Испорчены насквозь... / Rotten To The Core...

На следующее утро пятеро детей должны были покинуть Остров Потерянных. Остров, на котором они жили целую вечность. Остров, который они ни разу в жизни не покидали. Они стояли перед роскошным лимузином и прощались с родителями. — Оно тебе пригодится в этой отвратительной клетке под названием Аурадон, — сказала мать Доркас, Злая Королева, и протянула ей старое, грязное зеркало. — Ох, спасибо, мама, но... Оно такое заляпанное, я почти не вижу себя в отражении. — Доркас осторожно взяла зеркало в руки. Она никогда не получала подарков от своей матери. Это был странный презент, но она была ему очень рада. — О, у него другое предназначение, не только показывать твое хорошенькое личико, — рассмеялась Злая Королева. — С помощью этого зеркала можно увидеть все. — Все? — растерянно спросила Доркас. — Да. Нужно просто сказать, что ты хочешь увидеть, но это должно быть в рифму. Здесь это не сработает, но сработает в Аурадоне, — объяснила мать. — Здорово! Спасибо, мам. — Доркас улыбнулась ей. — ... и берегитесь собак, — прошептала им Круэлла де Виль. — Они вас убьют, если вы не будете внимательны. — она злобно рассмеялась. Пандоре пришлось улыбнуться. Она никогда не призналась бы матери, что втайне любит собак. Девочка считала этих маленьких существ самым очаровательным, что есть на этом свете. Эван, напротив, боялся их до смерти. Его глаза округлились, когда мама рассказала им об этих ужасных, страшных существах, которых называют собаками. Неужели они там и правда собирались его убить? — Не думаю, что хочу туда ехать! — решительно заявил он. Его мать рассмеялась еще громче. — О, Эван, все будет хорошо! — сестра успокаивающе посмотрела на него. — Поверь мне, собаки тебя не тронут. Тебя скорее убьет Барти, чем они. — она усмехнулась. Барти и его отец, капитан Крюк, не обменялись ни словом. Они просто молчали. И Барти это немного расстраивало. Ничего страшного, что его не обняли и не сказали что-то банальное вроде этого. Но почему отец хотя бы не попрощался? Барти бы не помешало даже что-то вроде «прощай, рад, что ты уезжаешь, сынок». Все, хоть какое-нибудь слово было лучше, чем эта холодная, жуткая тишина. Казалось, прошла целая вечность с тех пор, как они в последний раз разговаривали друг с другом. Регулус шел сразу за матерью, когда они вышли из замка. Его дом был мрачным и лишенным любви местом, но так было не всегда. Отец ушел из семьи, когда парень был совсем маленьким, и вместе с ним из замка исчез весь свет. Несмотря на то, что его отец, несомненно, был злодеем, Регулус знал, что тот относился к нему с любовью и добротой. Кроме этого, он почти ничего о нем не помнил - только это чувство любви и тепла. Регулус часто думал о своем отце, когда не чувствовал себя желанным гостем этого дома. Совершенно неизвестный мужчина иногда казался ему единственным спасением. Малефисента обернулась. — Ты знаешь, что делать, малыш. Так что не надо... — Давай без этого, я понял. — сказал Регулус и подавил вздох. Его голос был почти таким же холодным, как у Малефисенты. Втайне он этим гордился. Вскоре подростки уселись в дорогом роскошном лимузине. Водитель даже не взглянул на них. — Э-э, эй! — окликнул Эван водителя через маленькое окошко. Они уже были совсем близко к мосту. — Этот мост... полностью разрушен. Его уже практически не существует. Так почему мы едем прямо к нему? Водитель не ответил. Все начали паниковать. Они выглянули в окно — океан приближался все ближе и ближе. Они разобьются. — Это ловушка, они нас убьют! — крикнула Доркас. Она тут же схватилась за голову. Пятеро подростков зажмурились и закричали, думая, что вот-вот упадут в океан... ...но этого не произошло. Регулус открыл глаза первым. Они что, летят? Почему они не падают в воду? Он осторожно выглянул в окно. Машина ехала по едва различимому мосту, который теперь был покрыт чем-то похожим на волшебную пыль. — Что за черт?! — выдохнула Доркас. Она тоже открыла глаза. Подростки оправились от шока, хотя до сих пор не понимали, как машина могла ехать по этой чертовой волшебной пыли. В этот момент Барти и Эван обнаружили сладости, которые лежали на полке в лимузине. Они набросились на них, как изголодавшиеся. Пандора же выглянула в окно. Она не могла признаться друзьям, но на самом деле с нетерпением ждала поездки в Аурадон. Может быть, она встретит настоящего принца? Может быть, подружится с учениками Аурадонской школы? Да и вообще, каково это — учиться в настоящем учебном заведении? О, а еще она сможет украсить свою новую комнату, когда приедет! Все эти мысли заставили ее непременно улыбнуться. Доркас опустила взгляд на свои руки, в которых сжимала зеркало. Ее собственное отражение расплывалось перед глазами: она боялась Аурадона. И боялась знакомиться с другими детьми своего возраста. Что, если — а это обязательно случится — они осудят Доркас только за то, что та является дочерью Злой Королевы? Что, если люди даже не захотят с ней знакомиться? Регулус же нервничал. По-настоящему переживал. Чем ближе они подъезжали к Аурадону, тем сильнее он напрягался, но он старался не обращать на это внимания. Ему нужно было сделать лишь одно дело, и тогда он сможет вернуться домой. Украсть волшебную палочку феи и разрушить барьер. Что тут сложного? Ему пришлось сглотнуть. Даже если бы это было не так тяжело, на его плечи все равно легло бы бремя ответственности. Он знал, что не может все испортить, иначе мать сделает с ним ужасное. Может быть, она будет игнорировать Регулуса до конца его жизни, или выгонит его из дома на улицу. В крайнем случае будет пытать его всеми возможными способами. В этот момент все дети с Острова чувствовали себя по-разному, но их объединяло одно: Никто не оглядывался назад.