Эхо сквозь время | Echoes Across Time

Точка зрения Фенлин Я собрала небольшие корзинки с вином, сырами, шоколадом и всякими безделушками для всего ближнего круга. На утреннее совещание принесла те, что предназначались Лелиане, Жозефине и Каллену. Их лица, озарившиеся удивлением и радостью, стали лучшей наградой. — Это всё из тех подарков, что вам прислали, Инквизитор? — спросила Жозефина, поглаживая бутылку антиванского вина в своей корзинке. — Ага. Военные трофеи, — пошутила я и услышала смешок Каллена, который с интересом разглядывал шоколад. Никогда бы не подумала, что он сладкоежка. Возьму на заметку. Я уловила лёгкий вздох Жозефины — она явно уже подбирала вежливые причины вернуть подарок, поэтому я предостерегающе подняла руку. — Жозефина, пожалуйста, прими этот скромный дар. Мне прислали столько хлама, что, если бы я выпила всё вино, съела весь сыр и шоколад, я бы разжирела как друффало, прежде чем умереть от алкогольного отравления. Не говоря уже о том, что я не собираюсь принимать ничьи предложения, так почему бы всем не извлечь пользу из этих подношений? — Инквизитор, они будут ждать ответа, — заметила Жозефина, и я одарила её озорной улыбкой. — И я им отвечу. Какие-то ответы будут вежливее других, но обещаю, Жозефина, я отпишу каждому, пока пальцы не отвалятся. Лелиана рассмеялась, достала изысканный фрукт в шоколаде и отправила его в рот. Её тихий стон удовольствия заставил меня хихикнуть, и я наблюдала, как Каллен тут же повторил за ней. — Я согласна с Инквизитором, Жозефина. Попробуй-ка эти фрукты в шоколаде — они просто божественны, — поддразнила Лелиана. Жозефина заглянула в свою корзинку и нерешительно достала один. Я смотрела, как она откусила кусочек; её глаза закрылись, и она медленно жевала, смакуя каждый крошечный кусочек. Так, они все сладкоежки... когда-нибудь я использую это. Я вспомнила, как Солас любит свои маленькие пирожные, напоминающие птифуры, и вдруг задумалась: не упустила ли я самые простые радости окружающих меня людей? Надо будет проверить, есть ли на кухне нужные ингредиенты, — в голове уже зарождалась идея. — Ладно, сдаюсь. Но когда вернёшься из Крествуда, тебе придётся вершить суд над теми, кто ждёт в камерах внизу. Мы больше не можем их содержать, и ты не можешь откладывать это дальше, — сказала она, покончив с лакомством и улыбнувшись мне. Я рассмеялась. — Хорошо, Жозефина, обещаю вынести приговор всем, кто ждёт, как только вернусь. Но, для протокола, эта часть моей работы мне совершенно не нравится.

