Цена каждой смерти

      Густой дым дешёвых трубок и запах пролитого эля пропитали стены «Кровавого Крюка» насквозь — это была одна из самых мрачных таверн на окраине Вейргарда. За окнами, в треснувших стёклах, сгущался вечерний туман с Чёрных Болот. Он нёс с собой гнилостный привкус и далёкий, тоскливый вой болотных тварей.       Внутри было жарко. В очаге потрескивали сырые поленья, на грубых столах стояли кружки с кислым пивом и миски с чёрствым хлебом.       Заказчик — толстый купец по имени Гренн — сидел в углу и нервно постукивал пальцами по кошельку на поясе. Его лицо, изуродованное старым ожогом от разбойничьего набега, блестело от пота. Он нанял Лиснесс Восс для сопровождения каравана с солью, тканями и железными изделиями до соседнего города Вейрхолд. Путь предстоял недлинный — около недели в одну сторону, через леса, где, по слухам, бродили банды дезертиров, и мимо развалин старых крепостей, в которых иногда просыпалась древняя, злая магия.       Лиснесс уже успела отсеять пару совсем зелёных новичков и теперь оглядывала оставшихся. Их было четверо, включая саму Лисс — небольшой отряд для такого простого дела, но в Проклятых Королевствах даже обычный караван мог обернуться братской могилой.       Первым заговорил Хальг — широкоплечий орк-полукровка с рваным шрамом через всё лицо, от лба до подбородка. Он лениво ковырял кинжалом в зубах, а затем сплюнул на пол.       — Слышь, Лис, — прогудел он низким, хриплым голосом. — Если опять полезем в те чёртовы заросли у Старой Гати, я беру двойную плату. В прошлый раз меня там чуть не сожрал проклятый туманный волк. Полпальца как не бывало. — Он поднял изуродованную руку и хмыкнул. — А ты, девка, всё такая же строгая. Не боишься, что мы все сдохнем по дороге?       Рядом с ним фыркнул Тирен — молодой лучник лет двадцати, тощий, с обветренным лицом и колчаном, небрежно брошенным на спинку стула.       — Да ладно тебе, Хальг, — вставил он, нервно усмехаясь. — Лис знает, что делает. В прошлой вылазке она нас всех из той ямы с пауками вытащила. Только не начинай опять свои байки про «старые добрые времена», когда ты якобы с самим бароном рубился.       Третья наёмница — шустрая воровка по кличке Кошка, с коротко остриженными тёмными волосами и парой метательных ножей на бёдрах, — лениво откинулась на стуле и бросила взгляд в сторону двери.       — Главное, чтоб платили вперёд. А то в прошлый раз один купчина решил сэкономить и… — Она провела пальцем по горлу и издала сухой смешок, в котором не было ни капли веселья. — Лис, ты скажи, сколько точно выйдет на каждого? И когда выходим? Туман сегодня густой, как кровь на алтаре.       Купец Гренн кашлянул, пытаясь привлечь внимание.       — Госпожа Восс, — залепетал он, — я же ясно сказал: караван должен быть в Вейрхолде к следующему новолунию. Никаких лишних остановок. Мои товары задержек не терпят. А если что пойдёт не так… я убытки покрывать не стану.       Дверь скрипнула, впуская порыв холодного, влажного ветра.       В проёме появился высокий мужчина — сто восемьдесят восемь сантиметров чистой, кошачьей грации и неприкрытой дерзости. Тёмно-коричневый кожаный доспех, стянутый множеством ремней, облегал его атлетичное, но сухое тело: широкие плечи, узкая талия, сильные руки, покрытые мелкими шрамами от бесчисленных драк и побегов. Под расстёгнутым воротом тёмно-серой рубахи виднелась загорелая кожа с тонким белым следом кинжала на левой ключице и длинным неровным рубцом через ребро.       На шее — ярко-алый шёлковый шарф, потрёпанный, но всё ещё вызывающе яркий. Единственное пятно настоящего цвета в этом сером, прокопчённом мире. За спиной висели потёртые ножны с большим одноручным мечом, на поясе позвякивали метательные кинжалы, фляга и пара игральных костей, которые он лениво перекатывал в пальцах.       Волосы — тёмно-рыже-каштановые, густые, вечно растрёпанные. Несколько прядей сразу упали на лоб, едва он зачесал их назад пятернёй. Лёгкая щетина подчёркивала угловатое лицо с высокими скулами, острым подбородком и едва заметной ямочкой. Губы растянулись в дерзкой, чуть кривой ухмылке, а ярко-карие глаза с золотистыми искрами — хитрые, «лисьи» — скользнули по комнате с таким видом, будто он уже придумал, как именно будет подкалывать каждого здесь присутствующего.       