Just pretend. Destiny

Итачи быстро пролистывал страницу клуба «Блэк Свон» в закрытом доступе. Его лицо, обычно непроницаемое, исказилось в гримасе брезгливого недоумения. Чем дальше он листал галерею «шоу-программ», тем сильнее сжимались его челюсти. — «Приватные танцы в пене», «Ночь стальных прессов», «Пожарный расчет особого назначения»… — Итачи медленно поднял взгляд на Хинату. — Ты действительно считала, что это подходящее место для будущей госпожи Учиха? — Итачи, это просто клуб! — Хината попыталась вернуть себе самообладание, но голос дрогнул. — Мы бы просто посидели в ВИП-зоне, выпили шампанского… — В ВИП-зоне, где, судя по описанию, стены прозрачные с одной стороны, а официанты ходят исключительно в кожаных портупеях? — голос Итачи стал тихим до звона. — Этого клуба не будет, Хината. Я запрещаю. Если ты хочешь праздник, выбери ресторан или закрытый спа-салон без «дополнительных услуг». Иначе в пятницу ты не выйдешь из дома. Это моё последнее слово. Пока Хината задыхалась от возмущения, Итачи быстро сделал несколько скриншотов самых «красочных» предложений клуба и одним нажатием отправил их Саске. На улице Саске почувствовал вибрацию телефона. Он открыл сообщение от брата, и Сакура увидела, как его брови поползли вверх, а взгляд стал по-настоящему пугающим. Саске развернул экран к ней. — «Престижный клуб», говоришь? — процедил он. — Сакура, ты видела, что там происходит? Это не клуб, это легализованный бордель для дам с сомнительным вкусом. Сакура бросила взгляд на экран и прикрыла рот ладонью. На фото мускулистый парень в каске и с брандспойтом делал нечто такое, что явно выходило за рамки «просто танца». — О боже… — прошептала она. — Я не знала, что там настолько… откровенно. — Теперь знаешь, — Саске убрал телефон и схватил её за плечи, заставляя смотреть на себя. — Мой ультиматум в силе. Если Хината не изменит место на что-то приличное, ты останешься дома. Я не шучу, Сакура. Ты не переступишь порог этого притона. — Пойдем внутрь, — тихо ответила Сакура. Она была бледной. Она понимала, что находится между двух огней: яростью Учихи и возможной обидой лучшей подруги. Они снова вошли в тренировочный зал. Атмосфера там всё еще была рабочей, но тяжелой. Агенты заканчивали полосу препятствий, обливаясь потом. Киба, заметив вошедшее начальство, сразу понял по лицу Сакуры — переговоры прошли паршиво. Сакура встала у края матов, нервно переплетая пальцы. Она надеялась, что Хината проявит благоразумие и не станет идти на открытый конфликт с Итачи, иначе их общий праздник превратится в грандиозный скандал. Саске же, не проронив ни слова, встал рядом с Кибой, скрестив руки на груди. Его взгляд, прикованный к выполняющему упражнения Суйгецу, был таким тяжелым, что эксперт едва не споткнулся на ровном месте. — Харуно, ты чего такая бледная? — негромко спросил Хидан, проходя мимо неё. — Учиха всё-таки запретил тебе смотреть на голых мужиков? Сакура лишь бросила на него измученный взгляд. — Хидан, если хочешь дожить до вечера, просто молчи. Поверь, сейчас не до шуток. На полигоне всё ещё слышался топот ботинок и тяжёлое дыхание агентов, когда телефон Сакуры снова ожил. Она взглянула на дисплей — Хината. Сакура тяжело вздохнула и отошла в самый дальний угол зала, за колонну, чтобы её не беспокоили любопытные взгляды коллег и пронзительный взор Саске. — Да, Хина… — тихо произнесла она, приняв вызов. — Это просто… это невыносимо! — голос Хинаты дрожал, она была на грани истерики от злости. — Сакура, ты представляешь, он пришел, забрал телефон, листал мои вкладки с таким лицом, будто я планировала государственную измену! Он запретил! Сказал, что я буду пить чай с его матерью, если не передумаю! Сакура прикрыла глаза, чувствуя, как у самой начинает гудеть голова. Она слышала, как Хината всхлипывает от обиды. — Хина, послушай меня, — мягко начала Сакура, стараясь говорить максимально успокаивающе. — Я ведь предупреждала тебя, что это плохая идея. Ты же знаешь братьев Учиха. Для них слово «честь» и «репутация» — не пустой звук, а их собственничество граничит с безумием. Итачи сейчас в ярости не потому, что хочет испортить тебе праздник, а потому что он увидел в этом клубе то, что оскорбило его представление о тебе. — Но ты сама сказала, что просто спа — это скучно! — вскрикнула Хината. — Я думала, ты меня поддержишь! — Хина, когда я говорила, что спа — это скучно, я не имела в виду, что нам нужно бежать смотреть на голых мужиков в пене! — Сакура потерла переносицу. — Я имела в виду, что можно найти классный закрытый клуб, где мы сможем потанцевать, выпить отличные коктейли и поболтать в чисто девичьей компании, без посторонних «спецэффектов». Просто мы. В красивых платьях, с музыкой, без лишнего пафоса и без стриптизеров, которые выглядят как карикатуры. Хината на том конце замолчала, только прерывисто дышала в трубку. — Ты правда думаешь, что если я выберу другое место, они успокоятся? — уже тише спросила она. — Я уверена. Саске мне уже выставил ультиматум: если «Блэк Свон» останется в силе, я сижу дома под замком. Итачи, судя по всему, настроен еще решительнее. Давай не будем превращать наши предсвадебные дни в поле битвы. Мы найдем место круче, где нам будет весело именно друг с другом, а не от того, что перед нами кто-то трясет мышцами за деньги. — Ладно… — Хината шмыгнула носом. — Кажется, я погорячилась. Просто этот контроль… он иногда так душит. — Это Учихи, дорогая, — грустно усмехнулась Сакура. — Мы сами их выбрали. Успокаивайся, выбирай нормальный ресторан с танцполом или лофт, и давай вернем мир в наши семьи. А то Итачи и Саске сегодня выглядят так, будто готовы объявить войну всему мужскому населению города. — Хорошо. Я поищу что-то другое. И… спасибо, Сакура. Сакура отключила вызов и оперлась спиной о стену. Она чувствовала, как напряжение немного