get him back!/вернуть его!

Шейн предпочел бы отметить День Рождения на льду, лицом к лицу с Филадельфией в третьем раунде плей-офф, но он играл в этой лиге достаточно долго, чтобы принять поражение спокойно. Они выстраивали что-то в Оттаве, и взять Адмиралов в семи играх уже было чем-то. Победа над Вояджерами в первом раунде тоже была небольшой радостью. Так что, да, он хотел бы играть в хоккей сегодня вечером, но это - лежать в постели, уютно устроившись в объятиях своего мужа - было не так уж плохо. Все их гости ушли час назад. Завтра Шейну и Илье придется много убирать. Почти каждая тарелка и стакан были испачканы, пустые банки с пивом все еще лежали у костра, а их собственная поспешно снятая одежда была разбросана от кухни до подножия кровати. Шейн радостно вздохнул. - Что ты загадал? - спросил Илья, лениво убирая волосы Шейна со лба. Илья выбрал морковный торт, потому что он был “вкусным, но еще и из овощей”, и Шейн не спорил. Даже сейчас, в его возрасте, Шейн был одним из лучших, если не самым лучшим игроком в лиге. Он мог позволить себе съесть кусочек торта на свой день рождения. Его отец и Илья решили расставить тридцать одну свечку в торте. Нелепое зрелище, но в тоже время превосходное. Когда он их задул, Шейн даже не смог придумать, что ему загадать. У него было все, чего он только мог пожелать. Илья, его родители, его товарищи по команде и даже некоторые бывшие товарищи, Аня в его ногах, терпеливо выжидающая, когда на нее упадут крошки. Шейну даже не нужно было желать Кубка Стэнли в следующем году - он мог бы сделать это, не обращаясь за помощью к вселенной. - Больше голов, чем у меня в следующем сезоне? - Иди ты, - усмехнулся Шейн, - У меня было на семь очков больше, чем у тебя. - Так много второстепенных передач, - дразнился Илья, - Голы должны засчитываться дважды. Шейн закатил глаза, и Илья поднес руку к его подбородку, приподнимая кверху и вовлекая в мягкий, затяжной поцелуй. - С Днем Рождения, moya lyubov. - Я люблю тебя, Илья, - Шейн положил голову на плечо Ильи и вздохнул. - Я люблю тебя, Шейн, - повторил Илья, - Ты лучшее плохое решение, которое я когда-либо принимал. Любимое испытание в моей жизни. Шейн прижался к Илье и поднес палец к распятию, которое лежало на его груди. Обручальное кольцо Ильи, без сомнения, завернулось на заднюю часть цепи, надежно спрятавшись в его локонах. Шейну так повезло. Так повезло, что Илья был его мужем, так повезло, что Илья был его товарищем по команде. Так повезло, что они все это сделали, что пережили шторм прошлым летом, что Илья пришел в коттедж тем первым летом. Так повезло, что один из них открывал дверь каждый раз, когда другой стучал. Каждый плохой выбор и правильный выбор, который они когда-либо делали, привели их сюда. - Ты бы изменил что-нибудь из этого? Шейн сказал это тихо, чуть громче, чем шепот. Он почувствовал, как Илья перевернулся, чтобы посмотреть на него. Рука Шейна не отпускала металлический крест на теплой, все еще потной груди Ильи. - Нет. - Я тоже, - вздохнул Шейн, но он не был уверен, что имел это в виду. Илья потерял сильно больше, чем Шейн. Команду, которую он любил, его страну, и даже любой шанс снова посетить могилу своей матери. Он провел сезоны в нижней части турнирной таблицы, в то время как Шейн соревновался за чемпионаты в Монреале. Ленивый поцелуй коснулся его виска, и дыхание Ильи замедлилось, пока Шейн думал, думал и думал. - Иногда я хотел бы, чтобы тебе было легче, - сказал он, слишком тихо, чтобы разбудить Илью, - без каких-либо испытаний. Шейн знал, что ему повезло, но это никогда не казалось справедливым. Илья от слишком многого отказался. Шейн снова провел большим пальцем по распятию матери Ильи и заснул на груди своего мужа.

