Мотив для героя

Когда Грег распрощался с послом и спустился на первый этаж, то застал там практически идиллическую картину. Верная своему слову Прескотт нависла над Андерсоном и что-то выговаривала ему на ухо на зудяще-женском — уже с нескольких метров были слышны эти настойчивые интонации бормашины. Он даже остановился, на мгновение почувствовав себя от этого снова женатым. Потом, правда, вспомнил, что бояться собственных подчиненных начальству не пристало. И слегка опасаться — тоже. — … И где я тебе людей найду? — плаксивым тоном, на одной ноте тянул Андерсон, убирая инструменты обратно в чемоданчик и стаскивая с пальцев обволакивающие их латексные перчатки. — Это меня волнует в последнюю очередь, — отрезала Прескотт и подняла голову, тут же просияв. — О, шеф! Хоть ты ему скажи, что у нас уже три запроса задерживаются! И этот грозит стать четвертым. — Она вообще-то права, прости, Филипп, — Грег остановился рядом с ними. — Твои ребята всегда немного небрежно ко времени относились, но сейчас уже совсем палки перегибаете. В чем дело? Прескотт, хоть изо всех сил и старалась замолчать, все равно наградила этот его вопрос безмолвной поддержкой. Труп на полу просто предпочел не выделяться. Андерсон наверняка хотел бы последовать его примеру, но под скрещенными на нем взглядами сделать это было как-то проблематично. — Слушайте, я не осьминог, ясно? — наконец выдавил он. — У нас как назло: один ногу сломал, второй в отпуске, а послезавтра еще и Хоган на свадьбу отпросился. Я вообще один в отделе останусь. — Сва… а, ну да, среда же, — понимающе покивал Грег. — Бедняга ты. Считай, что с тобой наше искреннее сочувствие. — Моего нет, — тут же открестилась Прескотт. — Молли тебе все документы по Кирку еще на той неделе прислала. И где заключение? — В пятницу, — огрызнулся Андерсон. — В пять часов. Сейчас утро понедельника. Тебе популярно сказать, где твое заключение, или сама догадаешься? — Так, а ну-ка брейк, детишки! Грег подался вперед так, чтобы оказаться между ними, прежде, чем успел это осознать. Слишком хорошо знал это выражение лица Прескотт. Обычно после него закоренелые преступники начинали плакать, звать мамочку и писаться в штаны по ночам. Желать такого Андерсону не хотелось. К конце концов, тот и в лучшие дни казался не совсем в своем уме. — Тихо. Успокоились, — повторил Грег, чувствуя себя оказавшимся между молотом и наковальней. — Прескотт, здесь все сделано? Если да — тебе прямая дорога в Ярд. Твоего отчета по Кирку я как раз не видел. Ни в пятницу, ни сегодня. — Но он…! — Быстро. Если что его команда и умела, помимо превосходной работы — это не спорить с ним. То, что Андерсон тоже послушно заткнулся, Грег решил считать подарком небес за хорошее поведение. А выдохнули мужчины удивительно синхронно, стоило ножке Прескотт в изящных сапожках переступить дверной порог, унося ее обладательницу в слякоть лондонской зимы. — Ладно, давай теперь к делу, — попросил Грег. — Что у нас здесь интересного? — Немного, — пожал плечами Андерсон. — Без вскрытия выводов особо не сделаешь. Мужчина, тридцать три года… — Документы нашел? — ни на секунду не поверил он такой точности. Пакетом для улик с паспортом внутри ткнули ему в лицо с искренней обидой. — Следов насилия на теле практически нет, — продолжил Андерсон. — По крайней мере свежих. На запястьях и шее видны синяки, но им как минимум несколько дней. Те, что у позвоночника, уже желтеть начали. — Они могли появиться в результате борьбы? Спортивной, я имею в виду. Как выяснилось, наш труп был поклонником здорового образа жизни. — Вполне, — пошевелив губами в раздумьях, заключил Андерсон. — Да, это самый логичный вывод. Захват, да еще и со всей силы, мог к такому привести. Что еще… а, время смерти ориентировочно — между десятью часами вечера и полуночью. Точнее, опять же, скажет вскрытие. — И позвать на помощь он не смог просто потому, что вокруг никого не было, — покивал Грег, мельком оценив расстояние от трупа до мобильного, что остался лежать на стойке. Выходило многовато, чтобы попытаться преодолеть его в агонии. — Еще какие-то зацепки, чтобы предположить, что это насильственная смерть? Андерсон как раз закончил собирать свой чемоданчик, так что, сев на корточки на полу, посмотрел на Грега снизу вверх весьма проникновенно. — Детектив-инспектор, признайтесь честно: зачем вам это? Я готов поставить месячную зарплату, что у парня просто прихватило