Нил: запретная магия

Утро для Нила выдалось довольно тревожным — не только потому, что он так и не смог уснуть, но и потому, что сегодня ему предстояло нормально познакомиться со всеми. На самом деле он бы хотел отодвинуть этот момент подальше и стараться лишний раз не попадаться им на глаза, чтобы не возникали лишние вопросы, но судьба была к нему неблагосклонна: как только он вышел из комнаты, его поймали за руку прямо на спуске с лестницы и усадили на диван между Кевином и Аароном. На Нила смотрела целая куча людей, и от этого он чувствовал себя маленьким диковинным зверьком в зоопарке, что ему вовсе не нравилось. Нил также заметил, что на одном из кресел сидел Мэтт, и удивился, что тот так быстро смог встать на ноги. Видимо, Эбби и Аарон по-настоящему знатоки своего дела и смогли заживить внушительную часть ран. — Привет, я Эбигейл, но все называют меня Эбби, так что и ты можешь, — женщина мило улыбнулась. — Вчера мы так и не поговорили с тобой: сначала я была занята, а потом… Она не стала договаривать, но Нил и без того всё понял. Он перевёл взгляд на темнокожую девушку — та пыталась привести себя в порядок, но у неё это выходило не очень: глаза по-прежнему оставались красными, будто она проплакала всю ночь, хоть сон и немного пошёл ей на пользу. Нил неловко махнул рукой, на что получил фырканье от Аарона. — Ну и что, все рты позатыкали? Давайте, знакомьтесь, — махнул рукой Ваймак и, облокотившись на дверной косяк, сложил руки на груди, наблюдая за недоверчивыми лицами своих подопечных. — Это Нил Джостен. — Ага, уже поняли, — буркнул бритый парень, сидя в кресле, которого Нил до этого ни разу не замечал. — Сет. Парень закатил глаза, когда Ваймак сказал ему нормально представиться. — Сет Гордон. — Я Рене Уокер, — поприветствовала его миловидная девушка со светлыми волосами и разноцветными кончиками. Только сейчас Нил заметил на её шее цепочку с крестиком и подумал, насколько вообще нормально, будучи волшебницей, носить христианскую атрибутику. — Если тебе нужна будет помощь, обращайся, — она мило улыбнулась. Но Нил не верил ей. Он мог разглядеть темноту сквозь маску дружелюбия и решил держаться от девушки подальше, хоть и кивнул на её предложение — больше из вежливости, чем потому, что действительно собирался обращаться к ней. — Дэн Уайлдс, — произнесла Дэн, и Нил подумал, что у неё куда более жёсткий внутренний стержень, чем ему казалось вчера. Дэн сидела на подлокотнике кресла Мэтта, нежно поглаживая его плечи большими пальцами, будто боялась, что если перестанет его касаться, парень может исчезнуть. Тёмная кожа девушки больше не была в саже, а волосы были аккуратно заколоты в пучок, выпуская лишь несколько кучерявых прядей у висков. — Мэтт Бойд, — хрипло произнёс парень крупного телосложения. Вчера Нил заметил, что его волосы торчали, как шипы, но сегодня они спокойно лежали, будто у него не было сил укладывать их снова. Под карими глазами Мэтта пролегли тёмные круги, явно указывающие на болезненное состояние, и Нил мысленно пожелал, чтобы тот поскорее выздоровел. — И ты прости за такое первое знакомство, — попытался улыбнуться парень. — Элисон Рейнольдс, — представилась блондинка. Нил невольно задумался, сколько времени она потратила на сборы. Её волосы были уложены в локоны, на лице — полноценный макияж, на ней было короткое обтягивающее платье, а на ногах — туфли на длиннющем каблуке. Нил подавил желание закатить глаза: если бы на них сейчас напали, очень вероятно, что девушку убили бы первой — в такой одежде невозможно нормально двигаться. — И я сильно разочаруюсь, если ты окажешься скучным. — Постараюсь не оправдать ожиданий, — буркнул Нил себе под нос, но остальные его услышали, и на лице Элисон расцвела самодовольная ухмылка. Нил подумал, что не хочет лишний раз с ней пересекаться. — Он мне уже нравится, — ответила Элисон. Нил заметил, как Сет бросил на него злобный взгляд, который он проигнорировал. Нил уже видел подобные взгляды — слишком много агрессии, за которой по