Письмо заключённого

Драко лежал у Гермионы на животе, обнимая её за бёдра, наслаждаясь тем, как мягко и нежно она перебирала его волосы, не пытаясь вытянуть из него информацию о том, что же всё-таки произошло между ним и Нарциссой. Да и, честно сказать, он сам не смог бы сформулировать мысли о предательстве в единое целое. В предложение, где признавался, что мама, как оказалось, не поддерживала его так всецело и преданно, как всегда обещала и говорила. Ему было больно. По-человечески больно от этого. Драко так надеялся, что мама действительно была рада за него, за то, что он наконец-то счастлив, но мыльный пузырь лопнул, оставляя только разочарование. Ещё в самом начале он должен был догадаться, чем всё закончится. «Таких людей всегда следует держать поближе». Вот что написала ему Нарцисса в письме, когда советовала быть с Гермионой честным и искренним. Тогда Драко даже не обратил внимания на эту фразу, а сейчас она вертелась в его голове не останавливаясь, словно хотела поджечь несчастные мозги в черепной коробке, чтобы окончательно убить хозяина. — Не хочешь горячего шоколада? — полушёпотом спросила Гермиона, касаясь кончиком пальца его носа. — Или чего-нибудь другого? Драко вздохнул и поцеловал её родинку возле пупка, садясь на постели, наплевав на ровную осанку, согнувшись в три погибели. Он сжал пальцами переносицу, отказываясь возвращаться в реальный мир. Те два часа, что они провели вместе с Грейнджер, сначала принимая ванну, а потом просто валяясь в кровати, дали ему передышку, но пора брать на себя ответственность и те самые обязательства, от которых Малфой долгое время бегал. Посмотрев на Грейнджер, он улыбнулся, правда, не так счастливо и радостно, как до ухода в Мэнор, но даже такая унылая улыбка слегка успокоила её, давая надежду на светлое будущее. — Я не против горячего шоколада, но, Грейнджер… — Драко потёр лицо ладонью, собираясь с мыслями. — Я хочу кое-что сказать… Кое-что важное. — Хорошо, — Гермиона тоже села, подогнув под себя ноги. Её лицо выражало сосредоточенность и полную вовлечённость, отчего Малфой вновь почувствовал себя нужным. Это придало ему сил на борьбу. — Я знаю, что говорил тебе, что мама приняла наши отношения, и до недавнего времени я и сам так считал, но теперь… — он осёкся, с горечью говоря следующие слова. — Теперь всё иначе. На самом деле никакого принятия нас не было. Поэтому… — Ты хочешь доказать им что-то? — она нахмурилась, анализируя его сбивчивую речь. Драко с облегчением выдохнул, опасаясь, что Гермиона может неправильно его понять и подумать, что он хочет расстаться с ней. Но она в очередной раз доказала, что между ними действительно есть связь, благодаря которой они очень хорошо читают друг друга. Но обида снова вернулась, ведь Нарцисса даже не заметила, как глубоко они проникли в жизни друг друга. Малфой лишь покачал головой, не желая больше заниматься самобичеванием. Пары часов хватило, пора приниматься за построение стратегии. — Именно так, я хочу доказать родителям, что они ошибаются. Я уверен, что мой отец думает, будто ты просто моя прихоть или ещё что-то подобное. Он внимательно вглядывался в глаза Грейнджер, стараясь отследить реакцию, и, если что, сразу успокоить или объясниться, но Гермиона просто взяла его за руку, давая необходимую ему поддержку. Драко улыбнулся ей, уже ощущая, как внутри поднимается вера в лучшее и продолжил: — Мы должны продемонстрировать ему, сколько мы с тобой, как пара и союз, можем сделать в том же Министерстве. Да, я ещё не успел наладить связи с этими чёртовыми чиновниками, но это не такой долгий вопрос. Важно лишь то, что они будут на нашей стороне… — Если мы предложим им выгодные условия, — хмыкнула Гермиона, заканчивая предложение. Драко довольно ухмыльнулся, целуя её ладонь. Она мило покраснела, но сразу же отвела взгляд, зная, что если продолжит глядеть на Малфоя, то не удержится, и они опять займутся сексом. — Я понимаю, о чём ты. Это шахматная партия, нам нужно сделать мощный первый ход, чтобы твои родители поняли, что с нами нельзя не считаться, верно? — Верно, — с благоговением пробормотал Драко, не веря, что Грейнджер мыслит так же, как и он. Хотя тут не было ничего удивительного. Но это всё равно поражало. — Пусть я только стажёр, но у меня есть знакомые, которые могут помочь нам сделать громкое заявление, — Гермиона