отпускает. Выглянув из-за колонны, она встретилась взглядом с Саске. Он стоял на прежнем месте, и хотя он не слышал разговора, по её лицу он понял — буря миновала. Вечер пятницы окутал город неоновым блеском и влажной прохладой, но внутри элитного лофта, который девушки выбрали взамен скандального «Блэк Свон», атмосфера была наэлектризована до предела. После изматывающей недели в министерстве и жестких тренировок Саске, это пространство казалось глотком чистого кислорода. Сакура стояла перед зеркалом в гардеробной лофта, поправляя последние детали своего образа. На ней были классические черные брюки палаццо, которые визуально делали её и без того стройные ноги бесконечными, но настоящим акцентом стал корсет. Это был не просто предмет гардероба — это было произведение искусства в стиле тёмной романтики. Глубокий чёрный бархат корсета туго стягивал талию, подчеркивая безупречную осанку капитана спецподразделения. По лифу и тонким бретелям, завязанным в кокетливые банты на плечах, каскадами спускались нити натурального белого жемчуга разного размера. Жемчужные гроздья мягко мерцали в приглушенном свете, перекликаясь с изящными вырезами по бокам, которые приоткрывали ровно столько кожи, чтобы оставить за собой шлейф недосказанности и опасности. Её розовые волосы, уложенные мягкими голливудскими волнами, спадали до самой талии, создавая дерзкий контраст с матовым черным цветом наряда. Легкий макияж с акцентом на четкие, летящие стрелки придавал её взгляду ту самую хищную уверенность, которую Саске так ценил и одновременно пытался обуздать. — Харуно, если Саске увидит тебя в этом корсете, он выставит конвой прямо у входа в туалет, — Ино, поправляя свое платье, восхищенно присвистнула. — Ты выглядишь как королева мафии, которая только что заказала десерт и чью-то голову. — Саске уверен, что мы в «приличном месте», — усмехнулась Сакура, проверяя, как жемчужные нити лежат на плече. — И мы действительно в приличном месте. Просто это не значит, что мы должны выглядеть как монахини на чаепитии у Микото. Хината, Темари и Карин уже ждали их у выхода в основной зал. Невеста выглядела заметно расслабленной — выбор нового места действительно вернул мир в их отношения с Итачи, хотя Сакура знала, что «невидимое око» Учих всё равно следит за ними, если не через камеры, то через предчувствие. — Ну что, девочки? — Темари поправила кобуру, которую она, по привычке спецназовца, умудрилась спрятать под вечерним нарядом. — Пойдем покажем этому городу, как гуляет министерство юстиции, пока инспекторы спят? — Они не спят, — бросила Карин, поправляя очки. — Они ведут протокол. Но сегодня наш вечер. Когда пятерка девушек вошла в основной зал клуба, музыка на мгновение показалась тише — настолько мощной была их коллективная энергия. Сакура шла впереди, чувствуя, как нити жемчуга на корсете едва заметно постукивают по бархату в такт её шагам. Она была капитаном «Альфы», она была женщиной Саске Учихи, и сегодня она собиралась выпить этот вечер до капли, прежде чем вернуться под строгий надзор своего инспектора. Лофт-клуб «Олимп» полностью оправдывал свое название: ВИП-зона располагалась на стеклянном подиуме, откуда открывался панорамный вид на ночной город. Огни мегаполиса казались лишь фоном для пятерых девушек, которые оккупировали массивный диван из белой кожи. — Так, — Ино решительно хлопнула ладонью по меню, — сегодня мы не инспекторы, не капитаны и даже не законопослушные граждане. Сегодня мы — группа поддержки главной невесты этого года. Официант! Когда к столу подошел парень, Сакура заметила, как он на мгновение задержал взгляд на её жемчужном корсете, прежде чем профессионально вытянуться в струнку. — Три сета «Радуги», — скомандовала Ино, — и два подноса ваших фирменных авторских шотов. Начнем с чего-то яркого. Через несколько минут стол был заставлен рядами разноцветных стеклянных стопок: от неоново-синих и кислотно-зеленых до глубоких гранатовых. В полумраке клуба, под ритмичные басы хауса, коктейли светились, словно россыпь драгоценных камней. — За Хинату! — Темари подняла свой первый шот. — За то, чтобы в это воскресенье ты не просто вошла в клан Учиха, а заставила их всех играть по твоим правилам. — В это воскресенье... — Хината пригубила ярко-розовый коктейль, и на её лице отразилась смесь восторга и легкой паники. — Девочки, до свадьбы осталось меньше сорока восьми часов. Микото уже заказала гору цветов, которые занимают три комнаты в поместье, а список гостей выглядит как телефонная книга сената. — Это Учихи, — Сакура со смехом опрокинула свой шот, чувствуя, как приятное тепло с нотками цитруса и текилы разливается по телу. — Если они что-то делают, то делают это так, чтобы масштаб был виден из космоса. — Главное, что «Блэк Свон» остался в прошлом, — Карин поправила очки, рассматривая слой за слоем в своем сложном шотере. — Представляю лицо Итачи, если бы он увидел тебя, Хината, в окружении тех пожарных. В это воскресенье мы бы шли не на свадьбу, а на групповую исповедь. Девчонки взорвались хохотом. Градус веселья повышался с каждой минутой. Сакура чувствовала, как напряжение последних рабочих недель в «Альфе» наконец-то отпускает. Она откинулась на спинку дивана, жемчужные нити на её плечах мягко зазвенели. — Сакура, а ты готова? — Хината хитро прищурилась, придвигаясь ближе к подруге. — Ведь после моей свадьбы все взгляды будут прикованы к вам с Саске. Он ведь инспектор, он не успокоится, пока не сделает всё ещё более официально, чем Итачи. — Саске? — Сакура посмотрела на свой пустой шот и улыбнулась. — Саске сейчас наверняка изучает логи передвижения нашего такси или смотрит записи с камер в этом зале. Но сегодня... сегодня мне плевать. В это воскресенье ты станешь Учихой, Хината. А сегодня — ты просто наша Хина, которая собирается выпить этот сет до дна. Они