Романтическое соперничество

      Розанов никогда в жизни не действовал так опрометчиво, быстро и по своему пониманию безрассудно. Написанное за три секунды предложение было отправлено в чат с Джейн молниеносным нажатием стрелочки в смсках. Которые, да, никто уже сто лет как не использовал, предпочитая современные мессенджеры этим архаичным сообщениям. Но этот вид связи был для них двоих чем-то, вроде, связующей нити, прочно скрепляющей их странные отношения уже не первый год. И ни один из них не стремился эту традицию нарушить.       Сам смартфон тут же оказался откинутым на другой край дивана его владельцем. То ли в надежде не видеть снова этого «позора», то ли в панике и страхе получить не тот ответ, который хотелось бы.       На самом деле, Илья уже не первый раз крутил этот незамысловатый текст у себя в голове. Повторял, мусолил, печатал, стирал, даже как-то записал от руки на русском на каком-то клочке бумаги, найденном на тренировочной базе, чтобы только не сорваться и не отправить его в переписку. Выучил его наизусть. И вот решился-таки.       Казалось бы, всего семь простейших слов, но таких одновременно сложных, что потребовались долгие месяцы терзаний для того, чтобы их «озвучить».       Останешься сегодня у меня? Не будем торопиться…       

***

      Шейн привычно вышел из душа в уже знакомом гостиничном номере в Бостоне, где сегодня у его команды «Монреаль Метрос» была игра. И, вероятнее всего, состоится ещё одна, о которой будет известно лишь завтра, после вечернего матча «Бостон Рейдерс». Оставленный на кровати телефон светился уведомлением о непрочитанном сообщении. Непроизвольная улыбка скользнула по лицу Холландера, ведь он точно знал, что лишь один человек мог прислать ему дурацкую смс этим вечером.       Он присел на край матраца, небрежно проводя белоснежным махровым полотенцем по мокрым волосам, в то время как ловкими пальцами другой руки разблокировал телефон и открыл переписку с Лили. Они договорились ещё пару недель назад, что встретятся у Ильи, и сейчас Шейн ожидал увидеть какую-то глупую шутку о его медлительности или очередной вброс из разряда секстинга, что ни раз использовался ими в качестве прелюдии в режиме вечной ограниченности во времени. Но такого он точно не ожидал.       Останешься сегодня у меня? Не будем торопиться…       Он перечитал сообщение несколько раз. Эта парочка простых слов никак не хотела формироваться в цельное, логичное предложение. Потому что Илья не мог написать ничего подобного. И уж точно никогда бы не подумал о таком. Все их встречи были яркими вспышками, полными страсти, похоти и стонов. Никаких лишних слов, никаких откровений, никаких посторгазменных томных поцелуев. Лишь секс, быстрый душ, если это был не общий отель, неловкое «Спокойной ночи» и снова месяцы томительного ожидания.       И пускай, Шейн в эти промежутки времени мечтал о романтике, строил воздушные замки и фантазировал о совсем иной жизни в рамках их «пары», как он так же лишь под покровом ночи позволял себе называть их связь, но поверить в то, что не только он жаждал чего-то большего, он никак не мог.

***

      Илья успел разобраться с посудомойкой на кухне, перестелить постельное бельё и подготовить ещё один комплект на случай, если всё-таки их вечер затянется. Несколько раз он порывался кинуться к оставленному в гостиной смартфону, но останавливался, напоминая себе, что Холландер никогда не отвечал сразу. Ему всегда требовалось время на ответ даже на простое «Как ты?», а тут вопрос мог поставить его вообще в тупик. Поэтому Розанов старался занять себя делом, лишь бы не нервничать, что удавалось ему самому с трудом.       Когда в третий раз он проверил холодильник на наличие всех необходимых для его «плана» продуктов и с надеждой схватил-таки телефон с дивана, сообщения от Холландера всё ещё не было. Он уже было разочарованно швырнул бесполезный гаджет обратно, как тот кротко завибрировал в его ладони.       Ух ты… Это что-то новое… Но я, наверное, согласен…