усмехнулась, беззаботно пожимая плечами. — И это мы ещё не забываем про Скитер, сидящую у нас на поводке. Думаю, сейчас как раз тот момент, когда можно прозрачно намекнуть ей, что мы знаем о её пристрастиях в отношении несовершеннолетних мальчиков. Он не мог оторвать от неё глаз. Хотелось немедленно повалить её на спину и трахнуть, потому что Драко ещё никогда так быстро не заводился лишь от безжалостного плана девушки в отношении его собственных родителей. Она словно была создана специально для него. Истинная слизеринка. — Грейнджер, ты богиня! — сказал Драко, видя, как Гермиона с шоком опускает глаза. — Я абсолютно серьёзно. Ты, оказывается, та ещё стерва. — Тебе это нравится? — с сомнением уточнила она. — О да, — на выдохе протянул Малфой. — Ты даже не представляешь, насколько. Я возбудился только от мысли, что мы можем захватить этот поганый мир, если захотим. Грейнджер задумчиво поджала губы, явно прикидывая, есть ли в его словах должный смысл. Посмотрев на Драко, она лукаво улыбнулась. — Только с условием, что у меня будет огромная личная библиотека. Он рассмеялся и подмял её под себя, решая больше ничего не ждать и заняться страстным сексом прямо сейчас. Гермиона моментально потянулась к нему, чтобы поцеловать, но Малфой вовремя отстранился, не давая этого сделать. — Обещаешь, что мы станем той самой парочкой, от одного вида которой все трясутся от страха? Грейнджер свела брови на переносице, пока Драко стягивал с неё бирюзовый халат, не оставляющий места для фантазии, желая наконец-то добраться до сладкой начинки. — А ты обещаешь, что мы будем счастливы? Даже с учётом, что нас будут бояться? Она закусила губу, вызывая у него на лице голодное выражение. Он наклонился к ней и быстро чмокнул в губы, чтобы сказать правду. — Мы будем безумно счастливы. Безмерно. И все будут нам завидовать… Хотя нет, лучше пусть все они гадают, как мы живём. Мы будем настоящей королевской парой. Лучшими и счастливыми. — Предлагаю скрепить договор поцелуем, — прошептала Гермиона, и он с удовольствием проник в её рот языком, поклявшись самому себе, что так всё и будет. Да, их слова могли показаться детским садом или обычным трёпом влюблённых, но почему-то Драко не сомневался, что его родители разбудили спящего дракона, который обитал ранее в нём самом. Но суть в том, что теперь рядом с ним была настоящая львица. А такой союз рано или поздно заставит всех себя уважать. Вопрос остаётся лишь в том, сколько крови будет пролито.

***

Главное, не нервничать. Драко набрал в грудь побольше воздуха, заставляя себя собраться и наконец-то начать нагибать этот мир. Он должен быть опорой и надёжным во всех смыслах, как швейцарские часы, ведь Грейнджер как никогда нуждается в нём. В том, что он будет мужчиной, а не мелким сопляком, каким по сути являлся. Но это было неважно. Важно было то, что Драко сможет договориться и с чиновниками в Министерстве, напротив кабинета одного из которых стоял прямо сейчас, и со Скитер, ведь у той вообще не было никаких шансов против них с Грейнджер. Гермиона крепче сжала его руку, поддерживая, хотя сама волновалась не меньше. Она краем глаза взглянула на проходящих мимо служащих Министерства, которым явно не было дела до странной парочки, вцепившейся друг в друга, и успокоилась. Меньше всего ей хотелось привлекать к ним повышенное внимание толпы. Сейчас следует быть очень осмотрительными и сосредоточенными. Нельзя отвлекаться на идиотов. Драко оторвался от изучения двери и таблички, прикреплённой к ней, и перевёл взгляд на Грейнджер, улыбаясь ей. Она потянулась к нему, целуя в слегка колючую щёку, моментально возвращая Малфою веру в собственные силы. — Я буду ждать тебя здесь, — тихо сказала Гермиона, стискивая его пальцы в своих почти до боли. — Знаю. Постараюсь закончить быстро, — Драко чмокнул её в макушку и с большим трудом отпустил нежную ладонь, стуча в кабинет главного урода Министерства. А точнее, в кабинет Тиверия Маклаггена. Поднявшегося по карьерной лестнице весьма стремительно, особенно учитывая, что раньше о нём говорил только его самовлюблённый племянник. Драко лишь слышал сплетни, не имея никаких фактов на руках, но он прекрасно знал, что после победы над Волдемортом и Пожирателями смерти, Тиверий Маклагген как-то излишне быстро стал менять одну должность на другую и всё более высокую, чем прежде. Магия, да