снова сдвинули шоты, и звон стекла слился с мощным битом музыки. Вокруг танцевали люди, мелькали огни, но здесь, в ВИП-ложе, была своя атмосфера — смесь женской дружбы, дорогих духов и предвкушения грандиозного торжества. Сакура чувствовала себя абсолютно живой и дерзкой. Её корсет мерцал в темноте, привлекая взгляды, но она знала: единственный мужчина, чей взгляд ей действительно важен, появится здесь именно тогда, когда решит, что «праздник затянулся». Однако идиллия длилась ровно до того момента, пока к их подиуму не направилась группа мужчин. Вид пятерых эффектных девушек в закрытой зоне действовал на местных «альфа-самцов» как красная тряпка на быка. Один из них, в дорогом, но безвкусно расстегнутом на груди пиджаке, уверенно перешагнул через ограждение ВИП-зоны и поставил бокал на их стол. — Девочки, такая компания и без достойного сопровождения? — он окинул Сакуру масляным взглядом, задержавшись на вырезах её корсета. — Мы тут с друзьями решили, что такая красота не должна пропадать за пустыми разговорами. Что пьем? Я угощаю лучшим шампанским заведения. Сакура медленно поставила свою стопку на стол. Улыбка на её лице приобрела тот самый опасный оттенок, который обычно предшествовал команде «Огонь на поражение». — Ты ошибся адресом, парень, — Темари, сидевшая с краю, даже не повернула головы, продолжая рассматривать свои ногти. — Мы здесь не за шампанским, и уж точно не за твоим обществом. — Ого, колючая, — мужчина рассмеялся, подавая знак своим друзьям подойти ближе. — А ты, розовая, что молчишь? Такой наряд явно требует продолжения вечера в более интимной обстановке. Сакура медленно подняла глаза, и её леденящий взгляд заставил непрошеного гостя на секунду осечься. — Послушай меня внимательно, — её голос прозвучал тихо, но отчетливо даже сквозь музыку. — У тебя есть ровно пять секунд, чтобы забрать свой бокал и исчезнуть из этой зоны. В противном случае, продолжение твоего вечера пройдет в отделении травматологии под моим личным надзором. Выбирай. Друзья незнакомца замялись, почувствовав исходящую от девушек странную, холодную уверенность, не свойственную обычным тусовщицам. Но их лидер, подогретый алкоголем, лишь нагло ухмыльнулся, протягивая руку к плечу Сакуры, прямо к жемчужной нити. — Какая ты дерзкая... мне нравится. Сакура уже чувствовала, как адреналин закипает в крови. Она знала: одно движение — и этот лофт превратится в полигон. Но прежде чем незнакомец успел коснуться жемчужной нити на её плече, Сакура решила сделать всё «культурно». Она не стала перехватывать его руку или бить на поражение. Вместо этого она медленно, с почти пугающим спокойствием, потянулась к сумочке, извлекла оттуда тяжелое кожаное удостоверение и ткнула им прямо в лицо главарю компании. — Я сломаю тебе эту руку в трех местах за две секунды, — произнесла она ровным, ледяным тоном, от которого у мужчины мгновенно высох пол в горле. — Если ты сомневаешься, я могу продемонстрировать это прямо здесь, парень. Министерство юстиции, отдел «Альфа». У тебя есть еще вопросы по поводу моего наряда? Мужчина замер, вглядываясь в золотое тиснение и печать. Его наглость испарилась, сменившись первобытным страхом перед государственной машиной. Его друзья за спиной начали медленно пятиться, понимая, что «легкая добыча» оказалась элитным хищником. — Они — невесты Учих, господи! — подала голос уже слегка пьяная Карин, подпирая щеку рукой и с жалостью глядя на незадачливых ухажеров. — Вы буквально наживаете себе смерть в лице Инспектора министерства. Вы хоть понимаете, что кто-то из них двоих вам точно жизнь сломает? Либо старший за Хинату, либо младший за Сакуру. — Или оба сразу, если им будет скучно, — добавила Ино, лениво потягивая коктейль через трубочку. — Так что я бы на вашем месте бежала из города прямо сейчас. Главарь компании сглотнул, глядя на Сакуру, которая всё так же спокойно держала удостоверение перед его носом. Его рука, занесенная над её плечом, задрожала. — Простите… мы… мы не знали, — пробормотал он, забирая свой бокал со стола так быстро, будто тот был раскаленным. — Ошиблись. Хорошего вечера, офицеры. Они буквально испарились из ВИП-зоны за считанные секунды, едва не сбив официанта на лестнице. — Скучно, — выдохнула Темари, провожая их взглядом. — Я уже надеялась на небольшую разминку. Харуно, ты слишком милосердна сегодня. — Сегодня девичник, Темари, — Сакура убрала удостоверение обратно в сумку и поправила жемчуг на корсете. — Не хочу портить платье брызгами крови этих идиотов. К тому же… — она замолчала, почувствовав странное покалывание в затылке. — Мне кажется, Саске уже знает об этом инциденте. У него на такие вещи нюх. — Пусть знает, — Хината подняла свой бокал, её глаза блестели от коктейлей и осознания собственной силы. — Пусть видят, что мы и сами можем за себя постоять. За нас! За опасных невест! Звон стекла снова наполнил зону, но Сакура невольно посмотрела на вход в клуб. Она знала: Саске не из тех, кто просто наблюдает со стороны, когда к его женщине пытаются прикоснуться. Градус веселья в ВИП-ложе «Олимпа» продолжал стремительно расти. После инцидента с горе-ухажёрами девушки почувствовали прилив азарта. — Официант, повторите радугу! — скомандовала Ино, сияя глазами. — И принесите те золотые шоты с искрой, я видела их в меню! Стол окончательно превратился в выставку достижений барного искусства. Разноцветные стопки выстраивались в бесконечные шеренги. Ино, как главный эстет компании, поняла, что этот момент обязан быть запечатлен для истории. — Так, внимание всем! Работает профессионал, — она достала свой смартфон последней модели. — Если мы не сделаем контент, которого Итачи и Саске будут бояться больше, чем отчетов Интерпола, то зачем мы вообще сюда пришли? Первыми под прицел камеры попали Темари и Карин. Темари с вызывающей ухмылкой подняла