Холодные руки, живое сердце.

Хмурое небо виднелось из-за окна, а пение птиц неспешно просачивалось в ещё спящий разум молодого парня, что недовольно жмурил лицо в порыве пробуждения. Из-под ресниц показалась знакомая голубизна, сейчас затуманенная серостью. Всё, что случилось вчера, приятно осело где-то в районе груди, а навязчивые мысли подталкивали быстрее проснуться и убедиться в их нереальности. В который раз устраивая личную баталию с родным разумом, что норовил одержать верх. Свежесть утра обдувала оголённые части тела, вызывая лёгкие мурашки, вынуждая скрываться под теплотой одеяла, зарываясь под него с головой. Но, к сожалению, оно не помогало с думами, что продолжали захватывать с каждой секундой, напоминая всё больше о заболевшем мужчине, проскальзывающем в отголосках полусна. Прозвучал навязчивый звон, выбивая остатки дрёмы и крадя осколки таинств коварного Морфея, накрывая их тонкой пеленой. — Ну блииииин… — промычал недовольно в подушку русый, нащупывая рукой телефон. — Долбаный будильник… — уже глядя на технику, пробурчал он, потирая залипшие глаза. — Сколько?! Вот, блять! — окончательно распахнув веки и шустро спрыгнув с кровати на холодный пол, выругался Лёша, забывая обо всём, что продолжало терзать отдалённо душу. Ведь на экране светились цифры, указывающие на время его смерти — 9:30. Наспех собравшись, первым, что попалось под руки, он выбежал из дома, думая только о том, что будет говорить новому начальству. «Меня точно сглазили! Вот ТОТ и сглазил, вчера столько на меня пырил, упырь, сука!» — чертыхался русоволосый, наблюдая, как нескончаемый поток ненужного и опустевшего транспорта будто по кругу появлялся на остановке, под властью паники не углубляясь в возможные, обычно неконтролируемые размышления. Прошло уже порядка двадцати минут, когда стоящий рядом мужчина, плюнув в сторону и знатно выругавшись, решил отступить и закурить сигарету. Нужный автобус сразу же завиднелся на горизонте, чем обрадовал ожидающую толпу, что начала скапливаться в месте предполагаемого захода. Скрип дверей. Рывок, и юношу тут же унесли потоком в самую глубь, вжимая в стену, заставляя втянуть живот в себя в надежде не быть задавленным и отправиться на работу альтернативной доставкой. Наблюдая заточившую его массу, парень попытался выглянуть в окно, дабы не пропустить нужную остановку, однако выходило очень плохо, высматривая лишь кусочки позволенной дороги. «Сука! Как шпроты в банке, ей-богу!» — негодование продолжало свой поток, придумывая новые афоризмы. Прожив это адское время, под редеющее вокруг пространство, наконец-то показался ориентир и через несколько минут — нужная станция. Гонка к новому рабочему дню никак не прекращалась, особенно когда в руках был вечный отсчёт «жизненного цикла». — Здра… здра…вствуйте… я… — влетая в дверь, чуть не падая и почти задыхаясь, Алексей попытался начать диалог. — Я… на… на месте… — держась за колени, слегка согнувшись, позволяя куртке немного съехать, пытался восстановить сбитое дыхание. — Здравствуйте, вижу, ваше самочувствие уже лучше, — язвительно утверждала Екатерина, осматривая опоздавшего. — Да, уже намного… — неуверенно проговорил он, выровнявшись. — Как я понимаю, вы даже выспаться смогли? — сверля тяжёлым взглядом, продолжала патанатом, сложив руки в замок. — Нет… что вы, я просто… — обдумывал парень, чем оправдаться, перебирая все возможные отговорки под грузом чужого взора. — Вы уверены, что хотите мне сказать что-то другое?… — подойдя вплотную, пальцы блондинки осторожно сжали ткань на плече парня, привлекая внимание голубых глаз. — Прошу, приведите ваш внешний вид в норму. — Обступив русоволосого, её губы дёрнулись вверх, слегка оголив зубы, отдаляясь. — Ага… простите... — оглядывая себя, Алексей наткнулся на швы, что красовались по всей длине. «Блин, да как так?!…» Стыдливо закутавшись в джинсовку, русый быстро сбежал, скрываясь за спасительной дверью. Оказавшись один на один с собой, он смог выдохнуть, ругая себя за невнимательность. Остепенившись, перешёл к привычному ритуалу с переодеванием, морально готовясь к неизбежному суду над ним. — Алексей… — вдруг окликнул юношу женский голос из-за спины. — Да… — стоя в одних трусах, он испуганно обернулся, сжимая в ладонях только снятые штаны. В проёме стояла Екатерина, облокотившись о косяк и неспешно осматривая порозовевшего парня со скатывающимися каплями пота после бега. — Вы что-то хотели?… — ошарашенный абсурдностью происходящего, вопросил русоволосый. — Решила убедиться, что вы в силах справиться с этой задачей самостоятельно… — едва заметная ухмылка и ехидство слышались в каждом слове, а очки скрывали блестящую серость. Бегающие зрачки сузились от услышанного, а разум тактично отступил, попутно забрав логику. — Алексей, может, вам всё же помочь? — мягко поинтересовалась Вернова, указывая на выпавшие из рук джинсы. Взгляд опустился, фиксируя реальность всего происходящего. Не отводя глаз, левая кисть потянулась к противоположному предплечью, делая щипок. — Сшшш…. — выдавил из себя голубоглазый, скривив лицо от неприятного манёвра. — Что вы делаете? — опешив от происходящего и делая шаг ближе, спросила патанатом. — Проверяю…. — промямлил он. — Что? — осматривая