round round running on end(круговой бег в конец)

«Цинцю, тебе не нужно этого делать». Шэнь Цинцю продолжал хмуриться. «В твоём сердце больше доброты, чем ты думаешь». «Ты что, думаешь, этот господин дурак?» — прошипел Владыка Пика. «Ты можешь это остановить, Цинцю. У тебя есть сила это остановить. Выбери любовь». Раздался громкий щелчок! На доску поставили черный камень вэйци, эхом отозвавшийся о завершении игры. Ло Юань застонал и откинулся назад на подушки в комнате борделя, которую они делили. Этим одним ходом Шэнь Цинцю окончательно разрушил ту самую эпическую и мощную комбинацию, над которой он работал, чтобы одержать победу в войне. Это произошло явно потому, что Шэнь Цинцю был жестоким и бессердечным человеком, а не потому, что Ло Юань был полным идиотом в этой игре. Когда Ло Юань пришёл на работу тем утром, Шэнь Цинцю уже был там. Судя по всему, он провёл там ночь, отдохнув от дел на Пике и проведя вечер с сестрой и племянником. Мужчина всё ещё был немного сонным и рассеянным, многозначительно нахмурившись, когда тот ворвался за простынями. Единственное слово, которое пришло Ло Юаню в голову, чтобы адекватно описать это зрелище, было "милый". Когда он вернулся, чтобы отнести уже чисто выстиранное белье, Шэнь Цинцю всё ещё был там. Время было уже ближе к вечеру, до открытия Тёплого Красного Павильона для публики оставалось всего несколько часов, но он всё ещё сидел в комнате Вэй Ба, держась особняком. Полностью приведённый в порядок и одетый в полные парадные ханьфу, он не собирался уходить. Что-то в нём казалось усталым, поэтому Ло Юань не хотел, как обычно, трогать или поддразнивать его. Вэй Ба была занята, а маленький Яо-эр был с некоторыми из своих "тётушек", поэтому мужчина остался совсем один. Ло Юань, как обычно, собирался после оплаты отправиться домой, но Шэнь Цинцю выглядел особенно жалко. Поэтому он неохотно отдал несколько своих с трудом заработанных монет обратно владелице и попросил принести два обеда и чай. Она многозначительно подняла бровь, но он быстро махнул ей рукой и направился обратно наверх. Когда Шэнь Цинцю неохотно впустил его в комнату, Ло Юань вытащил доску для вэйци и вызвал его на партию. Последнее время они провели, поедая ужин, подшучивая друг над другом и играя раунд за раундом в вэйци. По крайней мере, Шэнь Цинцю, похоже, отлично проводил время, полностью побеждая его. Ло Юань был занят подготовкой доски к следующей партии, когда вокруг них произошло колебание окружающей ци. Шэнь Цинцю напрягся, а Ло Юань лишь замер, сделав вид, что ничего не почувствовал. Через несколько мгновений дверь распахнулась с силой, и в дверях появился Лю Цингэ, словно готовый убить. «Шэнь Цинцю, ты-!» Ло Юань метнул в него белый камень вэйци. Тот бесполезно отскочил от его груди, а затем с глухим стуком упал на пол. Мужчина замолчал, на его лице отразилось недоумение, и он уставился на все еще дребезжащий камень, словно тот его лично оскорбил. Когда он, нахмурившись, снова надулся, глядя на Ло Юаня, демон под прикрытием лишь фыркнул. «Говори потише! Дамы здесь наверху пытаются отдохнуть», — отчитал Ло Юань. Шэнь Цинцю вытащил веер и прикрыл им большую часть лица. Лю Цингэ продолжал хмуриться, пристально глядя на Ло Юаня, явно пытаясь вспомнить, где он его раньше видел. «Ты спишь с Шэнь Цинцю». Это прозвучало почти как обвинение. Ло Юань на мгновение был настолько ошеломлен, что не знал, как ответить. «Почему ты мне не сказал?» — наконец язвительно спросил Ло Юань, повернувшись к Шэнь Цинцю. Тот лишь сердито посмотрел на него поверх веера. С этой стороны ему ничем не помочь, поэтому он закатил глаза и кивнул в ответ Лю Цингэ. «Я