***

После совещания, где я ввела всех в курс информации, принесённой Хоук, я вернулась в свои покои, чтобы собрать ещё корзин с гостинцами — с помощью Быка и его Боевых Быков. Раздать всё это заняло бы добрую половину дня, но оно того стоило: не только чтобы отблагодарить тех, кто усердно трудится для нас, но и чтобы наконец освободить от всего этого хлама мою комнату. Я повела их по Скайхолду, раздавая угощения персоналу. Орлесианский шоколад достался всем уборщикам и официантам, а вместе с ним — огромная корзина с тридцатью бутылками вина, чтобы они могли разделить её на всех. Фредерик, старший над прислугой, уставился на корзины в немом изумлении. — Ваша Светлость, это... это очень любезно с вашей стороны, — выговорил он, глядя на горы угощений. Я отмахнулась от его смущения и улыбнулась, довольная, что ему понравилось. — Без вас всех и вашего тяжёлого труда это место превратилось бы в скотный двор, — пошутила я, наблюдая, как на его лице расцветает неуверенная улыбка, прежде чем развернуться и уйти. Корзины с сырами отнесли на кухню и отдали Франсуа, главному повару, чтобы он распоряжался ими по своему усмотрению. Его помощники получили большую корзину с угощениями на всех, а сам он — отдельную корзину с вином, сыром и шоколадом в благодарность за все его восхитительные блюда. Он тоже уставился на этот скромный знак признательности с потрясённым лицом. — Это слишком, Ваша Светлость, — начал он, но осёкся, увидев мои поднятые руки. — Это не слишком, Франсуа. Это скромная благодарность по сравнению с тем, что ты делаешь каждый день. Сперва он застенчиво улыбнулся, а затем расплылся в широкой ухмылке, прежде чем я ушла. Эта маленькая тенденция начинала меня тревожить. Я заметила, что кухонным работникам не помешали бы новые фартуки, и мысленно пообещала себе раздобыть их, шагая через сад в сопровождении Быка и его парней. Мы принесли леденцы и шоколад в приют, и Матери Церкви тоже были поражены такой щедростью. Хотя они лучше скрывали это за улыбками, меня это всё равно беспокоило. Мои мысли прервались, когда нас обступили дети, требуя угощений, — и я почувствовала себя просто превосходно от того, что могу им что-то подарить. Мысленная заметка: детям нужны игрушки, побольше одежды и постельного белья. Надо будет поговорить с Жозефиной. Показательный момент наступил, когда я вручила Матерям корзину с парой бутылок вина, сыром и шоколадом в благодарность за их самоотверженную работу с детьми, и их реакция ничем не отличалась от реакции слуг Скайхолда. Неужели никто никогда не благодарит людей, которые на самом деле заставляют это место работать как отлаженный механизм? Неужели я делаю недостаточно, чтобы они знали, как я их ценю? Я не могла не задумываться об этом, видя столько удивлённых лиц сегодня. Я и раньше благодарила людей за помощь, даже делала для них что-то сверх положенного, но их реакция всё равно потрясала меня. Мы покинули приют и направились обратно в мои покои за остальными корзинами, и я с недоумением посмотрела на Быка. — Как думаешь, Бык, я недостаточно часто выражаю им свою благодарность? Мой вопрос явно застал его врасплох — на его обычно невозмутимом лице отразилось искреннее удивление. — Босс, если бы ты была ещё «благодарнее» к этим людям, ты бы уже стала той святой, которой они тебя называют, — поддразнил он. Я скрестила руки на груди и серьёзно на него посмотрела. Он вздохнул. — Слушай, люди не привыкли, что кто-то ценит хорошо выполненную работу. Ты проявляешь доброту и внимание в каждом общении, с каждым человеком в Скайхолде. Так что, отвечая на твой вопрос: думаю, ты показываешь им именно то, каким должен быть лидер. А теперь пошли — давай вытащим это вино из твоей комнаты, пока люди не начали считать тебя тайной пьяницей. Я рассмеялась и пошла дальше через сад, обдумывая его слова. Это была высшая похвала, безусловно, но в одном я могла быть уверена: Бык всегда говорит прямо, даже если это бывает неприятно. Я позволила лёгкой улыбке тронуть губы, когда его слова улеглись в душе. Последнее, чем я хотела быть, — это какая-нибудь самодовольная диктаторша.

