Зима, которая нас сломала

Посёлок Снегири просыпался не от петухов, а от звука колёс грузовика, который развозил хлеб. В шесть утра этот грохот знали все, но никто не жаловался — значит, день начинается правильно. Денис не спал с четырёх. Он сидел на подоконнике съёмной квартиры на втором этаже и смотрел, как фонари мигают в такт его дыханию. Мать спала в соседней комнате — после развода она стала спать по двенадцать часов, будто пыталась проспать всю свою прошлую жизнь. «Снегири», — подумал Денис. — «Название как у конфет. А на вкус — тухлая карамель». Он уже изучил посёлок по картам и по соцсетям. Нашёл аккаунты всех будущих одноклассников. Особенно его заинтересовали две Алисы и девушка по имени Софья Кизиченкова, которая в каждой фотографии умудрялась засветить свою подругу — ту самую, Шустову. Он переслал себе её фото и подписал: «Цель номер один. Но не единственная». В школу Денис пришёл за десять минут до первого звонка. Куртка — кожаная, хотя родители запрещали. Волосы — тёмные, чуть длиннее, чем у мальчишек в Снегирях. Рюкзак — с нашивкой группы, которую никто здесь не слушал. Учительница представила его как «новенького из области». Класс оживился. Илья Лепсак шепнул Ване: «Смотри, как одет. Прямо как персонаж из “Токийского гуля”». Ваня хмыкнул: «Ага. Только персонажи там дохнут». Алиса Шустова сидела на третьей парте у окна. Когда Денис вошёл, она посмотрела на него равнодушно — и тут же отвела взгляд. Её мысли были заняты другим: через две парты от неё сидела Алиса Суворова и рисовала чёрной ручкой ворон на полях тетради. — Садись, Денис, — сказала учительница. — Есть свободное место рядом с Шустовой. Сердце Алисы пропустило удар. Не от Дениса — от того, что Суворова подняла голову и на секунду встретилась с ней взглядом. Серые глаза блеснули, как лезвие. Денис сел, бросил рюкзак под стул и улыбнулся Алисе: — Привет. Ты местная? — Ага, — буркнула Алиса. — Родилась здесь. — А я из Рязани. Сбежал оттуда. — Сбежал? — Ну, переехал. Звучит драматичнее, чем есть. Она хотела спросить, что значит «драматичнее», но в этот момент Суворова обернулась. Не к Денису — к Алисе. И посмотрела так, будто хотела сказать: «Ты что, с ним разговариваешь?» Алиса покраснела и уткнулась в учебник. После второго урока была большая перемена. Илья и Ваня стояли у вендингового автомата с шоколадками и спорили. — Она сегодня кивнула мне, — сказал Илья. — Когда я проходил мимо её парты. — Она кивнула, потому что у тебя рюкзак застегнут не на ту молнию. Это был не кивок, а спазм. — А вот и нет! — А вот и да! София Бурмистрова прошла мимо, неся в руках учебник биологии и маленький кактус в горшке. Она несла его в класс, потому что забыла вчера. Илья и Ваня замерли, как два суслика перед орлом. — Привет, София! — сказали они одновременно, а потом злобно посмотрели друг на друга. София остановилась, перевела взгляд с одного на другого. — Вы чего такие синхронные? Заболели? — Нет, — ответил Ваня. — Просто хотели спросить… ты не хочешь после школы пойти в парк? Там качели починили. — Не хочу, — вежливо улыбнулась София и пошла дальше. Илья схватил Ваню за рукав: — Всё, хватит. Я вызываю тебя на дуэль. — На какую дуэль? — На водяных пистолетах. Кто попадёт в неё первым — тот и… ну, тот и более достоин. Ваня сначала подумал, что это шутка, но Илья смотрел абсолютно серьёзно. Глаза маленькие, но горящие. — Ты ненормальный, — сказал Ваня. — Нам по одиннадцать лет. И потом, она не обрадуется, если её обстреляют. — Мы не в неё будем стрелять. Мы будем стрелять друг в друга. А она будет судьёй. — Зачем ей быть судьёй идиотского соревнования? — Потому что мы скажем, что это конкурс на самый весёлый розыгрыш. Она любит розыгрыши. Помнишь, она смеялась, когда кто-то подложил училке лягушку в портфель? — Это была ты? — Нет, но смеялась она. Ваня задумался. Идея была дурацкой. Но другого способа привлечь внимание Софии они не придумали. И он кивнул. Дуэль назначили на четвёртой перемене, в старом спортзале, где никто не ходил. Софию