round round running on end(круговой бег в конец)

Ло Юаню не пришлось долго уговаривать. Ло Бинхэ был самым сильным существом на свете, а Ло Юань был как минимум вторым, а может, и третьим. К тому же, таким образом им не пришлось бы постоянно скрываться в человеческом мире! Ло Бинхэ тоже заслуживал своего времени в центре внимания как император, пусть даже пока только в одном мире, а не во всех. Они начали с Северной пустыни. Тактический выбор: в "Пути Гордого и Бессмертного" территория Мобэй-Цзюня была захвачена последней, ледяной демон был своего рода "финальным боссом" этой арки. Ло Бинхэ начал захват с юга и продвигался на север, что дало северному королю достаточно времени для укрепления обороны. Суровый климат делал передвижение ещё более сложным при наличии хорошо подготовленных войск для его защиты, поэтому конфликт был долгим и кровопролитным. В этой временной линии Ло Бинхэ и Ло Юань просто внезапно появились и надрали задницу Мобэй-цзюню, пока тот совершенно не подозревал об их существовании. Они напоили его своей кровью, чтобы обеспечить его лояльность, получив тем самым новую крутую базу и ещё более крутого (ха-ха) помощника, готового выполнить любое их поручение. Оттуда они двинулись на юг, захватив Ша Хуалин, её отца и всех остальных важных персон. Ло Юань, в общем-то, ожидал, что Бинхэ начнёт брать себе жён, но вместо этого он, похоже, просто радовался их победам. Некоторые из них дались с большим трудом, но за поразительно короткие три месяца он и Ло Бинхэ полностью захватили Царство Демонов и напоили кровью почти всех важных персон. Оставались очаги сопротивления, но беспокоиться о них не стоило. Проблемы начались после того, как они вдвоём устроились во дворце, облачившись в одежды из редкого демонического шёлка, подобающего их положению и богатству, о котором они даже не могли мечтать в детстве. Ло Юань читал книгу в своем кабинете, когда к нему подходила дрожащая демоница и задавала вопрос о какой-то политической чепухе. А точнее, о чем-то, на что должен отвечать только император! И каждый раз Ло Юань лишь недоуменно смотрел на нее, прежде чем сказать одно и то же: «Я не знаю. Спроси у Бинхэ». Это приостанавливало расследование на день-два, затем обращался кто-то другой с похожей проблемой, и эта бесконечная перепалка раздражала и выводила из себя! Когда он был в курсе событий, казалось, что Ло Бинхэ не ведет переговоры, и все замирает на месте! Ситуация обострилась, когда один из слуг не выдержал. Это была та же самая озорная девчонка, которая всегда его донимала. Обычно она дрожала от волнения и выглядела так, будто вот-вот обмочится или заплачет (или и то, и другое), но сегодня от нее исходила какая-то мрачная аура. Она задала Ло Юаню вопрос о зернохранилищах, но он просто дал тот же ответ, что и всегда. «Нет! Мне нужен ответ!» — пронзительно закричала демоница, ее голос был таким резким, словно она вдохнула гелий. Она топнула ногой и схватила себя за волосы, заплетенные в две косы, чтобы дернуть. «Я прихожу к вам, а вы говорите мне обратиться к другому Лорду! И когда я обращаюсь к другому Лорду, он говорит мне прийти к вам!» Она вскрикнула от досады, затем, словно очнувшись, упала на пол в унисон. Она уже бормотала приглушенные извинения в нефритовый пол, но Ло Юань забыл о ней. Вздохнув, он вскочил, обошел ее и вышел из комнаты, а затем покинул свой личный павильон, чтобы разыскать Бинхэ. Его брат был на кухне, именно там Ло Юань и ожидал его найти. С тех пор как они захватили царство демонов, его брат, помимо тренировок, увлекся различными хобби и развлечениями. Сейчас он был увлечен выяснением того, какие демонические овощи лучше всего сочетаются друг с другом при жарке. Ло Бинхэ стоял над одним из огромных воков, напевая себе под нос, с закатанными рукавами и заколотой на голове тканью, помешивая ломтики овощей, которые выглядели так, будто сошли прямо со страниц детского комикса про инопланетян. «Сяо-Хэ!» — Ло Юань подошёл и запрыгнул на спину Бинхэ, обрушившись на него всем своим весом. Бинхэ издал невнятное "хммм?" и заглянул ему через плечо; Ло Юань мысленно проклял младшего брата за то, что тот стал выше его. Ненамного, но несправедливо! «Ты что, игнорируешь свои придворные обязанности?» «Нет? Попробуй вот это». Бинхэ палочками вытащил из сковороды тягучий фиолетово-серый ломтик чего-то, отдаленно напоминающего картофель, и протянул его. Ло Юань взял его, найдя вкус терпким и сладким, но приторно-сладким. Он фыркнул и встал на цыпочки, чтобы опустить подбородок на плечо брата и надуть губы. «Слишком сладко», — ответил он, после чего Ло Бинхэ потянулся за баночками со специями и начал таскать Ло Юаня по кухне, словно тот был липким рюкзаком. «Диди, ко мне постоянно приходят с вопросами о налогах и севообороте! Я ничего об этом не знаю!» Бинхэ взглянул на него, продолжая бросать в вок ароматные порошки и соусы, нахмурив брови. «Зачем меня об этом спрашивать? Я же не император». Ло Юань отстранился от брата и откинулся назад. Слегка толкнув его, Ло Бинхэ повернулся, чтобы положить руки на руки младшего брата и посмотреть на него снизу вверх. «Сяо-Хэ, я не император. Император — это ты». «...нет?» — Бинхэ выглядел озадаченным. — «Юань-гэ, это была твоя идея, и ты старше меня. Разве ты не... хотел стать императором?» «Что?! Нет! Я думал, Бинхэ захочет стать императором!» Ло Бинхэ покачал головой, несколько локонов выбились из его пышной шевелюры. «Боже, я не хочу быть императором. Это огромная ответственность, и я бы предпочел оттачивать свои навыки и таланты другими способами». «И я императором не хочу быть! Я просто хочу валяться и наслаждаться бездельем!» Вся его вторая жизнь до этого момента состояла из сплошной работы и борьбы! Ло Юань не слишком многого просил, просто хотел провести остаток своей почти бессмертной жизни ничего не делая! Оба брата нахмурились и пристально посмотрели друг другу в глаза, ведя безмолвный разговор. Одному из них придётся отказаться от показного титула "брата императора", который давал бы им обоим роскошь и свободу делать всё, что им вздумается… если только… они не найдут альтернативное решение… «Бинхэ», — внезапно произнес Ло Юань, его глаза засияли. — «Нам следует освободить нашего отца».

