Эхо сквозь время | Echoes Across Time

Примечание: NSFW Курсив обозначает диалог на эльфийском.

***

Точка зрения Фелассана и Сири Фелассан вошёл в свои покои, чтобы забрать девочек на завтрак, пребывая в приподнятом настроении. Он обсудил свои опасения с Соласом по поводу детей, и, к счастью, Солас подтвердил его тревоги. Пока они оставались без тренировок, они были слишком лёгкой мишенью для эванурисов. Сегодня вечером он поговорит с Сири о том, чтобы начать обучение Фенлин после этого скачка роста. Закрыв за собой дверь, он обнаружил, что Сири смотрит в окно, нервно заламывая руки. Он сразу понял, что что-то не так, и поспешил к ней. — Венан [моё сердце]? — произнёс он, и в его голосе звучала неподдельная тревога. Сири быстро обернулась на звук его голоса, не услышав, как он вошёл. — Как прошло собрание? — спросила она, игнорируя его обеспокоенный тон. Фелассан склонил голову набок и вопросительно посмотрел на неё. Он видел, что её что-то гнетёт, но ей было неловко говорить об этом. Взяв её ладони в свои, он успокаивающе погладил большим пальцем по её костяшкам и заглянул в её прекрасные глаза. — Ты знаешь, что это выглядит весьма очаровательно? — Прижавшись мягким поцелуем к её губам, он почувствовал её дрожащий выдох и нежно сжал её руки. — А теперь, пожалуйста, скажи мне, что тебя тревожит? Сири сделала ещё один дрожащий вдох и посмотрела в его обеспокоенные лавандовые глаза. — Я беременна. Эти два слова заставили его сердце перестать биться и лишили дыхания. Вглядываясь в её лицо в поисках правды, он увидел, как она кивнула в ответ на его безмолвный вопрос. Отпустив её руки, он непроизвольно опустил ладони на её плоский живот. Сосредоточив свою ауру, он закрыл глаза и начал искать их ребёнка. Как только он нашёл его, его глаза распахнулись и встретились с её. — Я... что... — не в силах подобрать слова, он подхватил Сири на руки и крепко прижал к себе. Никогда в жизни он не представлял, что станет отцом. Прижав её ещё немного крепче, он почувствовал, как её руки обвивают его шею, и уткнулся лицом в её шею, пока в уголках его глаз не выступили слёзы. — Ты расстроен? Я... я знаю, мы никогда не говорили о детях. Фелассан отстранился и с удивлением посмотрел на неё. — Духи. Нет, я не расстроен. Венан, ты одарила меня чудесным даром, который, как я думал, мне никогда не суждено было испытать. Сири погладила его по лицу, пока он продолжал. — Когда я встретил тебя, ты была грубой, саркастичной... Бровь Сири поползла вверх, и Фелассан рассмеялся. — Я знаю, венан, что и сам не лишён недостатков. Сири рассмеялась. — Но в основном я завидовал. — Он заметил удивление Сири и пожал плечами. — У тебя было то, чего, как я верил, у меня никогда не будет. — Пока Сири продолжала смотреть на него с недоумением, он просто улыбнулся. — Ты была любима, ты родила ребёнка. Это были вещи, которые, как я думал, мне никогда не суждено испытать. Сири посмотрела на него с грустью, но Фелассан покачал головой. — Не грусти, венан. Всё то, во что я никогда не верил, что смогу получить, ты дала мне. Ты дала мне любовь, даже когда я её не заслуживал. Ты разделила со мной свою дочь и дала мне шанс стать отцом, которым я никогда не надеялся стать. А теперь... теперь ты говоришь мне, что мы пополняем нашу семью, и я едва могу поверить своим ушам. Сири обхватила его лицо и нежно поцеловала. — Я люблю тебя, Фелассан, — прошептала она. Фелассан почувствовал прикосновение её губ и крепко обнял её, боясь, что это сон. — Бабаэ [папа]. Фелассан и Сири отстранились друг от друга и увидели в дверном проёме Фенлин, которая тёрла глаза. Бережно опустив Сири на пол, он подошёл и взял Фенлин на руки. Как только он поднял её, он почувствовал, как её маленькие ручки обвивают его шею, а голова ложится ему на плечо. Его любовь к этой малышке была всепоглощающей с самого начала, и он не хотел бы ничего иного. — Ты немного отдохнула, котёнок? Фенлин кивнула, уткнувшись ему в плечо, и Сири подошла к ним с нежной улыбкой на губах. Она потянулась и заправила прядь рыжих волос Фенлин за ухо. — Ты голодна? — спросила Сири, касаясь шелковистой щеки Фенлин. Зелёные глазки распахнулись; она снова кивнула, и Фелассан усмехнулся, целуя Фенлин в лоб. — Похоже, наша дочь всё ещё просыпается. Сири рассмеялась. — Думаю, ты прав. Фелассан наклонился и поцеловал Сири в щёку. — Тогда пойдём. Давайте накормим её завтраком, а хорошие новости сообщим позже. Сири потянулась и погладила его по лицу, кивая. — Хорошо. Сири придержала дверь их покоев, пока Фелассан нёс Фенлин, и последовала за ним в обеденный зал.