всё ещё изучаю правила, но я достаточно уверен, что в вэйци не подразумевается демонстрация половых органов». И ещё! Что за чертовщина, Лю Цингэ?! Ло Юань явно был мужчиной! Может, он и не был очень крупным или мускулистым, но он же парень! Зачем, чёрт возьми, Шэнь Цинцю пришёл в бордель, чтобы переспать с мужчиной? Если бы Шэнь Цинцю действительно пришёл сюда за сексом, а Ло Юань знал, что это не так, то для него было бы предостаточно красивых цветов, которые он мог бы сорвать! Лю Цингэ замер в оцепенении, пробормотав себе под нос "Бесстыдник!", и его щеки покраснели. Как какая-то смущенная девица! Ха! «Почему,» — перебил Шэнь Цинцю, прежде чем в цирке появилось еще больше клоунов. В его голосе сквозила злоба. — «Ты здесь, Лю Цингэ?» Бог Войны усмехнулся, вспомнив, что Шэнь Цинцю действительно присутствовал, и свысока посмотрел на своего коллегу, Повелителя Пика. «Юэ-Шисюн послал меня за тобой». Этот ответ лишь омрачил и без того отвратительное настроение Шэнь Цинцю. Мужчина выглядел так, будто вот-вот взорвётся, что, безусловно, никому не пошло бы на пользу. Ло Юань уже встал и проскользнул между двумя мужчинами, не успев толком подумать. Он сжал руки, словно говоря "прочь, прочь!", и шагнул к Лю Цингэ. «Цинцю скоро отправится домой, так что можете уходить! Сообщение доставлено!» Лю Цингэ отстранился от Ло Юаня, но в остальном не двигался. Внезапно в его голове промелькнул жестокий образ того, как он хватает мужчину и отрывает ему конечность, подпитываемый демоническим жаром в животе. И всё потому, что Шэнь Цинцю был его… другом! Его другом! Ло Юань был настолько дезориентирован, что чуть не пропустил ответ Лю Цингэ. «Я не уйду без Шэнь Цинцю». Терпение Ло Юаня к выходкам Лю Цингэ иссякало, особенно после того, как тот начал им командовать. Нахмурившись, Ло Юань очень хотел толкнуть Лю Цингэ и вытащить его оттуда за волосы. Вместо этого он попытался вспомнить те немногие известные ему факты о парне, чтобы прогнать его. Лю Цингэ на самом деле не появлялся в ПГБД. О его существовании упоминалось лишь пару раз, затем он умер, и с этого момента вся информация о нём поступала из вторых рук от других персонажей. В основном от Лю Минъянь, которая всегда говорила о том, что её брат был человеком, связанным своими праведными идеалами и честью. Может быть, он мог бы использовать этот аспект? «Если хочешь его забрать, тебе придётся меня избить!» — громко и гордо заявил Ло Юань. Лю Цингэ сделал полшага вперёд, как будто собирался это сделать, но Ло Юань продолжил: «И разве это не будет выглядеть невоспитанно? Владыка пика Байчжань чуть ли не убивает какого-то смертного? Я думал, у вас, ортодоксальных заклинателей, есть правила, запрещающие им властвовать над беспомощными слабаками!» Лицо Лю Цингэ скривилось, но он расслабился. Да, заклинатели не должны были издеваться над смертными! Черт возьми, он был почти уверен, что именно поэтому Шэнь Цинцю позволил Ло Юаню все то, что он сделал. Даже если его репутация уже была под угрозой, причинить вред или убить смертного выглядело бы очень плохо. Неважно, оскорбляли его или нет, он должен был вести себя достойно и использовать свою силу ответственно. «Отлично.» Затем Лю Цингэ отступил назад, бросившись стучать камнями друг о друга или чем там еще занимался какой-нибудь воин Байчжань во время тренировок. Увидев, что он скрылся за поворотом коридора, Ло Юань закрыл дверь, подошел и снова плюхнулся на подушки. Он тяжело, устало вздохнул. «В чём была его проблема?» — пробормотал Ло Юань, не особо ожидая ответа. Вместо ответа он получил удар веером по макушке, достаточно сильный, чтобы причинить боль. Это лишь