факту ничего не стоит, кроме желания самоутвердиться и проверить чужие границы на прочность. Что ж, он не собирался давать ему такую возможность. — Ну а остальных ты и так уже знаешь, — махнул рукой Ваймак, имея в виду близнецов, Ники и Кевина. Нил кивнул, стараясь переварить и запомнить столько новых имён. Ему казалось, что это будет непросто. — К сожалению, — тихо добавил Аарон, даже не удосужившись поднять на него взгляд. Нил скользнул по нему коротким взглядом, отмечая необоснованную холодность, но быстро отвёл его, не собираясь зацикливаться на такой мелочи. — Аарон, — приструнил его Ники, за что получил лишь закатывание глаз. — А я согласен с мелким, — сказал Сет, и Аарон беззвучно прошептал что-то про мудака. Нил внутренне напрягся, готовый к удару, но того не последовало. — Нам всем нужно понимать, кого мы приютили. Ты хоть палочку держать умеешь? — Умею, — будто выплюнул Нил. Он не собирался оправдываться или что-либо объяснять. Чем меньше он скажет — тем лучше, по крайней мере для него. — А ты докажи в действии, — слишком холодно сказал Сет. Теперь Нил по-настоящему напрягся. — Отвали, — с нотками неприязни выплюнул он, но Сета это, казалось, только раззадорило. Нил видел, как в карих глазах Сета загорелось что-то тёмное, и тот не собирался это отпускать. Нил почувствовал напряжение и осмелился перевести взгляд на остальных, однако все вели себя так, будто ничего не происходило. Сет некоторое время просто смотрел на него, будто пытаясь понять, на что Нил способен, но, не чувствуя угрозы, резко подался вперёд, упираясь локтями в колени и наклоняясь ближе. — Слушай, — продолжил он, лениво постукивая пальцами по щеке. Нил заметил, что тот уже достал палочку. — Тебя вообще хоть кто-то учил? Нил не ответил. Он упрямо смотрел в стену за Сетом, делая вид, что разговор его не касается. — Или ты просто сбежал? — в голосе появилась липкая насмешка. — Типа… не справился? На последних словах Сет нагло улыбнулся, и Нилу захотелось стереть эту улыбку с его лица. — Иди нахуй, — огрызнулся он сквозь стиснутые зубы. Кажется, он прокусил себе десну, так как через мгновение почувствовал до боли знакомый металлический привкус на кончике языка. — А тебя мамаша не учила хорошим манерам, — сквозь натянутую улыбку произнёс Сет. Воздух вокруг Нила разом стал тяжелее, да так, что его можно было потрогать рукой и только так определить его вязкость. Нил и сам не сразу понял, что что-то идёт не так. В ушах у него зазвенело, он чувствовал пульсацию собственной крови, ощущал ненавистный металлический вкус и мог поклясться, что чувствует её запах. Где-то глубоко под кожей начало нарастать знакомое и столь ненавистное ощущение, прямо как перед очередным приступом боли. Его голову чуть ли не разрывало от шума, кровь стучала по вискам в рваном ритме, и Нилу захотелось сжать голову руками, лишь бы немного притупить этот звук. Он увидел, как Сет вскочил на ноги и сделал шаг в его сторону. Палочка была направлена прямо на него, и Нил не успел подумать, прежде чем выставить руку вперёд — чисто из самосохранения. В то же мгновение из его ладони вырвалась прозрачная сфера, больше похожая на сжатый воздух, заключённый в переливающуюся разноцветную окантовку. Она была неровной, с рваными краями, и слишком быстро, чем кто-либо успел бы среагировать, врезалась в Сета, впечатав того в стену. С полок прямо на Гордона посыпались книги, мелкие статуэтки; рядом разбилась ваза, застилая своими осколками пол, и комната, прежде чистая, погрузилась в самый настоящий хаос. Сет попытался встать, но Нил только крепче сжал руку в кулак, пригвождая того к полу. Он чувствовал собственное напряжение: его тело было натянуто, как струна, и он не мог даже пошевелиться, не говоря уже о том, чтобы прекратить то, чем бы это ни было. Кровь по-прежнему стучала в висках, напрочь перекрывая чужие голоса. Он смотрел на всё сквозь неизведанную пелену, которую хотелось разорвать руками, но он мог лишь смотреть на задыхающегося Сета — смотреть и наблюдать