существуют, — Гермиона села напротив него и взяла за руки. — Мои родители.
Драко замер.
— Что?
— Мои родители, — повторила она. — Дантисты. Маглы. Они живут в Австралии. Они не знают про Волдеморта, не знают про Пожирателей смерти, не знают про фамилию Малфой. Для них ты — просто мальчик, с которым встречается их дочь.
— Ты хочешь познакомить меня с твоими родителями?
— Хочу.
— Через каминную связь?
— Да. Они звонят мне каждый воскресный вечер. В следующий раз ты будешь рядом.
Драко побледнел.
— Грейнджер, я не умею разговаривать с магловскими родителями. Я не умею разговаривать с родителями вообще. Мой отец пытал меня прошлым летом, помнишь?
— Поэтому тебе и нужно поговорить с моими. Они другие. Они добрые. И они любят меня. А я люблю тебя. Значит, они будут любить тебя по умолчанию.
— Это не работает так.
— Это работает именно так, — она поцеловала его в лоб. — Доверься мне.
Драко вздохнул.
— Я пожалею об этом.
— Скорее всего.
— Но я согласен.
Гермиона улыбнулась — ярко, счастливо, как улыбалась только рядом с ним.
— Отлично. В воскресенье. Надень что-нибудь приличное.
— Всё моё — приличное. Я — Малфой.
— Тогда надень что-нибудь, что не кричит «я — аристократ, который презирает маглов».
— У меня нет такой одежды.
— Тогда займи у Гарри.
— Я лучше приду голым.
— Это вариант, — задумчиво сказала Гермиона. — Но моя мама может неправильно понять.
Драко засмеялся — впервые за неделю.
— Ты невозможна.
— Я знаю.
---
Глава 2. Подготовка
В субботу вечером Драко пришёл в гостиную Гриффиндора с огромным свёртком.
— Что это? — спросил Гарри, отрываясь от домашнего задания.
— Подарки, — буркнул Драко. — Для родителей Грейнджер.
— Ты купил подарки для магловских родителей Гермионы? — Рон вытаращил глаза. — Ты вообще в своём уме?
— Это называется «хорошее впечатление», Уизли. Попробуй как-нибудь.
— Я произвёл хорошее впечатление на родителей Гермионы, когда мы искали её прошлым летом, — обиженно сказал Рон.
— Ты съел весь их холодильник, — напомнил Гарри.
— Это был комплимент их гостеприимству!
Гермиона закатила глаза.
— Давайте посмотрим, что там.
Драко развернул свёрток. Внутри были:
— Бутылка эльфийской настойки (безалкогольной — он проверил).
— Набор серебряных ложек с гравировкой (потому что «все дантисты любят серебро, это стерильно»).
— И книга «Магические зубы: история стоматологии в волшебном мире» (переведённая на английский с рун).
— Ты серьёзно? — спросила Гермиона, поднимая книгу.
— Я серьёзен, как никогда, — ответил Драко. — Твоя мама — стоматолог. Она будет в восторге.
— Моя мама — стоматолог. Она будет в ужасе от того, что кто-то лечил зубы магией.
— Но это же интересно!
— Драко, магия разрушает эмаль. Магловская стоматология — это наука. Ты не можешь просто взять и заколдовать зуб.
— Может, и не могу, — согласился он. — Но книга красивая.
Гермиона посмотрела на него с любовью и отчаянием.
— Ты идиот.
— Твой идиот.
Она вздохнула и убрала подарки в сумку.
— Ладно. Завтра в восемь. Не опаздывай.
— Я никогда не опаздываю.
— Ты опоздал на зелья в прошлый вторник.
— Я медитировал.
— Ты спал.
— Это тоже форма медитации.
Она поцеловала его в щёку и ушла в спальню, оставив Драко с Гарри и Роном.
— Ты боишься? — спросил Гарри.
— Очень, — признался Драко. — Больше, чем отца.
— Это нормально, — сказал Рон неожиданно мягко. — Магловские родители страшные. Особенно когда они задают вопросы.
— Какие вопросы?
— Ну, например: «Какие у тебя намерения?», «Чем ты планируешь зарабатывать на жизнь?», «Ты любишь нашу дочь?».
