Под лепестками чертополоха

Пришел день покупок для учебы. Макгонагал ждала уже готового Гарри в гостиной. На косую аллею решили добираться с помощью летучего пороха.       —Гарри, встань в камин, протяни руку, брось порох и произнеси место, где ты хочешь оказаться.       Гарри подошёл к камину, посмотрел на него, встал внутрь и наконец сказал:       - Дырявый котел.       За ним последовала и профессор.       Гарри был слегка испачкан в саже, но это не мешало всем обратить на него внимание. Естественно, Поттер выглядел ошарашенным, ведь все волшебники в начале просто смотрели на него, а потом, после минуты короткого молчания, все захотели поговорить с ним. Вслед за Гарри появилась профессор Макгонагал. Она сразу же увела юного волшебника подальше от любопытных взглядов и попыток заговорить с ним, проигнорировав и бармена Тома, и профессора Квиррелла, преподавателя по Защите от Тёмных искусств. Профессор Макгонагалл повела Гарри на маленький задний дворик мрачного маленького паба, который, окруженный кирпичными стенами, совсем не был похож на двор. Там находился лишь мусорный бак. Минерва быстро отыскала нужный кирпич и достала свою волшебную палочку. Гарри и моргнуть глазом не успел, как профессор коснулась своей палочкой кирпича… и вся стена задрожала. Мальчик испугался: кирпичная стена перед ним начала раздвигаться, кирпичи сами меняли свое положение, дабы возвести проход. Несмотря на то, что он знал об этой стене из книг, он удивился: ведь одно дело прочитать, а другое увидеть самому.       — Добро пожаловать мистер Поттер, – Макгонагалл достала список вещей, которые необходимо было приобрести. Это выглядело так:       ШКОЛА ЧАРОДЕЙСТВА И ВОЛШЕБСТВА «ХОГВАРТС»       Форма:       Три простых рабочих мантии (черных).       Одна простая остроконечная шляпа (черная) на каждый день.       Одна пара защитных перчаток (из кожи дракона или аналогичного материала).       Один зимний плащ (черный, с серебряными застежками).       Примечание: на всей одежде должны быть бирки с именем ученика.       Учебники:       «Курс перевода заклинаний (1 уровень)», Миранда Гумлок.       «История магии», Батильда Бэгшот.       «Теория магии», Адальберт Уоффлинг.       «Пособие по трансфигурации для начинающих», Эмерик Свитч.       «Тысяча магических растений и грибов», Филлида Спора.       «Магические отвары и яды», Жиг Мышьякофф.       «Фантастические звери: места их обитания», Ньют Саламандер.       «Силы зла: пособие по самозащите», Квентин Тримбл.       Оборудование:       1 волшебная палочка.       1 котел (оловянный, стандартный размер №2).       1 комплект стеклянных или хрустальных флаконов.       1 телескоп.       1 медные весы.       Дополнительно:       Ученикам разрешается привезти с собой сову, или кошку, или жабу.       ВАЖНОЕ НАПОМИНАНИЕ: Первокурсникам не разрешается иметь собственные метлы.                     - Идите за мной и не отставайте, мистер Поттер. У нас много дел, а учебный год не ждет.       - В Косой аллее находились магазины: магазин палочек Оливандера, книжный магазин Флориш и Блоттс и прочие. Взгляд Гарри зацепился на магазине сов, особенно его вниманиепривлекла белая сова, сидевшая на насесте за стеклом.       - Прошу вас, не отвлекайтесь. Излишнее любопытство только отнимает наше время, которого у нас и так немного. Следуйте за мной, - вновь напомнила Макгонагалл.       - Профессор, нам в начале надо посетить банк Грингоц?       - Разумное замечание, мистер Поттер. Рациональный подход к покупкам — полезный навык. Давайте не будем терять времени.       - Конечно профессор, – голос Гарри погрустнел, хоть он и понимал поведение приемной матери, ему было обидно. Не успел он оглянуться, как уже они входили в банк       —Ма... Мисс Макгонагалл, что это за существа такие?       —Минерва посмотрела на мальчика самым строгим взглядом, каким только можно было посмотреть.       – А вы не догадываетесь, мистер Поттер?       Гарри промолчал.       Они подошли к главному гоблину - Крюкохвату.       —Добрый день. Я сопровождаю мистера Поттера для посещения его личного хранилища. Вот его ключ.       Профессор Макгонагалл достала ключ и положила его на стол, за которым стоял Крюкохват.       —Помимо этого у меня есть официальное распоряжение от директора Дамблдора касательно изъятия объекта из сейфа семьсот тринадцать. Надеюсь, все формальности соблюдены?       —«Так-так... Сейф Поттеров. У меня отмечено, что право распоряжаться золотом перешло к профессору Макгонагалл в день завершения процедуры усыновления. Желаете провести аудит как законный наследник или доверитесь матушке... то есть, опекуну?        Крюкохват замолчал, он посмотрел в начале на Гарри, потом на Минерву. Макгонагалл заметно напряглась, она выпрямила спину еще сильнее, чем обычно. Все люди в банке уставились на нее.       - Профессор, вы хотите перевести часть средств в свой личный сейф или оставите всё в хранилище Поттеров? В документах об опеке указано, что ваши счета теперь фактически…       - Крюкохват, я могу напомнить, что ваши юридические комментарии не входят в стоимость обслуживания. Ключ у вас, ведите нас к сейфу, - перебила Макгонагалл.       - Конечно, конечно, профессор, – прохрипел гоблин        Они направились к тележкам, Минерва шла на пол шага впереди, когда все сели скрыться в тесном пространстве тележки, которая несется по длинным туннелям, было невозможно. Когда Гарри пытался что-нибудь спросить Макгонагал перебивала его коротким, резким приказом. - Берегите пальцы, мистер Поттер        Тележка остановилась. Гарри увидел сейф шестьсот восемьдесят семь. Крюкохват пошел его открывать. Металлическая дверьскрипнула: там лежала гора золота.        Гарри удивился.        – Это... это все мое? – сказал он тихо, спокойно. Он хотел было потянуться к руке «матери», но вспомнил, что здесь и сейчас они профессор и ученик.       - Да, мистер Поттер, это все было оставлено вашими родителями Джеймсом и Лили Поттер.        Профессору было тяжело их вспоминать, родители Поттера были лучшими в школе. Несмотря на сложный характер Джеймса, он был уважаемым учеником, поэтому она не могла оставить их ребенка.       - Не берите очень много, мистер Поттер, на покупки вам понадобится не больше 35 галеонов, так же возьмите пару сиклей и канатов. Я попрошу вас не забывать, что деньги — это инструмент, а не повод для гордости. Не заставляйте мистера Крюкохвата ждать, гоблины ценят время выше, чем человеческую вежливость.       - Естественно, профессор, я вас понял, – Гарри сказал сухо и с тем же выражением лица, словно он и был Минервой.       - Мистер Поттер, если вы уже все взяли, садитесь в тележку, нам необходимо забрать еще кое-что.       -Уже иду, профессор- Гарри закатил глаза. Тележка сорвалась с места. Ветер растрепывал волосы, но скорость значительно уменьшилась по сравнению с прошлым разом. Гарри посмотрел на профессора. Она сидела как буто бы ничего не было, Макгонагалл сидела прямо, волосы были слега растрепаны, а остроконечная шляпа загнулась от ветра. Тележка остановилась, профессор Макгонагалл сказала приказным тоном:       - Мистер Поттер, сидите в тележке, пока я заберу одну... один объект       - За это время Крюкохват пошел открывать сейф. В отличие от сейфа Поттеров в двери не было скважины. Она была как пустая стена: в ней не было ни одной щели. Крюкохват вытянул свой длинный указательный палец и начал медленно проводить им по поверхности камня сверху вниз. Там, где касался его коготь, по стене пробегала тонкая, едва заметная золотистая искра. Камень буквально начал таять. В этот момент твердая порода пошла рябью, как поверхность озера, в которое бросили камень, и медленно разошлась в стороны, закручиваясь спиралью. Изнутри пахнуло вековой пылью и чем-то металлическим. Минерва, подошедшая к сейфу после разговора, шагнула вперед. В хранилище был один единственный предмет – сверток. Она взяла его и положила в потайной карман зеленой мантии. Предмет упал так глухо, что можно было понять, что это камень.       Когда профессор и Гарри уже выходили из банка, Гарри спросил:       - Профессор, что это за камень? Куда мы идем дальше?       - Думаю, нам стоит посетить лавку Олливандеров и купить тебе волшебную палочку. - сказала Минерва, полностью проигнорировав первый вопрос.       Лавка находилась недалеко от банка. Они вошли в нее, из-за шкафов донёсся голос.       - Добрый день.        Олливандер выплыл из-за стеллажей, его глаза-луны светились в полумраке. Он не смотрел на Гарри — он смотрел на Минерву.        - О, Минерва девять с половиной дюймов, пихта, сердечная жила дракона, — пропел Олливандер, прищурившись на Минерву. — Я помню каждую проданную мной палочку, профессор. Пихту называют «деревом выживших». Мой дед говаривал, что палочки из неё принадлежат тем, кто прошел сквозь огонь и не сломался.       - Здравствуйте, мистер Олливандер. Я привела юного Поттера за его первой палочкой.       Голос Минервы стал напряженнее, как будто ее раскрыли.       - Разумеется, профессор, разумеется. Просто пихта... она никогда не ошибается в людях. Она чувствует тех, кто умеет хранить тишину.        Гаррик Олливандер пошел доставать палочку для Гарри со словами:       - Знаете, мистер Поттер, это большая редкость — видеть в одном помещении столько... преемственности, — тихо сказал он. — Я помню, как за палочкой приходил ваш отец. Одиннадцать дюймов, махагони. Гибкая, идеальная для боевой магии. Джеймс был сорвиголовой, он любил эффекты. А ваша мать... –обернулся Олливандер с коробочкой в руке, - Лили... десять с четвертью дюймов, ива. Элегантная палочка для тонкой работы.        Он внезапно перевел взгляд на Минерву, которая стояла у двери, недовольно застыв, как кошка.       -И в этой вашей... внутренней тишине... — Олливандер сделал паузу, — ...в этом вы поразительно похожи на профессора Макгонагалл, или же лучше сказать «матушку».       - Мистер Олливандер…- что-то хотела сказать Минерва, но вспомнила, что от человека, который по виду понимает души палочек, невозможно что-либо скрыть.       — Но вот что любопытно... — старик склонил голову набок. — Я смотрю на вас сейчас, Гарри, и в том, как вы держите спину, как поджимаете губы, когда нервничаете, вижу не только махагони Джеймса, но и Минерву.        - Не стоит здесь притворяться, Минерва. – Оливандер протянул волшебную палочку Гарри. Поттер послушно взмахнул. Коробки с палочками, стоявшие сзади, в шкафу, резко посыпались.       - Нет... Точно нет... Ну-ка Гарри, попробуй эту.        Гарри взмахнул другой палочкой, но на этот раз разбилась стеклянная ваза, которая стояла на столе. Олливандер снова отправился в прогулку вдоль своих стеллажей, ища одну особенную палочку. Он вернулся и протянул ее Поттеру.       - Попробуй эту.        На этот раз палочка выбрала Гарри.       -Любопытно... — прошептал он, и это слово заставило Минерву сделать шаг вперед из тени. — Крайне любопытно.       — Что именно, сэр? — спросил Гарри, чувствуя, как тепло от палочки разливается по его пальцам.       — Я помню каждую палочку, которую продал, мистер Поттер. И так случилось, что феникс, чей хвост подарил перо для этой палочки, дал еще одно перо. Всего одно. И крайне странно, что вы предназначены для нее, в то время как её брат... её брат оставил вам этот шрам.       -Мам, что это значит? – Гарри обратился к Минерве       Макгонагалл была напугана и сильно напряжена. Её рука не легла на его плечо — это было бы слишком явно, — но она стала так близко, что Гарри почувствовал запах её духов с нотками шалфея и строгости. Она словно закрывала его собой от самих слов Олливандера.       - Вы говорите о Том-Кого-Нельзя-Называть, — голос Минервы был низким и вибрировал от сдерживаемого гнева. — И я не нахожу в этом совпадении ничего «любопытного», Гарик. Это... прискорбно.       - Олливандер посмотрел на неё, и в его взгляде не было страха перед профессором.       — Прискорбно или нет, Минерва, но палочка выбирает волшебника. Мы ждем великих дел от мистера Поттера. Ведь Тот-Кого-Нельзя-Называть творил великие дела... Ужасные, да, но великие.       Довольно, — отрезала Минерва. Она буквально выхватила футляр с палочкой из рук мастера.       — Мистер Поттер совершит те дела, к которым его подготовит жизнь и его... наставники. И я позабочусь о том, чтобы они были иными по своей сути. Ах, да, мистер Олливандер, не могли бы вы не говорить о том, что я воспитывала Гарри?       -Конечно, конечно, профессор! – воскликнул Олливандер.        Макгонагалл потянулась за кошельком, ее руки дрожали. Она не вела себя так даже, когда показывала сложнейшие приемы в трансфигурации.       - Семь галлеонов, - тихо сказал Олливандер. – Запомните мистер Поттер, братство палочек ничего не значит, если хозяин противоположной палочки был темным волшебником. Ничто не помешает вам стать светлым, добрым и честным магом.       - Мистер Олливандер, я оставила еще пять галлеонов за принесенный нами ущерб, спасибо и до свидания.       - Не стоило, Минерва, рад был повидаться с вами вновь.       - Гарри, мы уходим! – воскликнула профессор, она взяла мальчика за руку и потащила к выходу. Дверь громко захлопнулась. Уже на улице Гарри задал вопрос.       - Профессор, то, что моя палочка родственна с палочкой Того-кого-нельзя-называть, делает меня темным волшебником? – с горечью пробормотал Гарри.       - Конечно, нет, даже если эти палочки связаны, это не означает, что вы повторите действия Того-кого-нельзя-называть, и я ни за что не допущу такого.        Голос Минервы был встревоженным, она никогда так не выглядела, она была обеспокоена, но через пару минут ее лицо стало спокойным.       - Мистер Поттер, нам необходимо купить еще множество вещей для школы, Например, мантию, вы сможете прикупить ее себе самостоятельно, а мне в срочном порядке надо купить пергамент для работы.       - Конечно, профессор, смогу.       Минерва отвела в магазин мантий. Оставив Гарри на попечении помощницы мадам Малкин, она ушла. Драко, стоявший на соседней подставке, окинул Гарри оценивающим взглядом.       - Привет, - лениво протянул мальчик. – Ты тоже в Хогвартс едешь?       - Да, полагаю, покупка школьной формы в начале августа подразумевает именно это, — спокойно ответил Гарри, даже не повернув головы. Он стоял идеально прямо — привычка, вбитая годами занятий с Минервой.       - Мой отец сейчас покупает мне учебники, а мать смотрит волшебные палочки – сообщил мальчик. Он говорил как-то устало, специально растягивая слова. – А та женщина, которая тебя привела, это твоя гувернантка? Она очень уж сурово выглядит. Кажется, что она вообще… – Драко закатил глаза, – бездушная, она выглядит суровой старой девой, которая давно превратилась в камень.       Гарри очень сильно не понравилось высказывание Малфоя, его тон говорил сам за себя. Мальчик рассердился, но сохранил ту самую железную интонацию Макгонагалл.       -Эта женщина, — произнес Гарри с расстановкой, — профессор Минерва Макгонагалл, заместитель директора Хогвартса.. И если ты считаешь, что её статус можно описать словом «гувернантка», боюсь, твоё понимание иерархии магического мира сильно ограничено домашним кругом.       - Как ты смеешь разговаривать со мной в таком тоне? - фыркнул Малфой. – Хотя.. впрочем, неважно, как ты со мной разговариваешь.        Гарри совершенно не нравилось его поведение, но как ему показалось, чтение лекций незнакомому мальчику его выдаст.       - Тебе не кажется, что это совершенно несправедливо, первокурсникам запрещено иметь собственные метлы! Я все равно постараюсь заставить отца купить мне «Нимбус-2000» и протащить его контрабандой, а ты во что- нибудь играешь?       Гарри посмотрел на мальчика суровым взглядом, как бы заставляя его немедленно заткуться, но Драко продолжал:       -У тебя вообще есть своя метла? Или ты из тех семей, где считают каждый сикль?        Эта фраза была последней каплей.       -Финансовое благополучие, — произнес Гарри с той самой расстановкой, как и у Минервы, — не всегда проявляется в выставлении своего кошелька напоказ.       - Как ты смеешь со мной так разговаривать? Ты хоть знаешь, кто мой отец?       - Как разговаривать? – Гарри слегка приподнял бровь.       -Мой отец... Мой отец — это Люциус Малфой       - Имя мне знакомо, — Его часто упоминают в «Истории современной магии» в разделах о... политических маневрах. Но мы здесь не из-за твоего отца, не так ли? Мы здесь потому, что нам предстоит учиться. И судя по твоему поведению, на уроках Трансфигурации тебе придется несладко, если ты не научишься отличать профессора от прислуги.       - Да ты вообще кто? – крикнул Малфой       - Кто я? Я Гарри Поттер – С небольшой неуверенностью сказал Гарри       - Ты то? Ты Гарри Поттер? Ты... Ты лжец! Ты не можешь им оказаться!       -Мистер Малфой, старайтесь не шевелиться, пожалуйста дайте мне закончить работу. – Драко проигнорировал просьбу.       - Ты не можешь являться Поттером! - повторял Малфой       - С чего ты это решил? – сказал Гарри        - Ну... Ну... Ну просто не можешь ты им быть.       - Как же? Драко. Я же им и являюсь.       - У тебя минимум должен быть шрам. – Драко выглядел так, как будто выиграл кубок по квиддичу       - У меня есть этот шрам.       - Мистер Поттер, мистер Малфой ваши мантии готовы.       - Гарри сразу же откликнулся       - Спасибо, Мадам Малкин. – Он сразу же пошел оплачивать, а Драко продолжал обвинять Гарри. В этот момент раздался дверной колокольчик. В магазин зашла профессор Макгонагалл. Она сразу же обратила внимание на стоящего Малфоя , он был зол. Стальное спокойствие Поттера тоже привлекало внимание. Профессор понимала, о чем они могли разговаривать, поэтому вошла в лавку с невозмутимым видом.       - Мистер Поттер, вы уже закончили? – донесся громкий голос.       - Да, мисс. Гарри посмотрел на Драко, который выглядел расстроенным. Малфой знал одно: он не смог подружиться с Поттером, чем очень разочарует отца, который за ним не придет, он не сможет сделать так, чтобы отец гордился им. Но тут дверь отворилась, в нее зашел Люциус Малфой. Драко подумал, что отец пришел за ним, но нет, Люциус увидел одну знакомую персону, профессора трансфигурации. Войдя, он воскликнул:       - О, профессор Макгонагалл, я не ожидал вас тут встретить, в таком месте, да еще с мистером Поттером. Разве вы не должны составлять расписание на следующий учебный год?       - Отец.. – Драко хотел что-то сказать, но Люциус его прервал.       - Что ты тут делаешь? Драко, я думал, что ты сейчас с матерью.        Драко опустил глаза и молча слез со скамьи.       - Мистер Малфой, неожиданная встреча, но почему бы мне самой не решать, что делать в это время.        – Взрослые люди ненавидели друг друга, потому что Люциус стоял в одном ряду вместе с темными магами , а Минерва наоборот боролась с такими, как его семья.       - Мне кажется, Альбус на такое задание отправил бы нищего лесничего, а рядом с «национальным достоянием» стоите вы, профессор. Хотя.. Посылать на такое задание великана-недоучку тоже не дело. Если бы я не знал Альбуса, я бы подумал, что так и надо. Я бы с удовольствием посмотрел на то, что министерство узнает…       - Мне нечего скрывать от Министерства, Люциус. В отличие от вас , – прошипела Минерва, – я всего лишь выполняю задачу от директора Дамблдора, сопровождаю юного мистера Поттера.       -Точно ли, Минерва? Если вы задумали «присвоить мальчика», у которого буквально копия вашего поведения, и если Министерство об этом узнает... То вы знаете, что вас ждет.       -Не понимаю о чем вы, мистер Малфой.       - Отец! Отец, этот ваш Поттер вел себя крайне подозрительно, когда я заговорил о.. о вас, профессор. Он защищал ее как собственную мать.       -Драко, прошу тебя, успокойся, тебе с этими людьми предстоит провести еще 6 лет.        В этот момент вмешалась мадам Малкин:       - Мистер Малфой, вы вообще собираетесь оплачивать покупки?       - Естественно, мадам Малкин, сейчас все будет.       - Обязательно будет, - буркнула владелица магазина.        Минерва выхватила пакеты из рук Гарри и повела его на выход       - Идемте, мистер Поттер. – Минерва замерла у двери, уже взявшись за ручку. Она обернулась и бросила один единственный взгляд на Драко. Мальчик стоял, покинутый и побледневший, а его отец даже не смотрел в его сторону, продолжая свою словесную дуэль с ней.       — Мистер Малфой, — тихо, но отчетливо произнесла Минерва — Уделите внимание сыну. Его мантия сидит безупречно, и было бы прискорбно, если бы единственный человек, чье мнение ему дорого, этого не заметил.       - Да, разумеется, профессор       - Драко вздрогнул. В его глазах на мгновение мелькнула не ненависть, а нечто гораздо более горькое — осознание того, что эта суровая женщина проявила к нему больше внимания, чем собственный отец.       - Мистер Поттер, чего же вы стали? Пойдемте, – напомнил звучный голос.       - Да, да, конечно, профессор.       - Дверь лавки закрылась.       — Извольте объясниться, мистер Поттер, — начала она своим самым грозным шепотом, от которого у случайного первокурсника подкосились бы ноги. — О чем вы дискутировали с младшим Малфоем в моё отсутствие? Я видела его лицо — он выглядел так, будто вы превратили его любимую метлу в кочерыжку. Надеюсь, вы помните наши договоренности о.. дистанции?       - Простите, профессор – Гарри отвел взгляд.       - Мистер Малфой просто решил обсудить вашу профпригодность        Минерва поперхнулась воздухом, её брови взметнулись к самой линии волос.       — Мою... что?!             - Профпригодность, профессор, а еще он назвал вас моей гувернанткой. А потом добавил, что вы выглядите как «бездушная старая дева, чьё лицо навсегда трансфигурировалось в камень». Он всерьез интересовался, умеете ли вы вообще улыбаться.               Минерва на мгновение замерла, а затем из её груди вырвался резкий, сухой звук.        -Ха…ха-ха. Если честно, я не ожидала такого от вас, мистер Поттер! Мне очень приятно, что вы защищаете даже простого профессора. - Минерва сказала это, не скрывая своей гордости. Она знала, что для Гарри, она не Професор, а мать.       - Мистер Поттер, впредь запомните, Малфои и Блэки всегда такие… такие суровые, Мистер Поттер. За исключением… только был один человек... – В ее голосе снова показалась грусть. Минерва уже было и позабыла то, что они находятся на улице. Гарри уже обернулся к ней, но она его прервала:       — У них это в крови: считать, что мир — это театральные подмостки, где они играют главные роли, а все остальные — лишь декорации или обслуживающий персонал. Абраксас Малфой, отец Люциуса, смотрел на людей точно так же — как на шахматные фигуры. А Блэки... Нарцисса была тихой, но в этой тишине всегда скрывался холодный расчет. Они искренне не понимают, как кто-то может обладать душой, которая не продается за золото или статус. – Минерва говорила это тихо, чтобы не привлекать внимание, а потом резко сказала:       - Мистер Поттер, поторопитесь. – Гарри молча кивнул.       - Впредь запомните, — повторила она уже серьезнее, — что в Хогвартсе у стен есть не только уши, но и портреты, которые обожают сплетничать. Если вы будете так же рьяно защищать мою «профпригодность» в Большом зале, Люциус Малфой пришлет нам министерскую проверку быстрее, чем вы успеете съесть свой пудинг.       - Пойдемте, Гарри, в «Флориш и Блоттс» за вашими учебниками. - Профессор Макгонагалл указала на соседний магазин.       Они вошли в книжную лавку, в магазине сразу же раздались голоса:       - Глазам не верим! — в один голос воскликнули близнецы Уизли, выпрыгивая из-за стеллажа.       — Неужели это наша... — начал один.       — ...самая любимая... — подхватил второй, прижимая ладонь к сердцу.       — ...самая обожаемая...       — ...профессор Макгонагалл! — закончили они хором, склоняясь в таком глубоком поклоне, что их рыжие макушки едва не коснулись пола.       Минерва мгновенно «закаменела». Она выпрямилась, её лицо приняло выражение предельной официальности, а рука, которая секунду назад почти касалась плеча Гарри, резко убралась в складки мантии.       — Мистер Уизли и... мистер Уизли, — отчеканила она. Её голос мог бы резать гранит. — Избавьте меня от вашей лести. Она так же фальшива, как ваши оправдания по поводу взрыва в туалете на прошлой неделе. Я полагаю, вы здесь для того, чтобы купить учебники, а не для того, чтобы упражняться в сомнительном красноречии?       — Обижаете, декан! — Фред выпрямился, сияя самой невинной улыбкой. — Мы само совершенство.       — Мы ищем вдохновение, — добавил второй, и тут его взгляд, острый и любопытный, упал на Гарри. — Ого... Фред, ты только посмотри.       - Профессор, а кто это рядом с вами?       - Фред, к чему ты спрашиваешь, видно же.       - Гарри Поттер, – воскликнули близнецы и подбежали к Гарри.       Они начали медленно обходить Гарри по кругу, словно изучали редкий магический артефакт.       - Знаешь, Фред, он слишком опрятный, чтобы расти у маглов.       - Я тоже об этом подумал. У него же и осанка идеальная.       - Что-то тут не чисто, - хором сказали братья        Минерва видела, как в глазах Фреда и Джорджа разгорается опасный исследовательский интерес. Они уже начали обмениваться многозначительными взглядами, явно сопоставляя интонации Гарри с её собственными.       — Довольно, — отрезала она.       - Фред и Джордж, что вы там делаете? Хватит доставать других покупателей, – крикнула рыжеволосая женщина. Из-за шкафов вышла Молли Уизли.       - О, Мерлин, Минерва, прости моих сорванцов, за ними тяжело уследить, сама знаешь.       - Ничего, ничего, Молли, сама знаю, за ними нужен глаз да глаз, ты представь, они до сих пор расстроены, что в прошлом году я забрала у них навозную бомбу.        После этих слов Молли строго посмотрела на сыновей.       - Мы вот нашего младшенького к школе одеваем… - Молли хотела что-то спросить, но ее перебила Минерва:       - Молли, я всего лишь помогаю мистеру Поттеру в покупке вещей к новому учебному году.               В это время Гарри пошел выбирать нужные учебники и дополнительную литературу.       - Минерва, он ведь совсем не похож на того замученного ребенка, о котором говорили! Он такой опрятный, такой... статный. Неужели маглы всё-таки проявили каплю милосердия?       Минерва поджала губы. Она бросила быстрый взгляд на Гарри. Несмотря на то что он был занят, он стоял идеально прямо, в его глазах читалась готовность поддержать любую версию «мамы».       — Маглы, Молли, были ужасны, — произнесла Минерва голосом, в котором лязгнул металл. — Родственники мальчика оказались людьми, совершенно лишенными воображения и... базового сострадания.       Она сделала паузу, позволив Молли ахнуть от ужаса, и продолжила, чеканя слова:       — Именно поэтому я прибыла к ним на неделю раньше положенного срока. Директор Дамблдор счел, что мистеру Поттеру необходим... период интенсивной адаптации. Мне пришлось лично проследить за тем, чтобы мальчик пришел в себя, получил надлежащий уход и хотя бы элементарные знания о нашем этикете, прежде чем он появится в обществе. То, что вы видите сейчас — это результат моей крайне жесткой и кропотливой работы за последние несколько дней.       Молли прижала руки к лицу.       — О, Минерва... Бедная ты душа, взвалить на себя такое! Ты всегда была слишком ответственной. Значит, ты буквально вытащила его из этого кошмара и за пару дней превратила в человека?       — Это мой долг как профессора этой школы, — сухо отрезала Минерва, хотя внутри у неё всё дрожало от того, как легко Молли поверила в эту полуправду. — Я не могла допустить, чтобы Гарри Поттер явился в Хогвартс, не умея держать спину. Мистер Поттер, — она официально кивнула Гарри, — подтвердите миссис Уизли, что наши... тренировки пошли вам на пользу.       Гарри поправил очки, в его взгляде на миг блеснуло истинное восхищение находчивостью матери.       — Профессор Макгонагалл была... крайне убедительна, мадам Уизли, — произнес он с безупречной вежливостью. — Если бы не её своевременное вмешательство, боюсь, я бы сейчас по привычке искал чулан, а не учебники по Трансфигурации.       Молли залилась слезами, окончательно уверившись, что Минерва — суровая героиня-спасительница, а Гарри — её благодарный, хоть и вышколенный проект.       — Ну, раз так... — Молли всхлипнула. — Ты чудо, Минерва. Просто чудо. Но всё же, если мальчику захочется домашнего пирога...       — У мистера Поттера впереди семь лет пирогов в Большом зале, — оборвала её Минерва.              — Молли, я вынуждена признать... — она сделала паузу, поправляя очки и намеренно не глядя в сторону окна, — ...что совершать покупки, не привлекая внимания, когда рядом со мной мистер Поттер, — задача практически невыполнимая. Директор Дамблдор надеялся на мою скрытность, но мой статус в Хогвартсе, кажется, работает против нас.       Она коротко кивнула в сторону витрины, за которой маячил силуэт Малфоя.       — Я прошу вас, присмотрите за Гарри. В толпе ваших детей он, наконец, станет... — она подобрала самое обидное для гордости Поттеров слово, — ...незаметным. Обычным первокурсником. К тому же, вашему Рону всё равно предстоит учиться с ним. Полагаю, им обоим полезно подружиться сейчас, чтобы мистер Поттер быстрее избавился от своих... специфических привычек, приобретенных в изоляции.       Люциус за стеклом замер. Он видел, как Минерва буквально «отдала» национальное достояние в руки многодетной хозяйки, даже не похлопав мальчика по плечу на прощание.       — Да-да, конечно! — Молли просияла. — Ронни, иди сюда!       Минерва официально, почти холодно кивнула Гарри.       — Мистер Поттер, следуйте инструкциям миссис Уизли. Я закончу с вашими документами и буду ждать вас в «Дырявом котле» ровно в пять. Не опаздывайте.       Гарри покорно склонил голову. В отражении стекла он увидел, как Люциус презрительно кривит губы. План сработал: Малфой решил, что Макгонагалл просто выполняет скучное поручение и уже мечтает избавиться от подопечного.       