за тем, как тот пытается сделать вдох. Кто-то оказался совсем рядом, но Нил не обращал на него никакого внимания. К Сету подошёл Ваймак: он выхватил свою палочку, но Нил одним взглядом заставил ту упасть из руки мужчины. — Прекрати. Этот голос был ему знаком, но из-за шума в голове он не смог его распознать. Он почувствовал, как к его шее прикоснулось что-то тёплое, и на мгновение пелена перед глазами пропала — достаточно, чтобы Нил мог разглядеть окликнувшего его человека. Возле него стоял Эндрю. Его вид ничем не отличался от обычного, однако пустота в глазах сменилась на что-то иное. Нил бы мог сказать, что в его глазах виднелся интерес, но сейчас он ни в чём не мог быть уверен. — Отпусти его, — более чётко сказал Эндрю, и Нил моргнул несколько раз, стараясь расслышать слова. Рука на шее немного надавила, и Нил окончательно смог смахнуть застилавшую глаза пелену. Он сделал глубокий вдох и вновь взял свои эмоции под контроль. Нил опустил руку, чувствуя на коже щекотливое покалывание, которое мурашками ушло вверх по руке. Он перевёл взгляд на Сета, который с помощью Ваймака и Мэтта всё же смог встать на ноги, тяжело кашляя и пытаясь жадно урвать глотки так не хватавшего ему воздуха. Рука на его шее пропала, и Нил рвано вздохнул. Он бы не признался даже самому себе, но нуждался в этом грубом, но тёплом прикосновении. Нил смотрел на свои руки, всё ещё не веря, что чуть собственноручно не задушил Сета. Его руки дрожали, и в висках вновь слишком громко запульсировала кровь. — Я… — он не смог договорить и сделал шаг назад, пытаясь найти опору. — Я не… — Хватит, — оборвал его Эндрю, помогая присесть обратно на диван. Он чувствовал на себе множество заинтересованных взглядов, и Нил больше всего боялся, что ему скажут уйти. Он осмелился поднять взгляд на Ваймака, но тот не был зол — в его лице читались усталость и заинтересованность. — Отлично, — сказал мужчина, но в его тоне не было ничего радостного. — С завтрашнего дня ты будешь тренироваться. Нил кивнул, потому что больше ничего бы и не смог сделать. Он вновь посмотрел на свои руки и с ненавистью сжал их в кулаки — так сильно, что из-за этого, казалось бы, безобидного движения лопнуло окно. — Извините, — сдавленно, почти прошептал Нил, но все остальные его услышали. Эндрю сбоку цокнул, и Нил мог поклясться, что тот закатил глаза. — Это что за нахуй только что был? — Аарон быстрым шагом подошёл ближе к Нилу, и от этого замечания ему захотелось стать меньше, чтобы его и вовсе больше не замечали. — Оставь его, — рявкнул на него Кевин и оттолкнул парня от Нила. Долгое мгновение он изучал того своими зелёными глазами, и Нил видел в них понимание — от этого становилось лишь хуже. — Ты идёшь со мной. Кевин отвернулся от него и сделал несколько шагов, выходя из гостиной, но Нил так и не сдвинулся с места. Он смотрел на свои всё ещё дрожащие руки и не мог понять, что это, чёрт возьми, было. У него и раньше были срывы, в далёком детстве, но он думал, что мог их контролировать. А как показала практика — ни хрена он не может, и это было самое горькое и печальное. Он чувствовал, как на него смотрят. Он ощущал все эти взгляды, и от них ему становилось не по себе, потому что он не чувствовал агрессии ни от одного из них — даже от Сета, который имел полное право злиться. — Вставай, — приказал ему Кевин, и в этот раз Нил повиновался. Не потому что был должен, а просто не желая больше находиться в помещении — на воздухе ему точно станет лучше. — Ну уж нет, пусть сначала объяснит, что за хуйня только что была, — гневно начал Аарон, перекрывая Нилу дорогу. Он хотел бы объяснить, да просто не мог, потому что сам толком не понимал, на что ещё он способен. — Он не знает, — цокнул Эндрю, и Аарон перевёл свой гневный взгляд на близнеца, явно пытаясь выжечь в нём дыру. — А ты, типа, ясновидящий? — огрызнулся он на Эндрю, но тот больше его не слушал. Эндрю сделал несколько круговых движений палочкой, и Аарон резко отлетел в сторону на несколько дюймов, освобождая Нилу