round round running on end(круговой бег в конец)

«Ятзи!» — воскликнула Мэй Ли, и суккуб радостно подпрыгивала, хлопая в ладоши после победы. Ее непропорционально большая совершенно обнаженная грудь колыхалась, как желе, при каждом движении, но все, на чем мог сосредоточиться Ло Юань, было его собственное табло. Остальные дамы за столом стонали. «Ты жульничаешь!» — прошипела одна из других суккубов, потянувшись за кубком и игральными костями. Ло Юань не понимал, почему она жалуется, ведь она не была последней, как он! А ведь последние четыре игры она была последней! Вся пещера содрогнулась, из входа внезапно донеслись крики. Несколько старших суккубов ворвались внутрь, все они были голые и подпрыгивали, словно готовы были подбить себе глаза одним своим весом. Ло Юань вздохнул и облокотился локтем на деревянный стол, чувствуя беззвучное облегчение, пробегающее по его спине. Наконец-то. Следом за демоном шел тот очень симпатичный, но сердитый на вид парень, который иногда следовал за Шэнь Цинцю. У него был большой белый меч, слабо светящийся ци. Девушки, игравшие с Ло Юанем, тоже закричали; все они бросились вглубь лабиринта пещер, которые сами для себя вырыли. Взгляд парня остановился на Ло Юане, лицо исказилось от недоумения, когда он улыбнулся и помахал ему рукой. «Зачем ты здесь?» — прошипел Шэнь Цинцю, врываясь в заброшенную комнату с веером в руках. Он сморщил нос и помахал им перед лицом, вероятно, пытаясь развеять сильный афродизиак, которым это место было буквально напичкано. «Меня захватили?» Разве не для этого они сюда приехали расследовать? Целый, блин, торговый караван пропал без вести? Шэнь Цинцю фыркнул и закатил глаза, словно Ло Юань был глупцом. «А где же остальные мужчины?» «Ох». Ло Юань оглянулся, нахмурившись, на пещеры. Он изо всех сил старался не обращать на это внимания, но из-за своего обостренного демонического слуха оттуда все равно доносилось неприятное хлюпающее звучание. «Где-то там, внизу, на них ездят, как на лошадях». Шэнь Цинцю выглядел совершенно измученным его выходками, но разгневанный мужчина шагнул вперед и направил меч прямо на шею Ло Юаня. Тот издал негодующий вскрик и поднял руки. «А почему ты здесь, а не там?» — прорычал мужчина. «Меня не привлекают женщины! Что бы они не использовали на мне, это меня совсем не трогает!» Отчасти ложь. Небесные демоны были невосприимчивы почти ко всем ядам, кроме афродизиаков, и даже они были не так эффективны. Какой бы ни была его другая демоническая половина, она была невосприимчива к афродизиакам, но восприимчива ко всему остальному (по крайней мере, так утверждала Система). Вместо того чтобы генетика его подвела, ему просто повезло, и он оказался... полностью невосприимчив ко всему. Суккубы, похоже, тоже были довольно смущены этим, но просто приняли его неубедительное оправдание о том, что он асексуал, за чистую монету. Разгневанный мужчина и Шэнь Цинцю обменялись какими-то взглядами, но в конце концов правитель Цинцзин шагнул вперед и кончиком сжатого веера оттолкнул клинок от шеи Ло Юаня. «Лю Цингэ, этот человек — смертный. Он просто глуп, а не опасен». «Эй!» Оба проигнорировали его, Лю Цингэ (и это был настоящий сюрприз!) крякнул и отпрянул. Однако он по-прежнему испытывал подозрения и огляделся по сторонам. «Он играл с ними в игры». Шэнь Цинцю опустил взгляд на стол, всё ещё заваленный самодельной доской для игры в "Ятзи!" и разбросанными кубиками. Он закрыл глаза и глубоко вздохнул, словно ему нужно было собраться с мыслями. Когда он в ответ сердито посмотрел на Ло Юаня, всё его выражение лица было ледяным, как глубокая зима. «Почему?» — рука Шэнь Цинцю дрожала, когда он крепко сжимал веер. — «Ты что, играл с суккубами?!» На последних словах голос Шэнь Цинцю перешёл в полукрик, и он начал снова и снова бить Ло Юаня веером по голове. Было больно, но Ло Юань понимал, что тот сдерживается. Он мог это вытерпеть, ведь… ну, в общем! В любом случае, он издал ещё один обиженный звук и начал бить в ответ по руке Шэнь Цинцю, лишь наполовину защищаясь. Он почувствовал странное, довольное волнение в животе, которое тут же отбросил. «Стоп! Стоп!» Когда Шэнь Цинцю