***

Точка зрения Мариан и Коула Мариан смотрела на своё отражение, заплетая косу. Вглядываясь в свои черты, она не видела никаких отличий от вчерашнего дня. После их ночи с Коулом ей казалось, что она должна выглядеть иначе. Слегка покачав головой над собственной глупостью, она сосредоточилась на плетении волос. Завязав косу, она разгладила лиф платья, убедившись, что на нём нет морщин или некрасивых складок. Это было одно из многих качеств, которыми она восхищалась в леди Жозефине. Та всегда одевалась безупречно, ни один волосок не выбивался из причёски, и она всегда была уверена в себе, независимо от того, с кем говорила. Слегка одёрнув рукава, она повернулась к зеркалу, чтобы убедиться, что задняя часть платья сидит ровно. Удовлетворённая своим внешним видом, Мариан покинула свои покои и постучала в дверь Томми. — Томми, ты готов к завтраку? Её брат открыл дверь, улыбаясь. — Ага, Мари, пойдём. Обеденный зал был полон суетящихся слуг и Стражей. Осмотрев комнату, она нашла людей, которые значили для неё весь мир, и направилась к их столу. Фенлин оторвала янтарные глаза от Сири, и на её утончённых чертах расцвела широкая улыбка. Улыбаясь в ответ, Томми побежал к Эмитлену и маленькой Фенлин. — Доброе утро, надеюсь, все хорошо спали? — осведомилась она, садясь. Все кивнули, и она поблагодарила слугу, принёсшего ей тарелку с завтраком. Откусив тёплую булочку, она мельком взглянула на Соласа и Фелассана, которые обсуждали маршруты работорговли. Когда она впервые встретила их, они напугали её. Не потому, что они были эльфами, а потому, что они были магами. Тогда она понимала, что не сможет им противостоять, если они решат её вышвырнуть. Мысленно посмеявшись над собой и своими первыми мыслями о людях, сидящих вокруг неё, она наколола на вилку кусочек картофеля с яйцами. Пережёвывая, она слушала Фенлин и Сири, и, собираясь сделать ещё один укус, почувствовала тёплую руку на своей талии и отложила вилку. Повернувшись к источнику тепла, она встретила его голубые глаза, изучающие её, и улыбнулась. Мариан вглядывалась в его выражение лица и в то, как его глаза смотрели на неё, и, хотя он выглядел точно так же, как вчера, в нём было что-то другое. Коул наклонился близко и прошептал: — Я скучал по тебе. Поцеловав его в щёку, Мариан знала, что на её лице сияет невероятно глупая улыбка, но ничего не могла с собой поделать. Она была так благословлена, что встретила его, и вдвойне благословлена тем, что он любил её. — Я тоже по тебе скучала. Пододвинув к нему свой кофе, она вернулась к завтраку. Коул переплёл свои пальцы с её под столом и взял чашку с кофе.

