28.
17 июня 2026 г., 15:55
НИК
Я сажусь верхом на Бри на кровати, наши тела плотно прижаты друг к другу. Её мягкие светлые волосы рассыпаются веером, и мне хочется зарыть в них лицо, вдыхать её аромат. Мои руки властно скользят по её изгибам, словно отмечая каждую впадинку и выпуклость, которые я так жаждала. — Ты чертовски великолепна, — бормочу я хриплым от вожделения голосом. — Я планирую попробовать на вкус каждый дюйм твоего тела. Бри выгибается под моими прикосновениями, из её губ вырывается тихий стон. — Так чего же ты ждёшь? Подстёгиваемая её словами, я медленно начинаю раздевать её, наслаждаясь каждым открывающимся участком гладкой загорелой кожи. Спускаю бретельки ее лифчика вниз по плечам, прокладывая дорожку поцелуев от ключиц к округлостям грудей. Дрожь пробегает по ее телу, и она выгибает спину, безмолвно умоляя о большем. Стягиваю шелковистую ткань, обнажая её соски, и у меня слюнки текут от этого зрелища. Спускаясь ниже, я стягиваю с неё брюки, скользя по изгибам бёдер и длинным ногам, отбрасывая их в сторону. На ней остается только кусочек черного кружева между бедрами. — Ник… — Бри произносит моё имя, словно молитву и мольбу одновременно. Я знаю, что ей это нужно так же сильно, как и мне — этот момент, чтобы просто почувствовать и забыть обо всём остальном. Зацепляю пальцами её трусики и медленно стягиваю их с ног, полностью обнажая женщину перед собой. Ее киска блестит и набухла, а тело готово и жаждет. Глубоко вдыхаю, аромат её наполняет мои чувства. — Расставь ноги для меня, — приказываю, поспешно снимая с себя одежду. — Покажи, как сильно ты этого хочешь. Бри охотно подчиняется, бедра широко раскрываются в распутном приглашении. Я устраиваюсь между ними, позволяя своим рукам поглаживать ее чувствительную внутреннюю поверхность бедер. Она дрожит от моих прикосновений, эти нуждающиеся всхлипы, сводящие меня с ума, уже начинают звучать. И мне нужно попробовать её, впитать её полностью. Так что я наклоняюсь и медленно провожу языком по ее киске, и ее сладкий вкус взрывается у меня во рту. — Всегда такая вкусная. — Мои слова глухо звучат в её складочках, но Бри всё равно слышит их, её рука запутывается в моих волосах, подгоняя меня. Я подчиняюсь, погружаюсь в неё, пожираю её. Я пирую ею, как изголодавшаяся женщина, облизываю и сосу, язык проникает в её узкий горячий вход, нос трётся о распухший клитор, пока она не начинает стонать и извиваться подо мной. Мне нужно больше. Мне нужно намного больше. Забираюсь на нее, располагаясь между ее ног, прижимаюсь своей промежностью к ее, чтобы скользить по ней. Жар, влага и давление почти невыносимы, и я не могу сдержать собственный стон. — Боже, как хорошо. Тебе нравится, когда моя киска на твоей? — Д-да. — Ее голос прерывистый, отчаянный, пальцы крепко сжимают мои бедра, оставляя следы. Я двигаюсь быстрее, потирая ее клитор своим, трение и давление усиливаются. — Не кончай пока, — велю я ей. — Даже не смей. — Не буду, — задыхается она, хотя ее бедра дергаются, а глаза остекленели. Наклоняюсь, чтобы схватить ее грудь, сжимаю соски, и она запрокидывает голову, закрывая глаза, стискивая челюсти. — Ты умничка, детка, — воркую я. — Очень хорошо. Думаю, ты заслужила награду. Хочешь кончить? Скажи мне, и, возможно, я позволю. — Боже, пожалуйста, Ник. Прошу. Позволь мне кончить для тебя. Пожалуйста! — Ее слова полны отчаяния и желания. А я не собираюсь