Нил: запретная магия

Нил с ног до головы оглядывал себя в зеркале, прибитом к внутренней стороне дверцы шкафа. Наряд от Эндрю на удивление идеально ему подходил, и он не мог понять, как Миньярд смог так точно всё подобрать. Это был довольно простой, но при этом приятный к телу чёрный облегающий лонгслив. Рукава у него расширялись к кистям, спадая мягкими складками, и заканчивались рваными, небрежными краями, почти полностью скрывая пальцы, а на плечах были закреплены тонкие тёмно-красные цепочки, которые тихо позвякивали, сталкиваясь друг с другом при каждом движении. Нил невольно подумал, что это было сделано специально — чтобы его было проще отследить. Штаны были из похожего материала, но плотнее. Свободные, они лишний раз не задевали шрамы, так что двигаться в них было вполне сносно. Вместо ремня — те же самые ублюдские цепи. Нилу хотелось сорвать их к чёрту, но он сдержался. Просто потому, что не мог так поступить с новыми вещами — мать с детства вбила в него привычку бережно относиться к любой одежде. Именно поэтому он годами носил одно и то же. Эндрю продумал всё: на самом дне пакета лежали тёмно-красные кеды, которые буквально кричали: «Вот цель, смотрите сюда». Нилу не нравился его внешний вид. Одежда была качественной, возможно, даже дорогой, но дело было не в этом — он просто не привык выглядеть так. В бегах главное правило — не выделяться. Нужно носить то же, что и все: дешёвое, неприметное, будто ты — часть фона. Людей с таким внешним видом не запоминают. А это… это было прямо противоположное. Ровно через час в дверь постучали. Нил тяжело вздохнул. Ему совершенно не хотелось никуда идти, но он всё же взялся за ручку и открыл дверь. На пороге стоял Кевин. Если Нилу казалось, что он выглядит слишком заметно, то теперь он был готов забрать свои слова обратно. На Кевине была зелёная обтягивающая майка, подчёркивающая цвет его глаз. Поверх — чёрная кофта крупной вязки, больше похожая на сетку, заправленная в синие джинсы. На ногах — тяжёлые чёрные ботинки, в которых ему, скорее всего, станет жарко уже через полчаса. — Идём, все уже внизу, — Кевин поманил его рукой и сразу же развернулся, не дожидаясь ответа. Нил снова вздохнул и пошёл за ним, быстро спускаясь по деревянным ступеням. Они проскочили гостиную и вышли на улицу, где уже собрались остальные — каждый в своём странном, вычурном наряде. На их фоне Аарон выделялся особенно: на нём был обычный серый брючный костюм с белой рубашкой, а пиджак он небрежно перекинул через плечо. — Ого, Нил, да ты красавчик. Думаю, твоя подружка была бы от тебя без ума, — Ники подмигнул ему, явно что-то имея в виду. — Что? — Нил нахмурился, не понимая, к чему тот клонит. — Да ладно тебе. У такого, как ты, точно есть подружка. Вы хоть переписываетесь? — Ники несколько раз ткнул его локтем. Нил отступил на шаг, увеличивая дистанцию. Он окинул Ники взглядом и на секунду задумался, куда вообще можно ехать в таком виде. На нём были чёрные широкие джинсовые шорты до голени, ярко-оранжевый облегающий топ, заправленный внутрь, а сверху — нечто почти прозрачное, с серо-сине-зелёными разводами и рваными краями. Назвать это нормальной одеждой язык не поворачивался. — У меня нет подружки, — коротко ответил Нил, надеясь, что на этом всё закончится. Он ошибся. — Что?! — Ники выглядел так, будто услышал что-то невероятное. — Нет-нет, я тебе не верю. Давай, колись, кто она? — У меня никого нет, — уже раздражённо, чётко разделяя слова, произнёс Нил. Его личная жизнь никого не касалась. Тем более когда её не было. В бегах Мэри строго запрещала ему заводить друзей, не говоря уже об отношениях. Любая привязанность — риск. Любой человек — потенциальная угроза. Однажды он ослушался. В каком-то маленьком прибрежном городке он помог девушке найти её потерявшуюся младшую сестру. В благодарность та чмокнула его в щёку. Мэри это увидела. Когда они остались одни, она, несмотря на боль, использовала на нём несколько тёмных заклинаний. Этого оказалось достаточно, чтобы Нил больше никогда не хотел повторять подобных ошибок. Когда же Мэри успокоилась, она долго плакала и просила прощения у Нила, понимая, что перенимает поведение Натана, и от этого ей было ужасно. Они поговорили, и всё вроде бы пришло в норму, но у Нила остался осадок. Ники нахмурился, явно не веря, и уже открыл рот, чтобы продолжить, но его перебил Эндрю. Нил даже не сразу заметил его — тот стоял чуть в стороне, прислонившись к стене дома. Эндрю бросил в Ники окурок, отвлекая