Бурмистрову пригласили с помпой: Илья написал записку: «Ты нужна нам как самый честный человек. Приходи в спортзал на большой перемене. Не пожалеешь». София пришла из любопытства. А вместе с ней пришли — случайно — Алиса Шустова, Соня, и даже Суворова (та просто проходила мимо, но задержалась, увидев толпу). — Что здесь происходит? — спросила София, глядя на Илью и Ваню, стоящих друг напротив друга с водяными пистолетами ярко-розового и кислотно-зелёного цвета. — Дуэль! — гордо объявил Илья. — За право… ну… быть самым весёлым человеком в классе. Ваня закатил глаза, но промолчал. — Стреляете друг в друга? — уточнила Соня. — А смысл? — Смысл в том, — Ваня не выдержал, — что мы оба нравимся Софии, но она не может выбрать, кто из нас круче. И мы решили… — Что мы тебе нравимся? — перебила София с таким искренним удивлением, что у Ильи отвисла челюсть. — Ребята, вы мне не нравитесь. Совсем. Вы мои одноклассники. Хорошие, но… не в том смысле. Повисла тишина. Илья опустил пистолет. Ваня покраснел, как варёный рак. — Но мы же… — начал Илья. — Ты же всегда улыбалась нам. — Я всем улыбаюсь. Даже училке по физре. А она меня заставляет бежать кросс в валенках. В этот момент Денис, который незаметно стоял в дверях, сделал шаг вперёд. — А давайте всё-таки постреляем? — предложил он. — Не из-за девушки. Просто так. Раз в Снегирях скучно, хоть повеселимся. Илья и Ваня переглянулись. Водяные пистолеты всё ещё были в руках. Илья, недолго думая, нажал на курок — струя воды попала прямо в лицо Ване. — Ах ты! — Ваня выстрелил в ответ. Начался хаос. Илья и Ваня бегали по спортзалу, поливая друг друга водой. Денис зачем-то достал из рюкзака третий пистолет (когда только успел купить?) и присоединился. Струи летели во все стороны. Соня взвизгнула, когда её задели. София Бурмистрова засмеялась — впервые по-настоящему, звонко, как колокольчик. Алиса Шустова стояла в углу и тоже улыбалась, но краем глаза следила за Суворовой. Та не смеялась. Она стояла неподвижно, скрестив руки, и смотрела на Дениса. Взгляд был не просто холодным — он был предупреждающим. Как у волчицы, которая заметила чужака на своей территории. — Денис, осторожнее! — крикнула Алиса Шустова, когда струя из его пистолета полетела в её сторону. Она попыталась увернуться, поскользнулась на мокром полу и полетела спиной вниз. Денис рванул к ней, схватил за руку и подхватил в последний момент. Они замерли — Алиса, почти лежащая в его руках, и Денис, нависший сверху. — Поймал, — сказал он тихо. Алиса почувствовала, как его пальцы сжимают её локоть. И на секунду — всего на секунду — её сердце стукнуло не о Суворовой, а о нём. Но она тут же отстранилась. — Спасибо, — пробормотала она. Суворова развернулась и вышла из спортзала, не оглядываясь. Дверь хлопнула так, что с потолка посыпалась штукатурка. Соня подошла к Алисе и прошептала: — Она злится. — Кто? — не поняла Алиса. — Суворова. Она видела, как Денис тебя ловил. И у неё было лицо, как у маньяка из ужастика. Алиса посмотрела на дверь, за которой скрылась Суворова. Её сердце билось часто-часто. Но от чего — от страха, от обиды или от того, что в этом страхе было что-то притягательное — она не понимала. Илья и Ваня тем временем вымокли до нитки. София Бурмистрова всё ещё смеялась, но уже тише. — Вы оба дураки, — сказала она без злости. — Но дураки весёлые. Ладно, пойду, а то Пушок голодный. Она ушла. Илья и Ваня остались стоять посреди лужи, с водяными пистолетами в опущенных руках. — Проиграли оба, — констатировал Ваня. — Ага, — вздохнул Илья. — Может, тогда просто будем друзьями? — Давно пора. Они пожали друг другу мокрые ладони. Денис вышел из спортзала последним. В коридоре он достал телефон и написал кому-то: «Первый день. Сеть запущена. Шустова реагирует, Суворова ревнует, два клоуна вышли из игры. Продолжаем». Он улыбнулся и нажал «отправить». В посёлке Снегири начиналась самая тёплая зима за последние десять лет. Но никто ещё не знал, что за этим теплом последует. Конец второй части. Продолжение следует.