усилило зуд в его подавленном демоническом ядре, и он изобразил обиду. «Дурак. Почему ты так упорно рычишь на любого, кто может убить тебя, не пошевелив и пальцем?» Шэнь Цинцю был в ярости, губы его изогнулись в такую высокую ухмылку, что стали видны розовые десны. «Ты не ценишь свою жизнь, Ло Юань? Или ты просто считаешь себя неуязвимым?» Он снова ударил его веером, отчего Ло Юань возмущенно закричал "Эй!" и попытался оттолкнуть мужчину. Лицо Шэнь Цинцю краснело все сильнее и сильнее, он все больше приходил в ярость. Ло Юань честно признался, что был озадачен такой бурной реакцией. Разве Шэнь Цинцю не должен был радоваться, что ему удалось заставить Лю Цингэ оставить его в покое? Откуда все это взялось? «Или вы настолько пренебрежительно относитесь к этому господину, что считаете, будто ему нужна помощь рабочего?» Ах да, голос Шэнь Цинцю был ядовитым, когда он это сказал. Настолько, что в груди Ло Юаня зародилась обида, которая быстро была подавлена вспышкой гнева, разлившейся по всему телу. «Может быть, я и правда так думаю!» — огрызнулся Ло Юань, оскалив собственные тупые зубы. «Что бы ты делал? Похвастался бы, а потом позволил бы ему запугать себя и заставить уйти? У кого-то из нас должен быть стержень, и это точно не ты!» Шэнь Цинцю отшатнулся, на его лице на мгновение мелькнула боль, прежде чем оно сгладилось, став ледяным. Вместо того чтобы отступить еще дальше, он снова рванулся вперед, схватив Ло Юаня за воротник и притянув его к себе. Ло Юань, казалось, мог сосредоточиться только на том, что они оказались лицом к лицу. «Ты такого высокого мнения о себе, Ло Юань. А ведь ты всего лишь слабый, бездарный человек, который возлагает свои надежды на ещё более слабого и бездарного младшего брата». Когда Шэнь Цинцю заговорил, в воздухе повис настоящий, физический холод. Каждое слово было призвано вонзиться в грудь Ло Юаня, разорвать его сердце и заставить его ненавидеть. Это заставляло его кровь кипеть, ему хотелось укусить. «Не надо, — заговорил Ло Юань, схватив Шэнь Цинцю за воротник и с удовольствием помяв тонкий шелк в кулаке, — втягивать в это моего брата». Как только он это прорычал, Ло Юань точно понял, что имел в виду: кровь в воде. Подобно акуле, Шэнь Цинцю с намерением ухватился за эту слабость. Жестокая, резкая улыбка исказила его лицо. В его голосе, почти сладком, читалось мрачное удовлетворение, а насмешливая интонация проникала под кожу с каждым горячим вздохом. Ло Юаню хотелось ударить его. «Скорее всего, он умрёт на Конференции Альянса Бессмертных». Свободная рука Шэнь Цинцю, та, что не впивалась в одежду Ло Юаня, провела пальцем по челюсти демона. Это было нежное прикосновение, подобное прикосновению к возлюбленному. Палец скользнул вниз к подбородку, который был откинут назад так, что их взгляды были вынуждены встретиться. «Это не будет большой потерей для этого Мастера. Возможно, даже благом. Сбросить лишний груз с моего Пика, не пачкая при этом собственных рук». Ло Юань резко вздохнул, не в силах сделать ничего, кроме как слушать, как противоречивые эмоции сплетаются внутри него. Внезапно ему резко напомнили, что Шэнь Цинцю — злодей. Не имело значения, кем они были друг для друга, что они друзья. Шэнь Цинцю всё ещё оставался озлобленным, обиженным, мерзким человеком, ненавидящим Ло Бинхэ за само его существование. Хотя он, возможно, и не издевался над полудемоном так, как в "Пути Гордого Бессмертного Демона", ему всё равно было на него наплевать. «Жаль, что ты подтолкнул его к тому, чтобы он постоял за себя. Мои методы были бы для него лучше. Они закалили бы его настолько, чтобы он смог выжить», — продолжил Шэнь Цинцю. Мозг