Добро пожаловать отсюда, Юко-чан

Ушиджима просыпается из-за протяжного «бля-а-адь, ай, сукаблядь!». И сегодня ему нужно гораздо меньше времени, чем вчера, чтобы сообразить, что вообще происходит. А вот почему ругательства в этот раз доносятся со стороны кухни, а не той комнаты, где спит Ойкава — по-прежнему загадка. Неизвестностью Ушиджима мучается недолго. Оказывается, что снедаемый чувством вины за инцидент в клубе, Ойкава решил приготовить завтрак. — Я даже купил помидорки, — объявляет он. — И сделал омлет. Он нормальный, честно. Меня сестра научила… а вот твоя рисоварка пыталась меня прикончить. Где, ты говоришь, у тебя пластырь? — Ожоги нельзя заклеивать пластырем. Дай посмотрю. — Да там чуть, с моими пальцами случалось и похуже после тренировок и… играми с тобой. — Твои подачи тоже не то чтобы легко принять. — Знаю, — улыбается Ойкава, пока Ушиджима осматривает его руку. Да, пострадала не сильно, но лучше всё равно намазать мазью от ожогов и наложить нетугую повязку. — Ого, получилось и правда съедобно, — искренне удивляется Ойкава, когда после первой медицинской помощи они принимаются за завтрак. — Видимо, магия сисек и тут сработала! Ты проверял форум, что там с моей заявкой? Ушиджима качает головой, но поскольку проблема у них действительно животрепещущая и не терпит отлагательств, откладывает палочки в сторону и разблокирует телефон. Обычно он так не делает и не отвлекается от еды на всякие глупости, но их ситуация исключительная. — Одобрено, — едва успевает произнести он, а Ойкава уже вскакивает со своего места и вырывает телефон из рук. — Блин, как много сообщений, — бурчит он, практически остервенело всматриваясь в экран. И это впервые, когда он показывает своё истинное отношение к произошедшему, понимает Ушиджима. Глупые шутки, походы за бельём и вся та беспечность, которую демонстрировал Ойкава — напускное. На самом деле он в таком же ужасе, как и Ушиджима, а может, ещё и хуже. В конце концов, это с его телом произошли изменения, его будущее сейчас на кону и зависит от какого-то сомнительного форума. — Чего?!! — внезапно вопит Ойкава. — Что за нахуй вообще… — Да что там? — не выдерживает Ушиджима и тоже встаёт из-за стола, чтобы заглянуть в экран собственного телефона, но Ойкава его резко убирает и часто-часто моргает. — Там какой-то бред, — говорит он, тяжело сглотнув. — Дай мне прочитать, что пишут… Ойкава практически швыряет телефон Ушиджиме в руки и выходит из кухни, а потом, судя по хлопку входной двери, ещё и из дома. Ушиджима открывает тред. Что ж, с каждой прочитанной строчкой реакция Ойкавы становится всё понятнее и понятнее. Форумчане утверждают, что пару лет назад на чёрном рынке появился препарат, способный превратить любого парня в девушку. Добыть его сложно, но не невозможно, если знать нужных людей. Эффект обратимый, но… О боги. «Поскольку препарат выводит из организма все мужские гормоны, их нужно восполнить, — пишет кто-то под ником profieinmeds. И лучший способ — позволить в себя кончить. Причём не один раз. Пару дней секс-марафона, и ты вернёшь себе своё тело». Действительно какой-то бред. Многие люди ниже считают так же, но этот «профи» утверждает, что сам пережил подобное, и даже прикрепил фотки себя и себя же в женской версии. Хотя с современными технологиями верить каждой фотке, конечно, нельзя. И всё же фотке Ушиджима может и не верить, но Ойкава Тоору в женском теле перед его глазами уже почти два дня. И тут уже всё по-настоящему. Так, нужно рассуждать логически. Если всё дело в мужских гормонах, то можно просто обратиться к врачу за