Драко побледнел.
— Я не готов к таким вопросам.
— Никто не готов, — философски заметил Гарри. — Просто отвечай честно.
— Честно? «Я планирую выжить в войне, потом, возможно, открыть магазин зелий или уехать в Австралию к вашей дочери, потому что в Британии меня будут преследовать за фамилию».
— Звучит убедительно, — кивнул Рон.
— Ты издеваешься?
— Немного.
Драко закрыл лицо руками.
— Я умру.
— Не умрёшь, — сказал Гарри. — Гермиона тебя не даст.
— Это единственное, что меня утешает.
---
Глава 3. Звонок
Воскресенье, восемь вечера.
Гермиона сидела перед камином в гостиной Гриффиндора. Драко — рядом, такой напряжённый, что, казалось, вот-вот рассыплется на части.
Гарри и Рон деликатно удалились в спальню, оставив их одних.
— Ты готов? — спросила Гермиона.
— Нет, — честно ответил Драко.
— Плевать.
Она бросила щепотку летучего пороха в огонь. Пламя вспыхнуло зелёным, и в нём появилось лицо женщины — с каштановыми волосами, тёплыми глазами и знакомой ямочкой на подбородке. Точно такой же, как у Гермионы.
— Мама! — Гермиона улыбнулась. — Это Драко. Мой… мой парень.
Миссис Грейнджер посмотрела на Драко долгим взглядом. Он выпрямился, стараясь выглядеть достойно, хотя внутри всё тряслось.
— Здравствуйте, миссис Грейнджер, — сказал он, стараясь говорить ровно. — Я… я принёс подарки. Но они здесь, с Гермионой. Через камин не передать.
— Здравствуйте, Драко, — голос миссис Грейнджер был мягким и спокойным. — Гермиона много о вас рассказывала.
— Надеюсь, не слишком много, — выдавил Драко.
— Достаточно, чтобы я поняла: вы ей очень дороги.
Драко не знал, что ответить. Он вообще не привык, чтобы родители девушек говорили ему такие вещи.
— Позови отца, — сказала Гермиона. — Я хочу, чтобы Драко познакомился с ним.
— Минуту.
В пламени появилось второе лицо — мужское, с усами и добрыми глазами. Мистер Грейнджер улыбнулся.
— Так это тот самый Драко? — спросил он. — А мы думали, ты выдумала его, чтобы нас не расстраивать.
— Папа! — возмутилась Гермиона.
— Шучу, шучу, — мистер Грейнджер подмигнул Драко. — Приятно познакомиться. Вы говорите, подарки принесли? Моя жена любит подарки.
— Я люблю подарки, — подтвердила миссис Грейнджер. — Но ещё больше я люблю, когда у моей дочки всё хорошо. А у неё, кажется, всё хорошо?
— Да, мам, — Гермиона взяла Драко за руку. — У меня всё отлично.
— Тогда мы счастливы, — сказал мистер Грейнджер. — Драко, вы берегите её. Она у нас особенная.
— Я знаю, — тихо сказал Драко. — Я берегу.
Разговор длился ещё полчаса. Драко отвечал на вопросы про школу («интересно»), про будущее («неопределённо»), про намерения («самые серьёзные»). Миссис Грейнджер спросила про его семью, и Гермиона перевела тему.
Когда зелёное пламя погасло, Драко выдохнул так, будто не дышал все тридцать минут.
— Ну как? — спросила Гермиона.
— Они… добрые, — сказал он удивлённо. — Твои родители действительно добрые. Они не задавали лишних вопросов. Не осуждали. Они просто… приняли меня.
— Я же говорила.
— Ты говорила, что они будут любить меня по умолчанию. Я не поверил.
— А теперь?
Драко повернулся к ней.
— Теперь я начинаю верить, что, может быть, не все родители — чудовища. Может быть, некоторые из них просто… родители.
Гермиона обняла его.
— Мои родители теперь и твои родители, — сказала она. — Если ты хочешь.
— Я хочу, — прошептал он. — Очень хочу.
Они сидели у камина до полуночи, и Драко впервые за долгое время чувствовал себя почти спокойно.
Почти как дома.