Ло Юаня словно плавился. Демонические инстинкты, пытавшиеся вырваться наружу, ужас от услышанного, гнев за Ло Бинхэ, осознание того, что могло бы произойти — всё это смешивалось в ужасный коктейль ярости и бездействия, пока он неуклюже пытался придумать, что делать, подобрать слова, которые могли бы вонзиться в грудь другого, подобно тому, как это делал с ним Шэнь Цинцю. Пусть никто никогда не скажет, что Ло Юань не был готов ударить ниже пояса во время спора. «Не думаешь, что это их обрадует?» — прошипел Ло Юань, и слова тут же вырвались у него из головы. Взгляд Шэнь Цинцю сузился, вероятно, он подумал, что тот сдаётся. Что Ло Юань вот-вот покажет свою истинную сущность. Верховный Лорд склонил голову набок, с безмятежным любопытством ожидая своей победы. «Кто бы ни оставил на тебе все эти чертовы шрамы, ты не думаешь, что им приятно, что ты такой же, как они?» Шэнь Цинцю замер, даже не дыша, выражение его лица изменилось с презрительной самодовольности на пустое. Ло Юань уже достаточно часто видел этого мужчину обнаженным, чтобы заметить следы на его теле. Ужасные, перекрещивающиеся узоры, десятками покрывавшие его спину. Шрамы от ударов плетью. Просто одна из тех вещей, о которых они оба не говорили, одна из тех черт, которые они оба не хотели переступать из-за уважения друг к другу. Но Шэнь Цинцю начал всё это. Именно по его вине Ло Юань всё это заканчивал так. Ло Юань вдруг понял, что задыхается. Шэнь Цинцю был достаточно близко, чтобы почувствовать на вкус остаточные нотки ладана, лаванды и какого-то природного мускуса, застрявшие у него в носу. Каждое биение сердца отдавалось в его ушах хором голосов: «Укус, укус, укус». Вонзить свои клыки в гладкую, мягкую кожу и оставить следы, чтобы все знали, что он принадлежит… Дверь открылась. «Диди? А-Юань?» Вэй Ба, с Яо-эром на бедре, стояла там. Она выглядела испуганной и обеспокоенной. В одно мгновение напряжение в комнате исчезло. Ло Юань отпустил Шэнь Цинцю, а тот, в свою очередь, оттолкнул Ло Юаня назад. Больше ни слова не было сказано, Ло Юань лишь поднялся с земли и бросил на Шэнь Цинцю последний злобный взгляд, уходя. Чёртов ублюдок.

***

Шэнь Цинцю избегал его. И это было нормально, поскольку Ло Юань тоже его избегал. Его дни были пустыми и скучными, и Ло Юань ненавидел это. Сам того не осознавая, он каким-то образом позволил своим дням вращаться вокруг частых встреч с Владыкой Пика. Больше не было походов в лес с смутной мыслью, что там он найдет связанного Шэнь Цинцю. Никакие бродячие смертники не похищали Ло Юаня с улицы, чтобы он мог ждать спасения. Ло Юань просто обходил город, выполнял свою работу и шел домой. Он даже продолжал посещать бордель, хотя теперь это было исключительно деловое занятие. Он приветствовал и был вежлив со всеми, кто к нему подходил, но больше не было никакой смутной надежды увидеть проблеск зеленого и бирюзового цвета. Чувство пустоты, одиночества и глупости. В любом случае, у него были дела поважнее. Например, приближающийся обратный отсчет до того момента, когда Бинхэ будет брошен в Бездну. Ло Юань старался не думать об этом с тех пор, как эта мысль появилась, но таймер неумолимо тикал, и это погружало его в тревогу. Как бы ему ни хотелось это признать, частые визиты Шэнь Цинцю помогали успокоить эту боль, заставляли Ло Юаня на время забыть обо всем. Без Владыки Пика он видел только постоянно падающие цифры, что бы он ни делал. Система не позволила бы это пропустить, точно так же, как она не позволяла Ло Бинхэ держаться подальше от Цанцюн. Бинхэ не смог спуститься с горы на последний фестиваль. Он заранее написал письмо, в котором говорилось, что Шицзунь