какими-нибудь уколами тестостерона… Да и вообще просто обратиться к врачу… Входная дверь хлопает снова, и спустя несколько секунд Ойкава появляется перед Ушиджимой с пугающим выражением лица. Намного страшнее, чем перед его адской подачей. — Ты… ты ведь сможешь это сделать, Ушивака-чан? — спрашивает он так, будто и не спрашивает вовсе, а бросает вызов. — Ты… ты предлагаешь мне заняться сексом? — Ну, можешь подрочить в баночку, а потом я буду впрыскивать в себя твою сперму, как осеменители коровам! Да, Ушивака, я предлагаю тебе заняться сексом! Если… если тебе неприятно от мысли, что это я… то можешь представлять какую-то другую девушку, которая тебе нравится, но… тебе же, вроде, нравится, как я выгляжу сейчас… ну, сиськи у меня точно зачёт… Я трогал, это приятно. — Ойкава… — Что? Понятное дело, я могу найти кого-то ещё. Судя по тому, что вчера было в клубе, проблем с желающими не будет, но… мне было бы проще, если бы… ну, это был кто-то, кого я знаю… Ушиджима лишь тупо моргает и совершенно не знает, как ему на это реагировать. На одном из уроков литературы им рассказывали, что у любого героя книги обязательно должен быть какой-то конфликт. Иногда это конфликт из-за выбора между семьёй и долгом, иногда это внешний конфликт, связанный с обществом или оппонентом. Интересно, муки выбора между диким желанием заняться сексом с Ойкавой Тоору и адекватностью можно считать конфликтом, вызванным противоречиями внутреннего мира? Похож ли сейчас Ушиджима на героя книги? И что это тогда за книга? Порнокомедия? — Может… может, для начала поищем ещё какое-то решение? — осторожно спрашивает Ушиджима. — Например? Ты же тоже это читал! Там сказано… Идею с врачом Ойкава бракует сразу, говорит, что его скорее упекут в дурку, чем поверят в такую историю. Тем более, тогда узнает сестра, а потом и родители, а им ни в коем случае нельзя знать. — Там написано, что пары дней хватит… как раз я успею вернуться в норму до отъезда, и эта тайна останется здесь. Ну же, Ушивака-чан, я что, должен умолять тебя меня трахнуть? — Я… мне надо подумать и… сходить на пробежку…. Да, он позорно сбегает. Ушиджима это понимает, и даже понимает, что Ойкава это понимает тоже. Однако ему просто необходимо остаться наедине с собственными мыслями, иначе он просто сойдёт с ума! — Ива-чан бы сто пудов согласился, — слышит Ушиджима, поспешно шнуруя кроссовки. — Какого хрена его тут нет… Нет, ну это вообще нечестный приём. Ушиджима снимает кроссовки и возвращается к Ойкаве. *** — Нам надо купить презервативы, — говорит Ушиджима. — Мне надо в душ, — говорит Ойкава одновременно с ним. — Какие ещё презервативы, Ушивака-чан? — Зачем тебе душ, ты только оттуда? — …У меня есть, но смысл в том, что ты должен в меня кончить… Внутрь. Да, это логично, но… — А ты не забеременеешь? — спрашивает Ушиджима, совсем запутавшись в их диалоге на несколько тем сразу. — Совсем, что ли? — Нет, если что, я готов взять ответственность и… — И что? Жениться на мне? — издаёт нервный смешок Ойкава. — Придурок. Я же не настоящая женщина… ну, вроде... То есть, смысл же в том, что после секса я верну себе своё тело, и тогда… В общем, тебе не придётся на мне жениться, Ушивака-чан. Не то чтобы Ушиджима был сильно против. Конечно, настолько ранний брак не входил в его планы, но если речь об Ойкаве… Так. О чём он вообще думает?! — Так зачем тебе снова в душ? — спрашивает он, чтобы поскорее выкинуть из головы едва не случившуюся свадьбу. — Ну… в смысле? Отвянь, кто вообще задаёт такие вопросы леди?!! Нашлась леди. Однако, наверное, всё же не стоит сейчас говорить