Эхо сквозь время | Echoes Across Time

«Не критик имеет значение; не тот, кто указывает, где сильный споткнулся или где делающий дело мог бы сделать его лучше. Похвала принадлежит тому, кто сам на арене; чьё лицо обезображено пылью, потом и кровью; кто доблестно стремится; кто ошибается, кому раз за разом не хватает шага — ибо нет усилия без ошибки и недостатка; но кто на самом деле стремится совершить дело; кто знает великие восторги, великую преданность; кто тратит себя на достойное дело; кто в лучшем случае познает в конце триумф высокого достижения, а в худшем, если терпит неудачу, терпит её, дерзая велико, так что его место никогда не будет среди тех холодных и робких душ, что не знают ни победы, ни поражения». — Теодор Рузвельт

***

Точка зрения Фенлин Бесконечная чернота окружала меня. Неистовые крики срывались с моих губ, пока я падала, вытянув руки в ожидании неизбежного удара о землю. От видений того, как моё тело разбивается о камни, крик становился всё громче и срывался на хрип. Ослепительная зелёная вспышка озарила темноту за плотно зажмуренными веками, а ощущение магии, что вырывалась из меня, разорвало ткань реальности. Глаза распахнулись от осознания, и новый крик сорвался с губ, когда я провалилась сквозь разрыв прямо в Тень. Я скрестила руки перед лицом в ожидании удара и не могла понять, лечу я вверх ногами или вниз головой, когда моё тело внезапно дёрнулось и замерло в воздухе. Медленно я выглянула в узкую щель между рук и увидела, что вишу примерно в футе над гравийной землёй. Что за хрень происходит? Я умерла? Я опустила руки, уставилась на землю, протянула к ней ладони — и та сила, что остановила моё стремительное падение, разжалась и уронила меня вниз. БУМ! Звук удара жутким эхом отозвался вокруг. Я перевернулась со стоном и взглянула на болезненно-чёрное с зелёным небо, а справа от меня Страуд шагал по камню, который парил боком. Что за хрень? Я потёрла глаза — почти уверенная, что мне просто померещилось, — и открыла их снова. Сквозь размытое зрение голова Соласа оказалась прямо надо мной. — Ты в порядке, венан [моё сердце]? Он протянул мне руку, схватил мою и притянул меня в крепкое объятие. — Думаю, да, — грубо пробормотала я ему в грудь и вцепилась в него. Я попыталась прочистить горло, услышала сиплый, хриплый тембр собственного голоса и поняла, что, вероятно, докричалась до потери голоса по пути вниз. — Где мы? — спросил Страуд, оглядываясь. Я отстранилась от его тёплых объятий и увидела, что Хоук стоит на другом камне прямо напротив Страуда — камень парил вверх ногами. — Я помню — мы падали. Думаете, мы умерли? — Хоук фыркнула, совсем не по-дамски, и осмотрелась. — Если это загробная жизнь, то Церковь должна мне извинения. Это ничуть не похоже... на лоно Создателя. — Нет, это Тень. Инквизитор открыла разрыв... и мы провалились сквозь него, — рассеянно ответил Солас, и в его голосе звучали благоговение и изумление. Коул заерзал, быстро и взволнованно затряс головой. Его глаза метались повсюду и отвлекли моё внимание от Хоук. — Нет. Нет, нет, нет, нет. Я не могу быть здесь. Но я застрял — я не могу — но почему я не могу?.. Я отпустила Соласа и двинулась к Коулу, который неуклонно приближался к состоянию неконтролируемой паники. Я нежно приложила ладони к его лицу и встретилась с его водянисто-голубыми глазами, полными ужаса. Всё его тело дёргалось, и я держала его лицо, заставляла стоять неподвижно и сосредоточиться на мне, позволяла своей ауре излучать успокаивающую энергию, пыталась унять его. — Коул, покой. Ты будешь в порядке, доверьсь мне. Я вытащу тебя