Право быть собой

Три дня прошли как в тумане. Фифа просыпался, шёл на тренировки, возвращался в общежитие, ложился спать — и всё это время внутри него жило одно и то же чувство: напряжение. Оно сидело где-то в груди, мешая дышать, мешая есть, мешая думать о чём-то другом. Колено потихоньку заживало. Каждый день он делал специальные упражнения, которые показал ему тренер, прикладывал лёд, растирал мазями. К концу третьего дня боль почти прошла — осталась только лёгкая ноющая тяжесть, которая напоминала о том, что нужно быть осторожнее. Он старался не думать о том, какое место он займёт. Он говорил себе, что главное — не место, а то, что он смог выйти на сцену и показать себя. Но внутри, глубоко, он знал: ему нужно было не просто пройти. Ему нужно было доказать. Доказать себе. Доказать всем, кто сомневался. Доказать, что он не просто «сын Тити и Пора», а Фифа. Настоящий Фифа. В день объявления результатов он проснулся за час до будильника. В комнате было тихо, только за окном шумел ранний город, просыпаясь к новой жизни. Фифа лежал на кровати, глядя в потолок, и слушал, как бьётся его сердце. Оно стучало слишком громко, слишком быстро. Он взял телефон и написал короткое сообщение в семейный чат: «Сегодня объявляют результаты. Я волнуюсь. Но что бы ни случилось — спасибо вам за всё. Люблю вас» Ответы пришли почти сразу. Реон написал: «Ты справишься. Я знаю. Мы все знаем. Ждём твоего звонка!» Пор добавил: «Сынок, мы гордимся тобой, независимо от результата. Ты уже победил, когда решился на это». А Тити, как всегда, сказал самое главное: «Будь собой. Это всегда работает». Фифа улыбнулся, чувствуя, как тепло разливается в груди. Он встал, принял контрастный душ — сначала горячий, чтобы расслабить мышцы, потом холодный, чтобы взбодриться. Он надел свою лучшую тренировочную форму — чёрную, с серебристыми вставками, которая сидела на нём идеально. Он долго стоял перед зеркалом, разглядывая себя, поправляя волосы, глубоко дыша. — Ты готов, — сказал он себе. — Ты сделал всё, что мог. Остальное — не в твоих руках. Он кивнул самому себе и вышел из комнаты. --- Большой тренировочный зал был заполнен до отказа. Сорок пять стажёров стояли в рядах, ожидая своей участи. Кто-то нервно переминался с ноги на ногу, кто-то шептал молитвы, кто-то просто смотрел в одну точку, стараясь не показывать страха. Воздух в зале был густым от напряжения — его можно было резать ножом. Фифа стоял между Джэмином и Джиёном, чувствуя, как ладони потеют, а сердце колотится где-то в горле. Он сжал кулаки, чтобы успокоиться, но это не помогало. Каждая секунда ожидания казалась вечностью. — Я не могу, — прошептал он, обращаясь скорее к себе, чем к товарищам. — Я просто не могу больше ждать. — Терпи, — ответил Джэмин, не поворачивая головы. — Сейчас всё решится. И что бы ни случилось, ты уже сделал всё, что мог. — А если я не пройду? — спросил Фифа, чувствуя, как голос срывается. — Тогда ты попробуешь снова, — твёрдо сказал Джиён. — Но это не конец. Это просто ещё один шаг на твоём пути. Фифа кивнул, стараясь успокоиться. Он снова глубоко вздохнул и выдохнул, чувствуя, как напряжение немного отпускает. На сцену вышел тренер Пак, держа в руках планшет. Он обвёл взглядом зал, и в его глазах читалась серьёзность. За ним стояли другие тренеры и хореографы, их лица были непроницаемы. — Итак, — начал тренер Пак, и его голос разнёсся по залу. — Второй этап завершён. Вы показали себя с разных сторон. Кто-то удивил, кто-то разочаровал. Но все вы старались. Я назову имена тех, кто прошёл в следующий этап. На этот раз выбывают десять человек. По залу пронёсся сдавленный вздох. Десять человек — это было больше, чем в прошлый раз. Фифа почувствовал, как сердце пропустило удар. Он сжал кулаки так сильно, что ногти впились в ладони. — Начнём с середины, — сказал тренер Пак, глядя в планшет. — Тридцатое место... Он начал зачитывать имена. Фифа слушал, затаив дыхание, пропуская каждое имя через себя. Он