***

Точка зрения Фенлин Наблюдать за Мариан и Коулом вместе — это просто переизбыток милоты. — Ты смогла расшифровать письма из Тевинтера, Сири? — осведомился Солас. Смена темы разговора отвлекла моё внимание от очаровательной диснеевской сказки, разыгрывающейся передо мной. Сири кивнула и отложила вилку. — Да. Я положила всё на твой стол. — Это было то, что мы думали? — спросил Фелассан. Сири кивнула, делая глоток сока. — В письмах были запросы на покупку крупных партий рабов у торговца в Вал Руайо. Выражение лица Соласа стало жёстким, и его рука крепче сжала вилку. Я послала ему успокаивающую любовь через нашу связь, и он посмотрел на меня. Я знала, что он делает всё возможное, чтобы уничтожить работорговлю в Тедасе, но мой любимый также был крайне нетерпелив. — Терпение, Солас. Я знаю, как трудно это слышать, но работорговцы делали что хотели очень долгое время. У них столько связей с самыми разными людьми, что мы едва коснулись поверхности их ресурсов. Как только мы найдём главных спонсоров, финансирующих этих ублюдков, мы сможем реально изменить ситуацию. Отрубишь хвост — змея отрастит новый, но отрубишь голову — и она сдохнет. Сири кивнула, соглашаясь со мной. — Она права. Даже у магистра, которому я принадлежала, был спонсор. Я так и не узнала у кого, но каждый раб знает, что у их магистров есть покровители. Пока Сири рассказывала о своём рабстве, лицо Фелассана окаменело, а глаза гневно вспыхнули. — Да, конечно. Эти письма как-то помогут нам? Сири пожала плечами. — Там определённо есть несколько имён, адресов и даже мест, где спрятаны деньги для получения. Солас кивнул, и я начала улыбаться, пока в моей голове зрел план. — Сири, сколько там указано мест со скрытыми тайниками? Сири постучала по подбородку, обдумывая вопрос. — Ну, если я правильно помню, там легко наберётся с десяток мест, где предположительно спрятаны заначки. Какая удача, — мысленно злорадно усмехнулась я, глядя на Соласа и Фелассана. — Как же нам повезло, — сказала я, улыбаясь. — Думаю, нам стоит конфисковать эти средства в свою пользу. Фелассан усмехнулся и улыбнулся, а я посмотрела на Соласа. — Думаю, это блестящая идея, венан. Мы были настолько увлечены разговором, что не заметили, как Эмитлен похлопал меня по руке, привлекая моё внимание. — Что тебе нужно, малыш? — Видеть Раджа, — ответил он. Кивнув, я встала, окидывая взглядом стол. — Что ж, наш разговор наскучил детям, а мы знаем, что бывает, когда им скучно. Так что я заберу их на улицу, чтобы выпустить пар. За столом раздался смех, пока я брала детей за руки. Мы проходили мимо стола Стражей и были почти у двери, когда в зале раздался громкий грохот, заставивший меня вздрогнуть. Я быстро обернулась и, возведя вокруг нас барьер, приготовилась к бою. Передо мной лежала группа Стражей, мимо которых мы только что прошли; все они валялись на полу, а шнурки их сапог были связаны вместе. Я не могла поверить своим глазам, пока мужчины на полу сверлили Эмитлена и Фенлин гневными взглядами. Томми прикрыл рот рукой, смеясь, а звонкое хихиканье близнецов рядом со мной вывело меня из ступора. Вместо того чтобы стоять с открытым ртом, я начала извиняться. — Господа, мне так жаль. Они лишь резко кивнули мне, наконец поднявшись с пола и продолжая метать кинжалы взглядами в детей. Я взглянула вниз на Эмитлена и, если бы я не знала его лучше, поклялась бы, что он скопировал самодовольную улыбку своего отца, пока каждый Страж сверлил его взглядом. Я посмотрела на Соласа и увидела, что он носил точно такую же улыбку, и мысленно застонала. — Солас, это не смешно. Мы не можем поощрять такое поведение. Солас встал и подошёл к нам. — Венан, они дети. Я понимаю, что мы не должны это поощрять, но это безобидная шалость. Я и сам делал подобные вещи в его возрасте. Покачав головой, я нахмурилась. — Ясно, что от тебя помощи не дождёшься, — сказала я, опускаясь на колени, чтобы посмотреть им в глаза, пока Солас тихо смеялся. — Эмитлен, Фенлин, то, что вы сделали, было некрасиво и совсем не смешно. Дети посмотрели в пол, и я приподняла их подбородки, заставляя посмотреть на меня. — Обещайте, что больше так не сделаете. Эмитлен и Фенлин кивнули своими маленькими головами в знак согласия. Улыбнувшись, я поцеловала каждого в лоб и встала. — А теперь пойдёмте искать Раджа. Дети отпустили мою руку и вылетели за дверь.