место увечья, спрашивала Екатерина. — Сплю ли я… — встретившись с обеспокоенным графитом, что скрывался за отблеском стёклышек. — Алексей, с вами точно всё хорошо? Может, вы перетрудились? Я могу вам помочь? — уже осматривая его самого. — Нет, всё хорошо… — неуверенно молвил русоволосый, отходя назад, под озадаченным взором. Обстановка окутывалась чем-то странным, чем-то знакомым, ощутимым каждой клеточкой, а в разум проскальзывали обрывки памяти. «Я знаю способ получше...» — всплыло первым, а сердце ударилось о кости. Припоминая блеск зелёных глаз. «Будь со мною нежным...» — ещё удар. Пропитано излюбленной ехидной ухмылкой. Одно воспоминание само потянуло за собой другое. «Не бойся. Я буду нежным…» — призрачно отозвалось бархатом у самого уха, капитулируя последнюю здравую клетку. Отбиваясь отпечатками по коже, вызывая приятную дрожь. — Алексей… — тихий голос выдернул из раздумий, привлекая внимание. — Д..да…. — возвращаясь в реальность, пролепетал русый. — Алексей… — женщина слегка наклонила голову. — Вы о чём-то задумались? — Н… нет… — Правда? Она ненадолго замолчала. Взгляд незаметно скользнул ниже. Скрывая выражение глаз за очками, уголок губ едва заметно дрогнул. Осознав всю абсурдность ситуации, Нежин наспех натянул край футболки, дабы прикрыться. — Я… ни о чём таком… — нервно натягивая ткань со всех сторон. — А мне кажется, вы о чём-то приятном задумались… — метнув взор с лица на низ парня. Повторив жест, попутно прикрываясь, он наткнулся на слегка твердоватое нечто. Голубые очи расширились от неосознанной шалости, уже наблюдая за несвойственной реакцией собеседницы. Гляделки продолжались недолго. Как только Екатерина попыталась приблизиться, юноша резко отпрянул, рывком подхватив вещи. — И…и…извините! — выкрикнул Лёша, скрываясь, захлопывая за собой створку. В поисках укрытия он быстро огляделся: первая дверь — и он влетел туда, закрываясь на ключ. — Блять! Ну какого хера?! — возмущался русый. «Опять?! Проклятый туалет!» — осмотрев помещение, вспоминая произошедший в нём конфуз, чертыхался он. — Я дрочить не буду, даже не надейся! — обращался он к предателю, который слегка подрагивал от нахлынувшего адреналина. — Господи, да за что мне это всё?… — взмолился парень, накрывая ладонями лицо. «Нежин, ты куда подевался?… Лёш, ты тут?…» — память беспощадно подкидывала фрагменты постыдного инцидента. — Нет… нет… — просил он сам себя остановиться. Румянец проступал уже чётче, а рука своевольно спускалась по низу торса. — Алексей, вы где? — отдалённо послышался озадаченный возглас. — Тебя ещё не хватало… — моментально цепляясь за высказанное. — Прям дежавю, сука! — уже раздражённо пробормотал русый. Резко убрав руку, впервые будучи рад, что начальница была неподалёку. Слушая звуки обыска, что с каждой секундой становились ближе, голубоглазый выравнивал дыхание, параллельно сжимая измученного друга через ткань, дабы не повторить прошлый казус. Ручка двери дёрнулась, а по ту сторону послышалось: — Алексей, простите за мою бестактность… С вами всё хорошо? — тревожно стучась, выпытывала Екатерина. — Да… ничего, всё хорошо, я сейчас выйду… — ответил юноша, натягивая форму, улавливая удаляющиеся шаги. Некоторое время парень не мог решиться выйти, наблюдая за успокаивающимся предателем, пока тот наконец-то не обмяк. Выдохнув, он решился провернуть защёлку. Голова высунулась, осматривая периметр на наличие чужого присутствия. «Доверчивый мальчик…» — невзначай пронеслось мурашками до самой макушки. Вздрогнув, неуверенно ступив вперёд, неприятное чувство вновь накатило, сравнивая Екатерину и Романа. — Я… схожу с ума?… — борясь с собственными страхами, молвил Лёша. Попятившись назад, глаза сошлись с чьими-то напротив. Зеркало. Раковина. — Нужно освежиться, а то я так когда-нибудь и с работы не выйду…. — пытался смягчить обстановку Нежин. Струйка холодной воды, расплёскивающиеся капли, падающие на плитку с локтей и лица. Мозг наконец-то сдал позиции и понемногу утихал, давая возможность перевести дух. Проснувшись под требовательное мяуканье, что звучало чересчур близко, сопровождаемое настойчивым тяжёлым массажем на груди, Кирил, щурясь, медленно приоткрыл веки, встречаясь с недовольной пушистой мордочкой. — Буги, ты порой хуже будильника... — досадно промямлил он ещё сонным голосом, потирая заспанные глаза. Кот же не отступал, продолжая шуметь, ластясь к хозяину, щекоча кожу своей шерстью. — Всё, всё, понял, встаю, ваше высочество. — смеясь, приподняв кота над собой, заверил мужчина, смотря в просящие янтарные фонарики. Поднявшись, потягиваясь всеми возможными мышцами, пока любимец тактично спрыгнул рядом. Словив зевок, обязательно почухал мейн-куна за ушком, довольно наблюдая за его реакцией. Лишь сейчас заметив, что в голове не было поселившейся боли и тумана, а тело меньше сковывала слабость. Хотя горло до сих пор ощутимо терзало, почти моментально вызывая приступ кашля. «Что ж, неплохое начало...» — улыбаясь собственным мыслям, вставая с кровати. Краем глаз заметив пустую чашку на тумбе. Смотря неотрывно на посуду, в памяти всплывал вчерашний день, а именно неожиданный приятный сюрприз, отчего улыбка стала ещё теплее, хоть и с долей горечи. — Надеюсь, ты хоть немного