отсюда. Коул сделал несколько коротких вдохов и кивнул, когда я отпустила его. Солас выступил вперёд и огляделся с благоговением. — Никогда не думал, что окажусь здесь физически — это необыкновенно. Бык стоял с Кассандрой и Дорианом, тихо и неловко оглядывался. — Это место неправильное. Я заставил себя забыть, когда стал реальным. Но я знаю, что оно не было таким, — тихо произнёс Коул рядом с Соласом, и тот посмотрел на него и согласно кивнул. — В историях говорится, что вы выпали из Тени, Инквизитор. Там было так же? — Страуд уставился на меня. Бык помогал ему спуститься на землю с его бокового насеста на камне, который парил, а Фенрис схватил Хоук и стянул её к себе с её перевёрнутого насеста. Я огляделась и потёрла шею — верный признак того, что я в напряжении. — Я не помню. — Ах, это дерьмово. Я сражусь с чем угодно, что ты мне дашь, босс. Но никто не предупреждал, что нам придётся тащиться через задворки демонского городка. Дориан фыркнул и ободряюще похлопал Быка по плечу. — Я защищу тебя, аматус [любимый]. Мои глаза метнулись к ним, когда я в полной мере осознала, что они — пара. О, этот хитрый тевинтерец! Он ни слова не сказал... Мне нужно сделать что-нибудь, чтобы отметить их союз. Это так прекрасно, они идеальны... чёрт, дура, ты в Тени, сосредоточься! Серьёзно, сейчас не время растекаться в тепле и умилении над их романом. — В реальном мире разрыв с демонами был рядом. В главном зале. Думаете, мы могли бы выбраться тем же путём? — заметил Страуд, отвлекая моё внимание. Я заметила большой зелёный клубящийся вихрь в отдалении и оглядела всех. — Ну, если только вы не хотите подождать здесь и спросить дорогу у первого встречного демона, думаю, нам стоит двигаться. Группа последовала за мной в тишине... за мной... Инквизитором... их лидером. Это внезапное напоминание заставило меня расправить плечи. Я знала, что в этот миг не могу показывать страх, даже если мой желудок скручивался так туго, что я была уверена — меня буквально вывернет наизнанку. Падение вниз наверняка состарило меня лет на двадцать, но физически оказаться в Тени — это могло либо убить нас, либо мы могли выпустить на мир что-то похуже Корифея. Прямо сейчас мне нужно было внушить им, что всё будет хорошо. Я шла рядом с Соласом и время от времени с любопытством поглядывала на него. Я чувствовала его возбуждение и силу, что исходила от него. Физическая Тень воздействовала на него, словно на мага, который вдохнул пары чистого лириума, — его магия гудела, а кожа слегка светилась. Я взглянула на свою собственную кожу и увидела, что она тоже слабо светится. Вот каково это — быть бессмертным, эванурисом? Я чувствую эту сырую силу, бегущую по моим венам. Если сосредоточиться на ней... у неё почти есть мелодия. Я оглядела затемнённую, мрачную и очень влажную местность и начала гадать, куда, чёрт возьми, мы на самом деле приземлились. — Солас, ты — эксперт по этому месту. Я знаю о Тени недостаточно, чтобы говорить о ней уверенно. Что ты посоветуешь, чтобы провести нас через это? Солас мягко улыбнулся мне и переложил посох из одной руки в другую, а затем взял мою руку и переплёл наши пальцы. Было забавно, как это ощущалось — словно романтическая прогулка по лесу. — Тень формируется намерением и эмоцией, ты это знаешь. Оставайся сосредоточенной, и она приведёт тебя туда, куда ты желаешь идти. Демон, что контролирует эту область, чрезвычайно могуществен. Какая-то разновидность страха, я полагаю. Предлагаю сохранять бдительность к его манипуляциям и приготовиться к тому, что, несомненно, станет захватывающим опытом. — Твоё представление о