его. — Хватит. Он подошёл ближе, и Ники тут же замолчал, заметно сникнув. Нил невольно задержал на нём взгляд. Эндрю выглядел так, будто эта одежда была его второй кожей. Чёрный топ без рукавов с небольшим воротом подчёркивал линию плеч, открывая руки и делая фигуру ещё более чёткой, почти выверенной до мелочей. Ткань казалась плотной и гладкой, она не мялась и не выбивалась из общего вида, словно держала форму сама по себе. Предплечья Эндрю закрывали тёмные нарукавники, плотно облегающие руки от запястья почти до локтей. Они выглядели совершенно новыми, аккуратными, без единой складки, будто Эндрю следил за ними так же внимательно, как и за всем остальным в своём внешнем виде. Нил ни разу не видел его без них и почему-то был уверен, что это не просто часть образа. Чёрные джинсы сидели идеально — не слишком обтягивали, но и не давали лишней свободы, подчёркивая движения, а не скрывая их. Вместо ремня — та же цепочка, что и у Нила, только на Эндрю она смотрелась не как раздражающая деталь, а как нечто естественное, будто так и должно быть. Она едва заметно звенела при каждом шаге, но в его исполнении даже этот звук казался уместным. На ногах — массивные чёрные ботинки, тяжёлые, с грубой подошвой, но и они не выглядели чужеродно: Эндрю стоял в них так, будто привык к такому весу, будто это была не просто обувь, а часть его самого. Весь его образ был собранным, цельным — не кричащим, как у остальных, но всё равно притягивающим взгляд. Эндрю быстро окинул Нила взглядом, довольно хмыкнув. Видимо, ему всё же понравился его внешний вид, хотя, зная Эндрю, это могло значить всё что угодно. Эндрю развернулся на пятках и пошёл в сторону леса неспешным шагом, даже не оборачиваясь на товарищей, будто заранее знал, что они пойдут за ним. И ведь действительно все пошли. Идти пришлось около двадцати минут, но Нил давно привык передвигаться пешком, так что ему было только в радость лишний раз размять ноги. Они шли сквозь лес по едва заметной протоптанной тропинке, пока не вышли на пустующую поляну с подозрительно короткой травой. Нил оглянулся: поляна будто была скрыта массивными стволами деревьев от чужих глаз, и казалось, что это идеальное место для укрытия. Посреди поляны стояла одинокая фарфоровая статуэтка лисы. Она казалась настолько хрупкой, что стоило только коснуться её — и она бы развалилась. — Что это? — спросил Нил, не совсем понимая, для какой цели они пришли сюда, если вообще собирались ехать в Колумбию. — Портключ, — коротко ответил Кевин, даже не смотря в его сторону. Видимо, он всё ещё был не в настроении из-за их прошлой псевдотренировки. Нил нахмурился, переводя взгляд с Кевина на статуэтку. — Серьёзно? — он скептически прищурился. — Эта штука выглядит так, будто развалится быстрее, чем мы к ней подойдём. — В этом и смысл, — щёлкнул языком Эндрю, уже останавливаясь возле статуэтки. — Никто не полезет проверять. Ники тихо прыснул, но тут же замолчал, поймав взгляд Эндрю. Нил сделал шаг ближе, осторожно, будто статуэтка действительно могла рассыпаться от одного его присутствия. Он присел на корточки, разглядывая лису: гладкая, почти глянцевая поверхность, тонкие лапы, аккуратно вылепленная морда — слишком детализированная для простой безделушки. Он протянул руку, но остановился в паре сантиметров. — И что… просто дотронуться? — Не просто, — сказал Кевин, подходя ближе, — все вместе. — Отлично, — тихо сказал Нил, скривившись. — Звучит безопасно. — Тебя никто не держит, — сухо бросил ему Аарон. Нил тихо фыркнул, но остался на месте. Они присели полукругом вокруг статуэтки. На мгновение стало слишком тихо — даже ветер будто стих, застряв где-то между деревьями. Нил поймал себя на том, что напряжён. Не из-за портключа — к магии он уже начал привыкать, — а из-за самого ощущения: снова куда-то бежать, снова перемещаться, снова неизвестность впереди. Он коротко выдохнул и протянул руку. Пальцы почти коснулись холодной поверхности фарфора. — Один, — начал отсчёт Эндрю, и все протянули руки к лисе, чтобы дотронуться одновременно. — Два. — Три. Нил коснулся статуэтки. Холод фарфора оказался неожиданно резким, почти обжигающим. И в следующую секунду мир резко схлопнулся, забирая Нила с собой. Его резко дёрнуло вперёд, будто кто-то схватил за солнечное сплетение и со всей силы потянул на себя. Нил даже не успел вдохнуть. Воздух выбило из лёгких, а ноги оторвались от земли, и он повис в этом странном, тянущем в никуда пространстве. Вокруг не было ничего — ни леса, ни неба, ни