Принцесса Лестрейндж

Хогвартс замер в душном, наэлектризованном предчувствии. Долорес Амбридж, окрыленная поддержкой Министерства и собственной безнаказанностью, развесила по стенам уже двадцать восьмой Декрет об образовании, запрещающий «любое несанкционированное проявление веселья и шума». Она расхаживала по замку с видом триумфатора, не замечая, как из-за углов на неё смотрят холодные глаза Наследников. Долорес совершила фатальную ошибку: она посчитала, что дисциплина держится на страхе, забыв, что у её противников теперь были практически неограниченные ресурсы и родовая магия, не знающая пощады. Всё началось во время завтрака в Большом зале. Когда Амбридж, облаченная в свой самый вызывающий ярко-розовый костюм, поднялась со своего места, чтобы зачитать очередной приказ об исключении, над столами раздался низкий, вибрирующий гул, от которого задрожали кубки с соком. — Началось, — едва слышно шепнул Гарри, обмениваясь коротким, многозначительным взглядом с Гермионой. Та сидела идеально прямо, её пальцы задумчиво поглаживали холодную серебряную рукоять зеркала, подаренного Драко. В её глазах плясали искры холодного торжества. В центре зала с оглушительным треском взорвалась первая «Ультра-вспышка Уизли». Это не были обычные ученические хлопушки. На золото Гарри близнецы закупили редчайшие компоненты у самых сомнительных поставщиков Лютного переулка, а Гермиона тайно наложила на заряды серию проклятий перманентности, извлеченных из пыльных гримуаров Лестрейнджей. Зал мгновенно заполнили гигантские драконы из живого, пульсирующего огня. Вместо того чтобы гаснуть, они начали множиться при каждой попытке учителей применить тушащие заклинания. Один из драконов, ярко-малинового цвета, спикировал прямо на преподавательский стол, превратив тщательно уложенную прическу Амбридж в обугленное, дымящееся облако. Когда разъяренная Долорес, визжа от негодования, выскочила в коридор, она обнаружила, что замок превратился в изощренную полосу препятствий, созданную гением двух рыжих хулиганов и холодным расчетом аристократии. Магическое болото на третьем этаже: Фред и Джордж развернули «Портативное болото высшего качества», которое теперь занимало весь восточный коридор. Любая попытка Амбридж или Филча применить Эванеско приводила к тому, что трясина начинала извергать хор лягушек, которые в унисон квакали: «Она лжет! Она крадет ваше будущее!» на мотив гимна Министерства Магии. Грозовые облака возмездия: Под потолком кабинета ЗоТИ зависло стационарное облако, бившее розовыми молниями в любого, на ком была надета министерская брошь или розовый бант. Амбридж пришлось спасаться бегством, прикрываясь собственной мантией. Эхо позора: Повсюду летали зачарованные тарелки-кричалки, которые голосами Фреда и Джорджа выкрикивали самые постыдные секреты из личного дневника Амбридж, который близнецы украли и размножили неделю назад. — Это государственная измена! — визжала Амбридж, пытаясь увернуться от очередной порции навозных бомб, которые вылетали прямо из доспехов. — Филч! Хватайте их! Немедленно! Но близнецы были повсюду и нигде. Используя высшие дезиллюминационные чары, лично доработанные Гермионой, они невидимыми тенями парили над толпой на своих метлах, разбрасывая «Забастовочные завтраки» в промышленных масштабах. Вся школа буквально «заболела» в одну секунду, парализуя любые попытки Инспекционной дружины навести порядок. На парадной лестнице, когда Амбридж наконец загнала их в угол (как ей казалось), Фред и Джордж эффектно сбросили чары невидимости, зависнув в воздухе на фоне огромного витража. — Хогвартс прощается с вами, профессор! — прокричал Фред, чей голос усилил Сонорус. — Нам пора расширять бизнес в Косом переулке, а вашему «новому порядку» пора отправиться на помойку истории! — добавил Джордж с широкой ухмылкой. В этот момент Гарри, стоявший внизу, незаметно направил свою палочку в каменный пол. Магия Поттеров, истинных Наследников и защитников этого замка, мгновенно отозвалась на его безмолвный призыв. Каменные горгульи по всему периметру ожили, издавая протяжный, победный вой, который заглушил последние приказы Амбридж. Гермиона же, глядя в упор на Долорес с ледяным превосходством, шепнула короткое, яростное заклинание из арсенала своей матери. На глазах у сотен учеников нарядный розовый костюм Амбридж начал медленно трансформироваться в липкую, пахнущую дегтем субстанцию, к которой мгновенно прилипли перья, пыль и остатки навозных бомб. — Наслаждайтесь своим триумфом, Долорес, — тихо произнесла Гермиона, когда Фред и Джордж, сделав прощальную петлю под сводами потолка, вылетели сквозь главные двери замка. В небе над Хогвартсом расцвел гигантский огненный символ «W», который не гас в течение трех суток, напоминая Министерству о его поражении. В замке воцарился контролируемый хаос. Ученики не скрывали восторга, а профессора во главе со Снейпом демонстративно медленно «пытались» помочь Амбридж, используя заклинания, которые лишь усугубляли её состояние. Драко, стоявший за спиной Гермионы, собственнически обнял её за талию, притягивая к себе. Он смотрел на позор Амбридж с холодным удовлетворением хищника. — Изящно, Мия. Мои галеоны и твои знания были потрачены не зря. Этот замок снова начинает принадлежать тем, кто достоин им владеть. Гарри подошел к ним, убирая палочку в рукав. Его лицо было спокойным, но глаза горели огнем перемен. — Они свободны. И теперь у них есть всё, чтобы открыть лучший магазин в Британии. А у Амбридж больше нет власти. Она — просто сломленная женщина в испачканном костюме. Этот день вошел в анналы Хогвартса как «День Розового Пепла». Революция Наследников только начинала набирать обороты.