слышал знакомые имена — Джэмин на двадцатом месте, Джиён на восемнадцатом, Минхо на двадцать пятом. Тэсон на десятом. Каждый раз, когда называли имя его товарища, Фифа чувствовал облегчение. Они проходили. Они оставались в игре. — Пятое место, — сказал тренер Пак, и в зале повисла тишина. Все затаили дыхание, ожидая имени. — Пятое место... Фифа. Фифа замер. Он не мог пошевелиться. В его голове пронеслась тысяча мыслей одновременно. Пятое место. Он занял пятое место. Из сорока пяти. Он был в пятёрке лучших. — Ты слышал? — прошептал Джэмин, толкая его в бок. — Ты занял пятое место! Фифа посмотрел на него, не веря своим ушам. Его глаза расширились, и он почувствовал, как по телу разливается горячая волна облегчения. — Я... я сделал это? — спросил он, голос его дрожал. — Ты сделал это, — подтвердил Джиён, улыбаясь. — Ты прошёл. И ты в пятёрке лучших. Фифа почувствовал, как слёзы подступают к глазам. Он не плакал — он просто стоял и смотрел на сцену, чувствуя, как внутри разливается что-то огромное, тёплое, невыразимое. Он сделал это. Он доказал. Он был не просто сыном Тити и Пора. Он был Фифа. И он был пятым. Когда все результаты были объявлены и те, кто не прошёл, покинули зал с опущенными головами, Фифа почувствовал, как усталость накрывает его с головой. Но вместе с усталостью пришло и чувство облегчения. Он выжил. Он прошёл. Он был в игре. Тренер Пак подошёл к нему после того, как все разошлись. — Фифа, — сказал он, и его голос звучал серьёзно. — Задержитесь на минуту. Мне нужно поговорить с вами наедине. --- Фифа почувствовал, как сердце снова забилось быстрее. Он кивнул и подождал, пока остальные стажёры покинут зал. Джэмин бросил на него встревоженный взгляд, но Фифа улыбнулся ему в ответ, стараясь показать, что всё в порядке. Когда они остались вдвоём, тренер Пак жестом указал ему сесть на скамью у стены. Фифа сел, чувствуя, как напрягаются мышцы спины. Тренер Пак сел напротив и посмотрел на него долгим, изучающим взглядом. — Ты показал хороший результат, — начал он. — Пятое место из сорока пяти — это достойно уважения. Ты проделал большую работу за эту неделю. — Спасибо, сэр, — ответил Фифа, стараясь, чтобы голос звучал уверенно. — Я старался. — Я знаю, — сказал тренер Пак. — Но я хочу поговорить с тобой не только о твоих успехах. Я хочу поговорить о том, что я вижу в тебе. И о том, что я не вижу. Фифа нахмурился, чувствуя, как внутри зарождается тревога. — Что вы имеете в виду? Тренер Пак вздохнул, словно собираясь с мыслями. Он сложил руки на коленях и посмотрел Фифе прямо в глаза. — Ты — альфа, — сказал он. — Но ты не ведёшь себя как альфа. Фифа почувствовал, как кровь отлила от лица. Он хотел что-то сказать, но слова застряли в горле. — Я не говорю, что это плохо, — продолжил тренер Пак. — Я говорю, что это проблема. В этой индустрии у альф есть определённые ожидания. Их ждут доминантными, уверенными, даже немного агрессивными. Их ждут лидерами. Ты же... — он замолчал, подбирая слова. — Ты мягкий. Ты чувствительный. Ты — тот, кто ищет поддержки, а не тот, кто её даёт. Фифа опустил голову, чувствуя, как внутри поднимается волна стыда. Он знал это. Он всегда знал это. Но слышать это от тренера — было по-другому. Это было как приговор. — Я не могу изменить себя, — тихо сказал он. — Я пробовал. Но это не я. — Я знаю, — сказал тренер Пак. — И я не прошу тебя меняться. Я прошу тебя быть осторожным. Ты должен понимать, что твоя мягкость будет использована против тебя. Другие стажёры, особенно альфы, будут пытаться доминировать над тобой. Они будут видеть в тебе слабость. И они будут использовать это. Фифа поднял глаза, чувствуя, как внутри закипает гнев. Не на тренера — на себя. На то, что он был таким. На то, что он не мог быть тем, кого от него ждали. — Я не могу быть тем, кем они хотят меня видеть, — сказал он, и его голос дрогнул. — Я просто не могу. — Я не говорю, что ты должен быть кем-то другим, — сказал тренер Пак, и его голос смягчился. — Я