***

Ровно пять секунд Илья был счастлив. Вчерашний день был идеален. Все время Шейн казался искренне счастливым и расслабленным. Он даже съел целый кусок торта, включая глазурь. Илья едва мог оторвать от него глаз всю ночь. Улыбка Шейна - настоящая, та, которую один Илья видел чаще, чем кто-либо другой на планете - была на виду, а его щеки покраснели от внимания. И после того, как все ушли, Илья провел целый час, поклоняясь Шейну со всех сторон, убеждаясь, что его муж закончил свой день рождения очень, очень счастливо. Сегодня утром конечности Шейна не переплетались с его. Илья протянул руку на другую сторону кровати и драматично застонал. - Шейн, - позвал он, моргая. Шейн, несомненно, уже закончил свою утреннюю тренировку и теперь начал уборку без него. Илья собирался снова позвать и потребовать, чтобы Шейн подождал его, но слова застряли у него в горле. Это была не его спальня. Ну, своего рода была. Когда-то это была его спальня. Илья покачал головой,пока вставал, и, спотыкаясь, слез с кровати. Почему он был в Бостоне? Он не владел больше этим домом. Он не жил здесь. - Шейн?- он снова позвал. Он прокрутил события прошлой ночи у себя в голове: вечеринка; фотографии; пиво; объятия от Юны; торт; Аня, забравшаяся на столешницу; объятия от Дэвида; поцелуй от Шейна на глазах у всех; вежливое рукопожатие от Джей-Джея; шампанское; споры о том, был ли у Филадельфии шанс в этом сезоне; больше пива; уход гостей; объятия; поцелуй на кухне, который углублялся и углублялся; Илья на коленях; Шейн в его объятьях; они падают на кровать; Илья закрывает глаза с Шейном рядом... Нет, там определенно не было спонтанного, пьяного рейса в Бостон. Хотя это определенно был его старый дом. Картины в гостиной были такими же. Это был его свитшот Бостонских Медведей с отрезанными рукавами, свисающий со спинки барного стула. Илья похлопал себя по щеке и встряхнул головой. - Шейн! - он закричал. Дверь в коридоре открылась, и Илья повернулся, чуть ли не спотыкаясь о свои же ноги, - Шейн? - Кто такой Шейн? - женщина вышла из ванной с сумочкой в руке. Она завязала волосы на затылке и, нахмурившись, посмотрела на него. - Я Шона…- Она приподняла бровь. Илья уставился на нее. Он моргнул. Он застыл. Он не мог говорить. Он не мог дышать. Нет, нет, нет. Нет. Этого не могло произойти. Он никогда в жизни не видел эту женщину. Она была красивой. Длинные темные волосы, большие карие глаза. На ней было маленькое черное платье и темный засос на шее. - Что ты здесь делаешь? - ему кое-как удалось прохрипеть. Ее глаза расширились, когда она отступила от него. - Эм, - нахмурилась она, краснея - ты сказал мне, что это нормально, если я переночую после... но мне нужно на работу, так что, наверное, я уберусь с твоих глаз. Она была явно оскорблена. Илья же просто кивнул. Его рука невольно указала на двери. - Хорошо, - решительно сказал он. Он не мог смотреть на нее. Он чувствовал, как его грудь вот вот разорвется. Шона остановилась, когда подошла к двери. - Ты был намного веселее прошлой ночью, - сказала она с гримасой. Дверь захлопнулась. Илья отступил назад к стене и опустился на пол. Он не понимал, что плачет, пока слезы не начали течь по его подбородку. Этого не могло произойти. Он никогда, никогда бы не изменил Шейну. Нет. Даже мысль об этом заставила Илью вскочить на ноги и вбежать в ванную - как раз вовремя, чтобы проблеваться в раковину. Он схватился за ее край и отчаянно прохрипел, желая, чтобы вышло больше. Он заслужил грубый и кислый комок в горле. Ему хотелось выблевать свои внутренности. Посмотрев вверх, он замер, встретив свое отражение. Он выглядел ужасно. Кожа вокруг его глаз была темно-фиолетовой и истощенной. Вчера его волосы были длиннее, а щеки не такими впалыми. На его цепочке не было