Он облокотился о косяк и негромко, с хрипотцой и бархатистой «улыбкой» в голосе, произнёс:       — Ого, да тут целая семейная идиллия. Ветеран ноет про пальцы, мальчишка защищает даму, а воровка уже считает монеты, которых ей пока никто не давал. Классика.       Он коротко хохотнул — заразительно и внезапно, будто сам удивился собственной шутке.       — Я слышал, тут нанимают людей для скучного каравана. Соль, ткани, железо… Звучит как идеальный способ умереть от скуки, а не от меча. Меня зовут Джорах Блэкторн. Или просто «эй, ты», если лень напрягаться.       Его взгляд остановился на Лиснесс — оценивающий, цепкий, но без особого интереса. Так смотрят на потенциального работодателя, не более.       — Спорим на ужин, что я пройду этот путь, не получив ни одной новой царапины, и при этом не заскучаю до смерти? Или вы, госпожа, предпочитаете более… серьёзных кандидатов?       Хальг фыркнул и толкнул Тирена локтем.       — Ещё один остряк-самоучка. Лис, ты его берёшь, или пусть катится обратно в болото?       Кошка прищурилась, но уголок её рта дрогнул в слабой улыбке.       — По крайней мере, с ним не будет тихо. В прошлый раз мы чуть не заснули на марше.       Джорах только шире ухмыльнулся. Он жевал травинку, которую вытащил откуда-то из кармана, и продолжал лениво перекатывать кости в ладони. Стоял, слегка переминаясь с ноги на ногу, с той самой «кошачьей» грацией, которая говорила без слов: он готов бежать, драться, шутить — и всё это одновременно.       Лиснесс подняла взгляд на вошедшего. Глаза цвета тёмного мёда прошлись по нему неторопливо, внимательно, с той особой цепкостью, которая выдавала в ней человека, привыкшего оценивать незнакомцев за считанные секунды. Меч за спиной. Потёртый кожаный доспех, стянутый ремнями. Метательные кинжалы на поясе. Россыпь старых шрамов на открытых участках кожи. Всё это она отметила молча, без тени улыбки, с привычной профессиональной холодностью.       — Что ж, «эй ты», — произнесла она ровным, чуть низким голосом, в котором сквозила властность человека, не привыкшего повторять дважды. — Если тебя устроит двенадцать серебряных сейчас и двадцать золотых в конце, я возьму тебя в отряд.       Она перевела взгляд на Кошку — именно та всегда первой вгрызалась в финансовые вопросы — и коротко кивнула.       — Всех устраивает?       Хальг откинулся на стуле так, что дерево жалобно скрипнуло. Орк-полукровка почесал шрам, пересекавший лицо от лба до подбородка, и сплюнул на пол.       — Двенадцать серебра и двадцать золота? За неделю через эти гнилые леса? — прогудел он. — Лис, в прошлый раз, когда мы тащили тот проклятый груз через болота, ты платила больше. Но ладно, я не в претензии. Главное, чтоб пальцы опять считать не пришлось.       Тирен нервно улыбнулся и быстро кивнул, не отрывая глаз от кружки.       — Меня устраивает. В прошлый раз я вообще за восемь серебра пошёл. Только бы без сюрпризов.       Кошка прищурилась, лениво поигрывая метательным ножом. Короткие тёмные волосы блеснули в свете очага, на губах мелькнула хищная ухмылка.       — Двенадцать серебра сейчас — это хорошо. А двадцать золота в конце… — Она покосилась на Джораха, потом снова на Лиснесс. — Если этот красавчик не начнёт всех доставать своими шутками, я согласна. Но если доведёт — сама с него вычту. Договорились?       Купец Гренн заёрзал на скамье. Изрытое ожогом лицо скривилось в недовольной гримасе, он нервно потёр кошелёк на поясе.       — Госпожа Восс, вы же понимаете, я не могу позволить себе лишних трат. Двенадцать серебра каждому — это уже…       Он осёкся под тяжёлым взглядом Лиснесс и быстро сдал назад.       — Ладно, ладно. Лишь бы караван дошёл целым. Выходим на рассвете, как договаривались. Мои повозки уже у восточных ворот.       Джорах Блэкторн всё это время стоял, небрежно опершись плечом о дверной косяк. В пальцах он лениво перекатывал пару игральных костей. Когда Лиснесс назвала его «эй ты», ярко-карие глаза с золотистыми искрами блеснули откровенным весельем. Кривая ухмылка стала ещё шире.       — Ого, двенадцать серебра и двадцать золота, — протянул он низким, чуть хрипловатым голосом, в котором даже сейчас слышалась бархатистая «улыбка». — А я-то думал, за такую скучную прогулку с солью и тряпками платят меньше. Видать, вы, госпожа, цените острый язык и быстрые ноги.       