Сборник драбблов

Со Мун Джо.

Лето. Детская площадка, на которую меня привела тетя Бок Сун. Теплый легкий ветер, обдувающий волосы. Качели, при катании на которых можно почувствовать себя птицей. Единственный аттракцион, что мне был интересен во всем этом обыденном и сером идеальном мирке. Большинство других детей обожали либо карусели, либо песочницу, а на качелях задерживались ненадолго. Я же мог провести там несколько часов. Потому что мне нравится это ощущение. Когда все вокруг открывается твоему взору. Когда ты - главный созерцатель и творец своей реальности. Чем сильнее раскачиваешься, тем ближе к небу. Чем слабее, тем лучше видны дети, порою скучные и предсказуемые, а иногда - другие. Вот и сегодня я увидел новую картину. Довольно редкую в своих деталях, ведь обычно все дети активны, хаотичны и, что прежде всего, глупы. А иногда слишком молчаливы и стеснительны. В целом, что тот, что иной вид приелся. Мне даже необязательно было стремиться завязать разговор. Я уставал от одного только их вида однообразности и бесконечно задавался вопросом: «Зачем они все живут? Неужели им не скучно друг с другом? Я заскучал еще на моменте наблюдения». А сегодня - по-другому. Не стремясь сильно фокусировать внимание на ком-либо, я средне по темпу раскачивался. Ветер продолжал дуть, умиротворяя и превращая минуты в хоть какой-то контраст в сравнении с жаркой погодой, тянущей на потливость. Рядом с каким-то мальчиком крутилась девочка. Кажется, они были ровесниками. Или почти ровесниками. Но суть вовсе не в этом. Больше меня привлек их диалог, что непременно состоялся, и накрыл меня волной какого-то необыкновенного наслаждения. — Привет, мальчик! А ты кто? Я тебя не видела здесь раньше, — подсела к незнакомому мне ребенку девочка, приветливо улыбаясь. Он поднял на нее короткий взгляд, и не отвечал ничего около десяти секунд. — Эй, что с тобой? Ты говорить не умеешь? — Умею. Просто хочу полепить один. Ты не против? Я скоро уйду, — его голос оказался тихим и максимально дружественным, насколько он только мог выдавить из себя, но фраза своим содержанием не особенно походила на вежливую и мягкую. Хотя, в целом-то, многим детям присуще поступать так, как им бы хотелось. Этим они мне и нравятся. Это единственное, что мне в них нравится. Остальные люди, отличные от детей, мне нравятся еще меньше. А тетю Бок Сун порой возникает желание отстигать тем же ремнем, что и она мою спину за ближайшую провинность. Меня бесит, что я тоже ребенок, но не могу быть таким же позволяющим себе все полностью. Или могу, но все равно под бесконечным надзором, и в конечном счете некоторые эмоции приходится оставлять под контролем. Смотря на этого мальчика, я почему-то впервые в жизни ощущаю странное тепло внутри. Хорошо, что ты уже сейчас способен делать и говорить все, что хочешь. Не сломай в себе это. Не сломай себя. А я вырасту и сломаю свои рамки. Сломаю тетю Бок Сун. Уничтожу все, что мне мешает быть собой. И, может быть, тогда мы встретимся. Может быть, ты мне даже поможешь с этим. Но пока что я вижу только одну картину: девочка, обидчиво взглянув на мальчика, фырчит и отстраняется. Но перед тем, как удалиться, спрашивает только: — Как тебя зовут хоть? — Чон У. Но я приехал сюда с семьей ненадолго, поэтому вряд ли тебе понадобится мое имя. Чон У. Шатен. Глубокий взгляд. Какая-то грусть во всем, что он делает. Но необыкновенная честность и даже резкость. Жаль, что он скоро уедет. Таких, как он, я видел крайне мало. Но, может быть, когда-нибудь мы встретимся ещё. Сейчас же моя прогулка окончена, и я возвращаюсь к тете Бок Сун, чтобы отбыть новое наказание. Новый урок. Однако мальчика я не забуду. Я обязательно тебя найду, Чон У. Когда мы вырастем, я наконец смогу с тобой поговорить. И ты больше не уедешь. Я не умею мечтать, но попытаюсь. Хотя бы сегодня. Потому что я так хочу. Единственное, что имею право хотеть на данный момент.