обо мне беспокоился... — тихо проговорил он, подняв керамику, забирая с собой в сторону кухни. Наградив великана долгожданным завтраком, почти обедом, не забыв поставить чайник, отодвинул стул, усевшись. Доставая попутно, под долгие зевки, сигарету из рядом лежавшей пачки. Слушая радостное жадное хрумканье. Вскоре наполняя помещение привычным запахом терпкого дыма. Стараясь проснуться окончательно, облокотившись о спинку, закинул голову, прикрыв глаза, а свободную руку положил на край стола. Поначалу разум приятно напоминал лёгкий штиль, будто окутанный стоявшей вокруг тишиной, что нарушалась лишь умиротворённым шипением чайника и тихим поеданием Буги. Спустя пару дней голова впервые ощущалась по-настоящему ясной после затяжного шторма. Что наводило на приятную мысль о скором выздоровлении. Поглощённый этой безмятежностью, Кирил вернулся к размышлению о вчерашнем. Он помнил слова парня, понимая, что тот лишь пожелал отплатить, но даже так что-то не давало ему покоя. Что-то как будто намеренно от него ускользало, прячась в голубизне дивных глаз. Или же он слепо хотел в это верить, всё больше утопая в своих вроде и понятных, но абсурдных чувствах. Раздумья прервал резкий свист, вынуждая моментально открыть веки, крадя картинки приятных воспоминаний... Тяжело вздохнув, отложив сигарету, мужчина поднялся, перекрыв огонь, после подготавливая всё для любимого горьковатого напитка. Сделав первые пару глотков, сонливость начала терять свои полномочия, отдаваясь приятным теплом по телу, согревая болеющее горло. Вернувшись на место, вдыхая никотин, сверяясь со временем на телефоне, что оповещало: 11:45. Кирил машинально задумался о том, чем сейчас занимается его подопечный. Смог ли он поладить с временным начальством, переживая из-за вспыльчивости его характера. Нормально ли он там без него? Не успел ли попасть в очередную сомнительную историю? Скучает ли он хоть немного? Вопросы, вопросы... — Апчх... — нарушая устоявшийся покой, засвербело в носу. «Правда?...» — промелькнула неожиданная короткая дума. «Скорее всего, насморк...» — отгоняя тревогу, делая очередную затяжку. С тёмным сгустком сорвался очередной тягостный вздох. «Может, позвонить?» — подумал брюнет, зыркнув на рядом спящий телефон. Мысль навязчиво зацепилась. — Лучше не надо... Ведь неизвестно, как он отреагирует, да и мешать не хочется. — приняв решение, ответил сам себе Морозов, выдыхая спокойно дым. Но некое беспокойство всё же продолжало не давать ему покоя, наводя на перспективное решение. Ухмыльнувшись. Взявшись за смартфон, зажав сигарету между губ, быстро отыскав номер, нажал кнопку вызова. Гудки радостно наполнили небольшое пространство своим надоедливым звуком, чтобы через пару секунд резко оборваться. «Занята?» — подумал он, смотря на сброшенный звонок. Отложив мобильный в сторону, раздосадованный сложившимися обстоятельствами, Кирил продолжил молча курить, надеясь, что подруга вскоре сама ему перезвонит. Полностью овладев собой, Алексей намеревался покинуть временное укрытие. — Простите, но я не могу предоставить вам более подробную информацию. Лаборатория ещё не прислала заключение, — донёсшийся голос Екатерины звучал непривычно напряжённо, хотя она изо всех сил старалась сохранять спокойствие. — Вы вообще понимаете, что мне это нужно сейчас?! Или до вас туго доходит?! — грубо рявкнул незнакомец. «Что там происходит?..» — тревожно подумал Лёша, осторожно стоя у двери. Скрип открывшейся створки заставил всех обернуться. Перед Верновой стоял крепкий мужчина лет сорока. Коротко остриженные волосы, тяжёлый взгляд и налившееся краснотой лицо. Он шумно втягивал воздух через нос и почти тыкал в неё пальцем. — Мне плевать, я ждать не буду! Мне нужны результаты! — продолжал тираду агрессор. — Что случилось?.. — негромко спросил Алексей. Незваный гость перевёл взгляд на него. — А ты ещё кто такой?! — Это мой ассистент, — спокойно ответила женщина, едва заметно шагнув вперёд, словно невольно закрывая Лёшу собой. — Он никак не сможет помочь вам с этим вопросом. Русоволосый растерянно переводил взгляд с одного на другого, постепенно складывая в голове картину происходящего. — Да мне вообще насрать, кто вы оба! Быстро отдала мне анализы! Патанатом уже открыла рот, собираясь ответить, но её перебил тихий голос из-за спины. — А можно… потише? Повисла короткая пауза. — Чего? — мужчина нахмурился. Лёша сам удивился тому, что сказал это вслух, но отступать было уже поздно. Он осторожно обошёл Екатерину и встал перед ней. — Я говорю… можно потише? Всё-таки вы в морге находитесь. — И что? — зло процедил мужчина. Нежин глубоко вдохнул. — Тут люди отдыхают. А вы им мешаете. «Блять, главное, чтобы не двинул.» — отозвался инстинкт самосохранения, наблюдая за закипающим человеком. Несколько секунд стояла абсолютная тишина. Даже Екатерина удивлённо посмотрела на своего ассистента. Ещё пять минут назад этот парень прятался от собственного смущения, а теперь совершенно серьёзно заслонил её собой перед разъярённым посетителем. — И вообще… — Лёша уже не мог остановиться. — Вы сейчас кричите на человека, который вообще не решает, когда лаборатория закончит работу. Думаете, если громче кричать, анализы сами из принтера