Нил: запретная магия

Нил даже не заметил, как прошла целая неделя после его приезда. Ники был прав — Кевин действительно гонял его так, что свободного времени просто не оставалось, и вечером, как только Нил переступал порог своей комнаты, он буквально падал на кровать и намертво засыпал, искренне надеясь, что проснется только к обеду. Но даже тут Кевин не давал ему поблажек. Рано утром его дверь с грохотом распахивалась, и уже через двадцать минут они вновь уходили на задний двор, где Нила ждали очередные часы тренировок, после которых мышцы ныли так, будто их методично разрывали изнутри. Он слышал перешептывания остальных после того, как вымотанный возвращался в дом, но у Нила даже не оставалось сил прислушиваться, о чем они могли говорить, да и, если честно, ему было все равно. Он уже решил, что надолго тут не останется. По крайней мере, Нил очень старался убедить себя именно в этом. — Джостен, — рявкнул Кевин где-то совсем рядом. Нил резко вскинул голову, только сейчас понимая, что уже несколько секунд просто стоит посреди поля и пялится в одну точку, напрочь не слушая Кевина. — На поле боя тебя бы уже убили, — холодно бросил он, посылая в Нила очередное заклинание. Нил успел выставить перед собой щит в ту же секунду, как красный луч почти добрался до его тела, и облегченно выдохнул. — Как хорошо, что мы не на поле боя, — съязвил он, уклоняясь от брошенного Экспеллиармуса. Кевин наконец опустил палочку, давая понять, что наступил долгожданный перерыв. Нил без сил осел на траву, ощущая, как джинсы начинают пропитываться влагой после ночного дождя, но решил не обращать на это внимания. Гораздо больше его волновал отдых. Он опустил голову, смотря на свои руки, которые мелко дрожали от усталости после очередного часа дуэльных упражнений. За последнюю неделю Кевин окончательно превратился в помешанного. Если раньше он хотя бы иногда делал перерывы, давая время на более-менее нормальный отдых, то теперь, казалось, поставил себе цель либо научить Нила нормально колдовать, либо закопать его прямо на заднем дворе. И Нилу начало казаться, что второй вариант более вероятен. Нил понимал, что Кевин сейчас на нервах из-за Морияма, как и все остальные, но если ребята все же выделяли время на полноценный отдых, то Кевин терзал тренировками не только себя, но и Нила, который так удачно попался под руку. После новостей о нападении в Ильверморни Ваймак получил еще несколько сов из «Нью-Йоркского призрака», где более детально были описаны последствия нападения, но, как ни странно, пострадавших оказалось на удивление мало. Несколько учеников, которые неудачно оказались на пути у Воронов, ведь их целью, как выяснилось, были древние артефакты. Директор Агильберт даже дал журналистам целое интервью, но отказался рассказывать, какие именно артефакты были утеряны. Причину он, конечно же, не назвал. — Нил, — послышался знакомый голос позади него, и Нил нехотя повернул голову. Посреди поляны стояли Рене и Элисон, выжидающе глядя на него сверху вниз, и Нил уже внутренне напрягся, совсем не ожидая увидеть девушек в такой час, да еще и в самый разгар тренировки, когда Кевин был особенно невыносим. Кевин, стоящий чуть поодаль, заметно напрягся. — Что вы тут делаете? — недовольно спросил он, скрещивая руки на груди. — У нас тренировка. — Именно поэтому мы и пришли, — мягко улыбнулась ему Рене, будто его тон вообще не имел никакого значения. — Вы уже неделю не вылезаете с этого поля. Эбби начинает переживать, что ты окончательно его угробишь. Нил вскинул голову на девушку и моментально нахмурился. Какое им вообще дело до его состояния? Нил никогда никому не жаловался. В его приоритете были тренировки, и он был обязан как можно скорее обучиться и сбежать из дома, чтобы не навлечь неприятностей на этих волшебников. — Эбби переживает обо всех подряд, — возразил Кевин, подходя ближе. — Потому что кто-то должен это делать, — невозмутимо вставила Элисон, поправляя светлые волосы. Ее взгляд скользнул по Нилу, задержавшись на дрожащих руках. — О Мерлин, ты выглядишь так, будто тебя переехал гиппогриф. — Я в порядке, — уже по привычке ответил Нил, но по скривившемуся выражению лица Элисон понял, что она ему не поверила. Рене присела перед ним на корточки и протянула бутылку воды. Нил косился на нее несколько секунд, раздумывая, стоит ли вообще принимать воду, но, прикинув все за и против, все же взял бутылку, хотя и не спешил открывать ее, несмотря на ужасную жажду. — Спасибо, — тихо поблагодарил он, чувствуя, как пересохло горло. Кевин раздраженно выдохнул через нос. — Все, перерыв окончен. Нил уже собирался подняться с мягкой травы, как на его плечо опустилась женская рука, чуть надавливая вниз. — Нет, — неожиданно сказала Элисон, не спеша убирать руку с его плеча. Нил постарался отстраниться от Рейнольдс, но та либо не замечала его попыток, либо просто игнорировала их. Кевин уставился на нее так, будто она лично оскорбила всю его родословную. — Что значит «нет»? — Это значит, что ты выглядишь как психопат, Дэй, — невозмутимо сказала она, рассматривая свой маникюр на свободной руке. — Ты гоняешь его с утра до ночи, еще немного — и он начнет видеть вспышки света. Нил хотел сказать, что уже видел вещи и похуже, но благоразумно решил промолчать. Кевин перевел на него взгляд. — Ты устал? — спросил он так, будто ответ изначально должен был быть отрицательным. Его тело ломило так сильно, что даже сидеть было неприятно, однако