дорогу. Аарон что-то крикнул им вслед, но Нил старался не обращать на это внимания. Как только они вышли на улицу, в нос Нила ударил свежий воздух, и он вздохнул полной грудью, только сейчас понимая, как сильно в этом нуждался. Солнце подпекало его тёмную макушку, но это было даже приятно, и ему не хотелось прятаться в прохладу. Кевин вёл его вперёд. Нил уже подумал, что он заведёт его прямиком в лес, но тот остановился неподалёку, и Нила это даже немного разочаровало. — Сделай это ещё раз, — со всей серьёзностью произнёс Кевин, и Нил уже подумал, что тот сошёл с ума. — Что? — не веря, переспросил Нил. — То, что ты сделал, — Кевин нетерпеливо показал на руки Нила. — Повтори. Кевин стоял напротив него слишком собранно, будто только что в комнате никто никого не пытался задушить, и это выбивало из колеи. Кевин вёл себя так, будто его волновала лишь магия Нила, а не её последствия. — Ты издеваешься? — он мотнул головой, делая шаг назад. — Я не знаю, как это сделать. — Знаешь, — спокойно сказал Кевин, и Нил просто не мог поверить в такую упёртость. — Ты глухой? Я. Не. Знаю, — медленно, с расстановкой повторил он, чувствуя, как внутри начинает подниматься раздражение. — Это просто произошло, понятно? Нил никогда целенаправленно не прибегал к магии через эмоции — это всегда происходило непроизвольно. В последний раз из-за эмоциональной перегрузки он чуть ли не сгорел вместе с собственной матерью, и ему по-настоящему было страшно, ведь умирать он хотел меньше всего. Не для этого он провёл в бегах столько лет, чтобы погибнуть от собственной магии. — Ничего не происходит «просто», — отрезал Кевин и сделал шаг ближе, сокращая расстояние. — Ты не палочку дёрнул. Ты не заклинание перепутал. Ты его чуть не убил. Последние слова Кевина повисли в воздухе, и Нил бы захотел повернуть время вспять, потому что он действительно чуть не убил Сета из-за обычного раздражения. — Я не… — он резко замолчал, потому что оправдание звучало бы жалко даже для него самого, а Кевин привёл его сюда явно не за этим. — Что ты почувствовал? — спросил Кевин, внимательно глядя на Нила. От этого взгляда ему хотелось спрятаться. Нил попытался тщетно вспомнить свои ощущения, потому что Кевин, возможно, мог бы помочь ему, но на деле он почти ничего не чувствовал. — Шум, — через несколько минут тихо ответил он, вновь ощущая тот самый гул в голове. — Слишком громкий и… как будто кожа горела изнутри. Кевин кивнул, будто это подтверждало какие-то его догадки. — Ещё. Нил зло выдохнул. — Ты серьёзно сейчас? Мне повторить это, чтобы в этот раз я точно кого-то убил? — Да, — без колебаний ответил Кевин. Нил смотрел на него долгую минуту в неверии, и он уж было подумал, а не попало ли в него сферой, если он предлагает такую глупую и опасную авантюру. — Ты ебанутый. — Возможно, — спокойно согласился Кевин, — но я хотя бы хочу разобраться в твоей силе. Нил коротко усмехнулся, почти беззвучно, больше от нервов, чем от веселья. — Отлично, давай я тогда ещё раз попытаюсь кого-нибудь задушить, а ты скажешь, что это учебный процесс. — Заткнись и попробуй вызвать это снова, — рявкнул на него Кевин, и Нил хотел, чтобы Дэй поскорее отстал от него. Нил хотел было отказаться и просто уйти, но врождённое любопытство победило. Ему ой как не нравилась эта затея, но узнать, на что он способен, действительно хотелось. Нил медленно выдохнул, провёл ладонью по лицу и на секунду закрыл глаза, пытаясь поймать то состояние, которое было там, в гостиной, но вместо этого внутри было лишь пусто и тихо, как после сильного шума, когда уши ещё звенят, а источник уже исчез. — Я не могу это вызвать по заказу, — сказал он, открывая глаза и глядя на Кевина уже с откровенным раздражением. — Это не кнопка. Кевин даже не моргнул. — Тогда найди, что это запускает. — Меня запускаешь ты, — автоматически произнёс Нил и тут же пожалел о сказанном, потому что это хоть и звучало раздражённо, это было слишком честно и слишком близко к правде, которую он не собирался озвучивать. Кевин