земли. Только рваные пятна света и тьмы, смешанные в один бесконечный вихрь. Его крутануло, потом ещё раз, и ещё — слишком резко, слишком быстро, так, что внутри всё сжалось в болезненный ком. Он стиснул зубы, пытаясь удержаться хоть за что-то, но держаться было не за что. На секунду ему показалось, что он слышит чьи-то голоса — отдалённые, глухие, будто через воду. Может, Ники ругался. Может, Аарон. Может, это вообще было у него в голове. Желудок неприятно скрутило. — Чёрт… — выдохнул он, но звук тут же утонул в этом пустом пространстве. Его снова дёрнуло — на этот раз вниз. Слишком резко. Ноги ударились о землю, и Нил едва удержался, чтобы не рухнуть лицом вперёд. Он пошатнулся, рефлекторно выставляя руку, но ладонь лишь скользнула по чему-то тёплому и шершавому — по земле. Воздух ворвался в лёгкие болезненным рывком. Нил резко вдохнул, потом ещё раз, сгибаясь пополам и упираясь руками в колени. Голова гудела, перед глазами всё ещё плавали тёмные пятна. — Блять… — тихо выдохнул он, пытаясь вернуть контроль над дыханием. — Не драматизируй, — фыркнул Эндрю, ровно стоя на ногах и отряхивая со своего топа невидимый мусор. Нил поднял голову, щурясь из-за слишком яркого, хоть и заходящего за горизонт солнца. Под ногами была уже не мягкая лесная трава, а твёрдый горячий асфальт, и, если бы Нила как-то не так крутануло, он мог бы себе что-нибудь сломать при приземлении. Он медленно выпрямился, оглядываясь по сторонам. Перед ними раскинулся совершенно другой пейзаж: низкие здания, выцветшие стены с граффити, узкие улицы, уходящие куда-то вдаль. Где-то в стороне слышались слишком громкие голоса и смех, уши забило рёвом машин, от которого он уже успел отвыкнуть. Нил машинально провёл рукой по лицу, смахивая пот, который выступил почти мгновенно из-за повышенной влажности. — Колумбия, — восторженно сказал Ники, разведя руки в разные стороны, стараясь обхватить ими всё пространство. От него так и веяло счастьем, и Нил невольно улыбнулся, завидев такого Ники. Всё-таки он был определённо солнечным человеком, и только от одного его присутствия становилось лучше, потому что, по ощущениям Нила, там, где Ники, всегда должно быть солнце — будто оно шло за ним по пятам. — Идём уже, — устало пробубнил Аарон, будто он действительно уже устал от этой компании и хотел поскорее от них избавиться. Тем не менее все проигнорировали недовольный тон Аарона, но пошли в место, куда и собирались, о котором Нил всё ещё ничего не знал. Оказалось, они приземлились буквально через дорогу, в более-менее безопасном месте, где на них не обратили никакого внимания. Они обошли несколько домов и уже стояли на оживлённой улице, полной людей, машин и громких голосов. Голова Нила начала трещать из-за слишком большого количества людей: он слышал каждое сердцебиение, даже не концентрируясь. Он потёр висок, делая вид, что просто смахивает пот. Пробираться через толпу было… непросто. Люди галдели, толкались, возмущались, что они идут без очереди, но, обернувшись на Эндрю, который замыкал шествие, Нил понял, что тому вообще всё равно на общее недовольство. На входе стояли двое довольно крупных мужчин — видимо, охранники. Они перекинулись с Ники парой фраз и, улыбнувшись, пропустили их группу внутрь. Если Нил думал, что снаружи было громко, то, зайдя внутрь, он понял, что барабанные перепонки сейчас просто разорвёт от ужасно громкой музыки, которая, казалось, перекрывала все голоса. Нил попытался не обращать на музыку внимания и сам не понял, как они оказались возле круглого стола на втором этаже, с которого отлично был виден танцпол. Чёрные кожаные кресла были наполированы до блеска, и, судя по структуре заведения, это был какой-то VIP-зал. Ники тут же плюхнулся в кресло, закинув ногу на ногу, как будто это был не клуб, полный потных, пьяных, незнакомых людей, а его комната, где тепло и безопасно. Ники что-то сказал Аарону, но Нил этого не услышал. Мимо Нила протиснулся Кевин, занимая своё место, а Нил так и продолжил стоять, концентрируясь на собственном дыхании, слушая его, а не весь этот шум. Он вздрогнул от неожиданно тёплого дыхания возле своего уха, и шея покрылась мурашками. — Идём, — громко сказал Эндрю и, убедившись, что Нил его точно услышал, мигом отошёл на достаточное расстояние, чтобы не терять Нила из виду, но в то же время дать ему пространство. Нил не стал спрашивать куда, а просто двинулся вперёд за Эндрю, вновь огибая выпивших и танцующих где попало людей. Он уже понял, что спрашивать у этой компании