***

Тяньлан-цзюнь был всего лишь сноской к сноске, упомянутой всего в одной строке, и больше никогда не упоминавшейся. Его существование было обусловлено обстоятельствами: Ло Бинхэ должен был быть кем-то порожден, даже если сюжет этому не уделял должного внимания. Все три строки, посвященные этому человеку, оставили больше вопросов, чем ответов, что, в свою очередь, создавало ощущение, будто Самолёт просто испортил сюжетную линию и забыл о ней. Намек на то, что последний чистокровный Небесный Демон все еще жив, просто обречен на вечные страдания, был довольно безумным. Особенно учитывая, что Ло Бинхэ в ПГБД даже не проявил интереса к этому человеку после того, как узнал, где он находится. Добраться до горы Байлу с Синьмо было легко. Еще легче было найти двух гигантских земляных муравьев, на которых Ло Юань и Ло Бинхэ смогли бы проехать через портал. Прежде чем успели зазвучать какие-либо сигналы тревоги, два огромных демонических жука уже наполовину зарылись в гору. Проникнув в небольшую камеру прямо в центре горы, два брата выпустили своих жуков, чтобы те создали проблемы для любых заклинателей, которые могли появиться, прежде чем они смогли бы завершить этот побег из тюрьмы. Тяньлан-цзюнь выглядел ужасно, но это и неудивительно, ведь его давили горой последние… сколько лет было Бинхэ? Почти двадцать? Да, двадцать лет его давили! Он больше походил на кучу гниющей каши, чем на настоящее тело. Вокруг него вспыхнула магическая формация, не позволяя Ло Юаню подойти ближе и рассмотреть всё. Тяньлан-цзюнь, как ни странно, двигался. Вернее, его глаза — тусклые и медлительные, — но они скользили от Ло Юаня к Ло Бинхэ, хотя понять какие-либо эмоции было невозможно. На самом деле Ло Бинхэ, обладая двойной духовной системой, довольно быстро одолел магический массив. Затем они вдвоем отбросили отлетевшие камни и вытащили из-под обломков то, что осталось от мужчины. Ло Юань услышал громкое шипение, похожее на змеиное, но к тому моменту все трое уже вернулись во дворец благодаря Синьмо. Тяньлан-цзюнь выглядел даже хуже, чем пах. Они вдвоем приготовили для него постель, достойную императора, которую его разжившие внутренности быстро испачкали и загрязнили. Не желая больше смотреть на этот беспорядок, Ло Юань, притворившись почтительным сыном, накрыл мужчину одним из толстых одеял. Фу. Чистокровный Небесный Демон не мог говорить, так как у него отсутствовало всё лицо от носа и ниже. Ло Бинхэ явно больше не хотел на это смотреть, поэтому, также притворившись почтительным сыном, накрыл лицо Тяньлан-цзюня влажным полотенцем, оставив открытыми только его глаза. «И что же нам теперь делать?» Ло Юань не был уверен, сколько времени потребуется кровяным паразитам, чтобы всё это исправить, но, чёрт возьми, он предположил, что очень долго. «Может, если мы поделимся кровью, это поможет?» — уклончиво спросил Ло Бинхэ. Что ж, это лучше, чем ничего! Поэтому оба брата порезали руки и капнули кровью на раны Тяньлан-цзюня. Ло Бинхэ откинулся назад и начал активно помогать кровяными паразитами восстанавливать тело, в то время как Ло Юань отправился сражаться с чудовищами, чтобы оправиться от влияния Синьмо. В конце концов, ему нужно будет найти лучшее решение, поскольку Система могла сделать лишь ограниченное количество шагов, чтобы сдержать искушающий шепот меча. Потребовалась почти неделя напряженных усилий, но в конце концов Тяньлан-цзюнь, хрипя, выдохнул и слабой рукой снял с лица влажное полотенце. Ему явно еще нужно было несколько десятков полноценных приемов пищи и некоторое время на восстановление, но, по крайней мере, он стал крепче, чем прежде! В результате этого движения оба брата Ло опустились из позы лотоса, которую они использовали для концентрации внимания. «Двое моих ублюдков выжили, да?» — когда Тяньлан-цзюнь заговорил, его голос был низким и хриплым от усталости и обезвоживания. Закатив глаза, Ло Юань взял приготовленный кувшин с водой, налил мужчине чашку, затем помог ему подержать ее, предлагая старшему демону сделать большой глоток. Тот принял напиток без лишних хлопот, и чашка опустела за несколько жадных глотков. «Странно, что они вообще удосужились меня спасти». Тяньлан-цзюнь лишь мельком взглянул на Ло Юаня, его взгляд в основном остановился на Ло Бинхэ. Трудно было сказать наверняка, но, глядя на младшего Ло, в его глазах, казалось, что-то кипело; возможно, обида? Что ж, если он и создаст проблемы, то его можно будет запереть под горой и забыть о нем, если