вылезут? Пришедший только злобно зыркал на стоящих перед ним врачей, переваривая полученную информацию. — Давайте поговорим спокойно? — предложил Нежин, натягивая улыбку. Мужчина шумно выдохнул, явно не ожидая подобного. Екатерина молча наблюдала за спиной своего подопечного. Уголок её губ едва заметно дрогнул. Несколько секунд никто не двигался. Шатен тяжело дышал. Лёша сглотнул. — Давайте… присядем. Он осторожно отодвинул ближайший стул, заняв место напротив. — Пожалуйста. «Господи… Если он сейчас меня не убьёт — свечку поставлю», — под шальной стук сердца молился юноша. На удивление, амбал нехотя откликнулся на просьбу, направляясь к столу, неотрывно глядя прямо в голубые бегающие радужки. — Что случилось? — вновь повторил свой вопрос Нежин, пытаясь сохранять стойкость голоса. — Мою жену увезла скорая, мне позвонили и сказали адрес этой больницы. — яро начал он свой рассказ. — Сказали, что её стабилизировали и всё хорошо, а через пару часов, когда я приехал, меня направили в морг, и вот она… — с трудом сдерживая эмоции. — Она же… Он замолчал. Провёл ладонью по лицу. — Только утром я ворковал с ней по телефону… Моя красавица… А сейчас… Лежит… Не дышит… Молчит… — указывая на каталку, янтарь наполнился слезами, которые неспешно скатывались по щекам. Глядя на ранее не замеченную деталь, Нежин и сам с трудом подбирал слова, не понимая, как правильнее повести себя. — Мне… мне очень жаль… — выдавил из себя русый. — Терять близких… это всегда больно… — проговорил он, опуская голову вниз. «Смотришь, будто я умираю, перестань...» — внутри на секунду что-то сжалось. Пальцы сцепились сильнее, заключаясь в замок до белизны костяшек, а облик нескрываемо изменился, лёгким отблеском во взгляде, понемногу размывая пейзаж. Заприметив дрожь ассистента, мужчина притих. Долго смотрел на русого. Потом шумно выдохнул. — Ты… Ты хороший парень… Простите, что так… накричал, просто… — оглядывался он то на остолбеневшую Екатерину, то на Лёшу. — Если её можно было спасти… Почему они этого не сделали? Я хочу знать, как так получилось? — жестикулируя, объяснялся муж. — Вы же понимаете, что нам нужно провести вскрытие и взять образцы для дальнейшего анализа?.. — тихо уточнял голубоглазый, стараясь скрыть нестабильность связок лёгким кашлем. — Я понимаю, но… — шатен замялся. — Я… я не хочу… — глядя прямо на бездыханное тело, прошептал он. — Я понимаю ваши переживания, но мы не сможем узнать, что случилось с вашей женой, без этих процедур… — аккуратно вклинилась в разговор Вернова, положив ладонь на плечо обидчика. — Но… — мужчина хотел что-то возразить, но в горле застрял ком. — Иногда осознание оказывается тяжелее самого принятия. Но если мы не узнаем, что произошло, вопросов станет только больше. — янтарные глаза встретились с серостью, которая сейчас сверкала мягкостью и сожалением даже сквозь очки. Глядя друг на друга, мужчина пытался сопротивляться, постоянно мотая зрачками между двумя врачами, однако слова двух специалистов всё же взяли верх — шатен сдался, нехотя поднимаясь со стула, чтобы в последний раз попрощаться с любимой. После душераздирающей сцены горюющий муж покинул «покои Аида», а сотрудники, тяжело вздохнув, постепенно возвращались в привычное рабочее русло. — Спасибо. — вполголоса проговорила блондинка, касаясь спины напряжённого парня. — Не… не за что. — поднимая голову, пробормотал Нежин. Покрасневшие веки указывали на то, что внутри русоволосого бушевал шторм. — Алексей, если хотите, можете отправиться домой. — предложила начальница, ободряюще похлопывая парня. — Нет, нет… всё хорошо, — потирая глаза, — просто раньше не сталкивался с таким случаем, вот и запаниковал… — пытался оправдаться Лёша, уткнувшись ими в стол. — Понимаю, сама, когда впервые столкнулась с таким, сбежала писать заявление на увольнение. — хихикая, поделилась своей историей Екатерина. — Так что вы ещё хорошо держитесь. — улыбаясь, подбадривала она. Услышав в свой адрес похвалу, голова парня поднялась, встретив серебро, впервые не скрываемое отблеском окуляров. Они были… Неожиданно тёплыми и нежными, пронзая до глубины души. «Умничка! Поехали дальше.» Раздражающая до боли улыбка и зелёный изумруд фантомом возникали перед лицом Алексея, напоминая того, чьи речи всегда помогали выбраться из бездны. Сопротивляться уже не было сил, поэтому, коротко улыбнувшись своим мыслям, юноша немного приободрился. — Спасибо вам. — ответил он блондинке, приподнимаясь со стула. — Я готов к труду и обороне! — бодро возгласил Нежин. — Ой… — заприметив непонимание в лике патанатома, замялся парень. — Вот это настрой. — растянув края губ, — Тогда приступим. — пройдя к шкафам, проговорила Екатерина. Металлический звон инструментов привычно нарушил тишину секционной. Начальница сверила данные на бирке с сопроводительными документами и коротко кивнула. — Приступаем? — переспросила она, получив одобряющий короткий кивок. Лёша занял своё место у стола, раскрыв журнал вскрытия, и приготовился записывать. — Женщина, тридцати двух лет. Внезапная смерть в условиях стационара. Предварительный клинический диагноз — острая сердечно-лёгочная недостаточность неуточнённой этиологии. — Есть. — отрезал русый, подняв взор. Перед ним лежала та самая