сердце. Грустно, да. Но инфаркты сейчас молодеют. А вы серьезно хотите заказать полный комплект исследований? — Абсолютно точно да. И токсикологию тоже, если ты об этом. И для этого есть причина, вообще-то. Посмотри вокруг… — Грег напоказ обвел холл, повернувшись на каблуках. — Что ты видишь? — Стены. Пол. Потолок. Труп. Что вы имеете в виду? Впервые — и, скорее всего, в последний раз — в своей жизни он пожалел, что рядом нет Шерлока с его богатым словарным запасом относительно людской глупости. — Это иностранное посольство, Филипп, — вздохнул Грег. — Мы должны быть не на сто, а на тысячу процентов уверены, что здесь все чисто. Иначе Стоун разложит меня на своем столе в противоестественной позе и воспользуется так, что всем вам еще приятных ощущений достанется. — Едва ли он чисто биологически на это способен, — фыркнул Андерсон. — Ладно, вы начальник — вы и решаете. А мне все равно кажется, что это неплохое такое перегибание палки. — Держу кулаки за то, чтобы ты оказался прав, — ответил Грег и повернулся к ворвавшемуся в холл Аддамсу. — Ты чего запыхался? Откуда бежишь? — Там это… — Он и правда глотал воздух слишком активно для нормального темпа жизни; даже согнулся, держась за ребра. — У техников проблемы какие-то возникли. Говорят, вчера из-за грозы камеры сбоили во всем городе, много чего пропало. Ничего, если они завтра нам копии файлов предоставят? Сразу в Ярд отправят, чтобы нам не мотаться лишний раз… фух. — Ничего, — успокоил его Грег. — Отдышись спокойно сначала. Зачем так торопиться было? — С кофе переборщил. — Он улыбнулся всеми зубами сразу. — Может, для меня еще есть задания? Лучше, чтобы побегать пришлось, если можно. — А то. — Грег торопливо нацарапал в блокноте адрес, вырвал страницу и протянул ее подчиненному, в глубине души радуясь, что хоть на этот раз удастся избежать увлекательного опыта. — Держи. Поезжай туда и опроси девушку нашего покойного. — В смысле «Сообщи ей, что произошло, и позволь порыдать тебе в плечо», — закивал в ответ Аддамс. — Ладно, я сам напросился. Постараюсь, чтобы хоть эта дамочка мне в лицо не вцепилась. А то в последний раз царапины неделю заживали. Наши женщины иногда бывают настоящими фуриями. Жалко, что не в постели. — Ну здесь-то жертва сам к создателю отправился, похоже, — хмыкнул Грег, вспоминая тот неудачный опыт. Жена застреленного во время сходки члена мелкой банды решила, что во всем виноваты полицейские — слишком плохо патрулировали улицы. То, что в процессе ее муж неплохо так нарушал закон, ее не сильно смущало. Аддамс пожал плечами. — Попробуй объяснить разъяренной женщине, что она не права, шеф. — Пробовал. Несколько лет. В итоге развелся, если ты вдруг забыл. Он остался на месте возможного преступления до конца. Дождался, пока уберутся Андерсон и его стажер, подпирающий стену и явно пытающийся сдержать тошноту от вида трупа; проводил медиков, загрузивших бедолагу к себе в машину, и попросил их оставить в морге записку, чтобы телом занялась непосредственно Молли Хупер. При жизни себя он этой женщине вряд ли бы доверил — слишком разные характеры — а вот после смерти вполне. Под ее нежными, но удивительно сильными ручками вскрылось бы даже то, что не заметили самые лучшие врачи. Напоследок Грег хотел было подняться на второй этаж, чтобы обозначить, что его команда закончила работу, но не успел: посол спустился раньше. Вообще-то ему казалось, что времени, проведенного в одиночестве кабинета, тому хватит, чтобы прийти в себя. На удивление, это не сработало — бледность господина Салая-Бобровницкого вполне позволяла подумать, что у того в ближайших родственниках затесались вампиры. — Детектив-инспектор, вы уже уходите? — Его голос не дрожал. Но с первого звука было понятно, насколько непросто это дается. — С вами все в порядке? — Грег нахмурился. — Абсолютно. — Улыбка в ответ была слабой, нарочитой, но отчетливой. — Просто день стал казаться слишком длинным с самого начала. Не беспокойтесь обо мне. Главное — принесите хорошие новости об Иштване. — Вряд ли здесь могут быть именно хорошие новости, вам не кажется? — Простите, я не так выразился, — повинился Криштоф. — Просто возможное отсутствие преступления стало казаться чем-то гораздо более предпочтительным. Оправдание звучало логично. И все равно попахивало крупными неприятностями — за свою бытность у руля Грег научился считывать этот гнилостный запашок на раз. *** Суперинтендант смотрел из-за