даже не отреагировал нормально, только чуть прищурился, как будто запомнил, но оставил на потом. — Это тебе не шутка. — Я и не шучу, — Нил коротко усмехнулся, но смех вышел рваным, нервным. — Я просто не хочу случайно разнести тут всё, а потом слушать, как Аарон три дня подряд рассказывает всем, какой я неуравновешенный псих. — Он бы и неделю рассказывал, только дай повод. Нил хмыкнул уже громче, почти против воли, и на секунду ему показалось, что в этом было даже что-то нормальное. Слишком нормальное для людей, которые пару минут назад обсуждали попытку удушения. Нил и моргнуть не успел, как Кевин шагнул ближе. В этом не было ничего угрожающего, как, например, с Сетом — он просто сократил расстояние так, чтобы Нилу стало сложнее отводить взгляд, и это само по себе было раздражающе. — Закрой глаза, — сказал Кевин. — Нет. — Закрой. Кевин бессовестно давил, и Нил посмотрел на него так, будто он предложил лечь под поезд ради практики концентрации, но всё равно медленно закрыл глаза, потому что спорить дальше было бессмысленно, особенно с кем-то вроде Кевина. Нил по-прежнему не доверял ему, Кевин и вовсе выводил его из себя, но сейчас он был единственным человеком, который мог помочь ему разобраться в себе, и в этом он доверится Кевину. — Представь то, что тебя злит. Вспомни те ощущения, когда тебя разозлил Сет, — голос Кевина стал чуть тише, но не мягче, а скорее собраннее. — Не объясняй мне, просто представь. Нил раздражённо выдохнул, но честно попытался. Сначала ничего не было, но через какие-то жалкие мгновения вновь пришёл этот звук. Гул, слишком громкий, будто кто-то находился внутри головы Нила и тарабанил по стенкам черепа. Вместе с этим пришёл сначала Сет. Он вспомнил его голос, улыбку, тупую уверенность, будто он имел право лезть туда, куда не надо. Однако Сет его больше не злил — он прекрасно понимал, что тот делал это специально, чтобы испытать Нила. И тогда Нил вспомнил отца. Он видел его ужасающий оскал. Натан что-то кричал ему, но Нил уже не помнил, что именно. Он ощущал руки на своём теле — его кто-то удерживал, и Нилу было больно, и он злился от этой безысходности, когда не мог пошевелиться, а по его телу медленно резали кончиком палочки, не давая крови сворачиваться. Нил резко сжал пальцы, даже не заметив этого. — Сейчас, — подсказал ему Кевин. Нил попытался сосредоточиться на покалывающем ощущении в ладони, но, когда он открыл глаза, ничего не получилось. Он зло пнул траву, будто именно она была виновницей всех его неудач. — Видишь, у меня не получилось, — развёл Нил руками, и он надеялся, что Кевин скажет ему, что он безнадёжен и оставит его. — Ты просто не старался, — пожал он плечами, и Нилу по-настоящему захотелось ему врезать, — тебе нужен триггер. Нил медленно вздохнул, но воздух всё равно казался тяжёлым. — Ты сейчас звучишь так, как будто я эксперимент. Кевин пожал плечами — слишком честно для такого ответа. — Ты и есть эксперимент, просто живой. Нил смотрел на него долго, и в какой-то момент ему даже захотелось рассмеяться, потому что ситуация была настолько абсурдной, что уже начинала походить на плохую шутку судьбы. А что, если он действительно был экспериментом? Нил никогда не задумывался об этом, потому что ему просто никто об этом не говорил. Но если сильнее копнуть в его прошлое и посмотреть на все его взаимодействия, на его обучение, можно было понять, что у него никогда не было нормального, структурированного образования. Мама рассказывала ему, чему её и других детей учили в волшебной школе Британии — Хогвартсе, и для Нила всё это звучало как нечто абсурдное, но ему так хотелось, чтобы он тоже был там. Ему казалось, что он упустил какую-то очень важную часть жизни, и ему было грустно от того, что он никогда этого не познает. Его обучение началось с пяти лет, когда у него впервые открылись магические способности, и отец взял его под свой контроль. Это не было красиво: у него не было похвалы, была лишь боль и мольба о том, чтобы всё скорее прекратилось. Он