Ойкаве, что одно только начилие груди не делает из человека леди. — В общем, иди разминайся, а я скоро вернусь, — произносит Ойкава и убегает в свою комнату, а потом снова в ванную. Что значит «разминайся»? Перед сексом нужна какая-то особая разминка, как перед волейболом? Нужно изучить этот вопрос, пока Ойкава там как раз занят. Ушиджима открывает поисковик и набирает «Как правильно заниматься сексом». Интернет предлагает кучу манги и порно, и Ушиджима добавляет в строку поиска слово «впервые». Появляется множество статей. «ПЕРВЫЙ РАЗ — ЭТО ОЧЕНЬ ОТВЕТСТВЕННЫЙ МОМЕНТ, КОТОРЫЙ МОЖЕТ ПОВЛИЯТЬ НА ОТНОШЕНИЕ К СЕКСУ НА ВСЮ ОСТАВШУЮСЯ ЖИЗНЬ», — орёт на Ушиджиму первая же статья, на которую он кликнул. Дальше текст перестаёт орать, но всё равно настойчиво подчёркивает, что правильная подготовка — это очень важно. И эмоциональный аспект. Партнёры должны доверять друг другу. Хм, ну это явно мимо. — И что ты там пытаешься вычитать? — раздаётся голос Ойкавы со стороны двери. — Тут написано, что нужно масло для массажа интимных зон, — не отрываясь от экрана, говорит Ушиджима. — У тебя есть? — Что за бред, Ушивака-чан? Давай уже просто сделаем это по-быстрому. От тебя требуется только кончить, идём, я готов. И Ушиджима поднимает на него взгляд. Ойкава стоит в центре комнаты в одном белье, том самом чёрном, где без груди лифчик смотрится просто, а на ней… Ушиджима сглатывает вязкую слюну и цепенеет. Да, он всё это уже видел в примерочной, но тогда они не собирались заниматься сексом, тогда о таком можно было лишь мечтать, а теперь, теперь… — Удивительно, что будучи таким тормозом, ты так хорошо умеешь реагировать на площадке, — закатывает глаза Ойкава. — Идём, быстрее начнём — быстрее всё это закончится. — Мне… мне тоже надо в душ, — запинаясь, выдаёт Ушиджима. — Ну уж нет. Никакой дрочки, офигел? Мне нужна каждая капля твоей спермы! — Я не собирался… Ушиджима и правда не собирался ничего такого делать, потому что он в ужасе, и самоудовлетворение — последнее, что ему могло бы прийти в голову. Ему просто нужно чуть больше времени. А ещё лучше пробежка, но холодная вода тоже сойдёт. Или горячая — не важно, только бы чуть отсрочить момент. — Ушивака-чан, — нетерпеливо говорит Ойкава. — Иди, блядь, в кровать и снимай штаны. Тебе-то уж точно не о чем париться. А если ты и дальше будешь тупить, то я поищу кого-то посообразительнее. Ушиджима однозначно не так представлял свой первый раз. Начиная с того, что представлял он совсем не девушку, и заканчивая тем, что всё должно было случиться по любви, а не по необходимости. Единственное, что совпало с его фантазиями в реальности — это участие в процессе Ойкавы Тоору. Возможно, одного этого будет достаточно? Тяжело вздохнув, Ушиджима встаёт с дивана и идёт в спальню. *** — Так не пойдёт, Ушивака-чан, — раздражённо вздыхает Ойкава и слезает с коленей Ушиджимы. — Что… что мне сделать, чтобы там заработало? Сосать не буду, но… Он натягивает на себя простынь, прикрывая обнажённую грудь, и в комнате будто бы сразу становится чуть больше воздуха. Нет, грудь, конечно, по-прежнему хороша, но к такому её близкому положению у своего лица Ушиджима, кажется, готов не был. Он вообще не успел ни к чему подготовиться, собраться с мыслями, до конца осознать, что сейчас у них будет секс с Ойкавой Тоору — человеком, в которого он влюблён уже не первый год, пусть и немного в другой форме, но всё с тем же содержанием, верно? Почему тогда ничего не выходит? Раньше Ойкаве хватало просто появиться на площадке, и Ушиджима уже чувствовал лёгкое возбуждение, а уж когда оказывался