шот, а Карин, чей взгляд за стеклами очков стал слегка томным от алкоголя, игриво прикусила губу. Затем Ино переключилась на главных героинь вечера. — Девочки, сядьте рядом. Быстро! — скомандовала она Сакуре и Хинате. Контраст был ошеломляющим. Сакура в своем черном бархатном корсете, расшитом жемчугом, выглядела как воплощение ночи — опасной, манящей и глубокой. Хината же, выбравшая для девичника белоснежный атласный корсет и такие же свободные белые брюки, казалась сияющим ангелом, в чьих глазах, впрочем, уже плясали чертики. Ино поймала момент, когда Сакура, шутливо прищурившись, сделала вид, что с театральной завистью разглядывает пышное декольте подруги. Хината в ответ звонко рассмеялась, запрокинув голову, и в этот миг затвор камеры щелкнул, запечатлев их — живых, настоящих и бесконечно красивых. — Боже, это лучший кадр! — восхитилась Ино, листая галерею. — А теперь все вместе. Общее фото! Они сгрудились на белоснежном диване. В центре — Хината, ослепительная в своем белом наряде, символ чистоты и начала новой жизни. Сбоку от неё, обнимая невесту за плечи, — Сакура, чей черный жемчуг мерцал, как далекие звезды. Карин, Темари и Ино дополнили композицию, создавая вокруг невест кольцо из красоты и уверенности. — Инь и Ян, — прошептала Ино, глядя на получившийся снимок. — Черное и белое. Две будущие миссис Учиха, которые сегодня принадлежат только самим себе. — Скинь в общую группу, — прохрипела Темари, опрокидывая очередной шот. — Пусть наши Инспекторы знают, что мы не просто «прилично сидим», а выглядим на миллион долларов. Сакура посмотрела на экран телефона Ино. На фото она и Хината выглядели как идеальное дополнение друг друга. Две женщины, которые прошли через огонь и пули, а теперь стояли на пороге чего-то совершенно нового. — За нас, — тихо сказала Сакура, чокаясь с Хинатой. — За Инь и Ян. И за то, чтобы в это воскресенье всё прошло идеально. — Аминь, — отозвалась Карин, и очередная порция яркого алкоголя ознаменовала начало самой безумной ночи этого месяца. Музыка в «Олимпе» внезапно сменила ритм. Первые же аккорды, до боли знакомые, прорезали гул толпы и звон бокалов. **Basshunter — «Saturday»**. Сакура и Хината замерли на долю секунды, обмениваясь взглядами, в которых вспыхнуло узнавание. Это была их песня — гимн тех времен, когда они, еще курсанты академии Куантико, пропадали на ночных пробежках, мечтая о большой службе, и затихали в казармах, слушая этот трек в наушниках на двоих. — О боже, Хина! Это она! — воскликнула Сакура, хватая подругу за руку. — На танцпол! Живо! — Хината, обычно сдержанная, сейчас выглядела так, будто в ней взорвалась сверхновая. Они буквально вылетели из ВИП-ложи, просачиваясь сквозь толпу к самому центру площадки. Интимная темнота клуба здесь разрывалась всполохами неоново-голубых и ярко-розовых лазеров. Тяжелый бит ударил в грудь, заставляя кровь пульсировать в такт. Сакура и Хината встали друг напротив друга. Чёрный жемчуг на корсете Сакуры вспыхивал в свете стробоскопов, как россыпь маленьких лун, а белый атлас Хинаты ослеплял своей чистотой. Они начали танцевать — синхронно, дерзко, так, как умеют только люди, привыкшие доверять друг другу жизни на полевых выходах. Когда начался припев, девушки одновременно подпрыгнули, вскидывая руки вверх. Их волосы — копна розового шелка и иссиня-черный каскад — смешались в едином вихре. Они смеялись, выкрикивая слова песни, забыв о статусах капитана и будущей госпожи Учиха. В этот момент они снова были теми девчонками из академии, у которых впереди была вся жизнь и ни одного шрама на сердце. Ино, стоявшая на краю подиума, лихорадочно снимала всё это на видео. Кадр был киношным: Сакура в своём черном бархате двигалась с грацией пантеры, жемчужные нити на её плечах взлетали и падали, а Хината в белом сияла, словно центр этой безумной вселенной. — Да! Покажите им! — кричала Темари, подбадривая их сверху. Неоновые лучи скользили по их лицам, выхватывая искренние улыбки и азарт в глазах. Вокруг них образовался круг — люди невольно расступались, завороженные этой энергией «Инь и Ян». Сакура чувствовала себя абсолютно невесомой. Алкоголь, музыка и близость лучшей подруги создали идеальный коктейль свободы. Они кружились, подпевая во весь голос, полностью растворяясь в драйве субботней ночи. Ино уже предвкушала, какой эффект произведет это видео, когда она «случайно» загрузит его в общую группу. Но сейчас это не имело значения. Был только бит, неон и две девушки, танцующие так, будто завтрашнего дня — с его свадьбами, инспекциями и кодексами чести — просто не существует. Адреналин зашкаливал, а басы вжимали в грудную клетку так, что каждый вдох казался частью ритма. Сакура, поймав кураж, пододвинулась ближе к Хинате, и её глаза блеснули тем самым озорным огнём, который она так редко позволяла себе на службе. Приближаясь к подруге в рваном, пульсирующем танце, Сакура, перекрывая музыку, пропела прямо ей в лицо, чеканя слова: — *I like to move it, move it, don't you like to lose it?