о чём-либо бессмысленно, ведь они навряд ли хоть что-то расскажут о своих планах. Скрытные ребятки, но уж точно не Нилу судить об их решениях. Эндрю ловко проходил сквозь плотную толпу, продвигаясь в одном направлении, будто заранее знал, в какую сторону пойдут люди, и Нил старался не отставать, следуя точно по следам Эндрю. Вновь спустившись вниз по витиеватой лестнице, они оказались прямо у барной стойки, где довольно ухоженный мужчина с забитыми плечами ловко смешивал напитки, управляя шейкером как второй парой рук. — Привет, — махнул рукой мужчина, только заметив Эндрю, перебрасывая шейкер в левую руку. — Не ожидал так скоро вас увидеть. Мужчина быстро скользнул взглядом по Нилу, но, ничего для себя не отметив, вылил в стакан напиток, отправляя тот на барную стойку, где его сразу же перехватила какая-то девушка и скрылась в толпе. — Роланд, — кивнул ему Эндрю, и тот самый Роланд расплылся в улыбке. — Нам как обычно, сделаешь? — Конечно, всё для моих любимых гостей, — подмигнул он, уже начиная смешивать для них напитки. — А что вашему новенькому? Роланд вновь посмотрел на него, ожидая ответа. — Не, я не пью, — помахал рукой Нил, на что Роланд слегка нахмурился. — Есть что-то… безалкогольное? Роланд повернулся к стеллажу за своей спиной и, выхватив какую-то газировку, прокатил её к Нилу по барной стойке. — Сойдёт, — поймав банку на лету, сказал он, толком даже не посмотрев на газировку. Через несколько минут Роланд закончил с их напитками, и перед ними на барной стойке оказалось два полных подноса выпивки. От такого зрелища у Нила чуть глаза на лоб не полезли, ведь он просто не мог понять, как маленькая компания сможет влить в себя столько алкоголя. Эндрю взял один поднос обеими руками и велел Нилу сделать то же самое. Он аккуратно поднял его, ощущая вес всего алкоголя и молясь о том, лишь бы ничего не перевернуть. Они вновь двинулись вверх по лестнице, и, благо, в этот раз людей на проходе было куда меньше — видимо, большая часть уже ушла танцевать на танцпол. Нил опустил поднос на их столик и тут же рухнул на диван возле Кевина, ожидая, пока каждый возьмёт свою выпивку. — Ну, Нил, за твоё вступление, — поднял бокал Ники с ярко-зелёной жидкостью, и Нил невольно подумал, что содержимое похоже на яд. Все проигнорировали псевдотост Хэммика, но взяли по стакану и быстро осушили разноцветные жидкости. Нил скептически покосился на их стаканы, но ничего не сказал. Его банка всё ещё была холодной в руках, пальцы медленно скользили по запотевшему металлу, будто он цеплялся за это ощущение, чтобы не утонуть в происходящем. Он сделал глоток. Напиток был чересчур сладким и приторным, но он сдержался, чтобы не скривиться от вкуса. В следующий раз он возьмёт просто воду, а не это химозное недоразумение. Ники тем временем уже развалился в кресле и что-то оживлённо рассказывал, размахивая руками так, будто без этого его никто не услышит. Сначала Нил не обращал внимания на его лепетание, больше сосредотачиваясь на своём внутреннем спокойствии, пытаясь собственноручно заглушить все лишние звуки. Через несколько минут он смог взять себя в руки, и постепенно практически все сердцебиения заглушились рёвом музыки, которую он уже, к сожалению, остановить не мог. — Эй, Нил, — Ники перетянулся через стол и щёлкнул пальцами прямо перед его лицом, заставив откинуть голову назад чисто рефлекторно. Нил знал, что Хэммик ничего ему не сделает. Нил поднял взгляд на Ники и увидел его чересчур довольную улыбку. — Я тут подумал, — Ники облокотился на спинку дивана и сладко потянулся, — ты у нас уже несколько дней, а о тебе мы вообще ничего не знаем. Ники отпил несколько глотков уже из нового бокала, и Нил посмотрел на немаленькую собравшуюся стопку пустых стаканов. — А что мне говорить? Моя жизнь довольно скучная, — соврал он, пожав плечами и сделав ещё один небольшой глоток газировки. — Ну вот и чудненько, — Ники радостно хлопнул в ладоши. — Тогда тебе нечего скрывать. Нил подавил смешок, спрятав улыбку за банкой газировки. Это суждение было настолько ошибочным, что становилось даже смешно. Нил не мог рассказать о себе почти ничего, ведь любая информация могла выдать его с головой. Он всегда отвечал на вопросы о своей жизни полуправдой, которую с лёгкостью научился сочинять на ходу спустя столько лет, проведённых в бегах. — Ну хорошо, — нехотя согласился Нил, потому что по-другому от него просто бы не отстали. — Отлично! — Ники поёрзал в кресле, устраиваясь удобнее, будто действительно