понадобится. «Эти два брата недавно получили контроль над Царством Демонов, но мы опасались, что не справимся с обязанностями его управления», — сказал Ло Бинхэ, гораздо лучше подбирая слова, чем Ло Юань. Несомненно, годы, проведенные на Цинцзин, очень пригодились. «Отец-Император был последним демоном, правившим царством, поэтому мы подумали, что он лучше подойдет для этой задачи». Тяньлан-цзюнь издал долгий, мучительный вздох. «Ах. Никто из вас не хочет быть главным, поэтому вы вынуждаете меня вернуться из отставки». Тяньлан-цзюнь цокнул языком, словно они вытащили его из какого-то райского островного курорта, а не помогли перестать вечно мучиться, превращаясь в кучу гнилой слизи. Вытянув свои тонкие руки, Тяньлан-цзюнь попытался подняться повыше. «Помогите мне тогда. Я бы хотел принять ванну, прежде чем меня свяжут по рукам и ногам обязанностями правителя». Ло Юань закатил глаза, но всё же схватил старшего мужчину и потащил его вверх. Хотя плоть зажила, его тело всё ещё было прилеплено к одеялу, словно он сросся с ним. Что, учитывая, сколько его "внутренностей" раньше было "снаружи", возможно, было не так уж далеко от истины. Весь матрас нужно будет сжечь, решил он. Спасти его не получится. Два брата Ло вытаскивают своего заблудившегося отца из комнаты, стоящего на дрожащих ногах, а затем усаживают его, чтобы приготовить горячую воду. К счастью, Самолёт никогда особо не заботился о "реализме", поэтому тут была примитивная система труб, использующая сочетание ци и артефактов, чтобы ванная комната в некоторых аспектах выглядела "современной". Вскоре горячая, дымящаяся вода наполнила огромную ванну, вырезанную из чистого черного нефрита, и они помогли мужчине забраться в нее. Купать незнакомца было немного странно, но Тяньлан-цзюнь был довольно слаб и мало что мог сделать сам. Ло Бинхэ расположился позади мужчины и, используя дорогое мыло, вымыл его тусклые и сухие волосы, пока вода не стала чистой, когда он полил голову, а Ло Юань отмыл с его кожи всю въевшуюся грязь, кровь и прочее (фу!). Им пришлось трижды сливать и наполнять ванну, прежде чем Тяньлан-цзюнь стал хоть сколько-нибудь чистым, хотя от него все еще исходил слабый запах гнилого мяса, который ничто не могло полностью заглушить. Мужчина все это время молчал, просто наблюдая. После этого чистокровного Небесного Демона высушили ци и завернули в несколько запасных одежд Бинхэ. Мужчина был истощен, одежда свисала с его тела, но по телосложению и росту он был похож на Ло Бинхэ; одежда Ло Юаня была бы ему мала, даже если бы она плотно облегала его. Перед ним поставили поднос с легкоусвояемой едой, на которую мужчина долго-долго смотрел. Ложку для рисовой каши он взял, как нож, судорожно сжимая ее в кулаке, прежде чем резко расслабить. Он принялся за еду с манерами юной девушки с тонкими костями, а не человека, голодавшего более двадцати лет. Никто из них не пытался навязать разговор. Все прошло в неловком молчании, Ло Юань и Ло Бинхэ время от времени обменивались взглядами, а Тяньлан-цзюнь бесцеремонно изучал их. «Чистый Лунный Лотос. Ты её сын». Когда Тяньлан-цзюнь заговорил снова, его голос уже не был таким хриплым, как прежде. Вместо этого он тихонько мычал, издавая странное гудение, пока он немигая смотрел на Ло Юаня. Попаданец лишь склонил голову набок, ожидая, что мужчина продолжит. «Вы двое умерли… более восьмидесяти лет назад. Хм». В его словах звучало мягкое обвинение, но Ло Юань лишь пожал плечами. «Мне стало лучше». Тяньлан-цзюнь фыркнул от веселья, его губы на мгновение попытались расплыться в улыбке, но тут же прервались, когда он повернулся, чтобы посмотреть на Бинхэ. Взгляд, настолько пронзительный, что от него можно было бы истекать кровью, скользнул по младшему брату, и Ло Юань почувствовал непреодолимое желание оттащить полудемона за собой, словно защищая его. Он не сделал этого, но ему очень хотелось. «А ты?» — выплюнул он, словно Тяньлан-цзюнь почувствовал вкус чистого дерьма. «Как там твоя шлюха-мать? Гордится собой?» Ло Бинхэ напрягся, его Цзуйинь, как и глаза, вспыхнул ярко-красным пламенем. Сжав кулаки, он, казалось, вот-вот перепрыгнет через стол на Тяньлан-цзюня. Ло Юань коснулся его плеча и слегка сжал его, немного успокаивая. Тяньлан-цзюнь же, в свою очередь, лишь съел еще маленькую горсть приготовленной Бинхэ рисовой каши, ничуть не смущаясь. «Не говори так о нашей А-Нян», — предупредил Ло Юань, снова привлекая к себе мрачный взгляд мужчины. В его глазах читался вопрос, хотя