наедине с собой и позволял себе пофантазировать, то… — Не парься ты так, — говорит Ойкава, помолчав. — Это же не экзамен, и я точно никому ничего не скажу, а первый раз… ну, он у всех корявый, если ты не в манге. Это там всё весело-задорно, а на деле… Мой первый раз тоже был не ахти какой. Правда… у меня была чуть другая проблема. Я кончил что-то типа за две с половиной секунды, и мне стало так неловко, что я, вместо того, чтобы отдышаться и продолжить, просто сбежал… Некрасиво вышло. — Ты её любил? — спрашивает Ушиджима, ни капли не расслабившись, но всё же слегка успокоившись. — Нет. Мы просто нравились друг другу. Ну, я ей точно нравился, а мне просто хотелось заняться с кем-нибудь сексом, и я знал, что она не откажет. А ты, типа, романтик, да? — хмыкает Ойкава и будто бы нерешительно кладёт руку Ушиджиме на плечо. — Капец, ты зажатый, расслабься. Поверь, без особых чувств это тоже приятно, так или иначе тебе понравится. Как раз потренируешься, а потом найдёшь себе милую девушку по душе и всё будет супер. А вот это вряд ли. Если уж и существует девушка по душе, то она сейчас перед Ушиджимой. И милой её назвать сложно. Ойкава принимается разминать Ушиджиме плечи, и вот это действительно немного расслабляет. Простыня в процессе соскальзывает с его груди, и сейчас Ушиджима почти рад, что она так близко. — Просто… потрогай меня в ответ, — понижает голос Ойкава. — Там, где хочется, тебе ведь наверняка хочется… — Я могу… можно тебя поцеловать? Может, дело именно в этом? В манге и даже в фильмах для взрослых люди всегда начинают с поцелуев, но Ойкава сразу перешёл к решительным действиям, стянув с Ушиджимы штаны, а потом и футболку. Однако, судя по тому, как изменилось его лицо, поцелуи в программу не входили. — Эм… да, пожалуй, если тебе так станет легче, — тихо произносит Ойкава спустя бесконечно длящиеся несколько секунд. — Ты целовался с кем-нибудь до этого? Ушиджима кивает. Это было всего раз, когда Тендо утащил его на двойное свидание с девушками из группы поддержки Шираторизавы. Было странно. И всё же поцеловать Ойкаву Тоору хотелось. И сейчас, и примерно каждый раз, когда они бурно ругались в коридорах. — Боже, Ушивака-чан, — внезапно смеётся Ойкава, положив руку Ушиджиме на щёку, — если бы кто сказал, никогда бы не поверил, что сделаю это. А потом целует. Ойкава Тоору его целует! Осознание бьёт прямо в солнечное сплетение, и Ушиджима рвано выдыхает в поцелуй. Мягкие тёплые губы Ойкавы растягиваются в улыбке. — Ну хоть что-то тебе во мне нравится, — шепчет он и углубляет поцелуй. Когда его влажный язык оказывается во рту Ушиджимы, с Ушиджимой происходит что-то невероятно прекрасное. Это совсем не похоже на поцелуй с той девушкой — это в миллион, нет, в целый миллиард раз лучше. Руки Ушиджимы начинают двигаться сами. Он обнимает Ойкаву за обнажённую талию, скользит пальцами по гладкой коже, прижимает его ближе. Не разрывая поцелуй, Ойкава снова перебирается к нему на колени, одной рукой массирует плечо и шею, а другой поглаживает затылок — это очень приятно. Очень. — Хм, даже немного возбуждает, — бормочет Ойкава в губы. — Мне всегда было интересно, что чувствуют девушки… — И что же? — едва находит в себе силы ответить Ушиджима. — Пока не могу понять, но мне определённо интересно, не отвлекайся. Ушиджима бы и не отвлекался, если бы кому-то не приспичило поделиться мыслями, однако Ойкава снова засовывает свой язык ему в рот, и спорить больше не хочется. Какое-то время они просто целуются. Ойкава продолжает гладить плечи Ушиджимы, Ушиджима — спину Ойкавы. — Потрогай их, — шепчет