женщина. Та самая «красавица», о которой недавно упоминал мужчина, упиваясь слезами, не принимая произошедшего. Теперь она казалась просто спящей. Лицо оставалось спокойным. Будто она вот-вот откроет глаза и спросит: «Почему вокруг столько незнакомых людей?..» От этой мысли где-то под рёбрами неприятно защемило. — Алексей. — спокойно окликнули парня. Он тут же перевёл взгляд на наставницу. — Сейчас самое главное — оставить эмоции за дверью. Наш долг — найти ответ. — констатировала Катерина. Лёша глубоко вдохнул. — Понял. Екатерина начала наружный осмотр. — Телосложение нормостеническое. Кожные покровы бледные, с серовато-синюшным оттенком. Выраженный цианоз губ и ногтевых лож. Лёша быстро записывал каждое слово. — Шейные вены умеренно набухшие… Женщина аккуратно приподняла правую ногу. — Подойдите. — найдя изъян, подозвала она ассистента. Русый приблизился. Правая голень выглядела заметно более напряжённой, чем левая. Кожа была слегка блестящей, а под ней отчётливо проступали подкожные вены. — Что замечаете? — интересовалась Екатерина, поглядывая на подчинённого. — Отёк… — неуверенно сказал русый. — Верно. Ещё? — одобрительно ответила блондинка. Лёша нахмурился. — Возможно… нарушение венозного оттока? — предположил голубоглазый. — Хорошо. Пока только фиксируем. — уточнила патанатом. Он снова посмотрел на ногу. «Неужели всё началось отсюда?..» Даже представить было трудно, что причиной смерти могла стать такая, на первый взгляд, незначительная деталь. Закончив наружный осмотр, Екатерина взяла скальпель. Одним точным движением выполнила Y-образный разрез: от обоих плеч к грудине, затем вниз по средней линии живота. Лезвие двигалось уверенно, без единого лишнего жеста. Кожные лоскуты были аккуратно отсепарованы и отведены в стороны. Лёша уже не чувствовал той дурноты, что сопровождала его в первые минуты. Теперь было иначе. Пугала не анатомия. Пугало понимание того, насколько легко человеческая жизнь может оборваться. «Лёш, всё хорошо, не переживай так... Я поваляюсь пару дней и, как раньше, продолжу доставать тебя...» — всплыла новая убаюкивающая фраза, окатив юношу холодным и одновременно тёплым потом. Екатерина последовательно рассекла мягкие ткани грудной клетки. Рёберные ножницы с характерным металлическим хрустом пересекли хрящи, отчего Алексей невольно вздрогнул. — Со временем перестанете замечать этот звук, — спокойно произнесла блондинка, не отрываясь от работы. Грудина была снята. Перед ними открылись органы грудной полости. — Осматриваем до извлечения. — скомандовала Екатерина. Лёша внимательно всматривался. Лёгкие выглядели тяжёлыми, увеличенными в объёме. Их поверхность была тёмно-красной. — Полнокровные… — осторожно произнёс русый. — Верно. — прильнув взором к органу, произнесла патанатом. После рассечения лёгочной ткани на поверхности появилась пенистая розоватая жидкость. — Отёк лёгких. — предварительно заключила начальница. Запись моментально легла в протокол. Затем внимание Екатерины переключилось на сердце. Она аккуратно извлекла орган вместе с участками магистральных сосудов. — Что видите? — вновь спросила Катерина. Лёша долго всматривался. — Правый желудочек… Он выглядит больше обычного. — подметил Нежин. — Именно. — подтвердила Вернова. Указывая анатомическим пинцетом. — Он резко перерастянут и переполнен тёмной жидкой кровью. — рассматривая, проговаривала патанатом. — Значит… кровь не смогла пройти дальше? — задумчиво проронил русый. — Продолжайте думать именно так. — легонько улыбнувшись, молвила руководительница. Впервые работа с Екатериной была хоть немного схожа с предыдущим начальником. В холодном помещении душу грело что-то знакомое. Она взяла секционный нож. Одним длинным разрезом вскрыла ствол лёгочной артерии. Оба замолчали. Практически весь просвет сосуда занимал массивный тёмно-красный тромбоэмбол. Он полностью повторял форму артерии, уходя в обе её ветви. — Седловидный… — почти шёпотом произнёс Лёша. — Совершенно верно. — выдохнув, ответила патанатом. Екатерина осторожно извлекла тромб и положила его на металлический столик. Русый долго смотрел на находку. Такой небольшой. Несколько сантиметров… Он перевёл взгляд на безмолвное лицо женщины. Потом снова на тромб. — И… всё?… — озадаченно вопрошал Алексей. Екатерина вопросительно посмотрела на него. — Что именно? — непонимающе спросила она. — Из-за него?.. — Он осторожно указал на сгусток. — Из-за этого… человек просто умер? — Голос дрогнул. — Это же… просто кусок крови… Женщина несколько секунд молчала. — Да. Иногда человеческую жизнь забирают не самые большие катастрофы. Порой достаточно совсем небольшой детали. — спокойно сказала она, глядя на тромб. Екатерина вновь подошла к ногам умершей. Сделав продольный разрез глубокой вены голени, осторожно развела её стенки. В просвете оставались плотные красные тромботические массы. — Вот источник. — указав на находку, подозвала ассистента блондинка. Лёша медленно выдохнул. «Получается… Он появился здесь. Потом оторвался. Прошёл через сердце и за считаные минуты остановил жизнь… Женщина, которая ещё утром разговаривала с мужем, строила планы и наверняка даже не подозревала, что носит в себе смертельную опасность.» — грузно обдумывал Алексей