Мотив для героя

Приемный покой встретил их стандартной смесью дезинфектора и безнадежности. Умудрившийся немного отстать в пробках Грег привычно махнул удостоверением, затормозив около регистратора, и вовсе не удивился, получив на короткое «Травма головы и ноги?» столь же скупое «Четвертый этаж, сорок вторая палата. Там сейчас доктор Скотт». — Почему это всегда где-то под крышей? Почему никогда нельзя остановиться на первом этаже? — проворчал Джон, пока они шли по лестнице, и неловко пригнулся, стоило первому раскату грома раздаться за окном. — Вау, ладно, вот это было внезапно. Удачно ты успел за нами приехать, Грег. — Это не я, это погода постаралась отложить веселье, — от неожиданности он повторил движение друга. — Первая гроза в году, получается? Очень непохоже на старушку Британию. А я вообще-то о снеге мечтал. — Едва ли он в эту зиму вообще выпадет. — Джон коротко огляделся, когда после раската молнии ненадолго мигнули светильники. — Какая прелесть. Не хватало только, чтобы здесь вообще все отключилось и врачи на генераторы перешли. Люди, кажется, голосовали за того премьер-министра, который обещал решить проблемы снабжения больниц. — Спорим, он сказал бы, что делает все возможное? И, чтобы ты знал, обещать — не значит жениться, — философски заметил Грег, сворачивая к нужной палате. Та, одноместная, предсказуемо не распахнула дверь даже после нескольких рывков; хотя внутри кто-то явно двигался, что было видно даже сквозь опущенные жалюзи. — Стоит туда постучать, как думаешь? — спросил Джон скорее от отчаяния, чем из-за голоса разума. — Только если хочешь, чтобы тебе постучали по голове в ответ. Ты же врач, возьми себя в руки, в конце концов! — Скажу тебе то же самое, когда за стеной будут латать человека, которого ты… Джон оборвал себя на последнем слове, а Грег понятливо заткнулся. Сейчас точно было не время и не место для подобных признаний. Такое, по-хорошему, должно происходить либо в пабе, когда оба друга пьяны до безумия, и одному просто хочется уже выпалить то, что давно навязло на сердце, либо тогда, когда этот же самый друг заявляется к тебе под вечер, балансируя на грани слез от того, что он наконец-то сделал первый шаг, а его отвергли. В случае Джона явно не могло быть ни первого, ни второго; их с Шерлоком история с самого начала развивалась в пузыре отрешенности, делая квартиру на Бейкер-стрит единственным свидетелем произошедшего. — Сядь уже, — Грег устал наблюдать за мельтешением перед закрытым окном и потянул Джона к ряду белых пластиковых стульев. — Вот так, не двигайся, ладно? В такие моменты казалось, будто из-за двери доносился писк приборов. Хотя на самом деле в коридоре если что и звучало, то только гул не самой новой и отдающей синевой лампы. Молоденькая медсестра, сидящая под ней, то и дело кидала на них взволнованный взгляд из-за стойки. И явно не потому, что переживала об их психическом состоянии. Скорее представляла, как двое агрессивных мужчин станут наседать на неё, требуя ответов, которые хранил в себе только и исключительно доктор. — Джон. Детектив-инспектор, — раздалось слева, и они отреагировали удивительно синхронно, вскочив и повернувшись к появившемуся из-за угла Майкрофту. Краем глаза Грег успел заметить, как дернулась рука Джона — тот поддался старой привычке и едва ли не отдал честь, в последний момент вспомнив о том, что делать этого не должен. — Мистер Холмс, добрый день. — Грег привычно взял на себя ведущую роль в докладе. — Насчет вероятного диагноза Шерлока вы уже в курсе, да? Но насколько это правда — узнаем, когда выйдет врач. Спасибо, что позаботились уладить вопрос с палатой. — Всегда пожалуйста, конечно, — раздалось в ответ со сдержанным раздражением. — Но то, что брат вынужден страдать не только от собственной глупости, но и от вашей… разочаровывает меня, детектив-инспектор. И это меньшее, что я могу сказать. — А ты всегда первым делом обвиняешь других людей, да, Майкрофт? — Джон сделал шаг вперед и заслонил Лестрейда собой, прежде чем тот успел ответить. — Мы вели свое расследование, если тебе интересно. Грегу позвонил я, когда не смог убедить Шерлока обратиться в больницу. Просто потому что его авторитет не стал бы оспариваться. Ты как всегда понял все неверно, поздравляю. Он вообще-то