Ойкава и сам кладёт ладонь Ушиджимы на свою грудь. — Только сильно не сжимай… оказывается, это не слишком приятно, когда тебя резко хватают за сиськи. Обязательно учту на будущее. Будущее, которое у Ойкавы наступит, когда он вернётся в своё тело. То, где он снова будет встречаться с разными девушками, заниматься с ними сексом и ненавидеть Ушиджиму Вакатоши. Это грустно, и лучше о таком не думать, а просто наслаждаться тем, что здесь и сейчас. — А вот с сосками можно посильнее, — говорит Ойкава, когда Ушиджима осторожно проводит ладонью по его груди. Всё же не волейбольные мячи, но тоже довольно тяжёлые и приятные на ощупь. И как хорошо ложатся в руку! — Вот так. И Ойкава сжимает пальцами сосок Ушиджимы, а затем целует в шею, заставляя покрыться мурашками с головы до пяток. — Ну, наконец-то Ушивака-чан младший рад меня видеть, — хмыкает Ойкава, легонько укусив в основание шеи. — У тебя красивое тело, зря ты им так долго не пользовался. Эм… теперь… готов? Можем перейти к делу? Ушиджима кивает на автомате, хотя ни черта он не готов, конечно. Ойкава поднимается на ноги и, шумно выдохнув, резко снимает с себя трусы. — Хочешь, чтобы я продолжил сверху или… мне лечь? Вообще, наверное, лучше лечь… говорят, что лёжа не так больно. — Больно? — тупо переспрашивает Ушиджима. — Ну-у-у, в какой-то степени у меня сейчас тоже первый раз, — издаёт нервный смешок Ойкава. — Не знаю, насколько там всё как у девственницы, но в любом случае, судя по твоим размерам… я правда впечатлён, Ушивака-чан. Больно. Ему может быть больно. — В статье было написано, что… нужен массаж и ласки, давай я… — Не парься, просто сделай это уже, — фыркает Ойкава, устраиваясь на кровати. — Иди сюда, только… дырки не перепутай… Эй, да я пошутил же! Да мать твою, Ушивака! Не говори, что у тебя снова упал! — Я… просто не могу так! — стонет Ушиджима, пряча лицо в ладонях. — Чувствую себя каким-то насильником. — Странное у тебя представление о насилии, — ворчит Ойкава. — Когда жертва сама умоляет себя трахнуть — это не насилие, это подарок судьбы! — Но ты ведь на самом деле не хочешь… — Когда ты тут ноешь, то, конечно, не хочу! Но… когда мы целовались, было даже неплохо… честно. У меня там даже стало немного мокро… это, типа, верный признак. Потрогай сам, если не веришь! А потом Ойкава, закусив губу, широко раздвигает ноги и прикасается к себе сам. — Ну, может… массаж и не помешает, если тебе так хочется, — говорит он, продолжая ласкать самого себя, и рот Ушиджимы наполняется слюной. — Иди ко мне, Ушивака-чан, — зовёт Ойкава, и Ушиджима, конечно же, идёт. — Вот, просто ляг на меня. — Тебе… тебе не будет тяжело? — спрашивает Ушиджима, удерживая над ним свой вес руками. — Если постараешься, то мне будет очень хорошо, — обещает Ойкава и притягивает его к себе за шею. — Поцелуй меня, тебе же понравилось целоваться? И Ушиджима целует. *** — Это было очень плохо? — спрашивает Ушиджима, глядя как Ойкава лежит, задрав ноги и прислонившись пятками к стене. Ушиджима видел такое в сериалах, когда героиня страстно желала забеременеть. У них же другой случай. У них — «чтобы ни капли твоей живительной силы не потратить впустую, Ушивака-чан». — Нормально, — отвечает Ойкава, но что-то в такое «нормально» слабо верится. — Просто… ощущения совсем другие. — Какие? — Я бы сказал… никакие. В смысле… у парней совсем всё иначе, сложно объяснить, но… если для девушек секс ощущается так, то… я вообще не понимаю, зачем они разрешают нам заниматься с ними сексом. Эй, только не загоняйся, дело же не в тебе… Это же мой первый раз. Я читал, что получить