он все еще находился здесь, потому что ему нужно было обучиться магии, и совершенно неважно, насколько плохо он себя чувствовал. Он все равно продолжит тренироваться. — Я в порядке, — повторил Нил, стараясь сделать голос живее. Элисон вскинула бровь. — И ты ему веришь? — возмущенно спросила она, переводя взгляд на Дэя. — Да он сейчас сознание потеряет. — Он не развалится, — упрямо сказал Кевин, но уже куда менее уверенно. Казалось, он только сейчас нормально посмотрел на Нила и увидел, в каком состоянии тот находится на самом деле. — Кевин, никто не говорит тебе прекращать тренировки. Но ты ведешь себя так, будто конец света наступит уже завтра. — Рене подошла ближе к нему, заглядывая в зеленые глаза, словно хотела, чтобы ее слова звучали убедительнее. Нил заметил, как Кевин едва заметно сжал челюсть и отвел взгляд в сторону леса. Именно этого Кевин и боялся. — Может и наступит, — тихо сказал Кевин, больше для себя, чем для кого-либо. Нил почувствовал, как внутри снова неприятно зашевелилось то напряжение, которое последние дни висело в доме почти постоянно. Хоть все и пытались жить как обычно, шутили за завтраком, ругались и спорили, новости продолжали приходить. — Именно поэтому тебе нужно иногда думать и о себе тоже, — Рене мягко дотронулась до его руки, стараясь донести свою мысль через прикосновение. — Если ты загонишь себя до полусмерти, это никому не поможет. Нил впервые за неделю видел, как Кевин действительно выглядит уставшим. Не раздраженным или злым, а именно вымотанным. Таким он видел его в первое утро после новостей о нападении Морияма. Под глазами залегли темные круги, пальцы крепче обычного сжимали палочку, а плечи были напряжены так сильно, будто он вообще не помнил, что такое расслабление. — У нас остался еще час, — упрямо продолжил Кевин, вырывая руку из мягкой хватки Рене. Элисон закатила глаза. — О Мерлин, ты безнадежен, — проворчала она, запрокидывая голову к небу. Рене тихо хмыкнула и повернулась к Нилу. — Вообще-то мы пришли позвать тебя в город. Нил непонимающе нахмурился. — Зачем? — Потому что ты неделю сидишь либо в доме, либо на этом поле, — ответила Элисон так, будто это было очевидно. — И выглядишь так, будто вот-вот одичаешь. — Я не… — Одичаешь, — перебила она, рассекая рукой воздух. — Уж поверь, я разбираюсь в таких вещах. Нил перевел взгляд на Кевина, ожидая, что тот откажет за него, но Дэй лишь устало потер переносицу. — Но… тренировка, — попытался возразить Нил, уже заранее зная, что проиграет в этой словесной схватке. — А вы потом продолжите, — предложила Рене. — Ничего не случится, если ты несколько часов побудешь с кем-то еще помимо Кевина. Нил вновь перевел взгляд на Кевина. Тот выглядел так, будто очень хотел поспорить, но в итоге лишь тяжело вздохнул. — Два часа, — бросил он Нилу, выставляя два пальца. — И вечером продолжим. Элисон победно улыбнулась, хлопнув в ладони. — Смотри-ка, он все-таки умеет быть человеком. — Не начинай, — оборвал ее Кевин, уже уходя с поля и оставляя Нила на растерзание девушек. Он медленно поднялся с мокрой земли, чувствуя, как неприятно тянут мышцы после тренировки. Он посмотрел на девушек и понял, что эти два часа действительно будут незабываемыми. Это будет катастрофа. — Это определенно будет катастрофа, — довольно протянула Элисон, будто прочитав его мысли. Нил моментально напрягся. — Я сказал это вслух? — Нет, но у тебя на лице все написано, — фыркнула она, разворачиваясь в сторону дома. — Пойдем, тебе нужно переодеться. В таком виде тебя никуда не пустят. Нил опустил взгляд на свои грязные джинсы и промокшую толстовку. На рукаве виднелся свежий прожог от заклинания Кевина, а кроссовки после тренировки выглядели так, будто он копал в них могилы. — У меня нет другой одежды, — нехотя признался Нил, направляясь следом за девушками. Элисон остановилась так резко, что Нил чуть не влетел в ее спину. — Ты приехал в одной толстовке? — скептически спросила она, быстро оглядывая его с головы до ног. — У меня есть еще две, — признался он, и от взгляда, который бросила на него Элисон, ему стало неловко. Рене тихо хмыкнула, беря подругу под руку. Элисон выглядела так, будто слова Нила очень серьезно оскорбили ее. — Мы это исправим, — легко предложила Рене. — Нет, — перебил ее Нил. Девушки синхронно переглянулись. — Мне не нужны подачки. — Тебе нужно буквально все, — с нажимом сказала Элисон, — начиная с нормальной одежды и заканчивая человеческим видом. — Правда, не стоит, — уже тверже сказал Нил, и он заметил, как Элисон закатила глаза. — Хорошо, это будет подарок на… — она покрутила запястьем, будто вспоминая праздники. — День рождения. Кстати, когда он у тебя? — В марте, — с легкостью соврал Нил. — Ладно, — пожала плечами Элисон. — Значит, это будет очень запоздалый подарок на день рождения. Проблема решена. Нил понял, что спорить с ней бесполезно. Уже через полчаса они втроем стояли на одной из улиц магического квартала Нью-Йорка, скрытого от посторонних глаз. Нил невольно замедлил шаг, оглядываясь по сторонам. Улицы здесь были узкими и шумными, настолько переполненными людьми и магией, что у Нила поначалу зарябило в глазах. Со всех сторон доносились голоса, смех, звон стекла и тихое потрескивание чар. От радостных визгов детей, которые вместе со своими родителями спешили приобрести товары перед поступлением в школу, начинала кружиться голова. Маленькие волшебники носились между взрослыми, размахивая новенькими