стола, насупившись. Он явно пытался казаться как можно более внушающим, при этом не подозревал, что все подчинённые при упоминании его имени только и могли, что закатить глаза. Конечно, сидя напротив, Грег этого делать не стал. Наоборот, выпрямился на стуле так, что ещё чуть-чуть — и позвоночник мог хрустнуть, ломаясь в обратную сторону. — Порадуй меня, Лестрейд, — проворчал Стоун. Градус пафоса в отдельно взятом кабинете при этом стремительно подскочил. — Пока мы не можем ничего сказать с уверенностью, сэр, — ответил он. — На первый взгляд криминала нет. Все полагающиеся по протоколу исследования я заказал. А ускорить их не в моей компетенции. — Не в твоей, как же. Если это надо твоему Холмсу — ты над головой у криминалистов стоишь, пока они не сдадутся. А тут, раз я запретил его привлекать, значит, отступаешь? — Во-первых, сэр, при всем уважении, Шерлок не «мой» и никогда таким не был. — Грега аж передёрнуло от такой мысли. — А во-вторых, вы же сами его знаете. Ему проще отдать результаты экспертизы, чем объяснить, почему это невозможно. Капризный ребенок без инстинкта самосохранения. — В смысле? — Поднятыми бровями Стоун безмолвно потребовал объяснений, а, получив рассказ о падении из окна — тяжело вздохнул. — Опять госпиталь. Бедный его брат — единственный приличный человек в их семье. Ты ведь, кажется, знаком с Майкрофтом Холмсом, Лестрейд? — Приходилось общаться, — осторожно признал он. — А, ну да, — Стоун растерянно покивал сам себе. — В общем, вот его надо держаться. На бывшего наркомана надежды нет. Он когда-то что-нибудь определенно выкинет! Респектабельным и уважаемым человеком, как брат, ему никогда не стать, о нет, сэр! В этом мое слово — он безнадёжен. Больше всего сейчас Грегу хотелось дать ему в зубы. От души, с оттяжкой, перегнувшись через стол. И потом, когда Стоун валялся бы в отключке, орошая пол вокруг осколками зубов вперемешку с кровью — писать заявление об уходе. Заодно с чистосердечным признанием, чтобы с расследованием можно было не церемониться. Потому что «безнадежный наркоман» за несколько лет вычислил больше убийц, воров и мошенников, чем суперинтендант за всю карьеру. И все равно оставался в его глазах кем-то, не заслуживающим внимания. Интересно, а если бы в очередном деле о похищении, которые Шерлок обычно распутывал на раз-два, жертвой стал бы один из родственников Стоуна? Жена или, не дай бог, внучка — очаровательное создание восьми лет от роду, что однажды приходила в голубом платьице и с бантиком в длинных волосах посмотреть на работу дедушки? Тогда он бы тоже потребовал вести расследование собственными силами, потому что «не положено»? Или же первым возник бы на пороге Бейкер-стрит с одышкой и требованием немедленно возглавить дело? Риторический вопрос. И не менее риторический ответ — куда бы Шерлок его в таком случае послал. — Лестрейд, ты вообще меня слушаешь? — Стоун выдернул его из размышлений. — Я говорю, что с нас уже запросили подробности. Секретарша посла, идиотка, успела раззвонить подробности происшествия в «Дейли Мэйл». Они хотят конференцию или хотя бы письменный комментарий. Понимаешь, к чему я веду? — Какие подробности она умудрилась им сообщить? — вскинул брови Грег. — Посол, этот, как его… Он торопливо перелистал утренние записи, попытался выцепить оттуда иностранную фамилию, но быстро сдался под напряженным вниманием: — В общем, Криштоф. Полное имя я потом предоставлю, сэр. Так вот, он заявил, что секретаршу сразу домой отправил. Она даже доехать до посольства не успела, не то что труп увидеть. — Как будто ты не знаешь этих женщин, — ответил Стоун. — Если хочется придумать историю — факты не нужны. Главное, жути нагнать побольше. Корреспондент, который мне звонил, вообще был свято уверен, что весь первый этаж посольства был в крови от пола до потолка. То, что бедолагу должны были для этого как минимум гранатой взорвать — его нисколько не смущало. — Журналисты… — Грег устало потер лоб пальцами. — Я понял, сэр. Токсикологи обычно быстро справляются, Андерсона с отчетом я потороплю, на вскрытие вроде очереди тоже не было. А все остальное тогда отложим до того, как получим новую информацию. Думаю, завтра она уже будет у вас. — С самого утра. — Стоун наставил на него указательный палец. Не успевшему позавтракать Грегу он здорово напомнил сосиску и заставил сглотнуть. — Я появляюсь в Ярде — документы уже лежат у меня на столе. Ты меня понял? — Так точно, сэр.