помнил, как люди отца издевались над ним, а сам он просто стоял в стороне и смотрел своими хищными глазами, будто Нил был обычной игрушкой. Эта мысль просто выводила его из себя: он до ужаса ненавидел своего отца, но ещё сильнее боялся его, и одна лишь мысль о встрече с ним вызывала самый настоящий звериный страх. — Отлично, — тихо сказал Нил, выплывая из воспоминаний, как из глубокой вязкой жидкости, которая оставила в подсознании неприятный липкий осадок, — тогда скажи мне, гений, как мне не убить следующего человека, пока я разбираюсь в этом. Последнее слово он произнёс почти с ненавистью, обводя себя руками. Кевин не ответил сразу. Потом чуть склонил голову, будто действительно обдумывал вопрос, словно это не было сарказмом. — Ты не будешь один, — сказал он. Нил не ответил. Он только сильнее сжал зубы, потому что это звучало неправильно. Слишком неправильно для его жизни — ведь, как показывала практика, он всегда оставался один. Ты не будешь один. Бред. Нилу захотелось рассмеяться ему прямо в лицо, потому что Нил просто не мог быть не один. Всегда, сколько он себя помнил, он был один. Нет, вокруг всегда была куча людей, но все они ежедневно пытались принести Нилу только боль, и именно из-за них всё его тело было покрыто полосками уродливых шрамов, которые останутся с ним до скончания времён. Да что уж говорить, даже сам Кевин когда-то оставил его одного в незнакомом тёмном замке Эвермора — он предпочёл Рико, а не рыжего мальчика. Всем им было наплевать, конечно, никто не хотел иметь дело с кем-то вроде него, зная, какие страшные вещи творил его отец. — Ты говоришь так, будто ты можешь решить за меня, — сказал Нил и сам почувствовал, какими горькими были эти слова, оставившие после себя неприятный осадок где-то в горле. Кевин не ответил ему. Нил заметил эту перемену в настроении парня, но решил ничего не говорить об этом. Они так и стояли друг напротив друга, и Нил решил сделать первый шаг в сторону дома, оставляя Кевина одного со своими мыслями. Нил на секунду остановился возле входа в гостиную, уже представляя, как на него набросятся с расспросами, но комната была пуста. Нил посмотрел на место, куда приземлился Сет менее часа назад, но все полки были на своих местах, не было ни разбросанных книг и статуэток, ваза стояла наверху целая и невредимая. Нил перевёл взгляд на витражное окно, но разноцветные осколки, прежде разбросанные по полу, были на своих местах, пуская разноцветные блики по комнате из-за яркого солнца. Нил решил, что это Эбби убрала весь беспорядок, ведь волшебница действительно замечательно обращалась с палочкой, и для неё бытовые заклинания явно не были проблемой. Перепрыгивая сразу через несколько ступенек и морщась из-за их скрипа, Нил очень быстро добрался до второго этажа и, даже не оглядываясь на другие комнаты, поспешил в свою и сразу заперся изнутри, чтобы никто лишний раз его не беспокоил. Нил повалился на кровать, прикрывая лицо руками, пытаясь ненадолго абстрагироваться от внешнего мира и остаться наедине со своими мыслями и всё же нормально подумать, что ему следует делать дальше. Но, вопреки всему, Нилу, видимо, никто не даст уединиться, потому что буквально через считанные секунды в его дверь активно затарабанили, да так, что и так довольно старая дверь пошла ходуном. Нил тяжело вдохнул, но встал с кровати, решив отложить свой план действий на более позднее время, когда ему точно никто не будет мешать. Открыв дверь, он увидел Ники, который, только завидев Нила, нацепил на себя одну из лучших своих улыбок, но по нему было видно, что она фальшивая. Парень нервно переминался с ноги на ногу, руки его были спрятаны за спиной, и Нилу, честно говоря, даже не хотелось знать, что он мог за ними прятать. Не дожидаясь приглашения, Ники перешёл порог его комнаты и вытащил из-за спины чёрный целлофановый пакет. На вид внутри было что-то мягкое, но Нил не спешил узнавать, что там. — Эндрю сказал, что ты едешь с нами в Колумбию, — немного неловко начал Ники, — а ты