приехал в свой выходной. Так что неплохо было бы, если бы ты извинился. Прямо сейчас. — Вы… — Майкрофт вскинул подбородок с нечитаемым выражением лица. — Вы слишком многое подцепили в манере общения моего брата, Джон. Настолько, что мне захотелось отплатить вам сейчас той же монетой. Вот только, в отличие от Шерлока, вы едва ли так же натренированы в искусстве словесных дуэлей. — Ага, — рассмеялся немного нервно Джон. — В Афгане же все общались между собой как благородные девицы на выпускном экзамене. — Так, господа, а ну-ка хватит! — Грег прекрасно понимал, как нервничали они оба, поэтому и поспешил разнять. — Джон, ты наверняка с ночи на ногах; сходи в кафетерий, возьми себе что-нибудь. Если вдруг будет информация — я тебе позвоню, хорошо? Я, конечно, не врач, но ты как будто бледноват для нормального человека. Кофеин тут точно не помешает. А мы с мистером Холмсом пока что здесь покараулим. Никому ни перед кем извиняться не надо. Честное слово. — Это звучит как приемлемый вариант, — скупо подтверждает Майкрофт, и Джон, переведя взгляд с одного на второго, кивает. — Десять минут — и я вернусь, — отвечает он и исчезает в дверном проеме, ведущем на лестницу вслед за медсестрой, которую попросил показать дорогу. Не сказать, что Майкрофт после этого как-то сильно изменился. Но он совершенно точно позволил себе опереться на зонт и уже не сводить глаз с палаты брата в ожидании того момента, когда его пустят — пусть только попробуют этого не сделать — внутрь. — Мистер Холмс, — Грег почувствовал, как на его плечах повис груз ответственности уже за двоих людей. — Может, вам тоже за кофе сходить? Или, там, чаем, не знаю, что вы пьете, когда нервничаете. — Скотч, — прозвучало в ответ. — Но чаще просто не позволяю себе испытывать подобные эмоции. И прекратите уже этот формализм, Лестрейд! — Эм… не понял, простите. — Вы вполне можете называть меня по имени, когда мы остаемся наедине. И смею надеяться, что мне будет позволена такая же вольность. Но только и исключительно когда речь идет о двоих из нас. Во всех остальных случаях я вынужден настаивать на уже сложившимся уровне субординации. Кажется, у него начинала кружиться голова. Побочный эффект переизбытка Холмсов в окружающем пространстве. Свои отношения с Майкрофтом Грег больше даже не пытался анализировать. Просто потому, что тот менял парадигму общения так часто, что никакой логикой объяснить это было невозможно. Даже в рамках одного разговора можно было почувствовать себя сначала ничтожной букашкой, а потом — по-своему значимым для Майкрофта человеком. Возможно, в этом был какой-то шифр, для разгадки которого требовался четырехзначный IQ. — Согласен, — кивнул Грег, поняв, что затянул молчание на самой грани приличий. — А теперь все-таки присядьте, ладно? Я и так знаю, что вы человек, Майкрофт. И что можете испытывать те же эмоции, что и любой из нас. Не надо стремиться доказывать обратное. — Было гораздо удобнее, когда вы считали меня роботом, по ошибке натянувшим человеческую кожу. Да, я слышал ваш разговор с одним из членов команды, — проворчал он, но все-таки подчинился. — Во-первых, не слышали, а подслушали, — хохотнул Грег скорее от неожиданности… и немного от смущения. — Я это говорил один раз, год назад, в Ярде, и вас там точно в обозримом пространстве не было! — Нужно вовремя заглядывать за угол, если хотите сохранить звание, а не променять его на столь привычного вам годами сержанта. — Ну уж нет. — Грег помедлил, но все же занял стул рядом. — Я, конечно, любил носиться по улицам с удостоверением наперевес, но теперь как будто бы возраст для этого уже совершенно неподходящий. Вы мне лучше скажите, если можете — со скрипачом что-то решилось, раз орудие потенциального убийства доказали? — Разумеется, — спокойно ответил Майкрофт, не позволяя себе откинуться на спинку стула. — А вы что же — думали, что молодому человеку дадут леденец на палочке и отпустят во имя его собственной глупости? Нет, Грегори, его ждет справедливый английский суд и приговор. — И он точно доживет до заседания? — Риторические вопросы на то и называются риторическими… — Он резко выпрямился еще сильнее, и не успел Грег задать вопрос, как сам все понял. Ведь дверь палаты заскрипела, открываясь. Вышедший оттуда доктор щеголял