палочками и пытаясь колдовать прямо на ходу. У кого-то из детей из кончика палочки вылетали разноцветные искры, у кого-то — лишь слабый дымок, но восторга от этого было не меньше. Один мальчишка лет десяти с громким хохотом гонялся за зачарованной жабой, которая упрямо выпрыгивала из его рук и квакала человеческим голосом что-то очень оскорбительное. Рядом девочка в школьной мантии с серебряными нашивками почти висела на руке матери, выпрашивая купить ей миниатюрного дракона в клетке. Существо размером с ладонь раздраженно пыхтело дымом и щелкало зубами на каждого прохожего. Нил с какой-то печалью смотрел на счастливые лица детей, которые прилипали к движущимся витринам и выпрашивали у родителей очередную диковинку. Он тоже мечтал об этом в детстве. До того, как магия начала ассоциироваться у него не с чудом, а с кровью и болью. Он отвел взгляд, рассматривая переливающиеся вывески, искрящиеся самыми разными чарами. Над одной из лавок золотые буквы плавали прямо в воздухе, складываясь в название магазина и снова рассыпаясь мерцающими искрами. На другой вывеске нарисованный кот лениво переворачивался с боку на бок и сонно приоткрывал светящиеся глаза каждый раз, когда кто-то проходил мимо двери. Из приоткрытых окон доносились самые разные запахи. Свежая выпечка смешивалась с дымом магических зелий, пряностями, горячим шоколадом и чем-то сладким, от чего у Нила сводило желудок. Где-то неподалеку продавец громко зазывал покупателей попробовать самопомешивающийся чай, а через дорогу ведьма ругалась с владельцем лавки артефактов из-за бракованного амулета, который теперь искрил прямо у нее в кармане. Мимо Нила пролетел заколдованный бумажный самолетик, едва не задев его щеку. Он сделал резкий вираж в воздухе и с тихим хлопком врезался в дверь ближайшей булочной. Спустя пару секунд дверь открылась сама собой, и сонный парень в фартуке вытащил из ручки сложенное письмо. Нил проводил самолетик взглядом и подумал, что это, видимо, был местный способ общения. Над головами медленно проплывали зачарованные фонари, несмотря на дневное время, а между домами то и дело вспыхивали слабые магические разряды от случайных заклинаний. Где-то неподалеку спорили двое волшебников, и их палочки нервно искрили прямо в воздухе, будто тоже участвовали в ссоре. Нил поймал себя на том, что не может отвести взгляд от происходящего. Сердце нервно билось где-то под ребрами, переполненное почти детским восторгом от увиденного. Он никогда не жил среди волшебников вот так. Здесь люди колдовали так же естественно, как и дышали. Магия не выглядела оружием. Не была способом причинить боль или заставить кого-то страдать. Она просто была частью повседневной жизни, вплетенной в каждый звук, движение и даже воздух вокруг. И от осознания этого внутри что-то неприятно сжалось. Потому что Нил вдруг слишком отчетливо понял, насколько сильно у него украли нормальную жизнь. — Не отставай, — бросила ему Элисон, оглядываясь через плечо, хватая его за рукав и утаскивая дальше по улице. Нил моментально напрягся от прикосновения, но девушка уже отпустила его почти сразу, как он с ними поравнялся. Они свернули в более оживленную часть улицы, и Нил почувствовал, как внутри слишком быстро начинает подниматься знакомое напряжение. По его предположению, это была центральная улица всего магического квартала, и на ней была целая тьма людей. Да не просто маглов, а самых настоящих волшебников, и Нил не знал, были ли они обычными покупателями или наемными убийцами, высматривающими свою новую жертву. Элисон вновь ухватила его за рукав, затаскивая в какой-то модный бутик. Над входом тут же звякнул колокольчик, но звук у него был слишком странным и мелодичным, будто кто-то провел мокрым пальцем по горлышку хрустального бокала. Нил едва успел переступить порог, как дверь за их спинами захлопнулась сама собой, отрезая шум улицы. Внутри стало заметно тише, и лишь под потолком играла негромкая музыка. Бутик оказался намного больше, чем выглядел снаружи. Потолок уходил вверх на несколько этажей, а вдоль стен тянулись ряды одежды, подсвеченные мягкими золотистыми чарами. Мантии, свитера, рубашки плавно покачивались на вешалках без единого сквозняка, будто магазин и вовсе дышал собственной жизнью. Над манекенами лениво кружили маленькие зачарованные мотыльки, оставляя за собой мерцающую пыльцу. Где-то в дальнем углу ткань сама складывалась аккуратными стопками, а длинная измерительная лента летала по залу как живая, периодически обвивая худых покупателей за талию и что-то недовольно пища. Нил застыл у входа, чувствуя себя максимально неуместно среди всей этой роскоши. Его старая толстовка с прожженным рукавом и грязные кроссовки выглядели здесь почти оскорбительно. — Даже не начинай, — протянула Элисон, моментально заметив его выражение лица. — Я ничего не говорил. — Но подумал, — фыркнула она. — Расслабься, Джостен, тебя никто не будет продавать в рабство за пару футболок. Рене легонько улыбнулась, проходя мимо него к ближайшим стойкам с одеждой. — Можешь считать это благодарностью за то, что терпишь Кевина уже неделю, — сказала она, заправляя короткие волосы за уши. — Я не просил, — угрюмо возразил Нил, проходя вперед по салону. — Вот именно, — перебила его Элисон. — Поэтому мы и делаем это сами. Нил открыл рот, собираясь снова возразить, но в этот момент прямо перед ним материализовалась ведьма-консультант. Буквально материализовалась. Еще секунду