запретил всем участникам Конференции Альянса Бессмертных "бездельничать". Ло Юань был совершенно уверен, что это произошло только потому, что Шэнь Цинцю вел себя как мелочный засранец в их споре. Ло Юань залил стираемое им одеяло водой, надеясь, что это поможет ему немного успокоить накопившееся раздражение. Сегодня он работал не в борделе, а в одной из знатных семей города. Их постоянная прачка заболела, и Ло Юань согласился взяться за эту работу. Платили немного, но это было хоть какое-то занятие. Он ушёл подальше от города с корзиной, чтобы побыть одному; ему хотелось спокойно отбивать пятна с дорогих тканей камнями, не опасаясь осуждения. Был жаркий летний день, солнце палило, и пот скапливался на его лбу. Вода тоже не очень помогала. Река была достаточно широкой и глубокой, так что если бы он осмелился отплыть слишком далеко от берега, его бы наверняка унесло бурным приливом, скрытым под спокойными водами. Последний халат уже почти был постиран, когда раздался такой грохот, что Ло Юаня сбило с ног, а вдалеке раздался мощный взрыв из камней и обломков. Вниз по реке из леса выползло какое-то огромное чудовище, извиваясь и плюясь, оно размахивало своими массивными когтями, а мелькающие точки преследовали его. Существо было огромным, его было хорошо видно даже с такого расстояния, оно выглядело как ужасная смесь миноги и мандрила. Вероятно, у него было какое-то глупое имя, но Ло Юань не мог его вспомнить, хотя и понимал, что находиться так близко к городу опасно. Самым разумным было уйти. Ло Юань уже закончил стирку, и явно этим занимались заклинатели. Он не герой и не хотел рисковать своей репутацией из-за этого. Вместо этого Ло Юань оставил корзину и пошёл вверх по реке, чтобы получше рассмотреть бой, надеясь понять, что это за штука такая. Ло Юань нашел камень, за которым мог спрятаться и наблюдать издалека. Существо было огромным, легко достигавшим трех этажей в высоту по меркам современности, и когда оно кричало, от его крика пульсировала такая сила, что у Ло Юаня болели уши. Один из заклинателей, которого Ло Юань не знал, мужчина в одежде цвета шалфея и крема, в основном держался в стороне. Одним из них был Лю Цингэ, который действовал наиболее агрессивно, оттесняя монстра и выводя его из равновесия мощными всплесками ци и ударами меча. Последним, конечно же, был Шэнь Цинцю. Шэнь Цинцю парил над зверем на своем мече, кружа вокруг него, чтобы разбрасывать мощные талисманы или поражать слабые места, когда Лю Цингэ находил возможности для атаки. Хотя монстр и был в обороне, это не было односторонним избиением. Он размахивал когтями, пытался топтать или хлестать ногами и хвостом. Когда всё пошло наперекосяк, зверь был весь в крови и тяжело дышал. Для него борьба из яростного сражения превратилась в отчаянную борьбу за выживание. Он начал беспорядочно метаться, кричать и вырывать всё, что мог, пытаясь убежать. Резкий, отрывистый взмах лапы подхватил Шэнь Цинцю в воздухе и с силой швырнул его на землю, оставив после себя кратер. Сюя с грохотом упал в грязь неподалеку. На мгновение Ло Юань почувствовал извращенное чувство удовлетворения. Черт бы его побрал, раз он был таким мерзавцем. Черт бы его побрал за то, что он не позволил Ло Юаню увидеть Бинхэ в последний раз перед тем, как его поглотит Бездна. Затем он понял, что Шэнь Цинцю не собирается подниматься. Эта мысль промелькнула у него в голове, вызвав мрачное чувство в животе, когда чудовище снова набросилось на него. Неизвестный заклинатель пытался добраться до Шэнь Цинцю, пока Лю Цингэ пытался оттолкнуть тварь, но вместо этого чудовище рванулось вперед. Оно, шатаясь, упало в реку, разбив