* Хината прыснула от смеха, мгновенно подхватив этот старый прикол из их студенческого прошлого. В Куантико они часто дурачились под эту строчку, когда тренировки становились слишком изматывающими. Сейчас, спустя годы, их движения были всё такими же синхронными, отточенными до автоматизма — два тела, работающих в едином порыве. Сакура вскинула руки вверх, позволяя жемчужным нитям на корсете свободно взлетать и опадать. Её танец был рваным, резким и невероятно техничным. Она полностью отдалась музыке, закрыв глаза и запрокинув голову, а розовые волосы разметались по плечам, переплетаясь с чёрным бархатом наряда. Она больше не была капитаном спецподразделения, она была самой жизнью, заключённой в ритм «Saturday». — Всё, я больше не могу! — выкрикнула Ино, бросая телефон Карин и даже не глядя, поймала ли та его. — Я в деле! Ино, сияя от восторга, влетела в центр круга, врываясь в тандем «Инь и Ян». Следом, отбросив всякую напускную серьезность, на танцпол выскочили Темари и Карин. Теперь это был уже не просто танец двух подруг — это было стихийное бедствие. Пятёрка самых опасных и красивых женщин министерства юстиции устроила настоящий перформанс в центре «Олимпа». Темари танцевала жестко и уверенно, Карин, распустив волосы, наконец-то расслабилась, а Ино добавляла каждому движению грации и лоска. Они прыгали на припеве, выкрикивали слова, сталкивались плечами и смеялись так искренне, что даже случайные люди вокруг начали подхватывать этот безумный драйв. Неоновые вспышки превращали их движения в серию стоп-кадров: жемчуг, атлас, смех, взлетающие волосы и абсолютное, нефильтрованное счастье. Ино продолжала краем глаза контролировать, чтобы всё это попадало в объектив, понимая, что это видео станет легендарным. Но в этот момент ей было важнее просто быть здесь, в этом кругу, чувствуя, как стены клуба дрожат от их энергии. Они были молоды, они были свободны, и эта суббота принадлежала только им — за сорок восемь часов до того, как одна из них станет миссис Учиха, а другая окончательно признает, что её сердце принадлежит самому опасному инспектору в городе. В этот момент Карин, смеясь, всё же умудрилась нажать на кнопку «отправить» в их общем чате. Она была слишком веселой, чтобы думать о последствиях, и слишком пьяной, чтобы вспомнить, что в этом чате состоят не только подруги. Файл с видео, где Сакура в жемчужном корсете выводит «Move it, move it», а Хината сияет ярче диско-шара, медленно начал подгружаться на сервер. Обратный отсчет до появления Учих в «Олимпе» официально начался. В этот же момент, в нескольких километрах от клуба, в тишине кабинета Итачи, на двух смартфонах одновременно всплыло уведомление. Саске, сидевший в кресле напротив брата, медленно взял телефон и развернул экран. Итачи сделал то же самое. Видео, присланное Карин, загрузилось мгновенно. На экране Сакура в облегающем корсете и Хината в сияющем белом наряде самозабвенно танцевали под Basshunter, а неоновые лучи подчеркивали каждый изгиб их тел. Саске почувствовал, как челюсти сжимаются сами собой. — Кажется, Итачи, — ледяным тоном произнес он, не отрывая взгляда от танцующей Сакуры, — наш план по «спокойному вечеру» провалился. Итачи молча поднялся из-за стола, поправляя часы. В его глазах отразилось знакомое Саске опасное мерцание. Градус безумия в «Олимпе» достиг своей критической точки. Когда Basshunter наконец сменился чем-то более спокойным, девушки, тяжело дыша и смеясь, буквально ввалились обратно в свою ВИП-ложу. — Так… — Ино оперлась локтем о стол, который слегка поплыл перед глазами. — Нам нужно… закрепить успех. Официант! Ещё по одной «Радуге»! Нет, две! — Ино, мы уже сами как радуга, — икнула Карин, поправляя очки, которые постоянно сползали на кончик носа. — Я вижу три Сакуры. И все три в жемчугах. Это слишком красиво для одной меня. Сакура, чьи стрелки на глазах остались безупречными только благодаря водостойкой подводке, привалилась к плечу Хинаты. Она чувствовала себя так, будто её завернули в мягкое розовое облако. Жемчужные нити на корсете при каждом её движении издавали мелодичный звон, который казался ей самой прекрасной музыкой на свете. — Девочки… — Сакура подняла стопку с ярко-синей жидкостью, сосредоточенно щурясь. — Я вас так люблю. Вы — лучшие агенты… лучшие подруги… и Хината — лучшая Инь для моего Ян. Пьем! Шоты пошли один за другим. В какой-то момент Темари начала показывать мастер-класс по сборке воображаемого пистолета из коктейльных трубочек, а Хината, чьи идеально белые брюки чудом оставались чистыми, пыталась научить Ино «бесшумному шагу», что в условиях клуба и трёх коктейлей «Маргарита» выглядело как очень грациозное падение на диван. — Всё! — Хината резко выпрямилась, её глаза блестели от хмельного азарта. — Мы едем в спа! Я хочу джакузи! Я хочу… чтобы меня мяли как тесто! — В спа! — хором поддержали девчонки, поднимаясь с мест. Выход из клуба превратился в отдельную спецоперацию. Сакура, стараясь сохранять лицо капитана «Альфы», шла на своих шпильках на удивление ровно, хотя мир вокруг неё вращался со скоростью центрифуги. Она то и дело придерживала Хинату, которая пыталась подмигивать охранникам на выходе, бормоча: «Не выдавайте нас инспекторам, это гостайна». В заказанном минивэне воцарился полный хаос. Ино на заднем сиденье пыталась выложить то самое видео в соцсети, но пальцы не слушались. — Сакура-а, — протянула она, наваливаясь на подругу. — Саске нас убьет. Или женится. Или сначала убьет, а потом женится на наших призраках. — Пусть попробует, — Сакура весело рассмеялась, откидывая голову на сиденье. — Я капитан. Я… я сама его арестую за превышение полномочий по любви! Когда машина затормозила у элитного спа-комплекса, девчонки вывалились из неё шумной, пахнущей дорогим парфюмом и алкоголем толпой. Они хихикали в кулак, пытаясь пройти мимо администратора с максимально серьёзными лицами, что получалось паршиво. — Мы на… оздоровительные процедуры, — официально заявила Темари, придерживая Карин, которая внезапно заинтересовалась текстурой мраморных стен. — У нас невеста. У нас стресс. Дайте нам халаты и тишину. Они еще не знали, что «тишина» в этом спа сегодня будет иметь очень знакомый голос, а «оздоровительные процедуры» превзойдут все их ожидания. Пока же Сакура, покачиваясь, стягивала свои туфли, чувствуя, как жемчуг на корсете приятно холодит кожу, и думала о том, что это была самая лучшая пятница в её жизни. Ну, или как минимум — самая пьяная. В этот момент в холле спа-комплекса, скрытые за колоннами, два мужских силуэта в строгих костюмах наблюдали за этой сценой. — Мяли как тесто, значит? — негромко произнес Итачи, глядя