назад её здесь не было, а теперь перед ними стояла высокая женщина в темно-фиолетовой мантии и с идеально уложенными вьющимися серебристыми волосами. — Добро пожаловать в «Clair de Lune», — пропела она с ярко выраженным французским акцентом и широкой профессиональной улыбкой, в искренность которой Нил ни на секунду не поверил. — О, дорогой, вам срочно нужна помощь. Нил едва не попятился. — Ему нужны новые джинсы, обувь, свитера, футболки, желательно что-то кроме этой несчастной толстовки и хоть одна приличная куртка, — безжалостно перечислила Элисон, уже начиная перебирать одежду на ближайшей стойке. — И желательно что-то удобное, — мягко добавила Рене, принимая одежду, которую выбирала Элисон. — Он много тренируется. Ведьма понимающе кивнула, принимая страдальческое выражение лица. — Бедное дитя, — покачала она головой, и Нилу захотелось уйти из этого цирка. Женщина махнула пальцем в его сторону, и с громким свистом из другой комнаты вылетела измерительная лента. Она обвила талию Нила, недовольно пища, после чего сразу принялась за его бедра, грудь и рост. Нил стоял как вкопанный, не смея даже дышать. У него было четкое ощущение, что, если он сделает хоть одно неверное движение, эта лента его придушит. — Я могу выбрать себе одежду сам, — мрачно сказал он, как только освободился от ленты. Элисон медленно повернула к нему голову. — Нет, не можешь. — Могу. Она выразительно посмотрела на его толстовку. — Это не выбор, а крик о помощи. Рене тихо хихикнула, прикрывая рот рукой. — Ох, Нил, лучше не спорь с ней. — В руках у Рене уже была приличная стопка одежды, и Нил удивлялся, как ей не тяжело все это держать. Через несколько минут его отправили в примерочную примерять все, что выбрала для него Элисон. Примерочная представляла собой небольшую круглую комнату с высоким зеркалом во всю стену и мягким светом под потолком. Шторы вместо двери сами закрылись за его спиной, стоило ему только зайти внутрь, и Нил тут же почувствовал себя пойманным в ловушку. В руках у него оказалась целая гора одежды. По его подсчетам, прошел уже час после окончания тренировки, и, если он не хотел, чтобы Кевин был в еще более мерзком настроении из-за опоздания, ему стоило поторопиться. Нил быстро стянул через голову толстовку, поморщившись, когда ткань задела свежий синяк на ребрах. После сегодняшней тренировки все тело ощущалось одним сплошным ушибом. Он замер, поймав свое отражение в зеркале. За последнюю неделю он немного набрал в весе с помощью Эбби и больше не выглядел сплошным набором костей, обмотанным кожей. Лицу вернулся естественный румянец, и он уже не походил на живой труп. Но одного взгляда на шрамы хватило, чтобы ему захотелось отвернуться. Весь его торс и предплечья были изуродованы старыми отметинами, начиная от обычных порезов и ожогов и заканчивая крупными магическими рубцами. Он перевел взгляд на один из самых больших шрамов на груди и непроизвольно сжал зубы. Тонкие рваные линии тянулись от левой ключицы вниз по груди, заходя на ребра и исчезая где-то под бинтами на боку. Шрам выглядел неестественно. Не как обычный след от ножа или темного заклинания. Он напоминал трещину на стекле, которая расходилась все дальше и дальше, разламывая что-то изнутри. Из центра, чуть ниже ключицы, тянулись тонкие ответвления, похожие одновременно на вены и корни дерева. Некоторые линии были почти белыми, старыми, а некоторые до сих пор оставались темнее остальных — красновато-бурыми, будто кровь так и не исчезла полностью из-под кожи. Даже спустя годы шрам выглядел так, словно не зажил до конца. Метка Морсангиса. Он резко отвел взгляд от зеркала и схватил первую попавшуюся футболку. Ткань неприятно скользнула по коже, скрывая уродливую метку под слоями одежды, и только тогда Нил смог нормально вдохнуть. Ткань оказалась мягкой и приятной на ощупь, совсем не похожей на дешевые вещи, к которым он привык за годы бегства. Он снял свои старые, все еще мокрые джинсы и откинул их в сторону, находя в стопке нечто похожее. Он натянул джинсы серого цвета с широкими карманами, в которые легко поместилась бы его палочка. Новые джинсы сели непривычно хорошо. Не болтались на бедрах, не сползали, не выглядели так, будто их сняли с ближайшей вешалки в секонд-хенде, да и ткань была соответствующей. Нил раздраженно дернул ткань вниз, словно это могло исправить ситуацию. Он натянул через голову темно-серый свитер, который Элисон буквально впихнула ему в руки. Шторы примерочной вдруг резко дернулись в сторону. — Ну наконец-то, я уже собиралась вламываться силой, — протянула Элисон, заходя внутрь без малейшего стеснения. Нил от неожиданности едва не отпрыгнул. — Ты вообще слышала про личное пространство? — Нет, — невозмутимо ответила она и окинула его взглядом с головы до ног. Рене заглянула следом за ней и тут же мягко улыбнулась. — Тебе идет. Нил мгновенно отвел взгляд. — Это просто одежда. — И тем не менее ты впервые выглядишь как человек, который спит в кровати, а не в мусорном контейнере, — заметила Элисон, выпячивая в воздух наманикюренный палец. — Очень трогательно, — буркнул Нил, первым выходя из примерочной в главный зал бутика. Элисон отошла к кассе, расплачиваясь за его новую одежду, и Нил увидел, как она вывалила на стол приличную кучку драготов, и ему стало неловко от того, что она вообще за него платит. Нил отвел взгляд от кассы, скользнув глазами по витринам бутика. За высокими стеклянными окнами все еще кипела жизнь