кольца. Где, черт возьми, его обручальное кольцо? Илья плеснул водой себе в лицо, отчаянно желая проснуться от кошмара, в котором он застрял. Он ущипнул себя. Он помолился. Он сильно ударил по шкафу в ванной, ожидая, что боль разбудит его и вернет в их кровать, в объятия Шейна. Но ничего из этого не сработало. - Какого хрена? - спросил он. Тогда Илья понял, что хочет закурить. Не так, как в последнее время, когда он иногда баловал себя после ночной прогулки с командой или во время тихого созерцания восхода солнца в коттедже. Ему необходимо было покурить. Он едва мог вспомнить, когда в последний раз чувствовал себя так. Прежде чем он что-либо выкурит, прежде чем он позволил себе какую-либо передышку, он должен был поговорить с Шейном. Он не знал, что скажет. Все это не имело смысла. Это даже не его дом! Он вернулся в свою спальню и нашел свой телефон. Он чуть не уронил его, когда увидел, что на его экране блокировки - фото, которое Юна сделала с ним, Шейном и Аней на причале в коттедже в прошлом году - теперь была типичная фотография хоккейного катка. Каток Медведей, если он не ошибся. Дата на главном экране, по крайней мере, была правильной: 11 мая 2022 года. Он открыл свои последние сообщения и нахмурился. Групповой чат под названием «Медведи 21/22». Клифф Марло. Элиза. Лилли из бара. Райан Кармайкл. Кэти Официантка. Мэнди. Алексей!? Илья искал имя Шейна в своих контактах и впервые за весь день почувствовал волну облегчения. Он нажал «звонок» и встал, шагая. Нервы его были на пределе. Он не помнил, как оказался в Бостоне с незнакомой женщиной, но он все еще чувствовал вину в каждом уголке своего существа. Никаких извинений не будет достаточно. На звонок ответили, а затем он оборвался. Илья сел обратно на кровать, его голова упала между коленями. Шейн знал? Шейн слышал, или - Боже - Шейн что-то видел? Его телефон зажужжал. Шейн Холландер: Могу предположить, что ты случайно...? Илья отчаянно открыл сообщение, жаждая ответить и начать умолять Шейна перезвонить ему. Но история чата остановила его. [Март-02-2017] Илья Розанов: рад слышать, что с тобой все в порядке, холландер. вся команда медведей посылает свои лучшие пожелания. марло отдельно тоже написал, но он все равно чувствует себя очень плохо. надеюсь, ты полностью восстановишься в следующем сезоне. без тебя плей-офф не такой веселый! [Март-03-2017] Шейн Холландер: Кто это? [Март-03-2017] Илья Розанов: Розанов [Март-03-2017] Шейн Холландер: Надо было догадаться. Как ты получил этот номер?? [Март-03-2017] Шейн Холландер: Спасибо, что связался со мной. Тренировочный лагерь должен быть хорош. [Март-03-2017] Илья Розанов: брукси получил его от одного из ваших ребят. как капитан команды, я должен был отправить официальное сообщение о выздоровлении. [Март-03-2017] Шейн Холландер: Вау, ты можешь забрать домой Лорда Талона, если будешь продолжать в том же духе. [Март-03-2017] Илья Розанов: хаха Вот и все. Ничего до, ничего после. В его телефоне не было Джейн, никакого другого Шейна или Холландера, чтобы попытаться. Он снова уставился на последнее сообщение. Случайно? Он провел рукой по лицу и снова открыл свои последние сообщения. Светлана Ветрова в последний раз писала ему в январе, желая ему счастливого Рождества. Сообщение сопровождалось селфи беременной Светланы рядом с красивым мужчиной с зубастой, дружелюбной улыбкой. Илья прокрутил вверх их историю чата. Сейчас она была в Чикаго и вышла замуж. Было только сообщение с прошлого лета, в котором она благодарила его за свадебный подарок. Питеру это понравилось! Кто такой Питер?! Илья снова лег на свою кровать. Долгое время он смотрел в потолок, позволяя слезам стекать из глаз. Он плотнее зажмурил глаза, а потом снова заставил себя взять телефон в руки и открыть браузер.