и только. Услышав разрешение войти, Драко мельком посмотрел на Грейнджер и, получив в награду её ободряющую улыбку, смело и даже нагло вошёл в помпезный кабинет. Оглянувшись, он едва смог проконтролировать выражение своего лица, ведь обстановка заставляла мигом захотеть вернуться обратно в прохладный и безликий коридор. — Ах, мистер Малфой! Какой неожиданный визит! — торжественно воскликнул Тиверий, раскрывая руки в притворном желании обнять его. — Проходи, мой мальчик, не стесняйся. Драко кивнул и закрыл дверь, пытаясь не кривиться каждую секунду нахождения в месте, где даже сама Долорес Амбридж потерялась бы от обилия украшений и непонятных золотых вставок где можно и нельзя. Только стол чего стоил, отделанный красным деревом и золотым тиснением по краям и на ножках. Стулья были явно из той же коллекции, разве что подкладка была не мраморная и не сделанная из слитка золота, а всего лишь бархатная. Кроваво-красная. Он прочистил горло, занимая своё место, закидывая ногу на ногу и расслабляя плечи. Драко должен был не только чувствовать себя уверенно, но и выглядеть соответствующе. Одно из наставлений отца, которое он выучил ещё в пятилетнем возрасте: все смотрят на внешность. На одежду, на часы и кольца, на лицо. Покажешь слабость или неуверенность хоть одним жестом или предметом гардероба, — и ты покойник. — Мистер Малфой, чем я обязан вашему визиту? — с улыбкой поинтересовался Тиверий, внешне походя чем-то на добродушного Слизнорта, но проблема была в том, что это был наигранный обман. Тиверий стал настоящим гончим псом, как только режим Волдеморта рухнул. Он хорошо втёрся в доверие к Кингсли и отлично сдавал своих коллег, когда те высказывали какие-то мысли, не соответствующие новой риторике. Маклагген являлся крысой в золотой обёртке. И он был ему нужен. — Мистер Маклагген, я знаю, что раньше наши семьи не были друзьями, но я очень хочу это исправить, — мягко проговорил Драко, контролируя каждый слог, вылетающий изо рта. — Я предлагаю вам мир. И, разумеется, выгодные для него условия. Тиверий задумчиво кивал, слушая Малфоя, но ничего не говорил. Лицо Маклаггена не показывало Драко направление его эмоций, не облегчая ему работу, чтобы можно было продумать свой следующий шаг, если что-то пойдёт не по плану. Он моргнул, возвращая себе концентрацию. — Я слышал, вам нужно финансирование одного проекта, и могу помочь. — Мистер Малфой, — Тиверий изменил позу и сел ровнее, укладывая руки на столе. — Драко. Я могу так к вам обращаться? Он стиснул челюсть, ненавидя старшее поколение за их святую убеждённость, что молодые автоматически становятся теми, к кому можно обращаться на «ты». Что, мать вашу, за хрень? У него на лбу написано, что он ребёнок, которого можно считать жалким и беспомощным? Но Драко просто сглотнул своё обоснованное бешенство и ущипнул себя за бедро так, чтобы его действия остались незамеченными. — Конечно. — Драко, я не против нашего сотрудничества, более того, я уже вижу перспективы, но, боюсь, я не уверен, что истинный глава рода Малфоев одобрит твои действия, а без него… Тиверий пожал плечами, подчёркивая, как же ему жаль. Бред собачий. Он просто пытался вывести Малфоя на эмоции, чтобы прощупать слабые места и потребовать скидку. Или ещё что-нибудь, что оставило бы Драко с голой задницей. Не на того напал. — Мистер Маклагген, истинный глава рода Малфоев, как вы выразились, сейчас перед вами. Уверяю, Люциус не побеспокоит вас в ближайшее время. К тому же он давно и официально передал мне все свои полномочия. — Правда? — удивился Тиверий. Блядь, конечно, нет. — Естественно. Мой отец понимал, что времена изменились и пора уступить дорогу молодым. Он сам упоминал вас, когда мы говорили с ним пару дней назад. Сказал, что всегда ценил вас… как верного друга. Последние слова подействовали безотказно. Тиверий вздрогнул, отлично понимая, на что намекает Драко. Крыса всегда остаётся крысой, и даже близких не спасает её желание получить выгоду любым путём. Пусть речь и идёт о предательстве старого друга. — Что ж… — он провёл рукой по седым кудрям, испытывая смешанные чувства. Драко видел все его метания, сдерживая ухмылку победителя. — Раз Люциус передал вам все полномочия, думаю, мы можем поговорить с вами о сотрудничестве. Малфой приподнял подбородок, ощущая себя чёртовым монархом на троне. — Рад слышать.