магического квартала. Люди проходили мимо, смеялись, спорили, несли пакеты и коробки, дети дергали родителей за рукава, требуя купить им конфеты или игрушки. Нил медленно выдохнул, стараясь избавиться от странного давления под ребрами. Нил едва заметно напрягся, скользнув взглядом по залу. Консультант что-то оживленно рассказывала Элисон, размахивая руками. Рене стояла рядом, держа несколько пакетов, и выглядела необычайно мрачной. — Нил, — тихо позвала его Рене, не сводя взгляда с улицы, — достань палочку. И тогда он увидел их. На противоположном конце улицы, прислонившись к кирпичному зданию какого-то книжного магазина, стояли двое мужчин, смотря прямо на бутик. Один высокий, широкоплечий, в длинной черной мантии, капюшон которой был накинут на голову, скрывая лицо. Другой чуть ниже, с бледным вытянутым лицом и короткими черными волосами. Сердце Нила слишком громко ударилось о ребра. Мужчина, что был поменьше, медленно поднял взгляд и встретился прямо с глазами Нила. Пальцы сами собой дернулись к карману, в котором лежала палочка. Сердце в груди билось так сильно, что, казалось, намеревалось напрочь разбить его грудную клетку, но Нил старался не обращать на это внимания, сосредоточив все внимание на двух мужчинах. Губы мужчины медленно растянулись в улыбке, от которой внутри все похолодело. Тот, что в капюшоне, чуть повернул голову в сторону своего напарника, будто спрашивая что-то без слов, и тот едва заметно кивнул. — Элисон, — позвал он девушку, не смея поворачивать головы, — мы уходим. Сейчас. Элисон не успела ему ответить. Мир вокруг Нила будто замедлился: он увидел, как высокий мужчина достал свою палочку и легким движением кисти направил ее прямо на бутик. Рене схватила его за толстовку, опрокидывая на пол, после чего последовал оглушительный взрыв. Передняя витрина бутика взорвалась внутрь дождем стекла и дерева. Ударная волна с такой силой ударила по помещению, что их с Рене отбросило назад прямо в стойку с одеждой. Что-то тяжелое врезалось ему в плечо, и он вскрикнул, не сумев выдержать боль. Сверху посыпались осколки. Кто-то совсем рядом закричал, и Нил подумал, что это была Рене, но девушка уже твердо стояла на ногах, крепко сжимая палочку в руке. — Протего! — выкрикнула Рене за секунду до того, как в щит прилетел красный луч заклинания. Рене двинулась вперед, счищая осколки на своем пути, преобразуя их в вихрь и посылая в мужчин, которые на всех порах бежали к ним. Нил рывком поднялся на ноги, осматривая помещение, выискивая Элисон. Благо долго искать не пришлось — она помогала какой-то волшебнице выбраться из завала деревянных балок, которые свалились на ту с потолка. — Что это за хуйня?! — рявкнула Элисон, поднимая балки в воздух, а Нил помог юной волшебнице подняться. — Я не знаю, — честно ответил Нил, удобнее перехватывая палочку в руке. — Рене там, — он кивком головы указал, в какую сторону ушла девушка, и они поспешили за ней. Волосы Элисон растрепались из-за взрыва, из ее уха текла струйка крови, но та не обращала на это никакого внимания. В ее глазах полыхала самая настоящая ярость, и Нилу уже было жаль тех людей, что попадутся им на пути. — Петрификус Тоталус! — выкрикнула она, сбивая одного из мужчин прежде, чем тот сумел выстрелить в них заклинанием. Нил обвел взглядом разрушенный переулок, посередине которого постоянно двигалась Рене, уворачиваясь от атак. На ее лице больше не было улыбки, и этот новый образ девушки никак не вязался с той, какой ее знал Нил, от этого ему становилось не по себе. Люди в черных мантиях аппарировали в переулок, и Нил насчитал около шести волшебников в разных частях улицы. — Депульсо! — крикнул он, отбрасывая одного из волшебников в разрушенное здание. Заклинание сорвалось с кончика палочки яркой вспышкой, и мужчина в черной мантии с такой силой впечатался спиной в кирпичную стену, что воздух вокруг дрогнул от удара. Каменная кладка треснула, осыпаясь вниз серой пылью, а сам волшебник рухнул на землю, выронив палочку из рук. Нил даже не успел осознать, что это сделал он сам. В следующую секунду мимо его головы пролетел зеленоватый луч и врезался в витрину соседнего магазина. Стекло взорвалось наружу дождем осколков, а люди на улице закричали еще громче. Все вокруг превратилось в хаос. Воздух дрожал от магии. Заклинания вспыхивали со всех сторон, оставляя после себя цветные следы, дым и запах гари. Где-то неподалеку полыхнуло синее пламя, мгновенно охватывая перевернутую тележку с какими-то зачарованными сладостями. Конфеты внутри начали взрываться одна за другой, как маленькие фейерверки, разбрасывая вокруг искры и липкую карамель. Нил резко пригнулся, когда над ним пролетело еще одно заклинание. Каменная стена за его спиной с оглушительным треском разлетелась на куски. Острые осколки царапнули щеку и шею, но он даже не почувствовал боли. Адреналин слишком быстро разливался по телу. Его сердце колотилось так сильно, будто пыталось проломить ребра изнутри, а сознание, наоборот, стало пугающе ясным. Каждый звук внезапно сделался отчетливым. Каждый крик. Каждый шаг. Каждый взмах палочки. Нил ненавидел то, как быстро его тело вспомнило, что делать. Рене двигалась впереди почти нереально быстро. Ее светлые волосы растрепались, мантия местами была разорвана осколками стекла, но в движениях не осталось ни капли той мягкости, к которой Нил успел привыкнуть за неделю. Она уклонилась от летящего проклятия буквально в последний момент