Inside out

Одним весенним днем коробки просто начинают появляться в коридоре между квартирами. Сначала одна. Потом ещё две. Потом их становится столько, что они перекрывают половину коридора. Деннис спотыкается о край одной из коробок, когда возвращается домой после тяжелой для “фотографа” ночи. Он устало выдыхает, прислонившись плечом к стене. — Серьёзно?.. Дверь напротив открыта. Внутри все тот же хаос, только масштабом побольше. И человек посреди него. Он стоит среди коробок спокойно, почти медитирует, будто это не беспорядок вокруг него. — Простите, но это временно, — говорит он, не оборачиваясь. — Они мешают, — Деннис устало проводит ладонью по лицу, размазывая остатки ночного изнеможения. — И уже какое-то время! Теперь мужчина поворачивается, взгляд усталый, невозмутимый и чуть хмурый, словно Деннис — ещё одна коробка, которую нужно куда-то переставить. — Майкл Рабинович, но все зовут меня Робби. — Деннис. Короткая пауза. Никто не уходит. — Если что-то не нравится, — бесстрастно добавляет Робби, слегка наклоняя голову, — то можешь помочь. Деннис фыркает, отчего-то эта сцена ему показалась до нелепого смешной. — Отличный способ познакомиться, Робби. — Ну это тебе мешают мои коробки. И это было чертовски верно. Деннис гримасничает, морща нос, в ответ и наклоняется за ближайшей коробкой. На вид тяжёлая, может даже слишком. Он на секунду стискивает зубы, готовясь к нагрузке, и всё равно поднимает её легче, чем должен был. Намного легче и без должных усилий для такого парня как он. Он замирает. Чёрт. Медленно поднимает взгляд. Робби все ещё смотрит на него. Его взгляд скользит по на вид хрупкому парнишке, задерживаясь на руках, и едва заметно хмурится. Но ничего не говорит. — Куда? — спрашивает Деннис, чуть резче, чем хотел. — Кухня. Так они работают вместе. Сначала неловко, молча, слышно только шорох картона и дыхание. Но потом это с натяжкой, но можно даже назвать слаженным. Иногда их руки тянутся к одной и той же коробке. Иногда они почти касаются друг друга. Один раз они всё-таки задевают друг друга бедрами в узком дверном проеме. Случайно. Это всего секунда, но Деннис почему-то задерживает дыхание, а Робби, кажется, перестает хмуриться ровно на этот миг. Квартира и коридор постепенно перестают быть похожими на склад. Комнаты становятся более живыми. — Ты же знаешь, что не должен помогать, — говорит Робби, как только они заканчивают и переводят дыхание. Он стоит ближе, чем раньше, и кладет руку на шею Денниса. Рука обжигает то место, где она лежала, но Деннис не отстраняется. Он вообще перестает дышать на пару секунд. — Ты сам предложил. — Я не думал, что ты согласишься. — Я тоже. Короткая усмешка, за которой последовала тишина, но в этот раз она была безмятежной. — Знаешь, я тут собирался заказать еду, — начал говорить Робби, и его пальцы чуть заметно скользнули по коже на затылке Денниса до плеча и оторвались от нее окончательно. — Из тайского ресторана... — Уже лучше, чем сейчас еще и разбирать кухонные коробки полностью. — Отзывается Деннис, пытаясь игнорировать мурашки, бегущие по позвоночнику. — Не-не, я имею в виду кое-что другое. Не хочешь ли ты поужинать... — Робби чуть кивает и вздохом. — Останешься поужинать со мной? Деннис автоматически открывает рот: — Я занят— И замирает. Слова звучат пусто, и всё его нутро протестует против этого. Против того, чтобы снова уйти в свою пустую квартиру, где никто не ждёт. Робби не давит. Просто ждёт. Но выглядит уже разочарованным в том, что вообще предложил. — Ладно, — выдыхает Деннис, сдаваясь самому себе. — Но ненадолго. На этот раз Робби едва заметно улыбается. Это меняет всё его лицо. Делает его моложе, мягче. — Конечно. Еду привозят на удивление быстро. Они сидят на разобранной кухне, в окружении коробок. Они стоят вдоль стены, но уже не мешают. Запах от еды теплый, острый и пряный. Деннис греет пальцы о картонную коробку с лапшой, наблюдая, как пар поднимается к потолку. Робби сидит рядышком, их колени соприкасаются. Слишком близко для просто соседей. Деннис чувствует тепло даже сквозь джинсы, но не отодвигается. Робби тоже не делает попытки увеличить расстояние. — Ну что, дружелюбный