выглядишь… э… в общем, это для тебя. Нил приподнял бровь в безмолвном вопросе, потому что он искренне не понимал, при чём тут его внешний вид и их поездка в Колумбию. Ники замялся ещё сильнее, будто сам уже пожалел, что вообще сюда пришёл, но всё же протянул пакет вперёд, почти впихивая его Нилу в руки. — Ну… ты выглядишь так, будто тебя только что переехали, потом вернули назад и сказали «живи как хочешь», — пробормотал он, отводя взгляд, — и Эндрю сказал, что если ты поедешь в таком виде, то это будет… ну… раздражать. Нил тихо хмыкнул — ну конечно, кого как не Эндрю будет волновать его внешний вид. — Ладно, — недовольно согласился Нил, пальцами зажимая ручки пакета. Тот был довольно лёгким, и Нил решил, что посмотрит содержимое, когда останется один. Ники смотрел на него долгую минуту, и прежде чем Нил успел среагировать, он стремительно сократил расстояние между ними и заключил Нила в крепкие объятия. Нил на секунду застыл. Тело среагировало быстрее, чем он успел подумать: плечи напряглись, пальцы сами по себе сильнее сжали пакет, а дыхание сбилось. Это было слишком близко, и Нил уже хотел оттолкнуть Ники, но тот не держал его силой, и Нил мог спокойно отойти, когда того пожелает. — Ты сильный, — прошептал Ники, и Нил широко распахнул глаза — это не те слова, которые он ожидал услышать. Он был кем угодно, но уж точно не сильным. — Нет, — прошептал он, и Ники выпустил его из объятий, чтобы посмотреть в глаза. — Эндрю был прав, тебе не идут карие, — будничным тоном произнёс Ники, отчего все внутренности Нила разом сжались в маленький комок. Нил на секунду застыл, не отводя взгляда от тёмных глаз Ники, которые искрились чистым дружелюбием. Нил нервно сглотнул и медленно улыбнулся, стараясь принять максимально беспечный и невиновный вид. — О чём ты? — как можно спокойнее спросил Нил, всеми силами стараясь скрыть свою нервозность. Ники пожал плечами, казалось, он и вовсе не замечал накатывающей паники Нила, что было к лучшему. — Ну… Эндрю сказал, — протянул он, — что тебе не идут карие. Типа не твоё. Конечно, кто бы сомневался. Нил отвёл взгляд, делая вид, что его больше интересует пакет в руках, чем этот разговор. — И когда это вы успели обсудить мой внешний вид? — Ну… — он почесал затылок, — когда ты ушёл с Кевином. Просто разговор зашёл, делать было нечего. Иными словами, промыли кости как следует, а ведь немного времени понадобилось. — Он сказал, что у тебя взгляд не такой, — продолжил Ники, явно не замечая, как с каждым словом только усугубляет ситуацию, — слишком тёмный. Не совпадает. Нил сильнее сжал пальцы на пакете. Эндрю был слишком наблюдательным, и это было проблемой. Если Ники и подумал, что это просто обычный факт — что Нилу якобы не идут карие, — то Эндрю уже знал, что это не его родной цвет глаз. Он расслабился — и вот что из этого вышло. Ему нужно быть осторожнее. — Ну, думаю, это вкусовщина, — Нил беспечно пожал плечами, делая вид, что его эта тема никак не волнует, и, видимо, по лёгкой улыбке на лице Ники тот и сам расслабился. — Ну тогда мы выезжаем через час, ты пока собирайся, — Ники указал на пакет и, энергично им помахав, уже собирался скрыться из комнаты, как Нил вдруг вспомнил ночной разговор и дёрнул его на полуслове. — Ники. Тот обернулся сразу, будто и не собирался далеко уходить. — Э… ты не расскажешь, как Эндрю попал сюда? Ники замер. Буквально на секунду, но этого хватило, чтобы Нил заметил — вопрос ему явно не понравился. Он почесал затылок, отводя взгляд, словно прикидывая, стоит ли вообще ему говорить об этом. — Ну… — протянул он, — как ты уже понял, Эндрю и Аарон близнецы. Но познакомились они всего несколько лет назад. — Это как? — Нил нахмурился, не скрывая недоумения. — Ты издеваешься? Ники криво усмехнулся. — Хотел бы. Но нет. У них мать… была не лучшим человеком. И, скажем так, с деньгами у неё тоже не сложилось, так что от одного ребёнка она просто избавилась. Сдала в интернат. Это был Эндрю. Он поморщился, будто сам пожалел, что начал. — С ним