он продолжал есть. «Ни один из нас не был воспитан той женщиной, которая нас родила. Единственной матерью, которую мы знали, была добрая женщина. Какая бы вражда ни существовала между матерью Бинхэ и тобой, это не его вина». «Значит, она и тебя бросила?» — пробормотал Тяньлан-цзюнь себе под нос. Сардоническая улыбка расползлась по его лицу, и он снова тихонько фыркнул сухим смехом. Ложка громко зазвенела в миске, когда он внезапно уронил её, откинувшись назад. «Хорошо. Я приму титул императора, и мои два сына смогут жить как избалованные принцы, какими они хотят быть. Но я уничтожу тех, кто причинил мне зло, когда мне будет дана эта власть». Взгляды Ло Бинхэ и Ло Юаня встретились. Они долго размышляли, прежде чем коротко кивнуть друг другу в знак согласия. Таким образом, Царство Демонов обрело достойного Императора. Его первым приказом было объявить полномасштабную войну всему миру совершенствования.

***

Обещали жизнь избалованного принца, но оказалось, что принц, находящийся на войне, не жил так уж и беззаботно и лениво. Всегда приходилось посещать какие-нибудь военные советы, кто-то пытался получить политическое преимущество в деликатный момент. В Подземном дворце всегда царила суматоха: солдаты, шпионы и слуги спешили туда-сюда, передавая какую-нибудь важную информацию. Северное королевство, несмотря на ранее непрочный союз, стало верным союзником благодаря человеческому питомцу Мобэй-цзюня. Ло Юань никогда не встречал Шан Цинхуа, но втайне задавался вопросом, как скоро ледяной демон устанет от его мерзких привычек и убьет его. Однажды ночью во сне его попыталась задушить отвратительная змея — огромное, мясистое существо, похожее на человека, пропущенного через машину для производства ирисок, но её было легко усмирить. Вместо того чтобы убить её, Ло Юань, завороженный, потащил сопротивляющееся существо к Ло Бинхэ и Тяньлан-цзюню, чтобы похвастаться. «Ах! Чжучжи-лан. Я боялся, что ты мертв», — сказал Тяньлан-цзюнь, выглядевший намного лучше после нескольких недель хорошего лечения, и его лицо озарилось улыбкой. Именно так Ло Юань узнал, что есть еще один полунебесный демон, и у него есть двоюродный брат! Какую еще крутую фигню проигнорировал Самолёт ради отвратительного секса?! Однако это уже совсем другая история. Ло Юань и Ло Бинхэ, после того как поддразнили своего отца, узнали о его ужасной и трагической истории. Если бы чувства Тяньлан-цзюня были взаимными, Ло Бинхэ был бы внебрачным ребенком, а не случайным (каковым и был Ло Юань). Небесный Демон бродил по Царству Людей, очарованный их культурой, пока не встретил прекрасную молодую женщину по имени Су Сиянь. Она выкраивала время из своей секты, чтобы быть с ним, и он мечтал заключить мир с заклинателями, чтобы сделать ее своей Императрицей. Пока она его не предала. После нескольких месяцев отсутствия она отправила Тяньлан-цзюню письмо с просьбой встретиться в определенном месте. Вместо встречи со своей возлюбленной Небесный Демон попал в засаду и был осажден четырьмя Великими Орденами. В ожесточенной битве им удалось похоронить его под горой Байлу и заточить там. Это была настоящая трагедия. Ло Бинхэ, изучив основы истории заклинательства в ордене, рассказал ту версию событий, которую ему поведали. Даже если запечатывание Тяньлан-цзюня произошло более двадцати лет назад, это было последнее крупное историческое событие в истории Цзянху в целом. Кроме того, Юэ Цинъюань был ярким примером человека, сражавшегося лицом к лицу с Небесным Демоном, и это было огромным поводом для гордости Цанцюн. Итак, версия, которую узнал Бинхэ, была следующей: обнаружив тело своей Преемницы оскверненным и убитым, Старый Дворцовый Мастер Хуаньхуа обратился к другим сектам с просьбой помочь избавить их от демона, совершившего это. После долгих приготовлений им удалось найти Тяньлан-цзюня и его генерала, прежде чем они смогли осуществить свой план по дальнейшему разрушению мира совершенствования, и они уничтожили его в масштабной битве, которая спасла Царство Людей от демонического порабощения. Тяньлан-цзюнь, конечно же, огрызнулся на это оскорбление, но Ло Юань сумел успокоить и его, и Бинхэ, прежде чем они снова начали драться. Поэтому Ло Юань решил провести расследование. «Я знал, что что-то не так», — сказал Ло Юань, вытирая кровь с рук темной тряпкой. Ло Бинхэ, Тяньлан-цзюнь и Чжучжи-лан уже сидели за ужином. Тяньлан-цзюнь уже накладывал себе еду, но Ло Бинхэ и Чжучжи-лан вежливо ждали его возвращения. Ранее