сосед, всегда помогаешь соседям так поздно? — спрашивает Робби. — Только таким привлекательным, — Деннис тихо усмехается. — Это комплимент? — Скорее наблюдение. Они едят. Разговаривают. Паузы между словами не напрягают. Они становятся частью разговора. Деннис рассказывает о смешном заказе на фотосессию, где клиент хотел «как в "Vogue", но с хомяком». Робби кидает на него короткий взгляд. — И что, ты сделал «как в Vogue»? — Я сделал всё, что мог, — пожимает плечами Деннис. — Хомяк, кстати, держался лучше и, что невероятнее, профессиональнее, чем клиент. — Это многое говорит о клиенте. — Это многое говорит о хомяке. Они улыбаются. Всё это было так легко и совершенно не требовало усилий. — А вообще ты давно этим занимаешься? — спрашивает Робби. — Фотографией? Пару лет. — И при этом учишься в мед параллельно? — Да. — Ого, как ты совмещаешь и почему? Деннис на секунду замирает и крутит палочки в пальцах. — Со слезами на глазах я это совмещаю, но выбора у меня не было, — Деннис расправил плечи и усмехнулся. — Знаешь, я убежал из дома сразу после школы, в выпускной вечер, мне помогла моя пара для выпускного, она спрятала рюкзак со всеми моими вещами к себе в машину и подвезла до вокзала. Это чудо, что мне удалось попасть на стипендию, но она не покрывает всех расходов, отсюда и работа фотографом, а медицина… мне всегда хотелось помогать людям Робби больше не улыбается. Кажется он смотрит на Денниса еще внимательнее, чем раньше.Но не перебивает и не вставляет комментариев. Просто слушает. От этого Деннису не комфортно и это почему-то заставляет его говорить дальше. — Это только звучит хуже, чем есть, — быстро добавляет Деннис. — На практике всё… хорошо. Он пожимает плечами, как будто это действительно неважно, как будто сам в это верит. — Это…очень много, — говорит Робби. Деннис сглатывает и отводит взгляд. — Люди живут и хуже. — бормочет он. — А ты– Только Деннис собирался спросить про Робби и его работу и его интересы, как его слух уловил сирены. Он замирает. С начала одна. Две. Три. Потом резко крик. Пальцы сжимаются на коробке. Прислушивается. Примерно в нескольких кварталах отсюда. Чёрт. Он резко встает. Деннис резко поднимается. Стул скрипит. — Мне нужно — Робби сразу поднимает на него теперь более хмурый взгляд. Теперь в нём есть напряжение. — Что? — Я… — Деннис запинается. — Я кое-что забыл. Звучит очень плохо. Он это знает. Деннис всегда был таким себе лжецом Робби смотрит на него долго и внимательно. — Сейчас? — Да. — Это срочно? Деннис кивает и продолжает собираться. Пауза. — Я вернусь, — говорит он тише. Робби не сразу отвечает и лишь медленно кивает. — Ладно. Короткая пауза. — Только… не пропадай. Деннис замирает у двери. Слова цепляют сильнее, чем должны. Он оборачивается. На секунду. — Постараюсь, завтра с меня завтрак в кафе на углу. И уходит. Дверь закрывается. И в квартире вдруг становится слишком тихо. Робби остаётся сидеть.Смотрит на стол где все еще стояли коробки с недоеденной лапшой и медленно проводит рукой по лицу. Сирены звучат всё ближе. Он встает. Подходит к окну, смотрит вниз и не понимает, почему у него вдруг такое ощущение, что он только что отпустил что-то важное. Деннис чувствует этот удушающий запах гари еще до того, как видит. Этот запах горький и густой. Потом денис видит свет, он оранжевый, рваный, пульсирующий между домами. И в конце концов доходит звук, это смесь криков, сирен и треск огня. Деннис замирает на крыше и видит многоквартирный дом. Окна на шестом и пятом этажах уже в огне. Пламя вырывается наружу, жадное, неравномерное, как будто живое. — О нет-нет-нет… Секунда и он срывается с места. Паутина. Карниз. Рывок вперёд. Люди внизу кричат. Кто-то зовёт на помощь. Кто-то плачет. Пожарные еще не развернули лестницы. Слишком медленно. Деннис уже у окна. — Ну с богом! Разбивает стекло плечом и врывается внутрь. Дым сразу же бьёт в легкие. Горячо. Слишком горячо. — Есть кто-нибудь?! — кричит он, перекрывая треск огня. И прислушавшись слышит ответ.