и резко взмахнула палочкой. — Инкарцеро! Веревки вырвались прямо из воздуха, обвивая одного из нападавших по рукам и ногам, но второй тут же послал в Рене фиолетовую вспышку. Щит девушки вспыхнул серебром, принимая удар на себя. Нил смотрел на нее, и внутри неприятно скручивалось напряжение. Она двигалась как человек, который уже не раз участвовал в подобных вещах. Слева раздался резкий хлопок аппарации, и прямо перед ним возник еще один человек в черной мантии. Настолько близко, что Нил увидел собственное искаженное отражение в его маске. — Экспеллиармус! Красный луч ударил мужчину в грудь. Палочка вылетела из его руки, крутанувшись в воздухе, но волшебник даже не пошатнулся. Вместо этого он резко вскинул руку, и Нила будто ударило в солнечное сплетение невидимым тараном. Он отлетел назад, больно приложившись спиной о каменную стену. На несколько секунд мир перед глазами поплыл. Шум вокруг превратился в глухой звон, а грудь обожгло такой болью, что Нилу показалось, будто ребра треснули. — Нил! — голос Рене донесся будто из-под воды. Он стиснул зубы, заставляя себя подняться. Нил рывком перекатился в сторону, и в то место, где секунду назад была его голова, ударило заклинание. Камень взорвался крошкой прямо у лица. Пыль забилась в рот и глаза. Он кашлянул, почти вслепую вскидывая палочку. — Конфринго! Взрывное заклинание попало в землю под ногами нападавшего. Мужчину отбросило назад вместе с куском оторвавшейся мостовой. Кто-то схватил Нила за плечо и резко дернул вниз. Над ними с оглушительным треском пронеслась зеленая вспышка. Смертельное проклятие. Нил замер всего на долю секунды, чувствуя, как внутри все мгновенно проваливается куда-то вниз. Мимо. Оно прошло мимо. Элисон выругалась сквозь зубы, все еще удерживая его за куртку. — Кевин не учил тебя не стоять столбом?! Нил даже не нашелся, что ответить. Переулок окончательно превращался в поле боя. Люди с криками разбегались в стороны. Кто-то пытался аппарировать прямо с улицы, кто-то прятался в магазинах. В воздухе стоял густой запах дыма, пыли и жженой магии. Нил резко обернулся, уловив движение справа. Высокий мужчина в капюшоне медленно шел прямо через хаос, будто все происходящее вокруг вообще его не касалось. Заклинания вспыхивали рядом ослепительными вспышками, кирпичная крошка разлеталась по переулку после очередного взрыва, где-то за спиной надрывно кричали люди, пытаясь выбраться из охваченной паникой улицы, но он продолжал двигаться вперед тем же размеренным шагом, словно весь этот бой был лишь раздражающим шумом на фоне. Нил машинально вскинул палочку, чувствуя, как внутри мгновенно напрягается все тело, однако мужчина даже не посмотрел в его сторону. Его внимание было приковано совсем к другому человеку. К Рене. Та замерла всего на долю секунды. Настолько короткую, что любой другой этого бы не заметил. Но Нил заметил. Впервые за все время на ее лице появилось что-то похожее на настоящий страх. Не тревога. Не напряжение. Не привычная осторожность человека, который всегда держит ситуацию под контролем. Это был тот самый страх, который Нил слишком хорошо знал сам — страх человека, которого наконец догнало прошлое. Мужчина остановился в нескольких метрах от нее и медленно стянул капюшон. Бледное худое лицо, резкие черты, темные глаза и длинный шрам, пересекающий висок. Он выглядел слишком обычным для человека, от которого у Нила по позвоночнику побежал холод. В его лице не было ничего по-настоящему пугающего, но именно такие люди обычно и оказывались самыми опасными. Те, кто смотрел на чужую боль спокойно. Буднично. — Натали, — почти ласково произнес он. — Надо же. А мы уж думали, ты сдохла где-нибудь в канаве. Нил резко перевел взгляд на Рене. Девушка побледнела так сильно, будто из нее разом выкачали всю кровь. Пальцы, сжимавшие палочку, дрогнули лишь на мгновение, но голос остался пугающе ровным. — Не называй меня так. Мужчина тихо рассмеялся, и этот звук почему-то показался Нилу хуже любого крика. — А как тебя теперь зовут? Рене? — он скривил губы, будто само имя казалось ему смешным. — Какая прелесть. Новая жизнь, новое имя, новые друзья. Еще один волшебник рядом мерзко ухмыльнулся, медленно прокручивая палочку между пальцев. — Ты добегалась, Натали, пора домой. У Нила внутри неприятно скрутило живот. Он перевел взгляд на Рене и впервые за все время по-настоящему понял — дело не в Морияма. Не в нем. Они пришли сюда за ней. Рене медленно выдохнула через нос, и Нил увидел, как меняется ее взгляд. Страх никуда не исчез, он все еще прятался где-то глубоко внутри расширенных зрачков, но теперь поверх него проступало что-то другое. Что-то холодное. Старое. Опасное. Будто прямо у него на глазах Рене Уокер медленно исчезала, уступая место той самой Натали, имя которой эти люди произносили с таким удовольствием. — Вам стоило оставить меня в покое, — тихо сказала она. — После того, что ты сделала? — мужчина сделал еще шаг вперед. — Ты убила нашего главаря и исчезла вместе с его деньгами. Как думаешь, чем это обычно заканчивается? Элисон резко встала рядом с Рене, направляя палочку прямо мужчине в грудь. — Еще шаг, и я размажу тебя по этой стене. Тот даже не посмотрел на нее. — А это, видимо, новые друзья, — протянул он с ленивым интересом. — Они хоть знают, кем ты была на самом деле, Натали? Нил увидел, как Рене вскинула подбородок выше. А потом один из людей в мантиях резко сорвался с места, и все взорвалось