на границе были захвачены живыми еще несколько заклинателей. По просьбе Ло Юаня их, как и предыдущие группы, заперли в темнице. С тех пор как Ло Юань услышал обе эти истории, и благодаря его инсайдерской информации о том, как на самом деле умерла мать Ло Бинхэ, единственное, что удерживало Тяньлан-цзюня от полного безумия, было предположение, что здесь что-то нечисто. Он уже несколько раз упоминал, что хочет заполучить Синьмо для себя, чтобы "принести истинное единство мирам", и однажды даже пытался украсть его у Ло Юаня. Хорошо, что Бинхэ оказался таким стойким, иначе они могли бы поторопиться с плохой концовкой. Сев за стол, Ло Юань отодвинул аппетитные подносы и миски с едой, чтобы освободить место, затем достал из своего рукава цянькуня угольный карандаш и свиток. На странице уже было несколько неаккуратных каракулей, но он развернул свиток на чистом участке и начал писать основную хронологию. «У меня есть веские основания полагать, что Су Сиянь тебя не предала», — начал Ло Юань, чем вызвал у Тяньлан-цзюня недовольное выражение лица. Чжучжи-лан приподнялся и бросил на бумагу острый взгляд. «Я также думаю, что она тоже могла стать жертвой во всей этой ситуации». «И откуда ты это взял?» — промычал Тяньлан-цзюнь, нахмурившись, глядя в чарку с вином, хотя в его глазах мелькнуло почти обнадеживающее любопытство. «Во-первых, хронология не совпадает». Ло Юань закончил писать, проведя линию с обозначениями различных событий. «Вас запечатали в конце лета, а письмо от Су Сиянь вы получили за несколько дней до этого, верно? Значит, её последнее письмо вам пришло в это время». Он перечеркнул линию более тонкой косой чертой, обозначив её. «Все заклинатели, с которыми я разговаривал, всегда рассказывают одну и ту же историю: ту, которой учили Бинхэ. За исключением некоторых приукрашиваний, ничего не изменилось. Но все они говорят, что Су Сиянь была убита за несколько недель до нападения, то есть здесь». Была добавлена ещё одна линия. «А когда вы в последний раз видели её лично?» «...поздняя весна, начало лета», — ответил Тяньлан-цзюнь, медленно вращая шестеренки в своем сознании. Он наклонился над столом, его темные глаза скользили по бумаге, читая каждое добавленное слово, словно в них могли быть даны все ответы, которые он когда-либо хотел получить. Его рука дрожала, сжимая чарку с вином, на хрупком фарфоре появлялись тонкие трещинки. Ло Юань добавил полученный ответ к хронологической линии, которую он выстраивал. «Так как же Су Сиянь, которая уже была "мертва", смогла отправить тебе письмо?» — спросил Ло Юань. Он позволил вопросу повиснуть в воздухе, прежде чем отметить еще один момент, гораздо ниже. «Но… настоящее, э-э, доказательство сидит с нами за столом». Ло Юань встретился взглядом с Ло Бинхэ, который все это время сидел неподвижно и осторожно. «Ло Бинхэ родился посреди зимы, его в одиночестве унесло течением реки, а позже его подобрали рыбаки». Была проведена параллель между "смертью Су Сиянь" и "рождением Бинхэ". «Где была Су Сиянь в это время?» Чарка разбилась в руке Тяньлан-цзюня, кровь, стекая по запястью вместе со спиртом, капала на пол. Он тяжело дышал, но Ло Юань еще не закончил. Когда он откинулся назад, чтобы добавить последний кусочек, в его голосе прозвучала нотка сострадания к отцу. «Су Сиянь была высокоуровневой заклинательницей, судя и по вашим словам, и по словам людей. Она могла в любой момент использовать своё золотое ядро, чтобы испепелить Бинхэ в своей утробе. Но она этого не сделала, она выносила его до срока и родила. Затем она позаботилась о том, чтобы ни одна из сект не добралась до него. Это совсем не похоже на поступок женщины, которая видела в вас лишь инструмент». «Этот ублюдок!» — Тяньлан-цзюнь ударил кулаком по темному деревянному столу, разбив вдребезги дорогую вещь. Все его тело дрожало, он был охвачен яростной, нервной энергией. Его Цзуйинь пылал, по лицу медленно ползли резкие красные линии, а из-под челки виднелись две крошечные точки ярости. «Похоже, у Отца-Императора есть хоть какое-то представление о том, кто мог это сделать», — сказал Ло Бинхэ, его голос был на удивление спокойным, когда он наблюдал, как мужчина начинает плакать. От Тяньлан-цзюня исходила мощная волна демонической энергии, ощутимая в комнате, которая бурлила вокруг него, образуя яростные вихри. «Старый Глава Дворца», — прошипел Чжучжи-лан, — обычно такой тихий, — и в переносном, и в буквальном смысле. Он случайно положил бледную руку на плечо