скалы у берега вокруг себя. Чудовище провалилось гораздо глубже, чем ожидало, по самые бедра, и, визжа и дико царапая землю, пыталось выбраться из воды. Один из этих огромных когтей впился прямо в то место, где находился Шэнь Цинцю. Ло Юань мог лишь с ужасом наблюдать, как окровавленное, безжизненное тело мужчины уходило в воду вместе с обломками. Он тонул, как камни, прилипшие к нему, его бледные одежды быстро исчезали из виду, когда его поглощала глубина реки. Мысли Ло Юаня оставались неподвижными. Мысли отсутствовали. Ло Юань никогда не учился плавать ни в прошлой, ни в этой жизни, но он изо всех сил выскочил из своего укрытия. Раздался обеспокоенный крик, но это был лишь фоновый шум, когда Ло Юань бросился в реку. Вода бурлила вокруг него, полностью затягивая его под воду, но он изо всех сил старался погрузиться глубже. Свет солнца больше не доставал до него сквозь толщу воды, оставив перед ним лишь бурлящую тьму. Легкие горели, но он немного раскрыл свою природную демоническую ци, чтобы хоть как-то остаться под водой подольше. Приложить немного больше усилий, двигаться немного быстрее, увидеть немного больше. Шэнь Цинцю, опустившись на самое дно речного русла, лежал, словно брошенная статуя. Его длинные одежды и волосы развевались вокруг него, подстраиваясь под каждую волну и образуя вокруг него нимб. Его бледные губы были приоткрыты, и ни один пузырек воздуха не выходил из них. Ло Юань схватил его за плечи, притянув Шэнь Цинцю к себе. Затем он начал вытаскивать их обоих на поверхность, несмотря на боль в легких и борьбу всего тела. Его человеческий облик вот-вот должен был разорваться по швам, он больше не мог сдерживать необходимую ему силу. Когда он вынырнул, то ахнул, почувствовав привкус крови на языке. Лю Цингэ почти полностью разделал чудовище, находившееся ниже по течению, и кровь окрасила воду в розовый пенистый цвет. Ло Юань проигнорировал это, вытащив себя и Владыку Пика Цинцзин на песчаный берег реки. Он присел рядом с ним, откашливаясь и отчаянно пытаясь не раскрыть себя. «Цинцю-!» — прохрипел он, обхватив ладонью бледную щеку мужчины. Она была ужасно холодной. Шэнь Цинцю не дышал. По спине у него прокатилась ледяная дрожь. Ло Юань не хотел, чтобы он умирал. Его мысли снова застыли. Ло Юань двинулся с места, прежде чем он успел об этом подумать. По крайней мере, это он отработал ещё в прошлой жизни. Заставив себя сесть, Ло Юань сплел пальцы вместе и прижал согнутые ладони к груди мужчины. Сердечно-легочная реанимация! Он проходил обучение этому в прошлой жизни! Его сертификат был просрочен примерно на тринадцать лет, но…! В его глазах мелькнуло какое-то сообщение от Системы, и позади него раздался рев зверя, но Ло Юань сосредоточился только на ритме песни, название и слова которой он не мог вспомнить, чтобы отбивать ритм. Затем, сделав глубокий вдох, он силой открыл рот Шэнь Цинцю, чтобы тот глубоко вдохнул. «Пожалуйста, пожалуйста, пожалуйста…» — прошептал он, молясь, когда снова начал делать непрямой массаж сердца. Позади него послышался какой-то шум, крики, но лицо Ло Юаня горело, и он чувствовал только струйку воды, стекающую по лицу. Ещё один поцелуй жизни. Всё тело Шэнь Цинцю содрогнулось. Его губы слабо приоткрылись, затем он начал кашлять. Ло Юань отстранился и помог Шэнь Цинцю перевернуться на бок, чтобы тот смог выплюнуть всю воду, которая его душила. Тело мужчины дрожало, он казался таким маленьким, таким промокшим. После того, как он опустошил горло, зрение Шэнь Цинцю затуманилось, и он потерял силы. Он рухнул на бок, но всё ещё дышал, а это было главное. Ло Юань подхватил его на руки, одной рукой под колени, а