говорю, что ты должен быть готовым к тому, что придётся защищать себя. Словами. Поступками. Своим присутствием. Ты должен показать им, что ты не слабый — даже если ты мягкий. Фифа смотрел на него, чувствуя, как слова постепенно проникают в его сознание. Тренер не просил его меняться. Он просил его быть сильным. Быть собой, но быть сильным собой. — Я попробую, — сказал он наконец. — Я не знаю, смогу ли, но я попробую. — Это всё, что я прошу, — сказал тренер Пак. — А теперь иди. Отдохни. Завтра будет новый день. Фифа кивнул, поднялся и направился к выходу. Он чувствовал, как внутри смешиваются противоречивые чувства — радость от того, что он занял пятое место, и тяжесть от слов тренера. Он знал, что это только начало. Что впереди будет ещё больше испытаний. --- Вернувшись в общежитие, Фифа сразу же набрал номер семьи. На этот раз он не стал ждать — ему нужно было услышать их голоса. Он чувствовал, что если не выговорится, то просто задохнётся. Экран засветился, и он увидел знакомые лица. Пор сидел на диване, держа телефон в руках. Тити стоял рядом, положив руку на плечо мужа. Реон, как всегда, высунулся из-за их спин. — Фифа! — воскликнул Пор. — Мы так волновались! Как всё прошло? — Я занял пятое место, — сказал Фифа, чувствуя, как слова срываются с губ. — Я прошёл. Пятое место из сорока пяти. — Пятое место?! — Реон присвистнул, его глаза расширились. — Пи'Фифа, это же круто! Ты в пятёрке лучших! — Это замечательно, — сказал Тити, и в его глазах читалась гордость. — Мы знали, что ты сможешь. — Спасибо, — ответил Фифа, но его голос звучал не так радостно, как ожидалось. Пор заметил это сразу. — Что случилось? — спросил он, нахмурившись. — Ты выглядишь расстроенным. Фифа вздохнул, чувствуя, как комок подступает к горлу. Он хотел сказать, что всё в порядке, но не мог. Он устал врать. — Тренер поговорил со мной после объявления результатов, — сказал он. — Он сказал, что я слишком мягкий для альфы. Что в индустрии меня будут использовать. Что я должен быть сильнее. В трубке повисла пауза. Фифа слышал, как Пор тяжело дышит, как Тити обдумывает его слова. Реон выглядел встревоженным. — И что ты ему ответил? — спросил Тити. — Я сказал, что не могу быть тем, кем они хотят меня видеть, — ответил Фифа. — Я сказал, что не могу изменить себя. — И правильно сделал, — твёрдо сказал Тити. — Ты не должен меняться. Ты должен быть собой. Но ты должен научиться защищать себя. Это разные вещи. — Как? — спросил Фифа, чувствуя отчаяние. — Как я могу защитить себя, если я не такой? — Ты сильный, — сказал Пор, и в его голосе звучала уверенность. — Ты всегда был сильным. Просто твоя сила — не в агрессии. Твоя сила — в искренности. В том, что ты не боишься быть уязвимым. Это тоже сила, Фифа. И не позволяй никому говорить тебе обратное. — Но тренер сказал, что в индустрии меня будут использовать, — возразил Фифа. — Что другие альфы будут пытаться доминировать надо мной. — Тогда ты должен показать им, что они не смогут тебя сломать, — сказал Тити. — Ты должен показать им, что твоя мягкость — не слабость. Что ты можешь быть и нежным, и твёрдым одновременно. Это сложно, но это возможно. Фифа смотрел на своих родителей, чувствуя, как их слова постепенно проникают в его сознание. Он не был один. У него была семья, которая верила в него. И этого было достаточно. — Я попробую, — сказал он. — Я не знаю, смогу ли, но я попробую. — Мы знаем, что ты сможешь, — сказал Реон. — Ты же наш Пи'Фифа. Ты всегда справлялся. — Спасибо, — прошептал Фифа, чувствуя, как слёзы подступают к глазам. — Вы лучшие. — Мы тебя любим, — сказали они хором. — И мы всегда рядом. --- Фифа лёг на кровать, глядя в потолок. Слова тренера всё ещё звучали в его голове, но теперь они не казались такими страшными. Он знал, что у него есть семья, которая верит в него. И этого было достаточно. — Ты справишься, — сказал он себе. — Ты должен. Он закрыл глаза и провалился в сон. Завтра был новый день. И он был готов.