Тяньлан-цзюня, что, казалось, помогло тому прийти в себя. «Мы всегда подозревали, что у него есть какие-то… извращения по отношению к своей ученице, но мы так и не смогли убедить в этом Су Сиянь». «Он узнал о ее беременности и отомстил», — сказал Ло Бинхэ ровным, безжизненным голосом. Ло Юань бросил на него быстрый взгляд, не доверяя этому спокойному выражению лица. Несомненно, он винил себя, как любил делать его брат, и им нужно будет поговорить об этом позже. Ло Юань пока отложил это на потом, чтобы сосредоточиться на настоящем. «Он не только поступил так с собственной ученицей, но и солгал всему миру совершенствования, чтобы добиться своего. Другие секты были обманом заставлены напасть на тебя под ложным предлогом», — вставил Ло Юань. Это заставило Тяньлан-цзюня, которому удалось взять себя в руки и погасить свой Цзуйинь, фыркнуть. «Они бы воспользовались любой возможностью, чтобы напасть на меня, в любом случае». «Глава ордена Юэ — хороший человек. Он бы не напал на невинного, кем бы он ни был, если бы знал», — непреклонно повторил Бинхэ. Ло Юань не понимал, что изменилось в Цанцюн, раз он так яростно его защищает; он действительно интересовался главой секты только тогда, когда тот был препятствием на пути к его целям в ПГБД, и ни разу раньше. Когда вообще Бинхэ встречался с ним, не говоря уже о том, чтобы провести с ним достаточно времени, чтобы заслужить такую высокую похвалу? «Даже если бы они захотели, никому бы не понравилось узнать, что их использовали. Все секты потеряли огромное количество людей в первоначальной засаде, не так ли? И я знаю, что с тех пор, как мы начали активно их преследовать, потери стали еще больше». Ло Юаню не нравилось думать об этом, но к этому моменту он уже достаточно натерпелся, поэтому отмахнулся от этой мысли. Даже если его более современные взгляды чувствовали отвращение, ему все равно нужно было двигаться вперед. На самом деле, мысль о том, что все эти человеческие жертвы были напрасны, только еще больше его взбесила. «Если мы докажем, что старый глава дворца солгал, что вас несправедливо заключили в тюрьму, то Великие секты набросятся на него, как стая голодных собак», — закончил Ло Бинхэ. Все сидели в долгом задумчивом молчании, пока даже забытая еда не остыла.

***

Это не означало, что Ло Юань забыл о Шэнь Цинцю. Точнее было сказать, что он категорически о нём не думал. Если Ло Бинхэ не хотел мести, то Шэнь Цинцю никогда не был бы заточен и превращен в палку. Если бы им удалось всех успокоить и вести себя прилично, то никто бы не открыл разлом Бездны на месте Цанцюн при слиянии миров, и тогда его бы тоже не уничтожили. Ло Юань много месяцев пролежал без сна в своей роскошной постели, глядя в потолок и не думая о Шэнь Цинцю. Не думая о том, какой катастрофой был их последний настоящий разговор, о том, как он рисковал собственным разоблачением, чтобы спасти его от утопления, о том, как его ударили мечом в сердце. Если он не думает об этом, ему не о чем беспокоиться. Вот и все. Но разве можно винить его за то, что он не стесняется прислушиваться к этому человеку? Первое, что сделал Ло Юань, когда его и Бинхэ власть была обеспечена, но до того, как вернуть Тяньлан-цзюня на трон, это… проверил, как у него дела. Чем он занимался после конференции? В безопасности ли он? Волнует ли его это вообще? Мобэй-цзюнь, как всегда, передал информацию своим ровным и ледяным тоном. По словам его ручного заклинателя, почти сразу после возвращения в свою секту Шэнь Цинцю ушёл в уединённое совершенствование в пещеры Линси и оставался там до сих пор. Единственными, кто имел к нему доступ, были Юэ Цинъюань и Му Цинфан; причём Му Цинфан, судя по всему, с каждым визитом выглядел всё более измотанным. Спустя всего несколько месяцев после восшествия Тяньлан-цзюня на престол Демонического Императора поступила новая информация. Она была передана ему на одном из первых военных советов как нечто обыденное: сам Юэ Цинъюань попросил Шэнь Цинцю выйти из уединения. В конце концов, Цанцюн нуждался в своем стратеге. Информация после этого была более скудной. Шэнь Цинцю не был похож на Лю Цингэ или на более воинственных представителей секты в целом. Он был тем, кто, подобно Ло Юаню, стоял над боевыми картами, споря со своими товарищами о том, кого и куда отправить. Его видели лишь изредка, хотя он всегда с безжалостной эффективностью сокрушал тех, кто ему противостоял. Ситуация ухудшилась, когда появились сообщения о его совместной работе с Лю Цингэ. Шэнь