***

Гермиона вскочила со стула на ноги сразу же, стоило Драко открыть дверь и покинуть кабинет Маклаггена. Она вопросительно посмотрела на него, боясь даже дышать в ожидании ответа. Малфой прочистил горло, глядя на неё печальными глазами. Она расстроенно потухла, но тут он засмеялся, и всё стало ясно. — Идиот! — вскрикнула Гермиона, бросаясь на него с объятиями. Драко крепко обнял её, зарываясь носом в кудри, втягивая в себя запах сахарной ваты и личного покоя. Он поцеловал её в макушку, не зная, стоит ли благодарить судьбу или же дело исключительно в его даре убеждения. Отстранившись от него, Грейнджер взяла его лицо в ладони и провела по щекам большими пальцами, касаясь счастливой улыбки на губах Малфоя. — Получилось, — возбуждённо прошептал Драко, стискивая её талию в руках. — Идём, — она схватила его за запястье и потащила к лифту, чтобы поскорее оказаться наедине. Они поднялись на её этаж, и Гермиона стремительно распахнула дверь в свой кабинет, пропуская Малфоя вперёд. Он оглянулся и скривился, когда остановил взгляд на втором столе в помещении, явно принадлежавшем олуху, о котором Драко уже и думать забыл. Но сейчас внезапно вспомнил, как и то, что олух слишком открыто клеился к Грейнджер. Закрыв дверь и поставив заглушку на кабинет, Гермиона обернулась, замечая похотливый взгляд Малфоя. Она нахмурилась, не понимая, как его настроение так скоро сменило своё направление. — Драко? — Иди ко мне, — мягко сказал он, подзывая её к себе. Грейнджер усмехнулась, веселясь из-за его желания пообниматься, но стоило ей оказаться к нему ближе, чем была изначально, как до неё дошло, что именно парень задумал. — Малфой, не смей… Но Драко проигнорировал её, скидывая со стола Оливера бумаги и канцелярские принадлежности, сажая Гермиону на твёрдую поверхность. Он моментально встал между её ног, не давая даже шанса вырваться и проявить хоть какое-то благоразумие. — Драко, прекрати! — вроде бы строго, но в то же время смеясь, проговорила Гермиона. — Грейнджер, ничего страшного не случится, если я трахну тебя на столе олуха. — Оливера, — поправила она его. Малфой раздражённо закатил глаза, решая никак это не комментировать. Вместо лишних слов он раздвинул ноги Гермионы, медленно пробираясь рукой под её юбку, смотря ей в глаза. Она выдохнула, замерев, чувствуя, как внутри всё сжалось в клубок, ожидая продолжения. Драко коснулся костяшкой её белья, и она дёрнулась, поддаваясь касанию навстречу. Он растянул губы в самодовольной ухмылке, за что Грейнджер захотела ему врезать. Но лишь после того, как они закончат начатое. — Не дразни, — протянула она, принимаясь стягивать с него пиджак и рубашку. — Что ты, детка, я и не думал, — хмыкнул Драко, наконец-то захватывая её рот своим, чтобы поцеловать. Она простонала Малфою в губы что-то несуразное, даже не помня, что именно, лихорадочно отвечая ему, пытаясь добраться до его кожи, почти с ненавистью откидывая рубашку прочь. Драко прижал её к себе, сжимая грудь сквозь мешающую ткань, зарычав от бешенства на одежду как таковую. Он схватил её блузку и стал стягивать её с Гермионы через голову, причитая о трудностях раздевания. Она засмеялась, ощущая его пальцы на боках, и Малфой снова поцеловал её, не давая переключиться. — Пожалуйста, — всхлипнула Грейнджер, не желая терять ни минуты. В Министерстве было крайне тяжело с личным пространством, здесь вечно кто-нибудь ходил по кабинетам, чтобы либо просто так заглянуть и пожелать хорошего дня, либо рассказать очередную сплетню. Гермиона не хотела слышать лицемерные пожелания и тем более не хотела становиться объектом новых сплетен. — Так не терпится? — издеваясь, уточнил Драко, отодвигая её бельё в сторону, нажимая большим пальцем на клитор. Она откинула голову назад, вцепившись ногтями в его плечи, оставляя крохотные царапины на коже. Грейнджер заскулила, когда Малфой начал замедлять темп, и попыталась сама насадиться на его пальцы. Драко лишь фыркнул, не позволяя. — Эй! — Это же стол олуха, да? — словно забыв, чем они только что занимались, поинтересовался Драко. — Оливера, — опять напомнила Гермиона, сдвинув брови на переносице. Малфой закусил нижнюю губу, недовольно качая головой. Он наклонился к ней, а потом резко толкнул ладонью в ключицу, заставляя лечь спиной на упомянутый стол. Она ни черта не понимала, но не сопротивлялась. — Драко? — Лежи, — приказал он, становясь на колени. Гермиона втянула в себя воздух, сжимая руки в кулаки. Первое прикосновение языка к клитору отпечаталось в мозгах как клеймо, а дальше она ничего не помнила. Лишь пальцы и чёртов язык Малфоя, которым он явно вознамерился довести её до безумия. Его пальцы скользили в ней нахально