Он издал смешок, явно довольный предложенной суммой. — Договорились. Я в деле. Только одно условие: если кто-то начнёт ныть про старые добрые времена и оторванные пальцы — я рассказываю историю о том, как один орк потерял кое-что посущественнее. Чтоб не скучно было.       Хальг заржал в голос и хлопнул ладонью по столу.       — Этот мне уже нравится! Лис, если он будет так же быстро бегать, как болтать, караван точно дойдёт.       Джорах наконец оттолкнулся от косяка и сделал пару шагов к столу. Садиться он не стал — просто остановился в паре метров от Лиснесс. В том, как он стоял — слегка переминаясь с ноги на ногу, расслабленно, но собранно, — сквозила та самая кошачья грация, которая выдавала человека, готового в любой момент сорваться с места. Ярко-алый шарф на шее выделялся вызывающим пятном в полумраке таверны.       Его взгляд скользнул по ней ещё раз — теперь не как по работодателю, а как по кому-то, кто вызвал лёгкое любопытство. Не больше. Просто оценка. Просто игра.       Кошка закатила глаза.       — Главное, чтоб не пришлось его затыкать ножом на третий день.       Тирен только нервно хихикнул.       Джорах проводил их всех ленивым взглядом, но думал совсем о другом.       «Эй ты», значит? Сразу в точку, ледышка. Даже глазом не моргнула. Взгляд прошёлся по мне, как по товару на рынке — меч, шрамы, шарф… всё просканировала. Серьёзная. Слишком серьёзная для такой простой прогулки с солью и тряпками. Интересно, что она там себе уже напридумала про нового остряка-самоучку.       Он незаметно хмыкнул себе под нос и перекатил кости в ладони.       Двенадцать серебра сейчас и двадцать золота в конце — нормально. Не жмотничает. Могла бы и дешевле сбить, но нет. Умеет считать. Это уже плюс.       Его взгляд снова скользнул по залу, цепляя каждого из отряда. Хальг — орк-нытик, который будет всю дорогу пересчитывать оставшиеся пальцы. Тирен — зелёный лучник, что в первом же тумане, скорее всего, обделается. Кошка — воровка, которая уже прикидывает, как бы его прирезать на третьи сутки за лишнюю болтовню.       Скучно не будет. По крайней мере, от них.       И снова — Лис. Лиснесс Восс. Холодная, собранная. Взгляд тяжёлый, будто она уже просчитала, сколько геморроя я ей принесу. Красивая, чёрт возьми. Но не в том смысле, чтобы слюни пускать. Красивая так, что сразу хочется проверить — сломается ли, если её хорошенько расшатать. Такие всегда интереснее всего, когда наконец-то выходят из себя. Надеюсь, эта «простая» недельная прогулка хоть чем-то меня удивит. А то я уже начинаю зевать. Может, хоть она окажется той, кто умеет держать удар от моих шуточек. Было бы… забавно.       Он встряхнул головой, отбрасывая упавшую на лоб прядь, и растянул губы в привычной кривой ухмылке.       Ладно, Джори. Улыбайся шире. Игра началась. Главное — не заскучать.       Лиснесс проводила взглядом купца Гренна — тот, бурча что-то себе под нос, тяжело поднялся по скрипучей лестнице на второй этаж. Она скрестила руки на груди и откинулась на спинку стула. Несколько иссиня-чёрных прядей, выбившихся из высокого пучка, упали на шею.       — Вопросы есть? — Её голос прозвучал ровно, по-деловому. — Если нет — у вас четыре часа. Отдыхайте, проверяйте снаряжение. Повозки будут у восточных ворот.       Хальг первым хмыкнул, засовывая кинжал в ножны на поясе. Потянулся так, что кости громко хрустнули, и кивнул в сторону окна, за которым уже густел болотный туман.       — Вопросов нет, Лис. Только одно: если в лесах у Старой Гати опять полезут дезертиры — левый фланг мой. Не хочу, чтоб этот новенький прямо под стрелами свои байки травил. — Он покосился на Джораха и оскалился.       Тирен быстро допил эль и встал, поправляя колчан на плече. Лицо у него всё ещё было чуть нервным.       — Я пойду тетиву проверю. И повозки заодно гляну, чтоб ничего не отвалилось по дороге. Лис, ты как всегда права — лучше сейчас. — Он коротко кивнул и направился к выходу, бросив через плечо: — Кошка, со мной? Вдвоём быстрее.       Кошка поднялась не сразу. Лениво крутанула метательный нож на пальце, прищурилась на Лиснесс, потом перевела взгляд на Джораха.       — Вопросов нет. Главное, чтоб никто не начал геройствовать. Неохота потом кого-то в грязи хоронить. — Она подмигнула Лиснесс. — Я с Тиреном. Если что — мы у конюшни.       Дверь хлопнула, оставив в зале только Хальга, уже потянувшегося за новой кружкой, и Джораха.       