Цинцю был могущественным человеком сам по себе, но в последние несколько лет он уговорил Бога Войны стать его собственным мечом. Если бы они были вместе, целые батальоны были бы уничтожены задолго до прибытия подкрепления. Один из демонических аристократов, существо, похожее на льва-тавра, смело предложил нацелиться на Шэнь Цинцю. Это был умный ход. Тактически грамотный. Если устранить самого умного человека в комнате, остальные окажутся в растерянности, и у них будет множество возможностей для атаки. Ло Юань сам не понимал, что на него нашло. Синьмо что-то прошипел ему в ухо, и тут же всё потемнело. В один момент дворянин сделал предложение, а в следующий Ло Юань уже стоял над его дергающимся трупом, сжимая в кулаке позвоночник, из которого всё ещё капала жидкость. С тех пор никто не осмеливался предложить ничего подобного. На самом деле, тема Шэнь Цинцю обсуждалась очень осторожно. О нём упоминали лишь в сносках, причём с осторожным взглядом, словно боясь нарушить хрупкое равновесие. Это было глупо, и он ненавидел это; ненавидел ещё больше, потому что они были правы, чувствуя это. Каждый раз, когда Ло Юаню напоминали о существовании Шэнь Цинцю, он чувствовал себя диким и неукротимым, отчего сердце колотилось, а дёсны чесались. Он больше всего на свете хотел вонзить зубы в плоть, щёлкнуть челюстями, пока не почувствует вкус крови. Это был совершенно обычный день, когда Мобэй-цзюнь попросил его о встрече. Ло Юань только что закончил спор с Тяньлан-цзюнем по поводу последнего ужасного романа, который он тайно пронёс во дворец, и кипел от злости в своём личном павильоне. Бинхэ принёс ему одно из своих новых кулинарных творений — какой-то хрустящий и пикантный жареный пирожок, напоминающий картофельные моти. В последнее время Ло Бинхэ редко бывал во дворце. Его брат всё чаще присоединялся к Чжучжи-лану в решающих битвах с влиятельными деятелями мира совершенствования. Мобэй-цзюнь не был из тех, кто приходит ради удовольствия, поэтому Ло Юань, конечно же, приказал одному из слуг привести его. Однако, к удивлению Ло Юаня, ледяной демон привёл с собой своего человеческого питомца. Всё это время казалось, что Мобэй-цзюнь почти ревностно оберегает предателя Цанцюн от двора. Шан Цинхуа оказался гораздо более вспотевшим и бледным, чем он ожидал. В ПГБД его описывали как человека, похожего на продавца подержанных автомобилей, грязным и скользким типом. Этот же парень казался каким-то жалким, словно одного сурового взгляда было достаточно, чтобы он расплакался и упал в обморок. Возможно, Ло Юань слишком пристально смотрел на него, поскольку мужчина, казалось, был готов именно это и сделать. «Тайцзы», — равнодушно поприветствовал Мобэй-цзюнь, сделав подобающий поклон в знак уважения к его рангу, но не более того. Ло Юаню не нравилось, как Тяньлан-цзюнь и Ло Бинхэ фактически силой заставили его стать наследным принцем. Этот титул его ужасно раздражал; ему казалось, что он присваивает себе все, что принадлежит главному герою. Единственная причина, по которой он не боролся сильнее, заключалась в том, что он видел, как радовался принятию титула Ло Бинхэ. «Говори». Это было коротко, отчего Шан Цинхуа всхлипнул, но Ло Юань и Мобэй-цзюнь просто всё поняли. Между ними не было необходимости подбирать слова. «Есть новости о Шэнь Цинцю». После этого Ло Юань выпрямился. До этого он практически развалился в кресле. Снова появилось это неприятное ощущение, когда он сосредоточил взгляд на Мобэй-цзюне. Восприняв его молчание как разрешение, что было ему приятно, ледяной демон толкнул Шан Цинхуа вперед. Неуклюжий мужчина споткнулся, издав тщетный писк в знак протеста, но Ло Юань уже чувствовал, как его терпение иссякает. Возможно, почувствовав нарастающее напряжение, Шан Цинхуа принял мудрое решение начать разговор. «Т-тайцзы! Три дня назад Шэнь Цинцю был увезен Хуаньхуа и заключен в Водную тюрьму!» «Что?» Ло Юань, словно хищник, поднялся со своего места, приблизился к владыке пика Аньдин, схватил его за воротник и потащил к себе. Тот издал еще один жалкий звук, и Мобэй-цзюнь напрягся рядом с ним, но Ло Юань лишь навис над ним. Он знал, что его Цзуйинь, должно быть, пылает, так как видел ярко-розовое отражение в глазах человека. «Подробности. Сейчас же.» Таким образом, оказалось, что один сюжетный поворот из романа всё же сбылся. Шэнь Цинцю был подставлен и обвинен в сотрудничестве с демонами, а затем его репутация была разрушена в пух и прах, когда его также обвинила Цю Хайтан. Его