Тихий и слабый, но ответ. По голосу это ребёнок. Идя на звук голоса нагибается низко, почти пригибаясь к полу. Дышать становится тяжело. В углу соседней комнаты сидит девочка. Лет шесть не больше, она прижимает к себе плюшевую игрушку. Большие глаза умоляют. — Хей, — мягче говорит он, опускаясь рядом. — Я человек паук, ты ведь знаешь меня? Я тебя вытащу, хорошо? Она быстро кивает дважды. Слишком быстро. Деннис поднимает её на руки. Девочка оказывается легкая как пушинка. Рывок и они вылетают из окна. Крики снизу меняются. Он опускает ее в безопасное место к полицейским и перепуганному отцу. Она цепляется за его рукав. — Будь осторожен? Прозвучало странно, как вопрос, после секундная пауза. — Конечно я буду, береги себя И он уже снова в воздухе. Четвертый этаж. Пятый. Дым становится гуще. В одной из квартир мужчина пытается выбить дверь на лестницу. — Отойди! — бросает Деннис. Паутина. Рывок. Дверь срывается с петель. — Вниз по лестнице! Быстро! Деннис не ждёт, пока тот ответит. Снова вверх. Где-то за стеной слышится чужой кашель. Приходится проламывать еще одну дверь, на этот раз слишком резко и плечо отзывается болью. — Чёрт… За дверью стоит женщина почтительного возраста. Она почти в бессознательном состоянии. Деннис подхватывает её и спускает. Тяжело. Снова возвращается. И снова и снова, он запутался сколько раз это продолжалось. Каждый раз чуть медленнее. Чуть тяжелее. Но огонь распространяется быстрее. Слишком быстро. Теперь жар обжигает сквозь костюм сильнее чем раньше. Задыхается, но он не имеет права останавливаться. Последний человек. Он там, где-то выше. Черт, это шестой этаж. Лестница уже не выдержит. Паутина за паутиной, пролетая остальные окно он врывается в то, где комната почти полностью в огне, а в углу сидит мальчик. Без раздумий Деннис хватает его. Поворачивается— И как назло именно в этот момент падает горящий кусок потолка. Удар приходится по плечу. Воздух из легких вышибает. Деннис шипит сквозь зубы, но не останавливается и несет мальчика к окну. Паутина, рывок и они вылетают наружу. Секунда тишины и восторженные крики оглушают их. Деннис осторожно спускает ребенка к врачам и только теперь позволяет себе выдохнуть. Пожарные уже работают. Сирены продолжают заполнять всё пространство. Он отходит шаг за шагом. Плечо ноет, рука дрожит. И поднимает взгляд на горящее здание и выдыхает. — Всё… — шепчет он. Пламя отражается в линзах маски. Он стоит еще секунду, потом разворачивается и исчезает. Когда он возвращается домой, небо уже окрашивается в пастельные оттенки и светлеет. Пальцы плохо его слушаются, он с трудом открывает свое окно и забирается внутрь. Тишина. Квартира встречает его холодом и пустотой. А самое главное блаженной тишиной. Деннис на секунду замирает и слушает. Он тихо выдыхает. — Хорошо… Маска падает на пол. Он делает шаг и только сейчас позволяет себе почувствовать всё. И боль, и усталость и тяжесть в груди. Он опускается на край кровати и достает из под нее свою к этому времени не маленькую аптечку и потихоньку начал обрабатывать порезы да ожоги. Пять утра, всего пару часов до стажировки. Деннис закрывает глаза и впервые за ночь ему не нужно никуда бежать. *** Утро наступило слишком быстро, как будто его и не было. Деннис открывает глаза резко и широко, словно он чего-то испугался, а не только проснулся от сна. Свет уже вовсю пробивается сквозь шторы. На секунду он просто лежит и пытается понять, кто он. И почему всё тело болит так, будто его переехали. Плечо отзывается первым. Это тянущая, тупая боль, уходящая от плеча к кончикам пальцев. — Отлично… — хрипло выдыхает он. Он поворачивает голову. Будильник. 05:48. Смена. — Чёрт. Он сел слишком резко и тут же пожалел об этом, мир на секунду темнеет по краям, и Деннис сжимает зубы, пережидая. Медленно выдыхая. Он сползает с кровати, почти на автомате натягивает одежду, стараясь не задевать плечо. Рука двигается хуже, чем он рассчитывал. Повязка тянет. Аптечка со вчера всё ещё открыта. Игла, нитки и кровь, уже потемневшая на марле. Он не смотрит на это долго. Нет времени ни на еду ни на кофе. Деннис хватает рюкзак, останавливаясь на секунду у двери. Что-то не так. Ощущение. Как будто он что-то забыл. Он хмурится и пытается вспомнить, но все четно. — Потом, — бормочет он себе под нос. И вылетает из квартиры.