Минерва продолжила покупки, но без мальчика.       Как только колокольчик над дверью затих, близнецы Уизли тут же синхронно зажали Гарри с двух сторон.       — Ну что, герой? — Фред бесцеремонно закинул руку Гарри на плечо. — Наша Минни тебя не замучила до обморока своими лекциями?       — Мы видели, как она на тебя смотрела, — добавил Джордж, понизив голос до заговорщицкого шепота. — Так смотрят либо на нарушителя, либо на очень сложную задачу по Трансфигурации. Она что, заставляет тебя переписывать учебники за каждую ошибку в словах?       Гарри аккуратно, но твердо сбросил руку Фреда со своего плеча — жест был настолько спокойным и исполненным достоинства, что близнецы невольно переглянулись.       — Профессор Макгонагалл просто очень ответственно подходит к своим обязанностям, — ответил Гарри. Его голос был ровным, лишенным детской суетливости. — Она... подготовила меня к школе всего за неделю. И я благодарен ей за то, что теперь хотя бы знаю, с какой стороны открывать эти книги.       Близнецы притворно вскрикнули и отшатнулись.       — Слышишь, Фред? Он уже заразился! — Джордж схватился за голову. — У него начальная стадия «макгонагаллита»! Скоро он начнет отвечать параграфами и наказывать нас за расстегнутые пуговицы!       Гарри не стал грубить им, как Малфою. Он видел, что в их глазах нет злобы, только вечное желание превратить всё в шутку.       — Боюсь, — Гарри позволил себе легкую, почти незаметную улыбку, — что после общения с профессором я просто привык выбирать правильные слова.       Тут к ним подошла миссис Уизли, сияя материнской заботой.       — Ох, Гарри, милый, не слушай этих сорванцов! Пойдем, Ронни покажет тебе, где лежат лучшие тетради. Минерва сказала, что ты очень старательный ученик, но тебе не помешает немного... развеяться.       Гарри вежливо кивнул Молли, чувствуя, как внутри него тепло отозвалось упоминание того, что Минерва (пусть и официально) похвалила его.       — Спасибо, мадам Уизли. Я с удовольствием посмотрю, что выбрал Рон.       Рон, который до этого момента казался придавленным авторитетом Макгонагалл, наконец-то выдохнул и подошел к Гарри.       — Слушай, — прошептал он, опасливо оглядываясь на дверь, будто Минерва могла материализоваться прямо из воздуха. — Она правда такая... страшная? Мои братья говорят, что она видит сквозь стены и может превратить тебя в напёрсток, если ты просто не вовремя кашлянешь на уроке.       Гарри посмотрел на Рона. Тот выглядел растрепанным, с пятном сажи на носу и в мантии, которая была ему явно велика, но в его глазах светилось такое искреннее сочувствие, что Гарри не захотелось ему грубить. Он почувствовал, что Уизли — полная противоположность Малфоям. Здесь не было яда, только простое человеческое любопытство.       — Она очень строгая, — ответил Гарри, и на этот раз его голос звучал мягче. — Она не терпит, когда тратят время впустую. Но она... она справедливая. Если ты делаешь то, что должен, тебе нечего бояться.       Рон сочувственно скривился.       — Ну, «делать то, что должен» — это как раз то, что у меня получается хуже всего. Я Рон, кстати. Рон Уизли.       — Я Гарри.       — Я знаю, — Рон на мгновение замялся, его взгляд скользнул к челке Гарри. — Ты правда... ну, всё это время жил у маглов? Фред сказал, что Макгонагалл тебя оттуда буквально выкрала, чтобы успеть научить хотя бы здороваться до начала семестра.       Гарри улыбнулся. Эта версия событий была ему на руку.       — Вроде того. Она решила, что я совсем не готов к Хогвартсу, поэтому последнюю неделю мне пришлось несладко.       -Рон в ужасе округлил глаза.       — Ох, дружище, сочувствую. Моя мама тоже любит нас гонять. Ты, наверное, единственный первокурсник, который уже мечтает, чтобы школа поскорее закончилась, а она ещё даже не началась.       Гарри рассмеялся — на этот раз по-настоящему, легко. Ему было странно слышать, как кто-то жалеет его за жизнь с «профессором», в то время как он считал эти дни самыми счастливыми.       — Знаешь, Рон, — сказал Гарри, помогая новому знакомому поднять выпавшую книгу, — я думаю, мы подружимся. Главное — не попадаться ей на глаза, когда у неё плохое настроение.       — Это точно, — энергично закивал Рон. — Идём, покажу тебе, где здесь самые дешевые перья, а то мама расстроится, если мы потратим лишнее.       Вечером в районе пяти часов вечера Молли Уизли привела Гарри в Дырявый котел, где ждала Минерва. Семья Уизли сама закончила покупки к учебному году и собиралась отправляться домой. Гарри и Рон на обратном пути шли вместе.       В «Дырявом котле» было шумно и дымно, но как только Молли Уизли вошла в зал, ведя за собой Гарри и выводок своих сыновей, в дальнем углу шевельнулась высокая тень.       Минерва сидела за самым неприметным столиком, перед ней стояла нетронутая чашка чая. Она выглядела безупречно: ни одной выбившейся пряди, ни одной лишней складки на мантии. Увидев их, она медленно поднялась, и по залу словно прошелся сквозняк — настолько официальной была её поза.       — Минерва! Вот и мы! — Молли подошла к ней, всё еще крепко держа Гарри за плечо. — Мальчик просто чудо, такой воспитанный... Но, Минерва, — она понизила голос до громкого шепота, — он за весь день ни разу не попросил мороженого! Ты уверена, что твои методы не слишком... ну, ты понимаешь?       Минерва скользнула взглядом по Гарри. Для Молли это был взгляд инспектора, проверяющего сохранность груза. Для Гарри — короткий вопрос: «Ты в порядке? Всё прошло хорошо?»       — Благодарю вас, Молли, — сухо ответила Минерва, игнорируя замечание про мороженое. — Дисциплина ума начинается с малого. Мистер Поттер, — она обратилась к Гарри, — я полагаю, вы приобрели всё необходимое? И не потратили лишнего на безделушки?       Гарри покорно опустил голову, пряча в глазах смешинки.       — Да, мэм. Всё строго по списку. Миссис Уизли была очень любезна и помогла мне найти учебники подешевле.       Минерва забрала оставшеюся пакеты из рук мальчика, и они, и       Молли всплеснула руками.       — Ох, бедный ребенок... Минерва, ну позволь ему хотя бы поужинать с нами! Мы заказали большой пирог у Тома...       — Это исключено, — Минерва отрезала так резко, что Рон, стоявший за спиной матери, вздрогнул. — У мистера Поттера еще остались теоретические занятия на сегодня. Мы отправляемся немедленно.       Она кивнула Молли — вежливо, но бесповоротно — и указала Гарри на камин.       — Идите, мистер Поттер. Ваши вещи уже в доме. Не заставляйте меня ждать.       Гарри быстро попрощался с Уизли. Рон сочувственно похлопал его по плечу:       — Держись, Гарри. Увидимся в поезде, если выживешь после её «занятий».,       -Здравствуйте, профессор. – Гарри посмотрел на Минерву с таким взглядом, будто хотел спросить: «Мам, мы сейчас домой?»       Минерва поняла этот взгляд и молча кивнула.       Возвращались домой они тем же способом, что и приходили: с помощью летучего пороха. Первым вошел Гарри, за ним уже Минерва, потому что ей надо было убедиться, что он скажет название места правильно. Гарри очутился в маленькой гостиной дома в Хоксмиде. В доме был запах старого пергамента, сухого шалфея, лаванды и едва уловимый, терпкий шлейф шотландского вереска.       Гарри встал возле камина в ожидании Минервы. Минерва вошла в дом на несколько минут позже мальчика. Сразу же после выхода она крепко обняла его.       - Гарри как прошел день? Прости пожалуйста, что я оставила тебя на временное попечение у Уизли.       - Мам, все хорошо, я ведь и сам могу понимать, что эти... эти Малфои бы не отстали от нас. Тем более, я познакомился с Роном, смешной мальчишка. – Эти люди стали совсем другими, сняли свои «стальные маски»       - Гарри, сними очки, мне кажется, что ты устал за весь день в них. (Гарри ежедневно носил очки и ни разу не уставал от их носки), но все же решил снять, он что-то подозревал.       Минни куда-то отошла, в комнате послышались странные, совиные звуки. Гарри без очков не мог разглядеть, что это было, но подумал, что это какая-нибудь игрушка в виде совы.       - Гарри, все, можешь надеть очки. – Его реакция была бесценна!       Гарри прошел к своему любимому креслу и вдруг замер. На высокой спинке, вцепившись когтями в изумрудный бархат, сидело нечто ослепительно белое. Птица была такой неподвижной, что Гарри в первый миг принял её за трансфигурированную статуэтку. Но тут сова медленно, с достоинством повернула голову на сто восемьдесят градусов. Огромные янтарные глаза-блюдца уставились прямо на него, и птица издала тихий, почти нежный щелчок клювом.       Гарри боялся пошевелиться.       — Мам... это?..       Минерва стояла в дверном проеме, прислонившись плечом к косяку. Она уже успела сбросить тяжелую дорожную мантию, оставшись в домашнем платье, и сейчас смотрела на сына с той редкой, щемящей нежностью, которую никогда не видел Хогвартс.       -Я купила ее, когда ты покупал мантии, могу признаться, что я не ожидала, что ты останешься с Уизли.       -Гарри медленно протянул руку. Сова не улетела и не укусила его. Она лишь склонила голову набок, позволяя мальчику коснуться своих невероятно мягких, пуховых перьев на груди       — Она - твой подарок на одиннадцатилетие, Гарри. И твой единственный надежный канал связи. Письма, которые она будет приносить в мой кабинет, не осмелится перехватить даже Дамблдор. И она очень верная.       -Птица перелетела на край дивана и внимательно посмотрела на них. Гарри бросился к Минерве, он обнял ее за талию.        – Спасибо, мама.        За десять лет, проведенных с Гарри, Минни так и не научилась принимать объятия, она привыкла к одиночеству в стенах замка. Строгая Минерва Макгонагал опешила. Но оцепенение прошло так же быстро, как и возникло. Гарри почувствовал, как напряжение покидает её плечи. Она издала тихий, почти неслышный вздох, и её ладонь — сухая, тёплая, пахнущая книжной пылью и едва уловимо корицей — мягко легла ему на голову.