захватывающем и моё — серьёзно различны, ма'лат [моя любовь], — поддела я и кивнула. Мы двинулись вверх по лестнице, высеченной в скале, и все внезапно замерли в шоке. Верховная Жрица Джустиния — но как такое может быть? — Создателем клянусь, может ли это быть? — Страуд начал приближаться к фигуре женщины. — Приветствую тебя, Страж, и тебя, Защитница, — сказала Верховная Жрица, приветствуя нас. — Верховная Жрица Джустиния? Ваше Святейшество? — произнесла Кассандра с почти бездыханным недоверием. — Кассандра, — Верховная Жрица одарила её безмятежной улыбкой. Та, что казалась Верховной Жрицей, посмотрела на Кассандру с любопытством и наклонила голову — точно так же, как Коул, когда прислушивался к чьим-то мыслям. — Говорят, души умерших проходят через Тень и иногда задерживаются, но... — Кассандра тяжело вздохнула. — Мы знаем, что духи лгут. Будь осторожна, Фенлин. Страуд скрестил руки и внимательно оглядел Верховную Жрицу. — Боюсь, Верховная Жрица действительно мертва. Вероятно, мы столкнулись с духом... или демоном. — Вы считаете моё выживание невозможным, и всё же сами стоите здесь, живые, в Тени. По правде говоря, доказательство моего существования так или иначе потребовало бы времени, которого у нас нет. — Правда? Насколько трудно ответить на один вопрос? Я — человек, а ты... Верховная Жрица улыбнулась ей и терпеливо сложила руки перед собой. — Я здесь, чтобы помочь вам. Я покачала головой, пытаясь избавиться от замешательства. Я уже знала, что она — дух, возможно, дух Веры, но я не была уверена, никогда прежде не встречав такого. Дух улыбнулась мне с довольным видом и слегка склонила голову. — Ты не помнишь, что случилось в Храме Священного Праха, Инквизитор. Я здесь, чтобы помочь тебе вернуть твои воспоминания. Я наблюдала, как вокруг стали появляться плывущие огоньки, и настороженно качала головой в ответ на её вопрос. — Я изучила воспоминания, подобные твоим, украденные демоном, который служит Корифею. Это Кошмар, который ты забываешь при пробуждении. Он питается воспоминаниями о страхе и тьме и жиреет от ужаса. Ложный Зов, что напугал Стражей и заставил их совершить столь тяжкие ошибки? Его рук дело, — сказала она, слегка прохаживаясь. Лицо Страуда стало маской гнева. — Я был бы рад отомстить за оскорбление, которое этот Кошмар нанёс моим собратьям. — У тебя будет такая возможность, храбрый Страж. Это место тьмы — его логово. — Похоже, у Корифея в распоряжении много демонов. Как он может командовать таким количеством? — спросила я, возвращая её взгляд ко мне. — Я не знаю, как он управляет своей армией демонов. Его сила, возможно, исходит от самого Мора. Но Кошмар служит добровольно, ибо Корифей принёс много ужаса в этот мир. Он был одним из магистров, что обрушили Первый Мор на мир, не так ли? Каждый детский крик, когда Архидемон кружит, каждый вздох гнома на Глубинных тропах... Кошмар хорошо питался. Ну что ж... дерьмо. — Ты можешь помочь нам выбраться из Тени? — Для этого я и нашла вас, — сказала она с доброй улыбкой. — Когда ты вошла в Тень в Убежище, демон забрал часть тебя. Прежде чем делать что-либо ещё, ты должна вернуть её. Это твои воспоминания, Инквизитор... убейте их, и вы вернёте то, что было отнято. Все смотрели, как моё воспоминание проигрывалось для них, словно видение в Тени, а я тихо опустилась на колени — головокружение пронеслось сквозь меня с потоком информации. Я крепко закрыла глаза и сосредоточилась на том, чтобы удержать содержимое желудка внутри, пока воспоминание проигрывалось за моими закрытыми веками. Маги-Стражи держали Верховную Жрицу, пока Корифей активировал