на то, как Хината пытается поправить воротник халата, который надела задом наперед. Саске ничего не ответил. Его взгляд был прикован к Сакуре, которая в этот момент пыталась аккуратно расстегнуть молнию на корсете, слегка пошатываясь. Он медленно снял перчатку, и в тишине пустого холла звук его шагов по мрамору прозвучал как предвестник конца света. — Пора начинать терапию, Итачи. Кажется, наши невесты забыли, что за каждый «Move it, move it» придется давать отчет. Мраморный зал спа-комплекса был наполнен густым паром и ароматом эфирных масел. Девушки, едва ворочая языками, расположились в индивидуальных кабинках, разделенных лишь легкими бамбуковыми ширмами. Каждая из них чувствовала себя так, будто плывет на мягком облаке из коктейлей и драйва. Сакура с тихим стоном блаженства опустилась на кушетку лицом вниз. Голова кружилась, а жемчужные нити её корсета, который она так и не смогла до конца расстегнуть, приятно давили на спину. В соседних кабинках слышались возня, шорох халатов и пьяное хихиканье. Саске и Итачи вошли бесшумно. Они не стали переодеваться в халаты персонала — два высоких силуэта в черных костюмах выглядели в этом стерильном раю как карательные божества. Саске встал у изголовья кушетки Сакуры, скрестив руки на груди. Он молча наблюдал за тем, как его «капитан» пытается поудобнее устроить голову на подушке, что-то мурлыча себе под нос. В этот момент тишину прорезал звонкий, пропитанный алкоголем голос Ино: — Девочки! А представьте… если бы мы всё-таки пошли в «Блэк Свон»? — она залилась смехом. — Представляете лица наших Инспекторов, если бы они увидели, как Сакура затыкает купюру за пояс какому-нибудь «пожарному»? Зал взорвался хохотом. Хината, лежа в своей кабинке прямо под носом у Итачи, который в этот момент опасно прищурился, громко отозвалась: — Итачи бы… он бы просто испепелил этот клуб взглядом! Сакура, а твой Саске? Он бы, наверное, арестовал того парня за «незаконное использование пресса» в общественных местах! Карин, единственная, кто пытался сохранять хоть какие-то остатки трезвости, подала голос из соседней кабинки: — Ой, девчонки, хорошо вам… А я вот сижу тут одна, зато без конвоя. Учихи — это, конечно, бренд, но такой контроль… я бы не выдержала. Лучше уж буду учить кодексы, чем оправдываться за каждый шот. Тут в разговор вмешалась Темари. Она перевернулась на бок и, глядя в сторону Сакуры, с хитрой ухмылкой выпалила: — Кстати, о сравнениях! Сакура, давай на чистоту, мы же тут все свои… Ты три года встречалась с Хиданом. Элитный адвокат, манеры, белоснежные рубашки… Кто всё-таки лучше: Хидан или твой Инспектор Саске? В кабинке Сакуры воцарилась короткая тишина. Саске, услышав имя бывшего возлюбленного невесты, медленно снял перчатку, а его взгляд стал ледяным. Сакура, не открывая глаз, лишь отмахнулась рукой, едва не задев стоящего совсем рядом Саске. — О-о-о, Темари… ну ты и загнула! — Сакура пьяно рассмеялась, пряча лицо в подушку. — Я о таком не буду говорить… Это же государственная тайна! Даже не просите! Девчонки дружно загоготали, подхватив шутку. — Ага, значит есть что сравнивать! — воскликнула Ино. — Сакура, мы же не отвяжемся! Хината, смеясь вместе со всеми, добавила: — Говорят, адвокаты знают тысячу способов, как обойти закон, но инспекторы… инспекторы этот закон устанавливают! Итачи, стоящий над Хинатой, медленно начал развязывать галстук. Его пальцы двигались плавно, а на губах играла улыбка, которая не предвещала ничего хорошего. — Девочки, вы не понимаете… — Сакура снова заговорила, её голос стал тише и мечтательнее. — Саске… он запирает меня в такой протокол, что я забываю, как меня зовут. Хидан был… просто адвокатом. А Саске — это мой приговор. Без права на обжалование. Саске больше не мог этого слушать. Он положил тяжелую, горячую ладонь на обнаженное плечо Сакуры, чуть выше жемчужных нитей корсета. — Объект захвачен, капитан, — тихо произнес он, и этот голос подействовал на Сакуру как выстрел в тишине. — Время допроса. Сакура резко распахнула глаза и попыталась обернуться, но сильные пальцы удержали её на месте. Она мгновенно покраснела до корней волос, осознавая, что всё сказанное секунду назад было услышано главным героем её «приговора». — Саске… — выдохнула она, чувствуя, как хмель мгновенно выветривается, сменяясь жгучим смущением. Саске приложил указательный палец к своим губам, призывая её к тишине — остальные девушки в кабинках еще не поняли, что их «безопасная зона» пала. Его руки медленно скользнули по её спине вниз, запуская пальцы под края расстегнутого бархатного корсета. Прохладный воздух спа-зала встретился с жаром его ладоней, и Сакура вздрогнула, закрывая глаза. Она была полностью в его власти, прямо здесь, под аккомпанемент пьяного смеха своих подруг. Этот момент в полумраке спа-салона стал настоящим испытанием на выдержку. Саске действовал с точностью инспектора, знающего все уязвимые места своего «объекта», а алкоголь в крови Сакуры превращал каждое его прикосновение в пытку, от которой не хотелось спасаться. — Лежи смирно, капитан, — вкрадчиво прошептал Саске ей на ухо, и его горячее дыхание заставило кожу Сакуры покрыться мурашками. — Ты ведь хотела, чтобы тебя «мяли как тесто»? Я решил лично проконтролировать процесс. Его руки, лишенные перчаток, двигались медленно и властно. Он не касался забитых мышц плеч или спины, как сделал бы обычный массажист. Нет, Саске знал, где проходят границы её самообладания. Его пальцы скользили вдоль позвоночника, едва касаясь кожи, а затем резко и сильно сжимали её талию там, где бархат корсета расходился, обнажая нежную кожу. Сакура закусила губу, чтобы не издать ни звука. Стыд от того, что её подруги всего в метре отсюда продолжают хохотать, смешивался с дурманящим жаром, который разливался по телу от каждого движения Саске. Она чувствовала