движением. — Депульсо! Заклинание ударило мужчину с такой силой, что того буквально впечатало в витрину соседнего магазина. Стекло взорвалось россыпью осколков, воздух дрогнул от удара, а сам волшебник рухнул внутрь лавки вместе с обломками деревянных полок. И в ту же секунду переулок снова вспыхнул хаосом. Красные, синие, фиолетовые лучи резали воздух со всех сторон, отражаясь от мокрого камня и разбитых витрин. Нил едва успел выставить щит, когда в него врезалось сразу два проклятия подряд. Магия ударила по рукам болезненной вибрацией, заставляя пальцы онеметь, а плечи свело от напряжения так сильно, что он едва удержал палочку. Рядом Элисон яростно выругалась, резко разворачиваясь на каблуках и отбивая чужое заклинание обратно в нападавшего. Красная вспышка ударила мужчину прямо в грудь, того отбросило назад в стену аптеки, стеклянные банки внутри витрины взорвались дождем осколков и разноцветных зелий, а по улице тут же пополз густой зеленый дым с запахом мяты и чего-то гнилого. Но Нил почти не смотрел по сторонам. Потому что Рене… Сейчас перед ними будто стоял совершенно другой человек. Она двигалась жестко, быстро и без малейших колебаний. Не защищалась — нападала. Каждое движение было отточенным, слишком профессиональным, слишком привычным для обычной девушки, которая улыбалась им за завтраком, помогала Эбби на кухне и таскала из сада цветы, украшая ими стол так, будто в мире вообще не существовало ничего страшнее разбитой вазы. Нил почувствовал, как по спине медленно пробежал холод. Потому что сейчас он впервые по-настоящему увидел человека, которым Рене была раньше. И это пугало. Она уклонялась от проклятий почти инстинктивно, не думая ни секунды. Она двигалась сквозь этот хаос слишком уверенно для человека, который якобы давно оставил подобную жизнь позади. Слишком спокойно реагировала на крики. На кровь. На то, как люди падали вокруг. Нил ненавидел то, насколько знакомо это выглядело. Потому что он сам двигался так же. Один из волшебников резко аппарировал прямо за спиной Рене, Нил увидел это раньше, чем успел подумать. — Рене! — выкрикнул он, резко вскидывая палочку. Но она уже развернулась. — Сектумсемпра. Голос Рене прозвучал холодно и ровно, почти безэмоционально. Мужчина даже не успел поднять щит. Воздух вспорол крик. На груди нападавшего мгновенно раскрылись глубокие кровавые порезы, будто его полоснули невидимыми лезвиями сразу в нескольких местах. Мантия пропиталась кровью за считанные секунды, мужчина рухнул на колени, захлебываясь хрипом, а Нил застыл всего на мгновение, чувствуя, как внутри все неприятно переворачивается. Будто подобное для нее было настолько привычным, что уже давно перестало что-либо значить. Нил вдруг слишком ясно вспомнил ее мягкую улыбку за ужином пару дней назад, то, как она спокойно смеялась над очередной шуткой Ники, как поправляла Эндрю воротник куртки совершенно машинальным заботливым жестом, как таскала Эбби цветы из сада и каждый раз делала вид, будто это вообще не она, и у него внутри что-то болезненно сжалось от осознания того, насколько мало они на самом деле знали друг о друге. Потому что девушка перед ним сейчас не имела почти ничего общего с той Рене, к которой они успели привыкнуть. Эта Рене двигалась как человек, выросший среди насилия, как человек, который слишком много раз убивал, чтобы теперь сомневаться. Она шагнула вперед, отбивая очередное проклятие, и отправила в другого волшебника серебристую вспышку. — Инсендио! Огонь вспыхнул вдоль стены переулка, отрезая сразу двоих людей в мантиях. Пламя взметнулось вверх почти до второго этажа, жар ударил Нилу в лицо, смешиваясь с запахом дыма, крови и плавящегося камня. Где-то неподалеку взорвалась вывеска магазина, осыпая улицу искрящимися обломками, а один из волшебников закричал, когда огонь перекинулся на рукав его мантии. Нил едва успел пригнуться, когда над его головой пролетело еще одно проклятие, разбивая окно позади него с таким звоном, что на секунду заложило уши. Осколки дождем посыпались на мостовую. Он резко выставил щит, чувствуя, как магия ударяет по рукам тяжелой вибрацией, а затем почти машинально отправил ответное заклинание в сторону ближайшего нападавшего. — Редукто! Кусок стены рядом с мужчиной взорвался каменной крошкой. Того отбросило назад, но на его место тут же шагнули еще двое. Их действительно было слишком много. Высокий мужчина со шрамом скривился. — Вот теперь я узнаю тебя, Натали. Рене тяжело дышала. Светлые волосы прилипли к вискам, по щеке стекала кровь — Нил даже не понял, когда ее успело задеть осколками или проклятием. Но глаза девушки оставались ледяными. Нилу стало не по себе от этого взгляда, не потому что он боялся ее, а потому что слишком хорошо узнал это выражение лица. Он уже видел людей, которые так смотрели во время боя. Людей, у которых внутри в этот момент будто выключалось все человеческое, оставляя только холодный расчет и желание выжить любой ценой. Он сам иногда так смотрел. — Заткнись. Мужчина усмехнулся и резко вскинул палочку. Нил увидел зеленую вспышку раньше, чем понял, что это. Авада. Тело среагировало раньше мыслей. Нил рванул вперед, врезаясь в Рене плечом и сбивая ее с траектории заклинания. Они вместе рухнули на мокрый камень, больно ударившись о землю, а смертельное проклятие ударило в стену позади них. Воздух вокруг дрогнул от силы магии. На секунду Нил слишком отчетливо представил, что было бы, опоздай он хоть на мгновение, и