оргазм для девушки в первый раз практически невозможно. Да, точно. Не загоняйся. Легко сказать. — Тебе самому-то как? — спрашивает Ойкава, опуская ноги. Если не задумываться над всей ситуацией, а брать только техническую часть — то было приятно, особенно, когда Ойкава целовал его в процессе и с силой хватался за плечи. И всё же оргазм оказался не таким оглушительным, как пишут об этом в манге. Скорее, как после быстрой разрядки в душе, когда не думаешь ни о чём, а просто пытаешься снять напряжение. И уж явно не такой яркий, как когда остаёшься один на один с фантазиями об Ойкаве Тоору. Тут впору включать мем «ожидание-действительность». — Ну, слушай, — снова говорит Ойкава, когда Ушиджима так ему ничего и не отвечает. — Вряд ли у тебя получались твои пальцедробительные подачи с первого раза. И тут так же. Нужно больше тренироваться. Так что предлагаю пожрать и продолжить тренировку. Не переживай, Ушивака-чан, Ойкава-сенсей не оставит тебя одного в беде! Это-то и пугает. Возможно, впервые в жизни Ушиджима хочет, чтобы «Ойкава-сенсей» оставил его в покое. Но он не оставит, потому что проблему нужно решать. И относиться к этому действительно стоит как к проблеме, а не романтизировать. Одеждой Ойкава не заморачивается, а просто закутывается в простыню на манер греческой богини. Ушиджима надевает трусы, но в остальной одежде смысла тоже не видит. Всё равно скоро раздеваться. — А вообще, неудивительно, что у тебя так много поклонниц, — говорит Ойкава, усевшись за стол, пока Ушиджима инспектирует холодильник на наличие какой-нибудь еды. — Ты красивый. — Что? — изумлённо переспрашивает Ушиджима и даже отвлекается от полупустых полок, чтобы взглянуть на Ойкаву и убедиться, что ему это не почудилось. — Да ладно тебе, — отмахивается Ойкава. — Будто ты сам не знаешь, с таким-то телом и… агрегатом. Нет, унылый еблет, конечно, всё обычно портит, но во время секса он таким унылым не был. Ты что, покраснел? Ах-ха-ха, Ушивака-чан, как легко тебя смутить. Эй, ну не смотри так сурово! И это… ты же не бьёшь женщин, да? — Да, но ты вроде и не настоящая женщина, — бурчит Ушиджима. — Ну всё, всё! — машет руками Ойкава. — Не злись. Ушиджима и не злится, он, скорее, подавлен. Это как попасть в национальную сборную и весь сезон просидеть не скамейке запасных. Вроде и сбылась мечта, а вроде и хрень какая-то. Молча выставив на стол рис, маринованные овощи и остатки жареных креветок, Ушиджима садится напротив Ойкавы, но к палочкам не притрагивается. У него аппетита нет. Ойкава почему-то тоже резко затихает и принимается очень внимательно его рассматривать. — Это потому что я — это я? — спрашивает он вдруг. Так-то да. Хотя и нет — тоже. — Всё нормально, ешь, — отвечает Ушиджима. — Теперь насильником себя чувствую я. Зря я тебя в это втянул… Нужно было идти в клуб, напиться и просто подцепить кого-то. Извини. Просто… не могу представить, как позволяю такое какому-то левому парню, а ты.. ты всё-таки не чужой. И всё же ты не обязан решать мои проблемы и переступать через себя. Ушиджима сглатывает огромный ком в горле, который образовывается там сразу после того, как он представил, что кто-то другой делает это всё с Ойкавой. Нет, такого допустить точно нельзя. И если Ойкаве действительно легче разделить проблему с кем-то знакомым, то нужно собрать себя в кучу и перестать распускать сопли! — Всё нормально, — снова повторяет Ушиджима. — Мы вернём тебя обратно, и всё будет хорошо. — Спасибо, — говорит Ойкава, помолчав. — Тогда… давай попробуем сделать так, чтобы нам обоим было хорошо в процессе. Кроме очевидного, что