непредсказуемость судьбы, пытаясь попутно отогнать пугающие картинки будущего. Мягкое касание вывело парня из ступора. — Будете много думать — голова разболится. — сказала патанатом, смотря на задумчивого парня. — Простите… — помрачнев, ответил Лёша. — Ничего, ещё немного, и будем свободны. — благоприятно промолвила Вернова. Оставалось закончить исследование. Печень и почки были полнокровными. Головной мозг — умеренно отёчным. Иных выраженных патологических изменений обнаружено не было. — Заключение? — снимая перчатки и выбрасывая их в мусорку, спросила начальница. Юноша посмотрел в протокол. Потом на умершую. И только после этого заговорил. — Причина смерти — массивная тромбоэмболия лёгочной артерии. Источник — тромбоз глубоких вен правой нижней конечности. Смерть наступила вследствие острой правожелудочковой недостаточности. Екатерина молча кивнула. — Теперь её муж узнает правду. — сочувственно проговорила Катерина. Лёша долго смотрел на безмятежный лик женщины. Перед глазами вновь возник мужчина, гладивший её холодную ладонь. «Моя любовь…» — в груди неприятно сжалось. — Именно поэтому мы и делаем эту работу. — Екатерина посмотрела на своего ассистента. Впервые с момента прихода в морг Лёша почувствовал, что начинает понимать смысл этих слов. Наконец-то покончив с нюансами дела, врачи спешно заняли место на диване. Уставшие от напряжённой обстановки, почти синхронно выдохнули. — Как вы? — задала вопрос блондинка. — Устал… и тело ломит… — потирая шею и прокручивая головой, ответил русый. После долгого молчания и пристального взгляда Вернова вновь улыбнулась. Мягкая ладонь накрыла плечи ассистента, резким движением развернув его спиной. — Я знаю способ, как вам помочь. — начиная массирующие движения, тихо молвила Екатерина. — А… это…? — ошарашенный парень пытался сформулировать вопрос. — Массаж всегда помогает от тяжести в теле. — парировала сероглазая, спуская руки ниже. Сдавшись под мягкими уверенными движениями, вскоре комнату наполнили негромкие мычания, а разум начинал понемногу отключаться. — Может, снимите футболку? — облокотившись на парня, предложила женщина, обжигая ухо горячим дыханием. — Просто неудобно прорабатывать все мышцы… — берясь за край ткани. — Ммм… мг…. — в омуте эйфории ответил Алексей. Одежда оказалась натянутой на локтях, а движения стали глубже и приятнее. Ладони свободно скользили по коже, проходясь по нужным точкам, углубляясь пальцами в различные триггеры. Вызывая непередаваемые словами ощущения. Томные, давящие, лёгкие, чересчур, до странности нежные. Пульсируя по нитям нервов. «Оказывается, ты можешь быть послушным…» — вспышка возникла спонтанно, возвращая в реальность. Распахнув глаза, упираясь ими в одежду, русоволосый отрезвел от пьянящего удовольствия и слегка выгнул спину, привлекая внимание блондинки. — Что-то не так? — вопрошала женщина, пытаясь продолжить повторяющиеся движения. — Н-н-н… нет… спасибо, но мне уже нужно домой. — стараясь высвободиться от умелых женских ладоней, пытаясь не застревать в нахлынувших воспоминаниях. — Алексей, вы ничего не подумайте, это просто массаж и ничего больше. — уверяла Екатерина, ошеломлённо смотря на взволнованного юношу. — Нет, я просто забыл... да, мне там… помочь… маме нужно… быстро… вовремя прийти надо… — на ходу выдумывая оправдания, поднимаясь и пятясь к выходу, лепетал русый. — Хорошо, вы свободны. — слегка раздражённо ответила Вернова. — Спасибо… — не отводя взора, сказал Нежин, закрывая за собой дверь раздевалки. Постоянно оглядываясь, Алексей наспех переоделся и собрал вещи, метаясь в мыслях. Выходя, не забыв бросить напоследок: — До свидания. — Мг, до завтра, Алексей. — уже холодно, но всё так же с улыбкой проговорила начальница. Парень убежал, сжимая куртку в руках. Улица встретила приятной прохладой, охватывая голову, помогая развеять остаток туманности. Проходя мимо пустующих тротуаров, Лёша постепенно возвращался к произошедшему. — Что это было?… — задавался он немым вопросом. — Это её так мужик растрогал? Или…. Нет! Ей же МУЖИК нужен, а я так… «ни рыба, ни мясо»… — уже злясь, вёл монолог парень. Разговор с самим собой продолжался до первого косого взгляда на остановке. Заняв место в прибывшем транспорте, Нежин всё так же был поглощён мыслями о необычном поведении начальницы. Подходя к дому, юноша всматривался в окна, живущие чем-то отдалённым. Кто-то на кухне пил вино. Где-то семья собиралась за ужином. Чуть выше мужчина курил, облокотившись на подоконник, и задумчиво смотрел в уходящий закат. «Интересно… а что сейчас делает Кирилл?..» Невольная мысль скользнула сама собой и уже не исчезла, зацепившись внутри мёртвой хваткой. Поднимаясь по лестнице, новая авантюра постучалась в разум. «Может, позвонить?» Молодой человек замер, прижав кисть к груди. «Не нужно… он… наверное, отдыхает или занят чем-то…» — одна за другой мысли накрывали, тяжестью отдаваясь где-то глубоко и так тошно. Пустая квартира и немая тишина сопутствовали дальнейшей драме. Кровать с радостью приняла в объятия утомившегося человека, желающего только одного — покоя. Телефон в кармане джинсов завибрировал, мягко расплываясь по постели, подобно кругам на воде. Достав устройство, на экране светилось: «Алинка: Приветик, как дела? Давно не виделись, я соскучилась((( Может, как-нибудь погуляем?)». Смотря на пришедшее оповещение, взгляд как-то погрустнел, перечитывая его вновь. «Алина всегда первая пишет… Всегда. Если соскучилась — пишет. Если плохо — пишет. Если скучно — тоже пишет.» Он ещё раз посмотрел на мобильник. Мысли пропитывались горечью и чуть ощутимой обидой. «А этот?.. Хоть бы раз сам написал. Хоть одну сраную СМС…» — сжимая сильнее устройство в руках, ругал Нежин непутёвого начальника. «А я?