желудок скрутило ледяным ужасом. — Ты совсем ебанутый?! — заорала Элисон, отбивая очередное проклятие. Нил перекатился по земле, больно ударившись локтем, чувствуя, как по предплечью течет что-то теплое — кажется, кровь, — и тут же вскинул палочку. — Конфринго! Взрыв прогремел прямо под ногами одного из нападавших. Мужчину отбросило в сторону вместе с куском мостовой, а переулок вновь заволокло густой пылью. Где-то справа кто-то закричал, один из фонарей рухнул вниз с оглушительным треском, а магия в воздухе стала настолько плотной, что Нил буквально ощущал ее кожей. Но их было слишком много. Новые хлопки аппарации раздавались уже со стороны улицы, один за другим, почти без остановки. Нил резко обернулся и увидел, как из дыма выходят двое волшебников в черных мантиях. У одного на рукаве алел знакомый символ. Вороны. Внутри все похолодело настолько резко, что Нил едва не пропустил очередное проклятие. Сердце глухо ударилось о ребра, а пальцы сами сильнее сжали палочку. Нет. — Рене! — крикнул он. Она тоже это увидела. И выражение ее лица изменилось мгновенно. Пальцы девушки крепче сжали палочку, а в глазах мелькнула самая настоящая ярость. Высокий мужчина заметил ее реакцию и усмехнулся. — А вот и наши союзники. — Вы привели их сюда? — в голосе Рене впервые прозвучало что-то похожее на ярость. — Мы искали тебя слишком долго, Натали. Пришлось договариваться. Нил почувствовал, как кровь шумит в ушах. Рядом взорвалась каменная стена. Элисон едва успела выставить щит, но ударной волной ее отбросило назад. Она врезалась в перевернутую тележку и зло зашипела сквозь зубы, быстро поднимаясь обратно на ноги. По ее виску текла кровь, но она будто даже не замечала этого, снова поднимая палочку и отправляя в сторону врагов очередь проклятий. — Их слишком много! — рявкнула она. Рене быстро огляделась. Переулок был почти уничтожен. Огонь полыхал вдоль зданий, люди в панике разбегались в стороны, воздух дрожал от магии, а новые волшебники продолжали появляться прямо из воздуха. Еще немного — и их просто задавят числом. — Нам нужно уходить, — сказала Рене, как будто прочитывая его мысли. — Что? — Элисон резко повернула голову. — А эти ублюдки— — Сейчас же! — впервые сорвалась Рене. Элисон тут же замолчала. Высокий мужчина шагнул вперед. — Ты снова сбегаешь? Рене медленно подняла на него взгляд и жутко улыбнулась, совсем не так, как обычно. В этой улыбке не было ничего от той Рене, которую Нил успел узнать за последнюю неделю. Только усталость и что-то сломанное глубоко внутри. — Нет, — тихо сказала она. — Я выживаю. В следующую секунду она резко взмахнула палочкой. Земля под ногами нападавших взорвалась ослепительным белым светом. Переулок утонул в криках. Нил инстинктивно зажмурился, прикрывая лицо рукой. Свет прожигал глаза даже сквозь веки, вокруг кто-то орал, магия трещала в воздухе, а камень под ногами вибрировал от силы заклинания. — Все ко мне! — крикнула Рене. Чья-то ладонь вцепилась Нилу в рукав — кажется, Элисон. Она с силой терла глаза, пытаясь заставить их вернуть зрение. Мир вокруг еще дрожал от света и шума, когда Рене схватила их обоих за руки. Нил успел только услышать яростный крик мужчины со шрамом: — НАТАЛИ— Он увидел, как мужчина делает шаг вперед, поднимая палочку даже сквозь ослепляющий свет. Увидел эту упрямую одержимость в его взгляде и понял, что он не оставит Рене в покое. Он будет искать ее дальше, делать все, пока не найдет и не отомстит. Именно в этот момент внутри него что-то щелкнуло раньше, чем он смог понять, что совершает ошибку. Он почувствовал чужую кровь. Горячую, бегущую по венам мужчины тяжелыми толчками. Почувствовал ритм его сердца так ясно, будто держал его прямо в собственных ладонях. Запретная долгие годы магия отозвалась мгновенно, потянулась к чужому телу знакомым ледяным ощущением, проникая под кожу, вплетаясь между ребер, цепляясь за пульс. Нил ненавидел эту магию. Ненавидел каждый раз, когда пользовался ею, потому что кровь всегда отзывалась слишком охотно, слишком послушно, будто внутри него жило что-то голодное и древнее, чему нравилось чувствовать чужую жизнь в своих руках. Но сейчас перед глазами стоял лишь силуэт Рене рядом с этим мужчиной. Нил вскинул руку вперед и резко сжал пальцы. Мужчина оборвался на полуслове. Его тело дернулось так резко, будто внутри что-то сломалось. Глаза широко распахнулись, палочка выскользнула из ослабевших пальцев, а затем он просто рухнул вперед, тяжело ударившись головой о камень. На секунду весь мир будто стал тише. Нил чувствовал, как внутри чужой груди сердце отчаянно пытается сделать еще один удар. Но его магия уже сжимала его слишком крепко. Он почти ощущал это сердце в собственной ладони, чувствовал, как оно пытается ударить снова, и тогда Нил почти до хруста костяшек сжал руку, ощущая, как жизнь покидает этого человека. По венам Нила прошел ледяной огонь. Желудок резко скрутило тошнотой, перед глазами на секунду потемнело, а где-то глубоко внутри поднялось знакомое отвратительное чувство, будто магия довольно урчала от того, насколько легко все получилось. Он ненавидел себя за то, что способен на подобное, но впервые чувствовал кроху удовлетворения. Рене уставилась на него так, будто впервые увидела по-настоящему. Не как Нила, а как нечто настолько же опасное, как она сама. Мир сжался в одну болезненную точку, а спустя секунду их троих с силой выбросило на мокрую траву, после чего он разом отключился.