другой за спину, и поднял. Он осторожно прижал голову Шэнь Цинцю к своей груди, чтобы она не болталась и не причиняла ему дополнительной боли, когда он проснется позже. Неизвестный заклинатель и Лю Цингэ стояли неподалеку, но Ло Юань бросился к ним двоим и бросил Шэнь Цинцю в объятия Лю Цингэ. Тот удивленно крякнул, но не уронил своего Шисюна. «Отведите его обратно в орден, пожалуйста, кто-нибудь… кто-нибудь должен о нем позаботиться, ему нужно…» Ло Юань понимал, что бормочет, чувствовал, что, возможно, теперь еще и дрожит, и адреналин начал резко спадать. «Что... что это за техника, которую ты использовал?» — попытался спросить мужчина в кремово-зеленой одежде. Его голос был спокойным и мягким, успокаивающим, но все, на чем мог сосредоточиться Ло Юань, были его некрасивые усики и то, насколько уязвим был Цинцю. «Нет… пожалуйста, просто верните его! Я не хочу, чтобы Цинцю умер, пожалуйста, не дайте ему умереть!» У Ло Юаня перехватило дыхание, и он понял, что все это время его зрение было затуманенным и дрожащим. Лицо все еще горело, он шмыгнул носом, а затем вытер щеки о шершавые ладони. «Хм. Му-шиди». Лю Цинге покачал головой, затем подбородком неопределенно указал в сторону Цанцюн. «Нам пора идти». Мужчина, Му-Шиди (Му Цинфан?), нахмурился и посмотрел то на Лю Цингэ, то на Ло Юаня, а затем, наконец, на Шэнь Цинцю. Он кивнул, и затем двое мужчин превратились в едва различимые точки вдали, взлетев над облаками. Когда Ло Юань остался один, он присел на корточки прямо на том же месте и крепко сжал волосы в кулаках. Глупость! Глупость, глупость, глупость! Он не хотел, чтобы Шэнь Цинцю умер. Ло Юань не хотел, чтобы этот мерзкий злодей, человек, которому суждено было быть разорванным на части в Водяной тюрьме, умер.

***

За неделю до конференции Ло Юань предпринял свой ход. Шэнь Цинцю всё ещё не появлялся. Ло Бинхэ разрешили спуститься за день до того, как он, другие участники и все остальные отправились в поход к ущелью Цзюэди. Он всячески баловал мальчика, постоянно подшучивал над ним и заставил его пообещать оставаться в безопасности, чтобы тот вернулся. Эти слова звучали пусто на языке, поскольку система всё это время продолжала отсчитывать время в углу поля его зрения. В ту ночь, после того как Ло Бинхэ вернулся на Цинцзин, Ло Юань долго сидел в своей комнате, прежде чем заставить себя встать. Он готовился к этому уже несколько недель. Дешевый мешок, набитый безвкусными, но сытными продуктами и несколькими другими необходимыми вещами для выживания. Недостаточно много, только то, что он мог себе позволить. Последние деньги, которые он так тяжело зарабатывал последние несколько лет, лежали на столе в его комнате, а рядом — простое письмо с благодарностью для Лин Бо. Когда он убедился, что больше не может тянуть время, Ло Юань ушел. Система продала ему дорогую карту, по которой он следовал через суровую дикую местность. В отличие от группы путешественников из Цанцюн, которым приходилось ехать по извилистым дорогам из-за повозок и лошадей, Ло Юань просто пробирался сквозь густой лес и нетронутые земли. Это было нелегко, и иногда на него пытались напасть, но в конце концов он, хромая, добрался до края преграды и сумел протиснуться внутрь. Ло Юань поспешил вперед, вглубь ущелья, зная, что кто-нибудь обязательно почувствует шум и начнет расследование. Местные чудовища проявили достаточно здравого смысла, чтобы избегать его, возможно, поняв, что он — хищник высшего порядка. Ло Юань проскользнул в небольшую, труднозаметную пещеру и съёжился в глубине. Внутри была кромешная тьма, трудно было разглядеть что-либо даже его улучшенному зрению, но он лишь