***

      Шейн собирался дальше как в тумане. Все прежние планы и установки будто разрушились, оказавшись погребёнными под гнётом одного-единственного сообщения из семи слов. Это было так неожиданно и необычно, что он не мог отделаться от ощущения, что идёт не в который раз просто потрахаться со своим извечным соперником, а на свидание с первой девчонкой в школьной команде по чирлидингу.       Он сменил четыре одинаковые на вид футболки. Три раза перепроверил наличие презервативов во внутреннем кармане кожаной куртки, хотя точно знал, что доставать ему их не придётся — в спальне Ильи всего было в достатке. Хейден бросал на него заинтересованные взгляды с соседней кровати, но лишних вопросов не задавал, видя и так нестабильное состояние своего напарника по команде и друга по совместительству.       В итоге Холландер обулся в крошечном коридоре и заглянул обратно в комнату, отвлекая Пайка от выбора юмористической программы на телевизоре.       — Я… Э… Встречаюсь кое с кем… Наверное, не приду сегодня…       — Да неужели твоя бостонская Лили тебя-таки сможет совратить?! — Хейден зашёлся в задорном смехе, а Шейн густо покраснел щеками, не найдясь, что ответить.       — Ну, да, наверное, — неуверенно проблеял он, прежде чем выскочить из номера, захлопнув за собой дверь с грохотом.       Цветочный ларёк попался ему совершенно случайно на глаза. И сиюсекундный порыв не заставил себя ждать.       Холландер первый раз покупал цветы кому-то «значимому». Не маме охапку пионовидных роз на юбилей, не лилии и альстромерии для скучной однотонной композиции домой.       Это был букет тому, кто ждал его сегодняшним вечером... Кто решился, наконец, озвучить вслух их давнее желание.

***

      Получив положительный ответ, Розанов словил лёгкий приступ паники. Весь прокрученный сотню раз в голове сюжет их «романтического» вечера вдруг показался ему совершенно неуместным и тупым. На что он рассчитывал, когда заказывал пятьдесят свечей на батарейках, мягкие дебильные подушки с бирюзовыми ромбовидными узорами, что должны были стать украшением громадного дивана в гостиной? И основное — он собирался приготовить сэндвичи из тунца, единственное блюдо, которое он умел готовить. И этим он хотел удивить Холландера?! Что за идиот…       Но особо времени на самокопания не было. Как и пути назад. Шейн, вероятнее всего, был уже где-то на подходе, значит, оставалось лишь взять себя в руки и следовать плану. Русские не сдаются!       Собранные сэндвичи отправились в предварительно разогретую духовку. Даже таймер Илья не забыл поставить. На стол легли ажурные подставки под посуду. Все пятьдесят свечей оказались хаотично расставленными в зоне столовой и гостиной, отбрасывая тёплый свет вокруг. Умная колонка проигрывала мелодичные треки, подходящие под запрос «музыка для первого свидания». А сам хозяин дома нервным движением скинул с себя уже не нужный фартук, оказавшись в кипенно-белой футболке и лёгких спортивных штанах цвета мокрого асфальта.       Мыслей в голове уже почти не осталось. Лишь вибрировало где-то в груди нетерпеливое ожидание. Желание скорее заглянуть в эти глубокие глаза на чуть раскрасневшемся от смущения, веснушчатом лице. Желание провести пальцами по мускулистым предплечьям. И впитать всё удивление с лица напротив. То самое, которое точно отразится, не успев спрятаться за очередной равнодушной маской в момент, когда входная дверь распахнётся.       Звонок не заставил себя ждать. Илья пружинистой походкой проследовал в коридор и, протяжно выдохнув весь воздух из лёгких, рывком отворил портал в свой персональный ад.