… Я могу написать?….» — разум пронзил спонтанный вопрос. «Ну, он же мой руководитель… ещё и болеет…» — сомневался он. И всё же пальцы уже сами набирали текст, под спутывающиеся противоречия. «Сообщение было доставлено.» Лёша ещё несколько секунд сверлил аппарат взглядом. Ничего. Вскоре напряжение стало почти осязаемым. «Может, спит…» — ухватился он за эту мысль. «Или температура поднялась…» … «Да нет… Просто не хочет отвечать.» Пальцы без конца крутили технику, будто это могло повлиять на прогноз. Молчание. Нервы туго натягивались с каждой минутой — разблокировав: Ни печатающих точек. Ни прочитанного сообщения. Глухой хлопок и мягкое приземление в подушку. Руки распластались по всей поверхности койки. Парень снова притянул к себе гаджет. Экран оставался тёмным. Ничего. Эта чёрная поверхность почему-то казалась особенно тяжёлой, будто сама молчала вместе с Кириллом. Шумно выдохнув: — Если ты и сейчас не ответишь, я тебя точно на хуй пошлю, урод. — раздражённо процедил Лёша. Телефон полетел на соседнюю подушку. Так и не загоревшись. Вглядываясь в него, что-то нарастающе неприятно жгло в груди. Не отрывая взгляда, продолжая сверлить сотовый недовольным взором. «Неужели это так трудно?..» Он не понимал, что его так злило? Почему так желал его ответа? Почему так больно сжималось сердце? Который раз он пытался хоть немного понять себя, но упрямо не находил ответа. Отвернувшись к стенке, смотря на узоры перед собой. «Почему он не отвечает?..» Перед ним снова возник образ спящей красавицы, что они сегодня вскрывали, и её печальная история. И от этой мысли внутри стало ещё тягостнее. Под рёбрами заболело сильнее. Перебирая в голове различные варианты, накручиваясь нитями нервов на выдуманную мучительную катушку. Через несколько секунд Нежин снова повернул голову в сторону гаджета. Дотронувшись до экрана, вызвав свечение, где всё так же было пусто. — Ответь... пожалуйста... — сдавленно молил он, пряча взор под тенью светлых волос, поджимая дрожащие губы. За окном опускалась палитра тёплых цветов, проникая через панорамные окна внутрь умиротворённой спокойной квартиры. Вокруг витал запах различных лекарств, смешиваясь с горьким амбре сигарет, доносившимся со стороны двуспальной кровати. Выпуская привычно сгустки дыма, полулёжа под светом тусклой лампы, Кирил держал в руках раскрытую книгу, бегая внимательным взглядом по множеству абзацев. Рядом, мурча, отдыхал Буги, довольно мотая пушистым хвостом в разные стороны. Безмолвие разорвал звон телефона. Опустив интересное произведение, мужчина смотрел в сторону кухонного стола. Затушив бычок, отложив том, поднявшись, попутно разминаясь, он отправился на звук. — Алло! Привет, Кирюш! — ответив на вызов, устало защебетали на другом конце. — Привет, привет… Думал, ты занята. — хрипло проговорил Кирилл. — Ой… тут такой капец был… — на выдохе проговорила девушка. — А что… кхе… кхе… у вас там? — заинтересованно спрашивал брюнет, сев на стул. — Короче, к нам сегодня в больницу прибежал бык, только кольца в носу не хватало… — яро начала рассказ подруга. — Поднял на уши всю больницу, чуть к главврачу в кабинет не пошёл. — затихая, проговорила Софа. Плотно прижатый телефон знакомым звоном оглушил ухо, заставив владельца отпрянуть и скривиться. Быстро метнув взгляд: непрочитанное сообщение. — Кирюш, ты тут? Слышишь меня? — позвала его рыжеволосая. — Да… кхе… да… я слушаю. — кашляя, отозвался брюнет. — В общем, устроил разбор полётов... Но, слава Богу, после морга вышел шёлковым, даже извинился перед некоторыми. — нотка злобы нескрываемо проникла в последнее слово. Маленький червь переживания уже пробрался под кожу. «Что там случилось?…» — не до конца понимая, за что или за кого он сейчас волнуется. — А тебе тоже досталось? — Мг… вытрепал нервы моим девочкам и мне заодно… Анализы! Где мои анализы?! Мне сейчас они нужны! И так далее… — возмущалась зеленоглазая, искривляя голос. — Да уж, а я думал… кхе… кхе… у вас от таких клиентов специальные зелья есть. — шутливо ответил Морозов. — Ха-ха-ха... Как смешно, сейчас прям уписаюсь от смеха. — серьёзно проговорила девушка. — А ты там как поживаешь без своего зомби-ленда? — язвила она в ответ. — Так хотел присоединиться, но… ц… не дали… — цокая, проговорил Кирилл. Вспоминая недавнего гостя, уголки губ растянулись в улыбке. — Ого, а кто это посмел лишить тебя такой радости? — игриво вопрошала подруга. — Да так… — ноги обволокло что-то мягкое, а шерсть лёгкой щекоткой медленно проходилась по каждому миллиметру. — Буги пришёл и начал кричать мне: «На кого меня оставить собрался? Бросить меня вздумал?» Я вот послушал его и понял, что нужно лечиться, а костлявая за мной и сама как-нибудь зайдёт. — взяв великана