собирался проводить полноценный допрос. — Тогда начнём с простого: любимый цвет? Нил моргнул от неожиданности. — Что? — Цвет, Джостен, — терпеливо повторил Ники. — Обычно у людей он есть. — Это действительно важно? — Конечно, — Ники энергично кивнул. — Вдруг ты любишь бежевый? Тогда я сразу пойму, что тебе вообще доверять не стоит. Аарон шумно вдохнул и залпом выпил содержимое бокала. — Мерлин, заткнись уже. — Не мешай мне социализировать нашего новенького, — отмахнулся от него Ники, как от назойливой букашки, и вновь повернулся к Нилу с нетерпением и нездоровым интересом в глазах, дожидаясь ответа. — Ну? Нил задумался на секунду. Он никогда не думал о такой простой вещи, как «любимый цвет», и даже не был уверен, что у него он есть. Никто просто никогда не спрашивал о такой незначительной детали, да и Нил сам не задумывался. — Серый. Ники уставился на него с таким неподдельным ужасом, будто Нил признался в преступлении. — Кошмар. Ты ещё хуже, чем я думал. Кевин тихо фыркнул в свой стакан. — А у тебя? — неожиданно спросил Нил, чтобы отвести внимание от себя, нежели действительно интересуясь любимым цветом Ники. Ники тут же оживился, придвигаясь ближе к столу. — Оранжевый, очевидно же, — Ники продемонстрировал свой топ, и Нил тихо хмыкнул. Действительно очевидно. — Ладно, дальше, — Ники ткнул в него пальцем. — Любимая еда? — Еда. — Нил! — прикрикнул на него Хэммик, явно недовольный ответом. — Что? — Нил пожал плечами, отпивая газировку. — Я не привередливый. Это тоже было почти правдой. Когда большую часть жизни ты ешь что придётся, иногда голодая по несколько дней, то понятие «любимая еда» просто стирается. — Это не ответ, — тут же возмутился Ники, будто вопрос был настолько серьёзным, чтобы можно было начать спор. — Это буквально ответ. — Нет, ответ — это паста, пицца, мясо, я не знаю, хоть что-нибудь нормальное. А ты сейчас звучишь как человек, который питается исключительно картоном, — выпалил Ники на одном дыхании, активно жестикулируя, из-за чего Аарону пришлось уворачиваться от его рук. — Может, так и есть, — съязвил Нил. Ники подозрительно сощурился, будто пытаясь понять, шутит он или нет, но, судя по лицу Хэммика, тот не понял. — Ладно, тогда на самом деле важный вопрос, — Ники сузил глаза, и на его лице расплылась очень нехорошая улыбка. — Парни или девушки? Нил едва не поперхнулся газировкой. Он резко кашлянул, отводя банку в сторону, а Ники тут же расплылся в такой довольной улыбке, будто только что поймал его на преступлении. — О, так вот куда надо было бить, — победно протянул Хэммик, вливая в себя остатки напитка. — Реакция есть, господа. — Ты ведёшь себя как пубертатная пятнадцатилетка, — с отвращением пробормотал Аарон, быстро бросив взгляд на своего кузена. — Мне двадцать, я имею право, — возразил Ники, тыча в Аарона указательным пальцем. — Это не так работает, гений, — Аарон хлопнул Ники по ладони, и тот обиженно одёрнул её, но через секунду на его лице вновь появилась улыбка, и Нил искренне не мог понять, как в человеке может таиться такое количество эмоций. Нил поставил банку на стол чуть громче, чем собирался. Холодный алюминий неприятно скользнул по стеклянной поверхности. — Я не понимаю, почему тебя это вообще волнует, — раздражённо сказал он. — Потому что мне интересно, — Ники пожал плечами так, будто это и так было очевидно. — Потому что ты загадочный, красивый и милый, а такие люди на дороге не валяются. Нил на секунду завис, тупо пялясь на Ники. Он вообще понимал, что сказал это при всех? Это такая своеобразная шутка, чтобы его поддеть, или он реально так думал? Кевин тихо застонал, откинув голову на спинку дивана. — Почему мы вообще это обсуждаем? — Да, ты можешь флиртовать с ним не в моём присутствии, — брезгливо выплюнул Аарон, двигаясь от Ники ближе к стенке, будто такое мизерное расстояние могло заглушить разговоры. — Потому что это интересно, — возразил Ники, пропустив реплику Аарона мимо ушей, — в отличие от твоих бесконечных разговоров про квиддич. — Это важная тема! — Ориентация Нила — тоже важная тема, Нила. Нил перевёл взгляд на Эндрю, который до сих пор молчал, и Нил понадеялся, что тот сейчас влезет в разговор и оборвёт весь этот цирк, но тот явно не собирался этого делать. Эндрю лениво раскинулся в своём одиночном кресле, медленно попивая свой напиток. Он почувствовал на себе чужой взгляд и тут же посмотрел на Нила. Если обычно его глаза были пустыми и выражали лишь бесконечную скуку, то сейчас Нил заметил в них призрачный