и медленно, не давая приблизиться к оргазму, и Грейнджер застонала от разочарования, когда он вновь отказал ей в таком маленьком удовольствии. — Ну почему? — захныкала Гермиона, больше не выдерживая. — Чей это стол, Грейнджер? — Что?! — возмутилась она, вскидывая голову. — Ты совсем больной? Только из-за этого ты… Его пальцы двинулись, полностью входя внутрь неё. Гермиона упала на спину, выгибаясь и стараясь получить то, что было совсем близко. Но Драко контролировал каждое прикосновение, твёрдо давая понять, что тоже не отступит. — Ну же, детка. Просто скажи. — Придурок… — Ай, Грейнджер, — он цокнул языком, на мгновение отстраняясь от неё. — Но если ты отказываешься, то я просто остановлюсь и… — Нет! Гермиона замотала головой, проклиная Малфоя и его непомерный гонор. Она точно когда-нибудь убьёт его, но, видимо, не сегодня, потому что ей нужно кончить. У неё уже звёздочки маячили перед глазами, она не выдержит и умрёт, если Драко не сжалится над ней. Она прикусила губу, двигая бёдрами, но Драко больше никак её не трогал, разве что его ладонь властно лежала у неё на коленке, поглаживая кончиком указательного пальца нежную кожу. Грейнджер закатила глаза, решая сдаться и потешить эго Малфоя. — Это стол олуха, который мне не интересен. Доволен? Драко расплылся в настолько дерзкой и счастливой ухмылке, что Гермиона чуть не стукнула его по голове, но он в ту же секунду вернулся на место между её ног, облизывая клитор и раздвигая складки. Она рухнула обратно, наплевав на всё на свете. Малфой вошёл в неё пальцами, делая пару грубых толчков, и Грейнджер так громко застонала, что он отметил про себя чувствительную точку, которую следовало запомнить на будущее. Надавливая на клитор, он наблюдал за эмоциями Гермионы, радуясь возможности увидеть её такой открытой и беззащитной. Его возбуждение уже давно жалостливо напоминало о себе, но он не обращал на свой член внимания, решив полностью посвятить эти минуты Грейнджер. И к тому же трахать её на столе олуха было ну очень приятно. Теперь Драко всегда будет вспоминать этот момент, как только окажется в кабинете. Но чаще всего этот секс будет вспоминать Грейнджер. Он уже представил, как она постоянно краснеет, стоит ей посмотреть на стол или на самого олуха, разговаривая с ним. Чёрт, лишь из-за этого можно устроить настоящий секс-марафон в этом задрипанном кабинете. Он ещё раз коснулся клитора, усиленно двигая пальцами, и пружина внутри Гермионы взорвалась. Она раскрыла рот в безмолвном крике, цепляясь пальцами за волосы Драко. Малфой довольно хмыкнул, целуя её бёдра, осторожно спуская стройные ноги со своих плеч. Гермиона посмотрела на него расфокусированным взглядом, кажется, застряв где-то в промежуточном мире. — Продолжим? — поинтересовался Драко, нависая над девушкой, не целуя её. Грейнджер заторможенно кивнула, обнимая его за шею и притягивая к себе, впиваясь в изгибающиеся в ухмылке губы грубым поцелуем. Поцелуй получился жадным и крайне развратным. Гермиона целовала его дико, так, будто никак не могла решить, убить или трахнуть. Драко лишь усмехнулся про себя, решая всё-таки проявить благоразумие и наконец-то дать Грейнджер то, что она так отчаянно хочет. Вцепившись в собственный ремень на брюках, он одним точным и изящным движением избавился от него, спуская штаны вместе с трусами по ногам вниз. Гермиона опустила глаза на его член и сглотнула, вызывая на лице Драко похабную ухмылку. — Ох, прекрати, — пробурчала Гермиона, обхватывая ногами его талию и притягивая к себе. Она провела ладонями по его груди, наслаждаясь прикосновениями к горячей коже и проступающим мышцам, которым Малфой явно уделял много внимания, желая вернуть прежнюю форму. — Что прекратить? — поинтересовался Драко, раздвигая складки пальцами, подготавливая её к проникновению. — Так… ухмыляться, — простонала она, откидывая голову назад, отчего кудри рассыпались по спине. — А то… треснешь от… Ох! — Кажется, ты не договорила? Малфой наконец-то убрал руку и замер, дожидаясь, когда Гермиона посмотрит на него. Он хотел увидеть желание в её глазах. Знание, что это он трахал её сейчас на столе олуха. Что она только его. — Ну же, Грейнджер. Гермиона стиснула коленями его талию и схватила Драко за шею, наклонив к себе так резко, что он чуть не потерял равновесие. Он удивился её прыти, фыркая на попытку обойти его и начать свою собственную игру. — Ты… — Господи, Малфой, просто займись делом наконец! — не выдержала Грейнджер, хватая его за задницу, практически заставляя войти в неё. Драко опешил, но моментально выполнил горячую просьбу девушки, жёстко толкаясь внутрь неё, словно в последний раз. Она заскулила от его бешеного