***

Точка зрения эванурисов и Недозволенных Гелема оглянулась через плечо на Диртамена, чтобы убедиться, что он спит, и выскользнула из его постели. Она бы предпочла иметь обоих братьев, но пока согласна и на одного. Надев одежду, она бесшумно выскользнула из его комнаты и направилась к своей. Скоро они начнут добавлять красный лириум в вино. Элгар'нан наблюдал за ней очень внимательно, и Гелема знала, что его не так-то просто обмануть, как ту глупую корову Андруил. Тихо подойдя к своей двери, она толкнула её и замерла, увидев Фалон'Дина, стоящего посреди её покоев. — Тебе понравилось время, проведённое с моим братом? Гелема уловила сарказм и улыбнулась. Шагнув дальше в комнату, она закрыла дверь и повернулась к Фалон'Дину с широкой улыбкой. Диртамен, пока она доставляла ему удовольствие, проговорился, что его брат чувствует то же, что и он. Когда он сказал ей это, её возбуждение только возросло. Она хотела бы, чтобы они с её братьями и сёстрами могли похвастаться такой связью. — Ты мог бы присоединиться. Я бы не возражала. Её слова, казалось, возбудили и разозлили Фалон'Дина одновременно. — Желания моего брата, как правило, весьма умеренны. Бровь Гелемы любопытно поползла вверх. — Хм, он сказал то же самое о тебе. Фалон'Дин оскалился, и Гелема открыто рассмеялась ему в лицо. Пренебрежительно махнув рукой, она направилась в свою купальню. — Ты скучен, Фалон'Дин. Зачем ты здесь? — Она мельком взглянула на него через плечо, прежде чем начать набирать ванну, полностью игнорируя его. Ярость Фалон'Дина росла от её лёгкого пренебрежения. Это... создание дразнило его, и он знал это, но не мог сдержаться. Прокляни его брат с его бесконечной похотью. Духи знают, как часто его брат ласкал себя ежедневно. Эта связь, которую они разделяли, была сущим проклятием. До заточения он едва ли покидал свои покои, в то время как его брат не вылезал из постели. — Ты играешь со мной в опасную игру, Гелема, — прорычал он, шагая к ней. Гелема обернулась к нему, сбросила с себя одежду и шагнула в ванну, опускаясь в воду. Она закрыла глаза, позволяя тёплой воде ласкать её грудь, и игриво посмотрела на Фалон'Дина из-под полуприкрытых век. — Я люблю опасность, — хрипло ответила она, медленно проводя пальцем по своей влажной коже. Фалон'Дин стиснул челюсть, вбирая взглядом каждый изгиб её тела. С рывком стянув тунику через голову, он принялся расшнуровывать штаны, пока она наблюдала за ним из воды с полуприкрытыми глазами. — Иди сюда, — позвала она, и её голос, низкий и тягучий, пробрал его до костей. Он шагнул в воду, нависая над ней, и запустил пальцы в её огненные волосы, запрокидывая её голову назад. Гелема выгнулась ему навстречу, и первое же прикосновение их тел обожгло обоих жаром, не имеющим ничего общего с температурой воды. Фалон'Дин прижал её к себе, чувствуя, как её пальцы впиваются в его плечи, а дыхание срывается на прерывистый шёпот. Вода плескалась через край, пока они двигались в едином ритме, и комната наполнилась звуками их сбивчивого дыхания. Когда телам стало тесно в пределах ванны, он вытащил её из воды, не разрывая их связи. Прижав Гелему к холодной стене, он с жадностью впился поцелуем в её шею, и она выгнулась дугой, позволяя ему делать с собой всё, что он пожелает. Её тихие стоны становились всё громче, а хватка на его плечах — всё крепче. В какой-то момент она оказалась на кровати, притягивая его сверху, их переплетённые тела не могли насытиться друг другом. — Фалон'Дин, — выдохнула она, вцепившись ногтями ему в спину. Он не ответил, только прижался губами к её ключице, чувствуя, как мир вокруг них сужается до одного лишь этого момента — до жара их тел, до учащённого стука сердец, до того, как её дыхание сорвалось, когда она окончательно потеряла контроль над своими ощущениями. Только когда они оба выдохлись, лежа в беспорядке сбитых простыней, Гелема прижалась к его груди и улыбнулась в темноте. — Твой брат, — прошептала она, касаясь губами его кожи, — он ведь всё это чувствует? Фалон'Дин усмехнулся, и его рука скользнула ниже по её спине. — Пусть чувствует. Вернувшись в свою постель, Диртамен сдёрнул бельё и швырнул его в угол, прежде чем снова лечь. Внезапно его накрыло дразнящее, непреодолимое ощущение, и его тело мгновенно отреагировало, налившись жаром. Взглянув вниз и уже протянув руку, чтобы ласкать себя, он внезапно осознал, что с ним происходит. В гневе отбросив одеяло, он вскочил и схватил с пола свои штаны. — Фалон'Дин, ты сукин сын, — прорычал он, рывком распахивая дверь.