намёк на веселье и тут же поспешил отвести взгляд. — Когда же ты наконец заткнёшься, — тихо простонал Аарон, допивая свой алкоголь с таким видом, будто хотел залить им себе глаза. Нил невольно хмыкнул в банку. Эта компания была совершенно ненормальной. Он до сих пор не понимал, как все они умудряются жить под одной крышей и как всё ещё не поубивали друг друга. Хотя… возможно, они были близки к этому каждый день. — Ну? — Ники снова вернулся к нему, упрямо цепляясь за тему. — Ты ещё не ответил. Нил отвёл взгляд в сторону танцпола, где под яркими вспышками света двигалась толпа людей. Честный ответ был бы слишком странным, потому что он действительно не знал. Он никогда не позволял себе задумываться о подобном всерьёз. У него не было на это времени, да и смысла он тоже не видел. Даже когда его поцеловала та девочка, он ничего не почувствовал — ничего, кроме страха, ведь даже тогда он знал, что с ним сделает Мэри. Красивые люди были просто красивыми людьми, ничего большего. — Меня никто не интересует, — наконец сказал он, пожав плечами. На несколько секунд за столом стало подозрительно тихо. Ники несколько раз медленно моргнул, а после резко подался вперёд. Он сощурил глаза и внимательно смотрел на Нила, будто пытался уличить его во лжи. — Да быть не может, — воскликнул он, почти перекрикивая музыку, возвращаясь на своё место. Несколько человек за соседним столиком возмущённо покосились в их сторону, но Ники это явно не волновало. — Что значит «никто не интересует»? — продолжил он с абсолютно искренним ужасом на лице, и Нил тяжело вздохнул, молясь, чтобы этот разговор поскорее закончился. — Типа вообще никто? То есть ты смотришь на людей и ничего не думаешь? Вообще? Аарон сбоку поморщился от его громкости и, приблизившись поближе к его уху, громко крикнул: — Не ори! Ники подскочил от неожиданности и легко оттолкнул от себя кузена. — Почему ничего? Думаю, — возразил Нил. — И? — Что это люди. Кевин тихо фыркнул в стакан. Аарон закрыл глаза ладонью, будто у него началась мигрень. — Он сейчас умрёт, — абсолютно безэмоционально сказал он, кивая в сторону Ники. Когда тот только собирался открыть рот, чтобы продолжить, Аарон перебил его: — Хватит лезть к нему в трусы, — раздражённо произнёс он. — У меня есть действительно важный вопрос. Что за хуйня произошла с Сетом? Нил на секунду замер, но лишь лениво приподнял бровь, будто вопрос его никак не задел. — О, а это на самом деле интересно, — наконец подал голос Эндрю, и Нил почувствовал на себе его колкий, выжидающий взгляд. Нил знал, что рано или поздно от него потребуют ответов, хоть и не ожидал, что так скоро. — Я не знаю, — честно ответил Нил, потому что он на самом деле не знал и не понимал, во что вообще ввязался. Аарон тихо цокнул языком. — Ох, почему же я тебе не верю, — слишком театрально развёл руками он. Голос Аарона сочился ядом, и Нил не мог его винить в этом, но пальцы на банке сжались сильнее, впиваясь в холодный алюминий. — Всё ты знаешь, просто пытаешься строить из себя идиота. Нил перевёл взгляд на Кевина, ожидая, что тот сможет объяснить, раз считает себя мастером, но тот, казалось, вообще не вникал в суть разговора, опустошая очередную рюмку. — Я не контролировал это, — сквозь стиснутые зубы ответил Нил. — И если ты такой тупой, что не сумел сложить одно с другим, то я очень удивлён, как Мэтт после твоего колдовства вообще на ногах держится. Аарон на секунду остолбенел, но через мгновение у него опасно заблестели глаза, и Нил увидел, что он действительно разозлился. — Что ты сказал? — почти прошипел он, не отводя взгляда от Нила ни на секунду. Кевин наконец поднял голову от своего алкоголя, почувствовав, как изменилась атмосфера за столом, переводя взгляд с Аарона на Нила. Нил медленно поставил банку на стол, не отводя взгляда. — Ты услышал. Аарон резко подался вперёд, упираясь ладонями в стеклянный столик. На секунду Нилу показалось, что тот сейчас действительно перелезет через стол. Магия вокруг Аарона едва дрогнула, будто тот был готов вот-вот достать палочку и атаковать Нила на глазах у стольких маглов. — Следи за языком, — процедил он сквозь стиснутые зубы. — Тогда перестань строить из меня преступника, — тут же бросил Нил в ответ. Раздражение, которое копилось в нём весь вечер, начало вылезать наружу, и Нил не был уверен, хочется ему этого или нет. — Я вообще не просил втягивать меня в это дерьмо. — О конечно, бедный Нил совершенно случайно устроил магический выброс и чуть не размазал человека по