темпа, упав на стол, раскинув руки в стороны, чтобы можно было хоть за что-то держаться. Стол ходил под ними ходуном, и краем сознания Малфой забеспокоился, что они сломают его нахрен, но эта мысль вылетела из головы тут же, стоило Гермионе сжать свою грудь в ладонях, пропуская соски между пальцами. — Блядь… На мгновение он сбился с темпа, видя похоть на дне глаз Грейнджер, которая явно больше не боялась показаться какой-то не такой. Драко улыбнулся, теряя голову от счастья, ведь она перестала стесняться его. Возможно, совсем. — Обожаю тебя, — выдохнул Малфой, возобновляя толчки, коснувшись пальцем клитора. Гермиона ахнула от всплеска ощущений, закатывая глаза, пока Драко молился всем святым, чтобы не кончить в эту самую минуту. Он замедлился, решая провернуть кое-что новое. — Грейнджер, иди сюда. Его приказной тон подействовал на неё безотказно, и она потянулась к нему, почти не контролируя своё тело, поэтому Драко сделал всё сам. Он просто поставил её на ноги и повернул к себе спиной, склоняя над столом. — Драко? — Тебе понравится, — он поцеловал её лопатку, откидывая кудрявые волосы и переплетая их пальцы. — Обещаю. Гермиона расслабилась, доверившись ему, и он снова вошёл в неё, выпрямляясь. Чёрт, сам факт того, что он трахал Грейнджер, лежащую грудью на столе олуха, доводил до крайней точки удовольствия. Драко понятия не имел, насколько его ещё хватит, но то, что он ментально умрёт от кайфа, уже не подвергалось сомнению. — Драко! — вскрикнула Гермиона, сжимая его член в тисках. Он чуть не отдал Мерлину душу в этот момент. Крик, переросший в стон со стороны Грейнджер, толкнул его в пропасть. Малфой сделал ещё несколько глубоких толчков, стимулируя клитор, и Грейнджер всхлипнула, кончая вместе с ним. Драко упал на неё, прижав к столу, оставляя хаотичные поцелуи на хрупкой шее и спине. Осторожно приподнявшись, он стал поглаживать нежную кожу подушечками пальцев, не в силах встать полностью и одеться. Оргазм выбил из него дух, а Грейнджер своими стонами добила окончательно. Она облизала губы и выпрямилась, усаживаясь на столе, начиная распутывать свои волосы. Драко устало улыбнулся её недовольному виду, когда Гермиона не смогла расправиться с небольшим колтуном, и прикрыл глаза, давая себе ровно минуту на воскрешение. — Неужели ты так сильно ревнуешь меня к Оливеру? — неожиданно спросила Грейнджер, и Малфой распахнул глаза, не собираясь оставлять такой провокационный вопрос без внимания. — О чём ты? Драко прекрасно всё понял с первого раза, но решил немного потянуть время, чтобы хотя бы повторить позу Грейнджер, свесив ноги со стола. Его брюки валялись где-то на полу, но ему было лень их поднимать и надевать. И, учитывая, что на нём остались только носки и ботинки, его вид наверняка был весьма забавным. — Ты ведь всё понял, — Гермиона закатила глаза, оставляя свои волосы в покое. Видимо, вместо этого желая заняться уже им. Малфой тяжело вздохнул, разминая шею, не видя, как Грейнджер следит за каждым его движением, ловя перекаты мышц под кожей, закусив губу. Кажется, ей не хватило и хочется ещё. Переведя взгляд на бардак, что они устроили, Гермиона покраснела, впервые испытывая неловкость за всё то время, что они с Драко провели в этом кабинете. Секс с ним ничуть не смущал её, но вот отсутствие ответа на такой важный вопрос — ещё как. Но Малфой, следивший за её лицом, пока Грейнджер думала, что он ничего не видит, решил быть максимально откровенным. — Конечно, ревную. Гермиона впилась в него круглыми глазами, приоткрыв от удивления рот. Он хмыкнул, касаясь её подбородка, обхватив ладонью скулу, рисуя на ней крохотные узоры. — Грейнджер, я знаю, что тебе покажется это ненормальным, но я ревную тебя ко всем. Даже к Поттеру и Уизли. — Но… — Я знаю, что ты заинтересована во мне и что ты не станешь ничего от меня скрывать, но… — Драко покачал головой, боясь произнести это вслух. Гермиона придвинулась к нему и, наплевав на собственную наготу, взяла его за руку, опуская её себе на грудь. Малфой резко втянул воздух, чувствуя, как там, внутри, бьётся её сердце. Будто бы специально для него. — Драко, ты же понимаешь, что мы в одной лодке? — она ласково посмотрела на него и мягко улыбнулась. — Если ты считаешь, что нужен мне меньше, чем я тебе, то ты сильно ошибаешься. Ещё когда ты писал мне из Азкабана, я думала о нас. Представляла, как всё может быть. — Что?.. — он растерялся, моргая как дурак. Грейнджер покраснела и обняла его, спрятав лицо у Драко на груди, чтобы не видеть серых глаз, глядящих на неё с бесконечными вопросами. — Когда ты приревновал меня к моим гипотетическим ухажерам, которых даже не было, я стала представлять, как бы