Джорах по-прежнему стоял, расслабленно опершись локтем на спинку пустого стула. Ярко-алый шарф на его шее едва заметно колыхнулся, когда он чуть склонил голову набок. В ярко-карих глазах плясали золотистые искры.       — Вопросы? У меня всегда есть вопросы, — протянул он с той самой бархатистой хрипотцой, от которой каждое слово звучало одновременно обаятельно и опасно. — Например: если по дороге я найду что-нибудь поинтереснее соли и тряпок — мы свернём? Или продолжим изображать примерных сопровождающих?       Он выдержал короткую паузу и хохотнул — внезапно, заразительно.       — Шучу. Четыре часа — целая вечность. Проверю железо, может, даже высплюсь где-нибудь в углу. А ты, Лис? Отдыхать не собираешься? Или такие, как ты, вообще не спят — только планируют, как всех не угробить?       Он смотрел на неё прямо, но без нажима — с тем самым лёгким любопытством, которое появилось в его взгляде несколькими минутами раньше.       Лиснесс чуть скривила губы — видно было, что она заставила себя сдержать первое, что рвалось с языка. Она и правда устала. Чувствовала это, но старалась не показывать.       — Нет, — отрезала она голосом, не терпящим возражений. — Если ты найдёшь что-то интереснее соли и тряпок, мы не свернём.       На вопрос об отдыхе она не ответила — намеренно, кажется, просто проигнорировала. Вместо этого выцепила взглядом юную служанку, что разносила еду, и, даже не вставая, перехватила у неё с подноса кружку сидра, сунув взамен пару медяков. Откинулась на спинку стула, сделала несколько маленьких, почти осторожных глотков.       Хальг за соседним столом громко фыркнул в кружку и хлопнул ладонью по столешнице.       — Ого. Лис сегодня в режиме «железной леди». Даже на шутку не повелась. — Он оскалился, глядя на Джораха. — Рыжий, может, заткнёшься и пойдёшь проверять железо, пока она не решила вычесть из твоей платы за болтовню?       Джорах не спешил отводить взгляд. В его глазах вспыхнуло чистое, хищное веселье — и только. Никакой обиды, никакого раздражения. Напротив — его это явно забавляло.       — Понял, понял, — протянул он с ленивой усмешкой. — Никаких интересных поворотов. Только соль, тряпки и скука. Жёстко, но честно.       Он выдержал паузу и чуть склонил голову набок.       — А про отдых я, значит, зря спросил. Ясно. Лидеры вроде тебя вообще не спят — стоят на страже, пока остальные храпят по углам. Классика.       Его взгляд остался цепким, насмешливым — он явно заметил, что она устала, и это только раззадоривало.       — Ладно. Четыре часа — это четыре часа. Пойду проверю меч, чтоб не заржавел от твоего «не сворачиваем». — Он, наконец, замолчал. Но явно ожидал реакции.       Лиснесс задержала взгляд на Джорахе чуть дольше, чем требовала простая вежливость, но вслух не сказала ни слова. Только коротко кивнула — словно ставя точку — и отвернулась.       Рыжий болтун, — мелькнуло у неё в голове.       Она допила сидр мелкими глотками. Кружка давно опустела, но Лиснесс всё ещё вертела её в пальцах, перебирая в мыслях отряд. Тирен… слишком зелёный. В первом же серьёзном деле может растеряться. Кошка с ним ушла — может, хоть она присмотрит. Хотя бы потому, что парень ей явно не безразличен и не раздражает так, как этот новый.       Она наконец вздохнула, поставила кружку на стол и поднялась. Пряди иссиня-чёрных волос выбились из пучка и упали на лицо — она даже не поправила их. Молча направилась к лестнице на второй этаж, оставив за спиной гул таверны.       Хальг проводил её взглядом и громко хмыкнул, откидываясь на стуле.       — Ну всё, рыжий, зуб даю она тебя отметила. Я бы на твоём месте уже начал молиться, чтоб она не решила оставить тебя в лесу.       Джорах только шире ухмыльнулся и бросил короткий взгляд вслед уходящей Лиснесс. В его глазах мелькнул тот самый «лисий» прищур — веселье пополам с азартом. Он хмыкнул себе под нос и направился к выходу.       — Ладно, Хальг. Пойду проверю железо. Не скучай тут без меня.       Дверь хлопнула. Хальг только фыркнул и заказал ещё эля.       За окнами «Кровавого Крюка» ночь окончательно вступила в свои права. Вейргард — город, пропахший болотной гнилью и солью, — затихал, насколько вообще умел затихать. Где-то вдалеке лаяли собаки. На восточных воротах стража лениво перебрасывалась костями, коротая время до рассвета. Четыре часа. А потом — дорога через леса, где туман никогда не рассеивается до конца, и где каждая вылазка может стать последней.