тебя напрягает больше всего? — То, что тебе не нравится, — выдавливает из себя Ушиджима, разглядывая стену. — То есть, если мне будет нравиться, то ты перестанешь выглядеть как жертва жёсткого абьюза? — спрашивает Ойкава, принимаясь за еду. Ушиджима не вполне понимает, как выглядят жертвы жёсткого абьюза, но… — Мне однозначно будет комфортнее, — говорит он, надеясь, что правильно уловил мысль. — Ну, я так-то тоже не против получить женский оргазм, всегда было интересно, как это ощущается, так что… посмотрим порно? Так, чисто чтобы вдохновиться. — Если это необходимо. — «Если это необходимо», — передразнивает Ойкава. — Какой серьёзный, не могу. Вообще, порно, может, и не вариант. Все женские секреты на форумах. Давай телефон. Ты, если что, как к оральному сексу относишься? Не брезгуешь? Я пока не решил, хочу ли попробовать тебе отсосать, потому что… ну, с одной стороны это странно, я же парень… с другой стороны, когда, как не сейчас, да? Ну и ты всё равно меня уже трахнул, чего теперь вымахиваться… Так что, хочешь попробовать? У Ушиджимы горят щёки, уши, шея, да и весь он горит. И всё, что он сейчас хочет — это выйти в окно. Но они на первом этаже и это бессмысленно. — Ну, ты подумай, в общем, а я пока почитаю, что они там пишут про свои оргазмы. И соус передай, пожалуйста. *** Ушиджима очень надеется, что Ойкава никогда не узнает, сколько раз он представлял их секс. Правда, до такого Ушиджима не доходил даже в своих самых смелых фантазиях. Возможно, у него просто плохо с воображением, а возможно, никакого воображения и не хватит, чтобы представить Ойкаву Тоору облизывающим его член. И вот это происходит, а Ушиджима даже вспомнить не может, как они до такого дошли. Сначала они вместе читали женские форумы, потом искали точку джи и клитор, потом Ойкава пытался каким-то особенным образом напрягать мышцы и выглядел при этом очень комично. Когда Ушиджима не выдержал и засмеялся, Ойкава сначала обиделся, но затем засмеялся тоже, после чего они начали целоваться и… — Как думаешь, отсос вообще считается? — спрашивает вдруг Ойкава, вынув изо рта член Ушиджимы. — Я имею в виду, мне же нужна твоя сперма, есть разница, как она в меня попадёт? Но тогда получается, что надо обязательно глотать, да? Ушиджиму будто выпихивают из тёплой кровати в сугроб. Он снова позволил себе забыть, зачем они здесь. Эгоистично начал получать удовольствие от того, что Ойкаве делать неприятно. Ведь ему не может быть приятно, он ведь нормальный гетеросексуальный парень! — Эй, ну что опять произошло? — разочарованно тянет Ойкава, поднимая на Ушиджиму взгляд. — Да, я пока не слишком в этом хорош, но не настолько же всё плохо… Что случилось, Вакатоши? Вакатоши? Ойкава Тоору назвал его по имени?! Или это галлюцинация на нервной почве? — Н-не надо, — хрипит Ушиджима, пытаясь вспомнить, как нужно дышать. — Не делай то, что тебе неприятно, мы же договорились. — Да мне, в общем-то, было нормально, — говорит Ойкава, опять как-то излишне внимательно вглядываясь в его лицо. — Вакатоши, — повторяет он зачем-то снова. — О, тебе нравится. Нравится же? Ушиджима в принципе не мастер врать, да ещё и когда на губах Ойкавы играет такая чарующая улыбка, поэтому тупо кивает. — Ну, что случилось на самом деле, Вакатоши? — спрашивает Ойкава, забираясь на Ушиджиму верхом. — Ты опять запарился, что мне не нравится? Он оглаживает ладонью грудь Ушиджимы, а потом запускает руку в его волосы, слегка царапает кожу головы короткими ногтями, отчего появляется желание замурлыкать будто дворовой кот, впервые получивший ласку. — На удивление, это