себя преступницей, пойманной с поличным, но его «пытка» была слишком сладкой. — Ну что ты молчишь? — Саске наклонился ниже, его губы почти коснулись её плеча, прямо там, где жемчужные нити холодили кожу. — Расскажи мне ещё раз про «полный захват объекта». Мне очень понравилась эта часть твоего отчета. В соседней кабинке ситуация была не менее напряженной. Итачи, окончательно избавившись от галстука, навис над Хинатой. Его манеры всегда были безупречны, но сейчас в его движениях сквозило опасное собственничество. — Значит, я «сделан из гранита»? — Итачи коснулся щеки Хинаты, заставляя её смотреть на него. — И ты хотела проверить, живой ли я? Хината, чья белая атласная одежда была слегка помята, смотрела на него широко распахнутыми глазами. Алкоголь делал её смелее, и она, вопреки здравому смыслу, потянулась к его расстегнутому воротнику. — А ты проверь, — выдохнула она, чувствуя, как Итачи перехватывает её руки, прижимая их к кушетке. — Проверю, — его голос стал непривычно низким. — Но не здесь. У тебя есть сорок восемь часов до того, как ты официально станешь моей. Считай это предварительным слушанием. В этот момент Карин, заметив внезапную тишину в соседней кабинке, подала голос: — Сакура? Эй, Харуно! Ты чего там замолчала? Неужели заснула прямо на жемчугах? Или всё-таки сравниваешь характеристики Хидана и Учихи? Сакура судорожно вдохнула, когда Саске, не обращая внимания на Карин, смело запустил руки глубже под расстегнутый корсет. Его ладони, горячие и требовательные, скользнули по её ребрам вверх, накрывая и лаская грудь. Сакура едва не вскрикнула — контраст между прохладным воздухом и жаром его пальцев был невыносим. — Отвечай, капитан, — прошептал Саске, прикусив мочку её уха. — Невежливо игнорировать подчиненных. — Я… я не сплю, — выдавила из себя Сакура, пытаясь придать голосу хотя бы подобие ровности. — Просто… здесь очень хороший массаж. Прямо… пробирает до костей. Саске усмехнулся, усиливая ласку, и Сакура вцепилась пальцами в край кушетки, борясь с желанием застонать во весь голос. — О, ну слава богу, — пробормотала Карин. — А то я уж думала, ты там в нирвану ушла. Девочки, слышите? Капитану хорошо! Саске переместил ладони, сминая ткань её брюк на бедрах. Его прикосновения были требовательными, собственническими. Каждое нажатие было негласным напоминанием: она принадлежит ему. Не министерству, не «Альфе», а лично Саске Учихе. — Саске… — простонала она, едва слышно, в самую подушку. — Перестань… девочки услышат… — Пусть слушают, — он коснулся губами чувствительной точки под её ухом. — Пусть знают, что бывает с теми, кто обсуждает своих мужчин в общественных местах. Твоя «суббота» закончилась, Сакура. Начинается моя. Сакура понимала, что эта ночь в спа будет долгой. Пьяный туман медленно сменялся другим — темным и жгучим, который всегда приходил вслед за Саске. И хотя в это воскресенье к алтарю шла Хината, Сакура уже сейчас чувствовала, что её собственный приговор окончателен и обжалованию не подлежит. За ширмами воцарилась опасная двойственность: громкий, пропитанный алкоголем смех подруг и тягучее, почти осязаемое напряжение, исходящее от двух мужчин в черных костюмах. — Нет, ну серьезно! — голос Темари стал еще более развязным, она явно вошла во вкус. — Раз уж мы в спа, давайте начистоту. Сакура, Хината, вы же понимаете, что после свадьбы эти ваши Инспекторы вообще гайки закрутят? Я слышала, Учихи в спальне такие же дотошные, как в своих протоколах допроса. Сакура, признавайся, Саске фиксирует время... каждого твоего вздоха? Сакура закусила край подушки, чтобы не вскрикнуть. «Массаж» Саске не имел ничего общего с релаксацией. Его ладони, широкие и горячие, медленно пробирались под края расстегнутого корсета, сминая бархат и впиваясь пальцами в чувствительные мышцы вдоль позвоночника. Это были не поглаживания — он разминал её кожу так, будто ставил клеймо, напористо и глубоко, заставляя её тело выгибаться навстречу его рукам. Саске наклонился к самому её уху, игнорируя жемчужные нити, которые теперь путались между его пальцами. — Слышишь, что она говорит? — прошептал он, и его голос вибрировал в её шее. — Хочешь, чтобы я зафиксировал время? У нас впереди вся ночь. В соседней кабинке Хината едва сдерживала стон. Итачи, отбросив всякую «гранитную» сдержанность, медленно вел ладонями по её бедрам, прощупывая сквозь тонкий атлас белых брюк каждый изгиб. Его движения были ритмичными и властными, он «массировал» её так, что Хината чувствовала себя разоруженной на собственной территории. — Итачи, наверное, даже во время секса цитирует пункты устава! — Ино расхохоталась, и звук её смеха эхом отозвался от кафельных стен. — «Пункт первый: подозреваемая обязана оказывать полное содействие следствию»! Итачи на мгновение замер, его пальцы чуть сильнее сжались на талии Хинаты. Он перевел взгляд на ширму, за которой сидела Ино, и в его глазах блеснуло нечто, что заставило бы Ино мгновенно протрезветь, если бы она это видела. — Поверь, Ино, — Хината подала голос, стараясь, чтобы он не дрожал слишком сильно, пока рука Итачи скользила выше, к ребрам, — устав — это последнее, о чем думаешь, когда Учиха переходит к активным действиям. — О-о-о! — Темари присвистнула. — Слышали? Кажется, наша невеста уже прошла курс интенсивной подготовки! Сакура, а ты что молчишь? Капитан «Альфы» сдала позиции без боя? Саске в этот момент перехватил обе руки Сакуры одной своей ладонью, прижимая их к её пояснице, а другой рукой начал медленно прочерчивать линию вдоль её шеи, спускаясь к ключицам. Это была изощренная пытка: он дразнил её, нажимал на болевые и эрогенные точки с холодным расчетом профессионала. — Я... я просто оцениваю тактическую обстановку, — выдохнула Сакура, зажмуриваясь от острого наслаждения, когда Саске прикусил мочку её уха. — Темари, закрой рот и пей