прислонил голову к стене и заставил себя отдохнуть, пока ждал. Три дня спустя воздух изменился под влияние ци, молодые заклинатели хлынули в ущелье. Ло Юань вырвался из полумедитационного оцепенения и собрал те немногие вещи, которые он удосужился достать из сумки. В ту ночь произошел взрыв демонической энергии. За этим последовали крики. Ло Юань чувствовал себя виноватым, пробираясь сквозь лес, стараясь избегать как заклинателей, так и зверей. Все здесь были просто детьми, и они умирали... Но... Но Ло Юаню нужно было найти Бинхэ. Он не мог оставить Бинхэ одного. Не мог просто бросить его. Вдали начало пульсировать нечто извращенное и порочное, энергия была настолько сильной и ядовитой, что чуть не повергла Ло Юаня на колени. В темноте плясали языки пламени, яркие оранжевые и желтые вспышки освещали даль настолько ярко, что казалось, будто там дневной свет. Тени деревьев тянулись по земле, словно цепкие руки, отчаянно пытающиеся вырваться из разразившегося ада. Ло Юань боролся с этой силой, обжигающей его кожу, заставляя двигаться вперед, ускоряться. Когда Ло Юань ворвался на поляну, лед покрыл все поверхности толстыми осколками. Черного Лунного Носорога-Питона не было, но были видны следы какой-то борьбы. Кровь местами покрывала лед, яркая и свежая, словно огромные борозды, врезавшиеся в землю. Самым важным был Ло Бинхэ. А перед ним — Шэнь Цинцю. Бездна уже открылась, огромная пропасть в самой реальности, из которой текли жар и огонь. Это был рваный и безобразный шрам, рана, оскверняющая землю. Ло Бинхэ стоял, прижавшись к краю, слезы блестели в его глазах, меч был разбит и был отброшен в сторону, а его демоническая метка, небесное демоническое пламя, ярко и отчетливо светилась на лбу. Слова с такого расстояния не были слышны, но он явно умолял Шэнь Цинцю. Ло Юань не мог разглядеть лица Шэнь Цинцю, тот стоял к нему спиной. Меч был в его хватке, поднят с намерением, но еще не готов был вонзиться. Он казался худее с тех пор, как они виделись в последний раз, плечи выглядели более изможденными. Однако, похоже, мольба Ло Бинхэ его не тронула, поскольку он сделал шаг вперед и начал поднимать клинок. «БИНХЭ!» Из горла Ло Юаня вырвался высокий, отчаянный крик. Он рванулся вперед, вложив в ноги всю свою силу, чтобы привести их в движение. Ло Юань, охваченный маниакальным волнением, заметил, что всё вокруг словно замедлилось. Он побежал к Бинхэ, а тот, услышав его крик, вздрогнул и, потрясённый, повернулся к нему лицом. Это сделало его уязвимым для атаки Шэнь Цинцю. Однако Шэнь Цинцю тоже вздрогнул, повернув голову ровно настолько, чтобы Ло Юань смог увидеть один его потрясённый, стальной взгляд. Он продолжал двигаться по линии удара меча, даже когда его рука, казалось, пыталась дёрнуться вверх. Ло Юань обхватил руками шею Ло Бинхэ. Духовная сталь пронзила плоть. Сначала он услышал только режущие звуки Сюя. Влажное хлюпанье, за которым последовал треск хрупкой кости. Ло Юань глубоко вздохнул, глядя на Ло Бинхэ, лицо которого исказилось от ужаса. Его сердце сжалось, затрепетав от неожиданности. Только когда из его губ потекла кровь, Ло Юань взглянул вниз. Из его груди едва выглядывал кончик лезвия Сюя. Ло Юань почувствовал, как сердце сжалось, боль пронзила все его тело, когда разрушенный орган не выдержал. Из его рта вырвался сдавленный вздох, лишь усиливая мучения. Первыми подкосились ноги, тело наклонилось вперед, и Бинхэ попытался, но безуспешно, удержать его вес. Они оба продолжали падать. Прежде чем зрение Ло Юаня окончательно рассеялось, пока Бездна еще поглощала их, он оглянулся назад. На лице Шэнь Цинцю читались ужас и сожаление. Затем он исчез.