***

Даже после всего, что мы раздали — включая подарки каждому из ближнего круга, — у меня оставалось ещё пара ящиков, которые Боевые Быки любезно отнесли в винный погреб Скайхолда. Уверена, все эти орлесианцы думали, что я спрячу их дары, как дракон — свои сокровища. Но их ждёт сюрприз, когда они узнают, что я всё раздала, — потому что именно так я и поступаю. Слава богам, меня не забросило в самое сердце Орлея; я бы там не выжила. Последней остановкой была портниха Скайхолда. Бык помог мне, таща большой ящик с рулонами тонких шёлков и атласов. Она едва не расплакалась при виде них и, бросившись меня обнимать, чуть не сбила с ног. От силы её объятий я едва не выронила корзину с гостинцами, которую принесла для неё. Чёрт, а эта эльфийка сильная, — поняла я, пока её руки в порыве восторга крепко сжимали меня. — Ох, благодарю вас, Ваша Светлость! Теперь-то я смогу угодить мадам де Фер — может, она перестанет визжать на меня из-за моей некомпетентности, когда перед ней столько новых шёлков на выбор. Бык как раз ставил ящик на пол, и я уверена, он заметил, как резко сжалась моя челюсть, пока я обнимала женщину в ответ и, отступив, протягивала ей корзинку с угощениями. Я медленно вдохнула, чтобы унять закипевшую внутри ярость. То, что мы с Вивьен не сходились во взглядах, было фактом, известным здесь каждому, но я действительно изо всех сил старалась не ненавидеть эту женщину. А Вивьен, ведя себя как самодовольная стерва, сильно усложняла мне эту задачу. — Она была груба с тобой, Элен? Элен прижала корзину к груди, вдруг осознав, что сболтнула лишнего, и начала нервно запинаться. — Ах... я хотела сказать... её недовольство нехваткой материалов... — её глаза забегали по комнате, избегая моего взгляда, пока она искала другой способ объясниться. Я ободряюще положила руку ей на плечо, надеясь, что моя улыбка выражает спокойствие, а не ту бурлящую ярость, что клокотала внутри. — Элен, ты можешь говорить всё, что думаешь, ты не в беде. Я бы предпочла, чтобы Вивьен относилась к тебе с тем уважением, которого ты заслуживаешь, а не как к какому-то бродячему мабари. Элен вдруг подняла на меня глаза — в её огромных зелёных глазах стоял страх, — и начала выкладывать всё о том, как Вивьен обращается со слугами в Скайхолде, особенно с эльфами. Когда она закончила, я лишь переступила с ноги на ногу, сохраняя на лице маску спокойствия, которого не чувствовала. Похоже, не только меня она презирала. Если верить всему, что рассказала Элен, мадам Вивьен не любила никого из слуг, но особенно охотно срывала злость на эльфах. — Спасибо, что рассказала, Элен, — я взяла её руку в свои. — Пожалуйста, передай остальным: если у них возникнут проблемы с кем угодно здесь, они должны немедленно сообщить мне. Если меня не смогут найти или меня не будет в Скайхолде, пусть идут к леди Жозефине, и она позаботится о том, чтобы это прекратилось. Сделаешь это для меня, пожалуйста? Элен закивала и подарила мне застенчивую, полную признательности улыбку. — Спасибо, Ваша Светлость. Я передам остальным... и... спасибо, что не сердитесь на меня. Я одарила её искренней благодарной улыбкой и похлопала по плечу. — Элен, без тебя мои штаны разошлись бы по швам и оставили бы меня в весьма неприглядном виде, — пошутила я и была вознаграждена её тихим смешком, снявшим внезапное напряжение после рассказа о дурном обращении, которое многие испытали от мадам де Фер. Я развернулась и вышла, а Бык последовал за мной, внимательно наблюдая за мной. — Босс? Я остановилась и подняла на него взгляд. Уверена, он видел мою едва сдерживаемую ярость, хотя я говорила спокойным тоном. — Спасибо за помощь сегодня, Бык. Без тебя и твоих парней я бы не вытащила всё это дерьмо из своей комнаты. Я загляну в таверну позже и обязательно раздобуду для вас бочонок часиндского хмельного мёда — кажется, Крэм говорил, что вы его очень любите. Я повернулась, чтобы уйти, но его тяжёлая рука легла мне на плечо, останавливая меня. — Я вообще-то о другом, босс. Ты будешь в порядке? — вот что я имел в виду. Я обернулась и посмотрела на него холодным взглядом. — Я собираюсь немного побеседовать с мадам де Фер — и тогда буду в порядке, Бык. Я сбросила его руку и направилась через двор к покоям Вивьен. Разум кипел от ярости, пока я с мрачной решимостью поднималась по лестнице. Вот же сука! Нет. Это слово подразумевает глубину и теплоту. У этой стервы нет ни того, ни другого. Если мне придётся тащить её за ухо, она извинится перед каждым слугой в Скайхолде, с кем была груба, или, клянусь богами, я её просто прикончу.