мы выглядели, будучи парой. Ты уже тогда мне нравился, хоть я и старалась положить конец этой симпатии, но не вышло. Так что, когда ты повёл себя как идиот, я наконец-то смогла признаться себе, что ты мне нравишься. Она замолчала, боясь пошевелиться. Гермиона опасалась, что излишне много наговорила, что переборщила с честностью, но, когда Драко приподнял её лицо за подбородок и сладко поцеловал, отчего пальцы на ногах подогнулись, все страхи отступили прочь. — Мне кажется, нам нужно очень многое обсудить, — получив согласный кивок Грейнджер, Малфой продолжил: — И отвечая на твой вопрос: да, я ревную тебя к этому Оливеру. Не потому, что ты дала повод. Я просто вижу, как он смотрит на тебя. Тут нет лишь дружеской симпатии. Тут нечто большее. Она задумчиво кивнула, прежде не замечая ничего необычного в поведении Оливера. Он всегда казался ей неплохим парнем, коллегой, с которым просто повезло. Но теперь всё изменилось. — Я поняла, и, если тебе так будет спокойнее, я сокращу наше с ним общение, насколько это возможно. И постараюсь сказать ему, что между нами ничего не может быть. — Ты действительно готова сделать это? — удивился Драко, сдвигая брови на переносице. Грейнджер пожала плечами и подарила ему тёплую улыбку, отчего он чуть не растаял на месте. — Да, готова. Ты просишь меня не Эверест покорить. Это нормально, что мы идём на компромиссы друг другу, особенно в таких вещах. Иначе ведь отношения не построить, верно? Драко хмыкнул, поражаясь её умению положить его на лопатки, даже не стараясь. Он облизал губы, желая только одного: привязать её к своей кровати в Мэноре и показать, как много им ещё нужно изучить. Но сейчас он просто обнял её и поцеловал в висок, боясь спугнуть трепетный момент. Гермиона горячо ответила на его объятия, целуя Малфоя, наплевав на их внешний вид и на то, что в кабинет может попытаться войти кто угодно, особенно если вспомнить, что здесь это в порядке вещей. Но поцелуй вышел таким нежным и любящим, что никто из них не был готов его прерывать. А человек, стоявший за дверью и стучавший в неё, и не знал, что нарушил нечто волшебное одним своим появлением. — Мисс Грейнджер, вы в кабинете? Гермиона застыла от ужаса, продолжая прижиматься к Драко, пока он лихорадочно искал решение возникшей проблемы. — Давай просто подождём, и он уйдёт? — предложил Малфой, осторожно вырывая девушку из ступора, поглаживая её по плечу. Грейнджер вернулась на грешную землю и широко распахнутыми глазами посмотрела на него, стараясь сконцентрироваться и начать думать, а не только чувствовать. Она заторможенно кивнула, глубоко вздыхая. — Да, лучше подождём. Драко поцеловал её в макушку и слез со стола, начиная собирать их вещи. Он подал Гермионе её юбку с блузкой, и в этот момент в дверь снова постучал мужчина, который так не вовремя вторгся сюда и нарушил интимный момент. — Кто это? — раздражённо спросил Малфой, натягивая трусы, а затем и брюки. Грейнджер надела юбку и психанула, поняв, что та перекрутилась и теперь молния, которая должна быть сзади, находилась у неё спереди. Она откинула волосы от лица, пытаясь не ругаться как заправский сапожник. Драко лишь весело хмыкнул, услышав её недовольное бурчание. — Это мистер Томпсон. Он занимается отчётами и координирует бумажную работу стажёров, то есть мою и Оливера, — запыхавшись, ответила Гермиона. Драко нахмурился, продевая пуговицы в петли, полностью расправившись с рубашкой. Подняв с пола пиджак, он взглянул на взволнованную Грейнджер, сильно волнующуюся, что её могут поймать за непристойным поведением на рабочем месте. Ему-то ничего не будет, а вот ей попадёт по первое число. Она как раз пыталась расправить блузку на груди, но та была настолько помята, что её могло спасти только заклинание, и то, если очень повезёт. — Давай я, — он решил помочь, не желая видеть её грустной. Гермиона опустила руки и с благодарностью поцеловала его в щёку. Криво ухмыльнувшись, Малфой пробормотал заклинание разглаживания, помня его ещё со времён учёбы в Хогвартсе, и аккуратно поправил воротничок, касаясь шеи и подбородка Грейнджер. — Кажется, опасность миновала, — протянул Драко, обращая внимание на то, что мистер Томпсон наконец-то ушёл. Она прислушалась к происходящему за дверью и облегчённо прикрыла глаза, согласно кивая ему, когда поняла, что Малфой прав. Гермиона готова была расцеловать саму себя за то, что не поленилась наложить заглушку на кабинет, когда они только вошли в него. Именно это спасло её от выговора и, возможно, увольнения. — Слава богу. — Эй, — Драко мягко коснулся её скулы, обхватывая ладонью её лицо. — Всё хорошо? — Конечно, почему ты спрашиваешь? Гермиона нахмурилась, вглядываясь