прошлое раба, убийства, другие преступления — все это в совокупности привело к идеальному падению верховного лорда Цинцзин. Обвинение в сотрудничестве с демонами — лишь предлог, чтобы сбросить его с пьедестала. В ПГБД это было своего рода катарсисом. Теперь же Ло Юань мог думать только о тех маленьких, тайных проблесках, которые делали Шэнь Цинцю человеком, личностью. Даже если он и не был очень хорошим человеком, он не был просто персонажем на страницах книги. Ло Юань понимал, что теряет контроль, но ничего не мог с этим поделать. Его Цзуйинь горел на лице, когда распускались розовые лепестки цветов, извиваясь и лаская щеки, пока его ярость нарастала. Цветы лотоса в его волосах начали гудеть и дрожать, облако туманной пыльцы преследовало его, словно буря, пока он расхаживал по дворцовым залам. Синьмо шептал и смеялся от чистого восторга ему на ухо, вплетая сладкие слова в его мозг, даже когда Система пыталась предупреждать его. Все, кто видел Ло Юаня, бледнели и тут же бросались бежать с его пути. Военные советы не проводились, но вокруг все еще бродило множество жалких демонических аристократов, надеющихся на кроху признания. Тяньлан-цзюнь развалился на своем троне, игнорируя подхалимов, пытавшихся приставать к нему, пока он читал. Когда Ло Юань сумел распахнуть двери, он поднял голову и удивленно поднял бровь. «КТО ЭТО СДЕЛАЛ?!» — взревел Ло Юань, его рот буквально пенился. Белая пена хлынула из его губ, блестяшки шипели на нефритовом полу. Казалось, кровь кипит под кожей. Ло Юань был лишь свидетелем собственного безумия, его тело словно двигалось само по себе, когда он схватил ближайшего демона за горло. Какое-то гигантское существо, помесь скорпиона и цапли, с длинной и изящной шеей, тянущейся вниз, пока они не оказались нос к клюву. Многочисленные глаза демона были широко раскрыты, и он дрожал под его рукой. Ло Юань моргнул. Затем боль пронзила его череп. Он лежал на спине в тронном зале, глядя в потолок. Тяньлан-цзюнь держал руку на груди, сила в этом, казалось бы, отстраненном жесте была обманчива. Ло Бинхэ склонился над ним, в его глазах читалась явная тревога, обеими руками он обхватывал лицо Ло Юаня, питая его ци. Всё его тело болело. «Пришел в себя?» — полуразговорным тоном спросил Тяньлан-цзюнь. «Что?..» У Ло Юаня пересохло в горле, как в пустыне, и когда он попытался заговорить, язык застрял у него во рту. «У Гэгэ было отклонение ци», — объяснил Ло Бинхэ. После небольшой паузы он убрал руки, хотя ни брат, ни отец пока не позволили ему встать. «У тебя есть хоть какое-нибудь предположение, что могло это спровоцировать?» Попытка сообразить была сродни попытке проглотить пудинг, но внезапно паника снова охватила его. Ло Юань издал какой-то звук и начал извиваться, пытаясь вырваться из железной хватки Тяньлан-цзюня, чтобы сесть. Когда это не удалось, он вместо этого схватился за Бинхэ. «Цинцю! Они поместили Цинцю в водную тюрьму!» «Ах, значит, всё было так, как сказала наложница Мобэй-цзюня». Наложница? Что? У Мобэй-цзюня была наложница? Что ж, Ло Юань может позже позаботиться о том, что говорил Тяньлан-цзюнь. Он был почти уверен, что если не найдёт способ вытащить Шэнь Цинцю из Водяной тюрьмы, то взорвётся (в буквальном смысле). «Из-за деликатного допроса Юань-эра...» Тяньлан-цзюнь оглядел комнату, которая, как рассеянно заметил Ло Юань, выглядела так, будто по ней пронёсся торнадо. «Мы можем подтвердить, что никто из присутствующих здесь не был причастен». «Значит, лорда Шэня подставили. Это также шанс выставить нас в невыгодном свете; кто бы это ни сделал, он пытается обострить ситуацию», — поправил Чжучжи-лан, нахмурив брови. Три других Небесных Демона обменялись взглядами поверх головы Ло Юаня. Он все еще чувствовал себя так, словно пытался вынырнуть из-под воды. Тяньлан-цзюнь убрал руку, прижимавшую его к земле, и Бинхэ помог ему снова сесть. Ло Юань понял, что находится в небольшом кратере, по форме напоминающем его самого. «Если они захотят обострить ситуацию, мы примем ответные меры». Ло Бинхэ кивнул отцу и двоюродному брату. Перекинув руку Ло Юаня через своё плечо, Бинхэ схватил его за бедро и поднял на ноги. Тяньлан-цзюнь тоже поднялся, гораздо более расслабленный, и на его губах появилась злобная улыбка. «Мы можем это использовать». «Ха!» — Демонический Император довольно хлопнул Бинхэ по плечу, его зловещая ухмылка расширилась, обнажив острые зубы. — «Умно. Ну что ж, Юань-эр? Как насчет небольшого побега из тюрьмы всей семьей?»