на руки, смотря ему в глаза, будто внушая, что так всё и было, бесстыдно врал брюнет. — Вот оно как, а я уже думала, Лёшка решил в твоё логово заглянуть. — намекая на проваленную ложь, молвила Лисицкая. — Я чувствую… кхе… кхе… недоверие в ваших словах… — Кирюш, если бы я тебя не знала, мог бы мне эти сказки рассказывать, а это то же самое, что и твой «марафон» и «Ой, просто голова болит, я не болею…» — утрировала рыжеволосая. — Мне уже страшно с тобой говорить — ты слишком много обо мне знаешь. — пытаясь отшутиться, парировал патанатом. — Если ты со мной перестанешь общаться, то в твоём распоряжении останется только «клуб анонимных молчунов», так что я бы на твоём месте задумалась. — отсмеивалась в ответ София. — И то правда…. Ну, выходит, твоя взяла. — сдался брюнет. — Вот так вот, будешь знать, с кем спорить. — громкий смех прошёлся по каждому уголку черепушки. — Ты мне лучше скажи, может, тебе лекарства нужны или что-то из еды? — спокойно интересовалась лаборантка. — Нет, нет… не переживай, у меня всё есть — не маленький. — успокаивая порыв, отвечал Кирилл. — Правда? А я думала, тебе лет семь… наверное, ошиблась… — наигранно задумчиво ответила она. — Ахахаха… кхе… кхе… я запомнил. — рассмеявшись, прокомментировал Морозов. — А как там… Лёшка? — решился он на тревожащий его вопрос. — Ой, Кирюш, правда, не знаю… времени не было к нему зайти, главную видела, а младшего нет. — виновато проговорила подруга. — Ничего, я просто… — осекаясь на полуслове, мужчина накрыл рот ладонью, стягивая щёки. — Переживаешь? Или скучаешь? — поинтересовалась рыжеволосая. — Наверное… — А что «наверное»? — уточнила София. — Наверное, и то, и другое. — тяжело вздыхая, признался он. — Ммм… на этот раз попался не мальчишка, а Кирюшка? — игриво добивала Лисицкая — Да ну тебя… — фыркнул болеющий. — Ладно, ладно, завтра проведаю твоего любимчика. — улыбчиво успокаивала друга голубоглазая. — Ты… присмотри там за ним… пожалуйста… — обеспокоенно просил патанатом. — Хорошо… а есть повод? — озадаченно спросила лаборантка. — Нет, просто… «Просто… а что „просто“? Он не один… новый начальник… ему с ним лучше? Хуже? …» — раздумывал брюнет, как оправдать просьбу перед подругой. — Кирил, ты тут? — вновь девичий голос выдёргивал его из раздумий. — Да, да… — Кирюш, ты куда пропадаешь постоянно? Температура? — переживая, интересовалась рыжая. — Прости, всё хорошо, не переживай… наверное, нужно прилечь. — потирая лоб, отвечал Морозов. — Я же теперь доктор «леже-кроватных наук». — выдавливая, шутил Кирилл. — Отдыхай, пока есть возможность, и пей больше жидкости. — профессионально скомандовала девушка. — Сейчас пойду, ты только… присмотри за Лёшей, пожалуйста. — устало повторил брюнет. — Да присмотрю я, присмотрю! Иди уже, Ромео! Завтра отзвонюсь, спокойной ночи, поправляйся! — напоследок отшутилась она. — Спасибо, обязательно! Недолгие гудки как последний аккорд, разделяющий тишину и радость от услышанного знакомого гомона. — Ромео... — тихий досадный смешок. — Скорее я Сирано де Бержерак, — положив перед собой смартфон, предположил мужчина, крутя его пальцем, подперев подбородок, уходя постепенно в свои мысли. Вдруг от случайного касания экран засветился, демонстрируя недавнее СМС. Созерцая его незаинтересованным взглядом, Морозов не сомневался, что там какая-то очередная ерунда. Хотя в глубине души он глупо надеялся, что оно от одного упрямца. Улыбаясь грустно личным желаниям. — Он бы не написал мне, даже если бы весь мир рухнул... — уверенно заявил брюнет в пустоту, наблюдая за потемневшим дисплеем. Но даже будучи полностью уверенным в своей правоте, постукивая пальцем у аппарата, некое семечко крохотного сомнения успело пустить корни. Особенно вспоминая вчерашний визит. Обдумывая это, не сводя глаз с телефона, он выдохнул, сдаваясь любопытству. «Ну а вдруг случилось чудо...» — смеясь над самим собой. Спокойно сняв блокировку, опустив шторку, взгляд моментально застыл, позабыв на время, что такое кислород. Неподалёку капли отсчитывали секунды. Рядом тихо мяукнул Буги. А за окном раздался непонятный гул. Но всё как будто в этот момент потеряло свой смысл. «Как ты?» Всего два слова. Что были перечитаны не один раз. Всего одна строчка. Вроде такая простая, но смогла запустить сердце в бешеный галоп. Крохотный обычный вопрос... Но такой желанный и, на первый взгляд, ненастоящий, похожий только на приятный сон. Смотря на короткое сообщение, Кирилла одолевала буря эмоций, вынуждая всё больше теряться в догадках. «Может ли это быть правдой?» «Случайность?» «А может, это вообще ошибка?» Но чем больше он спрашивал, тем глупее себя чувствовал, невольно расплываясь в улыбке. Взяв осторожно гаджет, будто самое дорогое сокровище, он открыл их маленькую переписку, перечитывая последнее ещё раз. Столько хотелось написать, спросить, узнать... Но пальцы, будто живущие сами по себе, быстро настрочили ответ... «Нормально. Не переживай», — отправил. Продолжая смотреть, наблюдая за отсутствием любых признаков прочтения, немного подумав, он добавил: «А ты как?» Отложив в сторону, перевёл взгляд на окно, всматриваясь в далёкую неописуемую даль, искрясь ярким изумрудом за очками. «Может, проведать завтра?» — проскользнула мысль.