сдался, он распахнул веер и разгладил одежду. Казалось, будто тот никогда и не применял к нему насилия. Ни единого волоска не выбивалось из прически! Нечестно! «Мне было скучно! А чего ты от меня хотел?!» «Я...» Шэнь Цинцю открыл и закрыл рот, выглядя как выброшенная на берег рыба, прежде чем его губы сжались в яростную белую линию. «Ло Юань, что значит, тебе было скучно?» Ло Юань, тяжело дыша, наконец поднялся на ноги, ему не нравилось, как двое других мужчин нависали над ним. Это мало помогало, поскольку оба были невероятно высокими мужчинами из сеттинга сянься, а он еще не закончил расти (по крайней мере, он надеялся, что не закончил). Лю Цингэ странно посмотрел на них обоих, но никто этого не заметил. «Раз уж ты слишком тупой, чтобы понять, позволь мне нарисовать тебе прекрасную картину словами, Цинцю. Мы можем использовать наше воображение». Пауза, достаточно длинная, чтобы создать нужное и желаемое напряжение. «Ты красивый и крепкий молодой человек, которому нужны деньги! Ты случайно нашел хорошо оплачиваемую работу, просто помоги перевезти кое-какие товары в соседний город, а затем возвращайся — максимум три дня, с едой и питанием! Ты соглашаешься, и все идет хорошо, но… о нет! Мерзкие демоны осаждают тебя и твоих спутников, затаскивая вас всех в свою пещеру!» Ло Юань преувеличивает. Он знает, что преувеличивает. Это злит Шэнь Цинцю, чего он и хотел. «Суккубы, стремящиеся высосать всю твою горячую, сочную сексуальную ци! Но! Ты не попадешь в их женские чары, поэтому они не смогут с тобой переспать! Что же тебе делать?» «Ло Юань…» «Тсс!» — Ло Юань шикает на Шэнь Цинцю, махая руками за то, что тот его перебил. — «Они не отпустят тебя, но и убивать не хотят. Ты всего лишь мягкий, жалкий человечек, который не может с ними бороться. Так что же ты будешь делать? Сидеть в углу, связанный, нуждаясь в помощи, чтобы сходить в туалет?» — Ло Юань указал на тот самый угол, куда суккубы хотели его оставить. — «Или играть в кости, пока не придёт большой, сильный, красивый культиватор, чтобы тебя спасти?» Шэнь Цинцю издал шипение, подобое змеиному, и снова ударил Ло Юаня по голове. «Идиот.» «Суккубы, наверное, убегают», — вмешался Лю (чертов!) Цингэ, его лицо исказилось от жалости и беспокойства, когда он посмотрел на Ло Юаня. Что ж, Ло Юань был почти уверен, что тот уже должен был умереть, так что пусть держит свои мысли при себе. Шэнь Цинцю разочарованно вздохнул. «Хорошо. Пошли!» — был отдан приказ, который, похоже, не очень-то понравился Лю Цингэ. Бог войны, несмотря ни на что, снова бросился вперёд, держа меч наготове. Когда Шэнь Цинцю проходил мимо Ло Юаня, он ткнул его веером в грудь. «Оставайся здесь». Затем они оба исчезли в туннеле. Ло Юань вздохнул, снова сел за стол и начал убирать за собой. Дело не в том, что он не мог сбежать или даже не хотел лгать. Просто было проще плыть по течению. Конечно, если бы Ло Юань действительно оказался в опасности, он бы отбился... но в последние несколько месяцев казалось, что его в такие ситуации загоняет... сама Система? Это могло произойти двумя способами: похищение или использование заговора жены в качестве приманки. Если бы это было похищение, то Ло Юаня внезапно похитил бы демон, демонический культиватор или даже просто бандиты! Ничего, что могло бы причинить ему вред, но, безусловно, поставило бы его в затруднительное положение, если бы он раскрыл свою личность. Первые несколько раз он даже пугался! Но потом понял закономерность. Прежде чем Ло Юань мог оказаться в реальной опасности, неожиданно появлялся Шэнь Цинцю и спасал его. В какой-то момент Шэнь Цинцю нёс его, всё ещё связанного, прочь от горящего здания. К этому моменту подобное происходило уже в пятый или шестой раз. Верховный лорд посмотрел на него сверху вниз и сказал что-то вроде: «Такое ощущение, что ты делаешь это специально». «Ты меня раскрыл. Я прекрасная девица, и я хочу, чтобы ты меня спас», — ответил Ло Юань, в основном, чтобы у него не перехватило дыхание. Он подумал, что, возможно, дело в том, насколько величественно выглядел Шэнь Цинцю, глядя на него сверху вниз, или, может быть, ему просто было неловко, когда его так