там… происходили не самые хорошие вещи. Он особо не распространяется, но, честно, и без рассказов понятно, если посмотреть, каким он стал. Нил ничего не сказал, но по его спине пробежали мурашки: да, по Эндрю действительно не скажешь, что он рос в любящей семье. Ники замолчал на пару секунд, давая словам осесть. — Когда Аарону было пятнадцать, Тильда притащилась к нашему дому вместе с ним, — продолжил он уже тише. — Мои родители… ну, они религиозные до костей. И хуже того — маглы. Ты не подумай, я ничего против маглов не имею, просто, когда в такой семье рождается волшебник… тому живётся непросто. Голос у него дрогнул, и он рефлекторно обхватил себя за плечи, словно от холода. — В общем, Аарон тогда выглядел… паршиво. Тильда с ним тоже не церемонилась. Видимо, у неё совсем всё плохо стало, раз она приперлась к своему брату. — Подожди, — перебил Нил. — Брату? Ники махнул рукой, будто это было самой незначительной частью истории. — Ну да. Мы с ними кузены. Он на секунду задержал взгляд на Ниле, ожидая реакции. — Да, знаю, по нам не скажешь. Нил хмыкнул на это заявление: Нил бы в жизни не догадался, что они родственники, если бы ему об этом прямо не сказали. — Я тогда ушёл из дома вместе с Аароном, — продолжил Ники уже ровнее. — Родителям это, мягко говоря, не понравилось. Пришлось отказаться от… многого. Но я не мог его там оставить. Он пожал плечами, будто это было чем-то очевидным. — И нет, я не жалею. Ни разу. Они — моя семья. Нил на мгновение отвёл взгляд. Слово «семья» звучало как что-то чужое, почти инородное. — Эндрю мы нашли позже, — сказал Ники. — Точнее, сначала не нашли. Какой-то мент перепутал Аарона с ним и начал на него наезжать, звать Эндрю. Тогда-то мы и поняли, что что-то не так. Он коротко усмехнулся, но без веселья. — В итоге выяснилось, что Эндрю сидит в колонии для несовершеннолетних. Когда Аарон попытался с ним связаться, тот его просто послал. — Логично, — тихо бросил Нил. — Да, — кивнул Ники. — Но мы оказались настойчивыми. Слишком настойчивыми, если честно. Он чуть улыбнулся, вспоминая те трудные, давние времена. — В итоге он сдался. Ну… по-своему. Ники выдохнул и провёл рукой по волосам. — А сюда мы попали уже из-за него. Эндрю каким-то образом вышел на Ваймака и Рене. Те его нашли, уговорили… или не совсем уговорили, я до конца не понял. Но в итоге мы все оказались здесь. Комната на секунду снова погрузилась в тишину. Нил смотрел на Ники, но мысли уже ушли куда-то в сторону: кто бы мог подумать, что они действительно окажутся кузенами. Он вспомнил, как между делом обсуждали его глаза. Как будто это было чем-то незначительным. Как будто он сам был чем-то незначительным. — И он просто… привёл вас всех сюда? — тихо спросил Нил. — Типа того, — пожал плечами Ники. — У него свои причины. У него всегда есть причины, даже если он их не объясняет. Нил кивнул, больше для себя, чем для него. Логично, у Эндрю вообще всё было «по-своему». Ники сделал шаг назад к двери, уже собираясь уйти, но на секунду задержался. — Слушай… — он замялся, — не копай слишком глубоко, ладно? У нас у всех тут… не самая простая история. Нил криво усмехнулся. — Угу. Я заметил. Ники кивнул и всё-таки вышел, аккуратно прикрыв за собой дверь. Комната вновь погрузилась в тишину, которую разбивало лишь далёкое пение птиц за окном. Нил остался один. Он медленно опустил взгляд на пакет в своих руках, но не спешил его открывать: время хоть и поджимало, но ему нужно было немного отдохнуть и… переварить. В голове всё ещё крутились чужие слова. Семья. Ты не будешь один. Мы кузены. Нил тихо фыркнул и провёл ладонью по лицу. — Конечно, — пробормотал он себе под нос. — Конечно, блядь, не буду. Но внутри уже поднималось знакомое ощущение — не злость даже, а что-то глубже, тяжелее, и в этот раз Нил не спешил его подавлять. Он сжал пальцы сильнее, ощущая, как ручки пакета впиваются в его кожу, но от этого становилось легче: физические ощущения помогали ему остаться в сознании и не уйти в свою голову, в свои дурные мысли.