стене, — язвительно выплюнул Аарон. — Я уже сказал, что не контролировал это. — А я сказал, что не верю тебе. Воздух между ними будто натянулся, пропитываясь негативными эмоциями, и Нил сам не заметил, как сильнее сжал пальцы, и банка жалобно хрустнула в его руке. Где-то сбоку тихо выругался Ники. — Эм… Ребят? Но его уже никто не слушал. — Ты даже не представляешь, что сделал, да? — продолжил Аарон, и теперь за раздражением в его голосе Нил отчётливо слышал что-то ещё. Страх. — Да если бы… — Да откуда мне было знать? — резко перебил его Нил. — Я вообще не понимаю, какого чёрта со мной происходит. Несколько людей за соседними столами обернулись на повышение тона, но Нилу уже было плевать. Голова гудела от музыки, алкоголя вокруг и чужих эмоций, которые будто начали давить со всех сторон разом. И среди всего этого хаоса и переизбытка эмоций он почувствовал что-то ещё. Что-то очень холодное на подкорках его сознания, будто кто-то осторожно провёл пальцами по внутренней стороне его черепа. Нил чувствовал чужое присутствие под своей кожей, и по телу пробежали ледяные мурашки. Его тело кричало ему об опасности, и единственной верной мыслью было: беги. Но Нил упрямо оставался на месте. Он чересчур медленно повернул голову в сторону Эндрю, который неотрывно смотрел на него, но его глаза оставались пустыми, будто он сейчас и вовсе находился не с ними. На его лбу появилась лёгкая морщинка — единственная, выдававшая его положение. И в ту же секунду Нил всё понял. Мэри рассказывала ему о таких волшебниках. Они были способны залезать в чужие головы и вытаскивать чужие мысли, воспоминания, эмоции. Вторжение обычного легилимента легко можно было почувствовать, потому что проникновение в чужие мысли всегда требует силы, и человек, чьи мысли читают, обычно испытывает сильную боль. Эндрю был настоящим мастером: он настолько аккуратно пробирался к нему в голову, что Нил сначала даже ничего не почувствовал — и не почувствовал бы, будь он обычным парнем. Но годы скитаний и вечная паранойя, передавшаяся ему от матери, сделали своё дело, и Нил обращал внимание на каждую мелочь. Нил вскочил так резко, что сам не ожидая задел стол, опрокинув несколько пустых стаканов на пол и привлекая к себе лишнее внимание остальных посетителей. — Не смей лезть мне в голову, — голос Нила сорвался почти на шипение, но прозвучал куда громче, чем он хотел. На секунду вокруг стало настолько тихо, что казалось, эта тишина заглушила собой даже непрекращающуюся музыку. Она превратилась в далёкий фон, наконец перестав нервировать Нила. Ники замер с открытым ртом, так и не успев сказать свою фразу, и Нил подумал, что это даже к лучшему — мало ли что он мог сказать в этот раз. Кевин наконец опустил свой стакан с громким стуком, полностью погрузившись в разговор. Хоть перед его глазами и была алкогольная пелена, он, казалось, всё ещё был в состоянии понимать происходящее, и, судя по тому, как взметнулись вверх его брови, он всё понял. Аарон был единственным, кроме Эндрю, кто никак не поменялся в лице. Он неотрывно смотрел на Эндрю, ожидая, что скажет именно он. На Нила ему уже было откровенно наплевать. Нил перевёл взгляд обратно на Эндрю, который, не отводя глаз, осматривал его сверху вниз, и в этом взгляде не было ни оправдания, ни отрицания. От этого кулаки Нила непроизвольно сжались, и ногти больно впились в ладони. — Сядь, — спокойно сказал ему Эндрю, и из-за этого тона Нилу захотелось ему врезать. Он продолжил стоять на своём месте, пытаясь глазами прожечь дыру в черепе Миньярда. — Сядь, — повторил он уже с нажимом. — И так уже все пялятся. Нил окинул взглядом соседние столики. И правда, около половины зала сейчас смотрело на них и явно ждало драки. Нил не собирался выяснять отношения на публике, поэтому послушно сел на своё место, но затылком всё ещё ощущал на себе чужие взгляды. — Доволен? — холодно бросил Нил. Эндрю ответил не сразу. Он продолжил смотреть на Нила слишком спокойно для человека, которого тот хотел чуть ли не собственноручно придушить из-за вторжения в личное пространство. — Нет, — наконец произнёс он, и уголок губ Нила непроизвольно дёрнулся в раздражении. — Тогда какого хрена ты вообще полез? — Потому что ты врёшь. Ответ прозвучал слишком быстро, и Нил почувствовал, как внутри него снова начинает закипать злость. — И это даёт тебе право копаться у меня в голове? — Если ты опасен для моей семьи — да. Нил закрыл рот моментально, не дав следующим словам сорваться с языка. Он не ожидал настолько