прикольно, — выдыхает Ойкава Ушиджиме в губы. — Возможно, женские гормоны берут верх, но меня, оказывается, тоже заводит, когда тебя заводит. Не хочу сейчас думать — почему. Я хочу, чтобы у нас всё получилось и чтобы ты, наконец, отключил голову. Я хочу Ушиджиму Вакатоши, который полагается на свои инстинкты, как на площадке. Перестань думать, ладно. Постараешься для меня, Вакатоши? Если бы Ойкава сейчас говорил своим настоящим сладким голосом, Ушиджима бы точно кончил только от этих слов. «Я хочу Ушиджиму Вакатоши, который полагается на свои инстинкты». «Хочу Ушиджиму Вакатоши». Инстинкты заставляют Ушиджиму опрокинуть Ойкаву на кровать и впиться губами в его шею. Облизать ключицу, очертить языком ореолы сосков, покрыть поцелуями живот и спуститься ниже в поисках всяких неизведанных точек, названных латинскими буквами. С каждым движением языка ноги Ойкавы раздвигаются шире, а дыхание немного учащается. — Вот левее было очень хорошо, — бормочет Ойкава. — И… добавь нажатия… можно пальцами, вот сюда, — и сам трогает там, где надо, после чего Ушиджима повторяет движение. — Кажется, на форумах не врут, и просто засунуть внутрь два пальца и подвигать ими — херовая прелюдия. О боже, Вакатоши, вот так повтори. Ушиджима, конечно, повторяет, но, если честно, у него уже затекла челюсть и вот-вот онемеет язык. Однако Ойкава издаёт такие приятные звуки и становится таким влажным (что «верный признак»), поэтому приходится стараться и дальше. Может, Ойкава и не врал, когда говорил, что чужое удовольствие его заводит, потому что Ушиджиму заводит тоже. — Я… кажется, правда хочу тебя в себе, — тяжело дыша, говорит Ойкава. — Давай уже трахаться по-настоящему. В этот раз он не такой тугой и попасть внутрь гораздо проще. Ушиджима хочет его поцеловать, но не знает, стоит ли это делать, однако Ойкава не даёт задуматься на этот счёт и целует сам. Он прогибается в спине, и это так крышесносно горячо, его явное желание и сладкие стоны такие возбуждающие, что Ушиджима не в состоянии продержаться и минуты. Буквально несколько толчков, и он кончает, вминая при этом Ойкаву в кровать. — Ну м-ля-а, — разочарованно тянет Ойкава, — я только вошёл во вкус. — Извини. — Ну что ты, — вздыхает Ойкава, поглаживая Ушиджиме затылок. — У тебя ещё будет шанс. А вообще, я понял одну ужасную вещь: они все меня обманывали и нифига им не нравилось. Так что… может, не так и плохо, что мы во всё это вляпались, да? Сейчас натренируемся, и к нам будут выстраиваться очереди из неудовлетворённых девушек! Никаких очередей Ушиджиме не надо. Ему бы с одной справиться, но, кажется, он постепенно начинает понимать, что нужно делать. Если сменить угол и двигаться ритмичнее и однозначно дольше, то, может быть, всё действительно получится. — В следующий раз хочу попробовать сверху, — объявляет Ойкава. — Ну и некоторые писали, что им больше всего заходит в коленно-локтевой. Хотя другие — что так больно и вообще не нравится. Да, одна форумчанка утверждала, что может кончить только в миссионерской позе с широко раздвинутыми ногами, но пугающее количество девушек вообще не знают, что такое оргазм с мужчиной. — А ещё можно на боку и помочь рукой, — продолжает болтать Ойкава, и Ушиджима угукает из последних сил, потому что его буквально вырубает. — Эй, ты что, собрался тут дрыхнуть? Хотя ладно, поспи… Ай, ну вот что ты делаешь, — возмущается он, когда Ушиджима притягивает Ойкаву ближе и утыкается носом во вкусно пахнущие мягкие волосы. — Ла-а-адно, давай пообнимаемся, окей. Вот бы так было всегда, но увы. С этой мыслью Ушиджима и засыпает.