сферу; я услышала её крик о помощи из конца коридора, где стояла рядом с Митал. Я повернула голову на шум, когда Митал заговорила мне прямо в ухо. «Здесь всё и начинается, леталлан [сородич]. Я скоро увижу тебя. Дарет' ширал [счастливого пути]», — прошептала она мне на ухо. Я помню эту часть теперь. Я сделала неуверенный вдох, медленно открыла глаза и, к счастью, увидела, что пространство не кружится. Солас опустился на колени рядом — на его прекрасном лице застыло беспокойство. Я протянула руку, сжала его ладонь, и он помог мне встать. Я оглядела всех и жестом пригласила их продолжать движение. — Кто была та женщина, с которой ты стояла? — с любопытством спросила меня Кассандра. — Ещё одна эльфийка, с которой я встретилась на Конклаве, — гладко солгала я, не упустив мимолётный понимающий взгляд Соласа. Он, вероятно, гордился мной за то, что я не выдала эту маленькую ложь. — Что-то на уме, Хоук? — спросил её Страуд. Он выглядел неуверенным, пока они следовали за нами. Хоук внезапно остановилась и уставилась на Страуда с очень смущённым лицом. — О, просто интересуюсь: ты заметил, что Верховную Жрицу держали в плену Серые Стражи? — Полагаю, Корифей подчинил их разум, как мы уже знаем, он может это делать. Но мы можем обсудить это, когда вернёмся. Взгляд Хоук сердито сузился на нём. — О, я намерена это сделать, — угрожающе сказала она и повернулась, чтобы последовать за Быком и Сэрой. Мы поднялись по ещё одной лестнице, высеченной в скале, и тут я вздрогнула — голос демона страха гремел вокруг нас. — Не каждый день в гости заходят трое древних; возможно, мне стоит испугаться. Встречать самых могущественных членов Инквизиции, — громкий, злобный смех разнёсся над местностью и эхом отразился от влажных каменистых поверхностей. — Тебе страшно, Коул? Я могу помочь тебе забыть. Прямо как ты помогаешь другим людям... мы так похожи, ты и я. — Нет, — прошептал он и оглядел затемнённое пространство в поисках источника. Я протянула руку и схватила его ладонь, почувствовала, как он крепко сжимает её в ответ. Я покачала головой и одарила его тёплой, нежной улыбкой. — Ты ничем не похож на эту тварь, Коул. Ты — Сострадание, и все мы это знаем. Он одарил меня кривоватой улыбкой и отпустил мою руку. — Дирт ма, хареллан. Ма банал энасалин. Мар Солас эна мар дин [говори, мятежник. Ты не заботишься ни о чём, кроме победы. Твоя гордость станет твоей смертью]. Я взглянула на Соласа и увидела, что его лицо застыло в холодной маске безразличия, когда он покачал головой. — Банал надас [ничто не неизбежно], — ровно ответил он. Я одарила его понимающей улыбкой, и он ответил тем же, прежде чем я снова сосредоточилась на нашем пути. Я вышла к длинному коридору из каменных стен по обе стороны, сделала несколько осторожных шагов внутрь и тут услышала щёлканье множества ног. Я подняла взгляд и увидела, как пауки быстро спускаются с верхушек из маленьких гнёзд и атакуют. Мы быстро перебили их, и Солас спокойно заметил, засовывая посох обратно на спину: — Это были демоны, пришедшие за мелкими страхами. — Значит, они приходят в форме пауков? — с отвращением сказала Хоук. — Ты видела пауков? Я видела личинок, — произнесла Кассандра с содроганием. — Ну, это дрянь! Я не видела ничего... Я бы предпочла чёртовых пауков, — сказала Сэра нервным и дрожащим голосом. — Это Тень. То, чего ты боишься, то ты и видишь воплощённым. — Не помогаешь, Вислоухий, — прорычала Сэра на Соласа. — Жаль, что я не боюсь сисек, — быстро пошутил Бык. Варрик хмыкнул в согласии, но тут громкий, гремящий голос снова разнёсся эхом и заставил нас вздрогнуть.