возмутительно молодой внешностью. Ровно той, когда с первого взгляда невозможно понять, почему человеку до сих пор двадцать, хотя по самым грубым прикидкам должно быть не меньше сорока. Белоснежный халат прекрасно оттенял синяки под глазами, и он, видимо, сразу оценил обстановку, раз поспешил к ним. — Кто из вас родственник? — Майкрофт без лишних слов поднял руку, вставая. — Подойдите потом на стойку регистрации, заполните документы. Я бы советовал сделать мистеру Холмсу МРТ, чтобы исключить возможные неприятные последствия. Но государственная страховка его точно не покроет — вам придется либо раскошелиться на частную, либо платить наличкой. — Позвольте предположить: вы здесь новенький? — Доктор вскинул бровь в немом вопросе, но после устало кивнул. — Я почему-то так и подумал. Все уже сделано, и об оплате услуг можете не беспокоиться — с этим проблем не возникнет. Делайте любые обследования, которые посчитаете необходимыми. Хоть разберите его по частям, главное — потом соберите в нужном порядке. А теперь я могу получить информацию о состоянии моего брата? Несчастному врачу Грег про себя отчаянно сочувствовал. Первая встреча с братьями Холмс обычно становилась для неподготовленного человека незабываемым событием. И абсолютно точно — выбивающим из колеи. Особенно если в мешки под твоими глазами мог поместиться золотовалютный резерв Непала. Ничего, у бедняги, если он переживет предстоящий ненавязчивый допрос, будет возможность выяснить, что вопрос денег этих двоих никогда не волновал; куда больше их интересовала информация, и в способах ее добычи они особо не церемонились. — Пойдемте со мной, — врач, похоже, тоже понял что-то подобное, раз поманил Майкрофта за собой. — Он пока без сознания, но так вы хотя бы сразу увидите все своими глазами и мне не понадобится пересказывать информацию по десять раз. Извините, сэр, раз вы не родственник — вам туда нельзя! — Тут же остановил он подавшегося к ним Грега. Впрочем, одно вовремя вынутое из кармана удостоверение заставило его передумать, что-то пробурчать на грани слышимости и шагнуть в палату, даже не подумав придержать дверь за собой. — Прошу, М… Мистер Холмс, — в последний момент Грег поймал-таки себя за язык. И в попытке загладить почти-промах, не успев подумать, потянулся одной рукой к двери, открывая ее перед мужчиной. — После вас, — улыбнулся он и неаккуратно подался в сторону, ощутимо задевая плечом руку Майкрофта. — Ох, простите, пожалуйста. Я случайно. Мгновенно повисшая в коридоре тишина и отсутствие какого-либо движения ясно дали понять: его неуместную галантность не оценили. — Господа, вы там скоро? — раздался усталый голос врача из заливаемого фонарным светом палаты. Майкрофт после такого даже не прошел мимо Грега — практически влетел внутрь. Вся его поза начала дышать непонятно откуда взявшимся напряжением. Плечи затвердели, а лицо, насколько было возможно оценить сбоку, стало гораздо бледнее, чем до этого. Поймать выражение глаз под то и дело моргавшим электричеством было проблематично, но как будто бы место голубой радужки занял расширившийся зрачок. Маленькие изменения, что в итоге давали четкое понимание: Грег опять умудрился облажаться. И сам не понимал, где. Он же не мог сделать настолько больно лишь одним неловким жестом? Да и Майкрофт по виду вовсе не был такой уж невинной фиалкой. — Шерлок скоро придет в себя, доктор Скотт? — поток его самобичевания был прерван ледяным тоном справа. — Буквально полчаса придется подождать, — кивнул тот в попытке успокоить. — Самое тяжелое мы в любом случае исключили на рентгене; мистеру Холмсу очень повезло попасть в приемный покой ровно в тот момент, когда он был пуст. Так что трещина в черепе не подтвердилась, смещение и перелом в ноге тоже. Справиться с вывихом, как вы понимаете, будет гораздо проще. — Сотрясение мозга? — Возможно, — не стал пытаться приукрасить ситуацию врач. — Это я смогу оценить, когда он придет в себя. И в ближайшие день-два сказать наверняка, разумеется — раз со страховкой проблем не будет, у меня чуть больше развязаны руки, чем обычно. — Увы, — вздохнул Майкрофт, вскинув тонкие пальцы к виску. — Боюсь, в случае Шерлока они связаны у вас гораздо сильнее, чем можно представить. Давайте его разбудим, и вы сами в этом убедитесь.