Шейн Холландер (родился 10 мая 1991 года) - канадский профессиональный хоккеист и капитан Монреаль Вояджерс НХЛ. Он является четырехкратным обладателем Кубка Стэнли с «Вояджерами» и получил награду НЛХ МВП 2015 года [1][2]. Холландер - японец-канадец [3].

Оттавские Кентавры были упомянуты однажды, мимоходом, в описании одного из рекордных 8-очковых выступлений Шейна. В разделе «личная жизнь» упоминались только его родители, то, что он вырос в Оттаве, и тот факт, что он был единственным ребенком. Илья сглотнул и снова начал печатать.

Илья Григорьевич Розанов (родился 15 июня 1991 года) - российский профессиональный хоккеист и капитан команды Бостонские Медведи НХЛ. Розанов играет в центре и держит рекорды «Медведей» по очкам и очкам в плей-офф в одном регулярном сезоне [1][2]. Розанов является двукратным обладателем награды НХЛ MVP и выиграл три Кубка Стэнли с Медведями. Его прозвали Gr8-1 в Бостоне, отсылая к его легендарному статусу в бостонском спорте и его номер в майке, 81.

Здесь тоже нет Кентавров. О его личной жизни информации было даже меньше, чем у Шейна. Его отец умер в 2017 году, и у него был один брат. Затем Илья сделал то, чего никогда раньше не делал, и искал в поиске «Илья Розанов гей». Он бы искал «бисексуал», но он знал, что из себя представляет интернет. Единственными результатами были посты с форумов и социальных сетей мужчин, которые писали, что они «не геи, но если Илья Розанов спросил...» и одна статья о том, как он использовал радужную ленту в прайд-ночь. Он пролистал статью, почти смеясь над своей вежливой, корпоративной формулировкой: «Мы рады участвовать во всем, что способствует инклюзивности. Для таких ребят, как мы, это проще простого, и если кому-то от этого станет приятнее, значит, мы сделали свою работу.». «Сделали свою работу?» Илья нахмурился на свою фотографию. Кем он был? Кем именно он проснулся? Затем он набрал «Скотт Хантер», и сразу же результаты автоматически заполнились «поцелуй» и «поцелуй на Кубке Стэнли» и «и Кип». На него нахлынули кадры. Он искал «НХЛ ЛГБТ игроки» и нашел статью за статьей о Скотте Хантере и только Скотте Хантере. Один из них отметил Райана Прайса, который вышел на пенсию. Илья почувствовал короткую, странную волну возмущенной ревности. Он был игроком НХЛ, который был членом сообщества ЛГБТК+! Этим громко делились без его разрешения годом ранее. Он снова открыл сообщение Шейна. Шейн Холландер: Могу предположить, что ты случайно...? Илья прижал палец к сообщению и отправил большой палец вверх. Каждая клетка в его теле хотела позвонить Шейну и сказать ему, что нет, это не случайно. Это был крик о помощи, отчаянная попытка найти единственного человека, в котором он нуждался прямо сейчас, единственного человека, в котором он когда-либо нуждался. Он выдохнул. Это было 11 мая 2022 года. Илья Розанов был Бостонским Медведем. Ни на его руке ни на шее не было его обручального кольца. Он снова оказался в шкафу. Прошлой ночью он спал с кем-то, кто определенно не был его мужем. Его муж, любовь всей его жизни, лучший хоккеист в мире и лучший человек, которого знал Илья, ответил на его звонок только для того, чтобы быстрее повесить трубку. Илья срочно нуждался в сигарете. В тот день Илья выкурил полпачки. Он сидел один в большом, пустом доме, который, как он думал, он продал много лет назад. Он принимал душ тридцать минут и все еще чувствовал себя грязным. Он пытался заснуть, надеясь, что проснется от этого сна, чтобы Шейн дразнил его за то, что он тот еще соня. Ничего не сработало. Он сел на свой диван и вспомнил, как его сердце разбилось именно на этом месте. Сэндвич с тунцом, имбирный эль, много поцелуев, много невысказанных слов, слишком много сказанных слов. Холландер и Розанов, до того, как они были готовы стать Шейном и Ильей. Лучше бы ему еще тысячу раз разбили сердце, если бы это означало снова быть с Шейном. Было уже темно, когда он решил найти их вместе. «Шейн Холландер и Илья Розанов». Все было так, как он и ожидал. Соперники. Противники. Столкновение и колкости на интервью. Торжественная церемония вручения наград. Игра Всех Звезд 2017 года, которую Илья смотрел шесть раз подряд. Даже в этом ужасном измерении, в котором оказался Илья, они смотрелись волшебно вместе. Он не спал всю ночь, изучая этого Шейна Холландера. Когда он проснулся на следующее утро, у него уже был план. Медведи, к счастью, вышли из плей-оффа, что означало, что Илья мог пойти куда угодно. Он будет в Монреале к середине дня, где Вояджеры играли в плей-офф. Он найдет Шейна и придумает, как заставить своего мужа снова влюбиться в него.