в его глаза. Драко пожал плечами, выглядя немного растерянным. — Мне показалось, что ты… не рада, что нас могли застукать. — Да, потому что мне бы влетело, но это никак не касается тебя, — она заметила, как Малфой моментально выдохнул после её слов, и догадалась, как сильно его волнует, что скажут люди и как это отразится на её собственном мнении о нём. — Драко, прошу тебя, не думай, что я откажусь от тебя, если кто-то будет против наших отношений. Он придвинулся к ней и обнял, оставляя руки на её талии, прижавшись своим лбом к её. Закрыв глаза, Гермиона улыбнулась, зарываясь пальцами в его волосы, которые тоже оказались в весьма плачевном состоянии, как и её кудри. — Просто не хотелось бы, чтобы хоть кто-то знал, что я занимаюсь сексом на работе, а вот с кем я это делаю, наоборот, пусть знают. Я буду только рада, если твой статус желанного холостяка потеряет свою актуальность. Драко хрипло засмеялся, отчего у неё в животе распустились цветы, и Гермиона уткнулась носом ему в грудь, вдыхая его неповторимый запах, давно ставший её личным наркотиком. — Мне нравится, когда ты ревнуешь меня, — самодовольно сказал Малфой, за что тут же получил лёгкий удар по плечу. Но он лишь рассмеялся, целуя Грейнджер в висок, не собираясь отпускать её из своих рук в ближайшее время. — Мы не можем стоять так весь день, — пробормотала Гермиона в рубашку парня, касаясь губами его шеи и оставляя там крохотные поцелуи. Драко сглотнул, чувствуя, как желание поднимается по телу и член в штанах вновь напоминает о себе. Он прочистил горло, стараясь включить спящий мозг, чтобы напомнить самому себе об ответственности и обязательствах. А та бесконечная похоть, которой он поддался сегодня, могла только навредить, причём именно Грейнджер. Нужно взять себя в руки. — Детка, мне надо идти. Она удручённо застонала, но отстранилась, проводя ладонью по лицу, чтобы отбросить соблазн снова заняться сексом. — Ты прав, — Гермиона кивнула, поправляя волосы. — Тогда увидимся вечером? Малфой хмыкнул и быстро поцеловал её в губы, не давая ей даже осознать, что произошло. Когда Грейнджер потянулась ему навстречу, он уже стоял у двери, держась за ручку. — Я приду к тебе в шесть, чтобы забрать и отвести домой, — пообещал он. — Куда ты сейчас? Драко на мгновение задумался, с горечью признавая, что некоторые вещи необходимо сделать, пусть и совсем не хочется. — Сначала зайду домой, соберу сумку с вещами, а потом отправлюсь к Скитер. Гермиона опустила ладонь на ключицу, с тревогой глядя на него. — Не бойся, я справлюсь. — Знаю, я в тебе не сомневаюсь, — спокойно сказала она, но эти слова подействовали на Малфоя не так, как он сам ожидал. Драко чуть не дёрнулся к ней, чтобы жадно поцеловать и продолжить то, что они начали, но Грейнджер покачала головой, каким-то образом заметив его желание на дне почти чёрных сейчас глаз. — Иди, увидимся вечером, — прошептала Гермиона, отправляя ему воздушный поцелуй, тут же смутившись своего излишне девичьего поведения. Он сделал вид, что поймал его и прижал ладонь к сердцу. Не давая себе возможности найти предлог, чтобы остаться, Драко выскочил в коридор, оглядываясь и ища любого, кто мог бы хоть как-то дискредитировать Грейнджер. К счастью, таких самоубийц не нашлось, и он уверенной походкой направился к лифту, набираясь смелости для отправки домой. Нарцисса могла быть сейчас там, а могла и прогуливаться по Косому переулку, или же быть на очередной встрече какой-нибудь благотворительной организации. Драко, честно сказать, понятия не имел, но искренне надеялся, что они с матерью сегодня не пересекутся. С тех пор, как он ушёл из дома, Нарцисса с ним не связывалась. Наверное, хотела дать ему время всё обдумать и вернуться с повинной, но, даже если так, ничего не вышло. Он ни капли не усомнился в своём решении быть с Грейнджер. Скорее наоборот, Драко в нём окончательно убедился, и теперь ничто не сможет заставить его бросить Гермиону и снова начать жить по правилам чистокровных. Войдя в только что подошедший лифт, Малфой стал спускаться вниз, в Атриум, не давая себе спасовать. Он сможет войти в дом, подняться в свою комнату и забрать необходимые вещи, а потом так же тихо покинуть Мэнор. Нарцисса ни о чём не узнает. Ну а если она будет дома… Драко сделает всё, чтобы избежать разговора, который точно его разозлит. Сейчас он не готов доказывать матери её неправоту. Ему нужны союзники и рычаги давления на отца. Как только он этого добьётся, можно будет приступать к переговорам. Приподняв подбородок, Малфой покинул кабину лифта, чувствуя себя уверенней в десять раз, чем ещё минуту назад. У него был отличный план и цель. Он победит. Он сможет.