прямого и честного ответа от человека, который втихаря пытался залезть к нему в голову и насильно выведать его тайны. Ники неловко заёрзал на своём месте, явно не понимая, стоит ли вообще вмешиваться или просто продолжить наблюдать. — Я ничего вам не сделал, — уже тише сказал Нил, чувствуя, как напряжение медленно сдавливает органы изнутри. — Сет с тобой не согласится. — Я не хотел этого, — уже чуть ли не прокричал Нил, потому что только так можно было донести свои мысли. Несколько человек снова обернулись на повышенный голос, но Нилу уже было плевать. Эндрю слегка наклонил голову, продолжая смотреть прямо ему в глаза, считывая каждую эмоцию на лице Нила. — Я знаю. Эти слова ударили по его внутренностям так, будто это были не слова, а мощное заклинание, попавшее ему прямо в рёбра. В его словах не было ни подозрений, ни обвинений, и от этого становилось только хуже. Будто Эндрю действительно мог разглядеть в Ниле то, что он всё ещё не мог понять. Будто он видел тот страх, панику и полное отсутствие контроля, за которое Нил так пытался ухватиться всё то время, что себя помнил. Нил сглотнул, чувствуя, как вся та злость, скопившаяся в нём за столь короткий промежуток времени, уходит на второй план, освобождая место для чего-то очень неприятного и удушающего. — Тогда зачем?.. — тихо спросил он, не желая больше смотреть на Эндрю и вместо этого переводя взгляд на свои руки, будто на них был написан ответ на все его вопросы. — Потому что хотел понять, врёшь ты или нет, — беспечно пожал плечами Эндрю, и из Нила вырвался нервный смешок, который он не успел подавить. Ситуация была до того абсурдной, что Нил всё ещё не мог поверить, что это происходит именно с ним. В его голову пробрался посторонний человек, и одна только эта мысль вселяла в него самый настоящий ужас. — И что? Понял? — так же тихо спросил он, надеясь, что его голос не звучит жалко. Взгляд Эндрю на мгновение расфокусировался, будто он искал что-то в собственной голове, а потом он коротко пожал плечами. — Ты не понимаешь, что с тобой происходит. Он подтвердил то, что Нил пытался доказать всем какое-то время назад, и от этого ему стало немного легче. Будто тяжёлый узел внутри наконец развязался, и он смог вдохнуть полной грудью. — Никогда больше не лезь ко мне в голову, — сказал он спустя несколько секунд, всё же подняв взгляд на Эндрю. На его лице едва дёрнулся уголок губ. — Тогда научись закрывать её. — Что? — нахмурился Нил, не понимая, о чём он говорит. — Окклюменция, — впервые за весь разговор подал голос Кевин, устало потерев переносицу. — Защита сознания от легилименции. Если рядом сильный легилимент, а ты не умеешь ставить ментальные щиты, то твои мысли для него как открытая книга. — В точку, — кивнул ему Эндрю, делая глоток своего напитка. — Твои мысли слишком громкие. Нил нахмурился. Как это вообще понимать? Что значит «слишком громкие» и как это контролировать? Если раньше он никак не интересовался сокрытием своего сознания, то, видимо, начать практиковаться сейчас — самое время, ведь он больше не хотел, чтобы кто-то врывался в его голову. Если Эндрю в своём возрасте достиг такого уровня легилименции, то что же могут другие?.. В эту же секунду Эндрю позвонили, и он лениво приложил телефон к уху, будто вовсе не желая общаться с этим человеком. — Да, тренер, — отозвался он, и Нил понял, что тому звонил Ваймак. Эндрю долго молчал, впитывая каждое слово мужчины, и на его лбу появилась задумчивая морщина — такая редкая для вечно апатичного Миньярда, что внутри Нила что-то неприятно кольнуло, предупреждая об опасности. — Что? — переспросил он, не веря словам Ваймака. — Вот блять, — зло сказал он сквозь стиснутые зубы и сильнее сжал телефон в руке. — Да, мы скоро будем. Он с силой убрал телефон и посмотрел на свою компанию, которая ожидала пересказа разговора. — Морияма объявили войну. Слова Эндрю над столом повисли тяжёлым камнем, который вот-вот раздавит всю их компанию. Стакан Кевина выпал из его рук, громко ударившись о пол и разливая янтарную жидкость по тёмной плитке, смешиваясь с осколками. Нил посмотрел на Дэя и ужаснулся мертвенной бледности его кожи. Лёгкая улыбка, державшаяся на его лице на протяжении всего вечера, разом превратилась в ровную линию, и Дэй стал больше похож на гипсовую статую, чем на живого человека. В зелёных глазах волшебника, прежде излучавших уверенность, томился самый настоящий страх, и по телу Нила прошёлся холодок. Ведь Кевин Дэй не был похож на человека, который боится.