легко носил на руках другой мужчина, — но все это время его сопровождало странное чувство в груди. Может быть, чувство неполноценности? Лицо Шэнь Цинцю дернулось, и он посмотрел на Ло Юаня так, словно собирался его убить. Его щеки даже покраснели от злости! Однако сюжетная линия с женой была гораздо хуже. С Ло Юанем такого не случалось, унижение пришлось терпеть бедному Шэнь Цинцю. В целом, это было менее эффектно, но гораздо более тревожно. Обычно всё происходило примерно так: Ло Юань, занятый каким-нибудь делом в одиночестве, натыкался на Шэнь Цинцю в ужасном положении. Одежда была наполовину разорвана, он был под воздействием какой-то сексуальной пыльцы или яда, и находился в компрометирующей ситуации, из которой самостоятельно выбраться не смог бы. Ему невероятно повезло, что к моменту его обнаружения Шэнь Цинцю тоже был почти не в себе; его личность как демона была бы раскрыта давным-давно, если бы не сам Владыка Пика! Дошло до того, что Ло Юань начал всегда иметь при себе запасную одежду на всякий случай. После того как Шэнь Цинцю приходил в себя, он сидел с ним, пока тот не приходил в себя, а затем выслушивал все вопросы, которые задавал заклинатель. По крайней мере, в первый раз он не прогнал Ло Юаня таким образом. После каждой такой встречи мужчина казался каким-то хрупким. Словно ему требовалось дополнительное время, чтобы собрать воедино эти осколки своей души и восстановить себя. В такие моменты они обычно мало разговаривали, просто сидели вместе, пока напряжение не спадало. «Немногие стали бы делать то, что делаешь ты», — однажды сказал Шэнь Цинцю. В его руке всё ещё оставался тот метафорический стакан, он ещё не совсем оправился. Он не смотрел на Ло Юаня, его взгляд был прикован к чему-то, что видел только он сам вдалеке. «Если бы кто-нибудь другой меня нашёл…» Шэнь Цинцю не договорил, и они оба сделали вид, что у него не задрожал голос. «Это было бы неправильно. Воспользоваться тобой таким образом». «Никто бы тебя не осудил». При этих словах Шэнь Цинцю говорил с таким негодованием. В его дрожащем голосе слышалась нотка безумия. «Они бы сказали, что ты мне помог, что ты меня просто лечишь». «...кто-нибудь...?» «...нет. Не... таким образом.» Пауза. «Но их бы наградили, если бы они так поступили.» Ло Юань не знал, что на это ответить. В этот раз на Шэнь Цинцю напало какое-то желеобразное чудовище. Большая часть его одежды расплавилась, поэтому Ло Юань дал ему запасной комплект, который был у него надет. Они сидели под деревом, глядя вниз с небольшого холма, на котором отдыхали, на закат. Такие ситуации всегда происходили в более уединенных, интимных местах. Как будто никому, кроме него, не было позволено видеть Шэнь Цинцю таким уязвимым. Тогда возникло непреодолимое желание обнять его. Шэнь Цинцю, одетый в его одежду, без всех своих нарядов, казался гораздо меньше и мягче, чем обычно. Ло Юань не мог объяснить почему, он просто... чувствовал, что этому парню это нужно. Только он был почти уверен, что если попытается, Шэнь Цинцю разорвет ему лицо, как разъяренный леопард. Поэтому Ло Юань выбрал наилучший вариант. Они уже сидели рядом, колени Шэнь Цинцю были поджаты к груди, а Ло Юань вытянулся дальше. Медленно, чтобы не напугать мужчину, он положил руку на руку Шэнь Цинцю, лежавшую на траве. Тот вздрогнул, но не отдернул руку, что было хорошим знаком. Когда мужчина расслабился, Ло Юань нежно обхватил пальцами ладонь Шэнь Цинцю. «Им не стоит этого делать», — наконец ответил Ло Юань после долгой паузы. Он говорил мягким голосом, атмосфера была слишком деликатной для шумных или шутливых замечаний. Шэнь Цинцю ничего не ответил, но обхватил пальцами пальцы Ло Юаня. Это была их единственная точка соприкосновения. Наверняка это показалось бы странным любому другому человеку — двум парням, держащимся за руки, — но Шэнь Цинцю был его другом! Если он не мог утешить его объятиями, то это было лучшим вариантом! В этом не было ничего странного, и Ло Юань снова не испытывал этого странного демонического мурашки по коже, и не мог сосредоточиться только на том, какая прохладная и мягкая кожа у этого мужчины. В этом не было ничего странного.