свой детокс-чай. — Какой чай?! Мы еще не всё обсудили! — Ино была неугомонна. — Девочки, а как вы думаете, кто из них более... ненасытный? Холодный Итачи или скрытный Саске? Я ставлю на Саске, у него взгляд такой, будто он хочет съесть Сакуру прямо в этом корсете. Саске медленно улыбнулся, глядя на покрасневшую спину Сакуры. Он расстегнул еще одну застежку на корсете, освобождая её кожу, и его ладонь накрыла её лопатку, придавливая к кушетке. — Инспектор голоден, — негромко констатировал он, обращаясь только к ней. — И твой отчет за сегодня будет очень длинным, Сакура. Пьяный хохот подруг продолжал заполнять зал, пока за тонкими ширмами два лучших представителя клана Учиха вели свою собственную, негласную проверку — проверяя на прочность верность, терпение и страсть своих невест, которые еще не до конца осознали, что их «девичник» превратился в закрытый трибунал. — Кажется, подсудимые начали давать признательные показания, — негромко заметил Итачи, не отрывая взгляда от Хинаты. — Саске, как считаешь, пора завершать предварительные ласки и переходить к исполнению приговора? Саске в ответ лишь сильнее сжал талию Сакуры, заставляя ту подавленно охнуть. — Мой объект признан виновным по всем статьям, — отозвался он. — Я забираю её для проведения следственного эксперимента в частном порядке. Сакура почувствовала, как Саске рывком поднял её с кушетки, заставляя обернуться. В его глазах не было и тени смеха — только темное, собственническое пламя, которое обещало ей ночь, гораздо более жаркую, чем все сауны этого спа-комплекса вместе взятые. Сакура едва успела вдохнуть влажный воздух спа-зала, как оказалась лицом к лицу с Саске. Его строгий пиджак был расстегнут, а воротник рубашки смят — непривычный вид для всегда безупречного инспектора, что лишь добавляло ситуации опасной остроты. В соседней кабинке Хината, всё еще пошатываясь от выпитых коктейлей и близости Итачи, попыталась включить «режим невесты». — Постойте! — Хината уперлась ладонями в грудь Итачи, хотя её пальцы предательски вцепились в его тонкую сорочку. — Вы не можете нас просто... изъять! У нас девичник! По протоколу он должен закончиться завтра утром... и вообще, это незаконное задержание! Сакура, чувствуя, как жемчужные нити её корсета тихо позванивают, сталкиваясь с пуговицами пиджака Саске, согласно закивала, стараясь придать своему пьяному взгляду долю капитанской строгости. — Именно, инспектор, — выдохнула она, обжигая его шею дыханием с ароматом маракуйи и текилы. — Ваше вмешательство в частное мероприятие... нарушает суверенитет нашего женского союза. Мы ещё не обсудили... десерт. Саске медленно усмехнулся. Эта пьяная храбрость его капитана забавляла его, но терпение уже было на исходе. Он притянул её к себе за талию так резко, что Сакура непроизвольно прижалась к нему всем телом. — Десерт уже подан, Сакура, — прошептал он, и его голос стал низким, как рокот приближающегося шторма. — И, поверь, его вкус тебе понравится гораздо больше, чем те цветные шоты. — Саске, я серьезно... — начала она, но он не дал ей договорить. Саске накрыл её губы своими в резком, властном поцелуе. Это не было нежным прикосновением — это был настоящий захват, глубокий и требовательный. Он целовал её так, словно хотел выпить из неё весь хмель и заменить его собой. Его ладонь переместилась на затылок Сакуры, пальцы запутались в розовых волнах волос, лишая её любой возможности отстраниться. Сакура почувствовала, как колени окончательно слабеют. Жар его губ мгновенно выжег остатки протеста. Она ответила на поцелуй, забыв о подругах, о спа и о «суверенитете». В этот момент в мире остались только жесткие руки инспектора и соленый вкус жемчуга, который он случайно прижал к её коже. В соседней кабинке Итачи последовал примеру брата. Он пресек возражения Хинаты, просто лишив её кислорода своим поцелуем. Он целовал её медленно, с той самой «гранитной» уверенностью, которая заставляла Хинату плавиться в его руках. — Твой девичник закончен, Хината, — произнес Итачи, едва оторвавшись от её губ. — У тебя есть выбор: пойти самой или я вынесу тебя отсюда на глазах у твоих подруг. Саске, наконец, отпустил губы Сакуры, но не её саму. Он смотрел на неё — покрасневшую, со сбившимся дыханием и сияющими глазами. — Кажется, капитан Альфы дезориентирован, — констатировал он, подхватывая её под бедра и рывком закидывая на плечо, как трофей. — Придется транспортировать объект вручную. — Саске! Поставь меня! — Сакура шутливо ударила его кулаком по спине, но тут же притихла, чувствуя, как он собственнически сжал её бедро. Когда Саске вышел из-за ширмы, весь зал замер. Ино, Темари и Карин, завернутые в пушистые халаты, с открытыми ртами наблюдали, как их грозный Капитан, чьи розовые волосы каскадом рассыпались по спине инспектора, висит на здоровом плече Учихи-младшего. Жемчужный корсет Сакуры вызывающе поблескивал в приглушенном свете, а сама она, кажется, уже не так уж активно сопротивлялась «аресту». Следом показался Итачи. Хината, решив выбрать «добровольный» путь во избежание еще большего позора, шла рядом, крепко держа его за руку, и старалась не смотреть на подруг, хотя её пылающие щеки выдавали её с потрохами. Братья Учиха направились к выходу, игнорируя ошеломленную тишину. — Это просто пиздец, — лаконично резюмировала Темари, провожая их взглядом. — Кажется, завтра на дежурство они не выйдут. — На дежурство? — икнула Ино, потянувшись за телефоном. — Темари, завтра воскресенье. Завтра свадьба. Если, конечно, инспекторы оставят от невест хоть что-то к утру. Ночь только начиналась, и для двух невест она обещала быть куда более насыщенной, чем любые танцы под Basshunter. Сакура, уткнувшись лицом в лопатку Саске, чувствовала, как его уверенный шаг резонирует с её собственным сердцем, понимая: её приговор окончательно вступил в силу.