позволить ей кончить. Пока нет. Поднимаюсь по ее телу, позволяя своей мокрой киске скользить по ее груди, оставляя след, помечая ее. Глаза Бри широко распахиваются, и она смотрит на меня с мольбой, с голодом, ее грудь тяжело вздымается. Сжимаю ее груди вместе и позволяю своему клитору скользить по ее твердым соскам. — Еще нет, — выдыхаю я. — Когда я закончу, ты сможешь кончить. Но не сейчас. Бри обхватывает мою задницу, сжимает ее, ее бедра поднимаются, пытаясь найти собственное облегчение, и это так заводит, видеть, как она изнывает от желания, как она готова позволить мне делать с ней все, что захочу. Я продолжаю ласкать ее грудь, наращивая темп, возбуждаясь все сильнее. — Я кончу на тебя, — обещаю я ей. — Помечу тебя как свою. Хочешь этого? — Да! Пожалуйста! — Тогда замри, — командую я. — Не пытайся себя ублажить, терпи. Просто подожди. Я доведу тебя до этого. И доведу до этого и себя, скользя по ее упругой, округлой груди. Она замирает, задерживая дыхание, пока я наслаждаюсь, мну ее грудь, скольжу, раскачиваюсь, пока напряжение не взрывается внутри меня, и я кончаю обильно, изливаясь на нее, издавая низкий стон, от которого все мое тело содрогается. А Бри все еще в исступлении, все еще тяжело дышит и умоляет. Я сползаю вниз по ее телу, оставляя за собой длинный горячий след на ее животике, пока снова не оказываюсь у нее между ног, прижимаясь к ней своей горячей киской. — Думаю, в следующий раз я буду нежнее, — обещаю я ей. — Буду двигаться плавно и размеренно. Чтобы ты успокоилась, слышишь меня? — Д-да. — Славная девочка. И вот я снова на ней, ласкаю ее скользкую, влажную плоть, будто мы созданы только для этого, будто созданы, чтобы трахать друг друга. Чувствую, как ее клитор пульсирует, ее дыхание срывается короткими вздохами, вижу, как ее руки сжимают простыни. Бри на самом краю, балансирует там, а я еще не готова к ее оргазму. Поэтому я замедляюсь, растягиваю движения, пока любимая не начинает скулить и дрожать, ее бедра выгибаются, умоляя о большем. — Пока нет. Еще нет. Ты можешь быть терпеливой ради меня, да? — Не знаю. — Ее голос хриплый, едва узнаваемый. — Я не могу — пожалуйста, Ник. Пожалуйста. Мне нужно кончить. Я больше не могу. — Можешь, — отвечаю я ей строгим голосом. — Потому что если ты кончишь, то все закончится. А ты ведь не хочешь, чтобы это закончилось, правда? Ты хочешь, чтобы я продолжала трахать тебя, заставляла умолять, заставляла ждать? Она кусает губу и стонет в знак согласия. Я снова ускоряюсь, двигаясь против нее, пока давление снова не нарастает во мне, и я больше не могу сдерживаться. Я позволяю себе переступить черту, издавая стоны, когда наступает кульминация, моя плоть судорожно сжимается, изливаясь на нее. Когда последние толчки затихают, я смотрю на нее, покрасневшую и отчаявшуюся, и точно знаю, что хочу сделать дальше. — Твоя очередь быть сверху, — объявляю и переворачиваю ее, несмотря на протесты, несмотря на ее писк, пока она не оказывается верхом на мне, как я была на ней всего несколько секунд назад. — Давай, ну. Покажи мне, на что ты способна. Трахни себя на мне. — Я не могу. — О, да, еще как можешь. И ты заставишь меня кончить снова, пока будешь это делать. Ее лицо раскраснелось, и она тяжело дышит, однако ничего не может поделать, и уже двигается на мне, скользя своим клитором по моему. Я протягиваю руку и щиплю ее за соски, отчего Бри вскрикивает. — Быстрее, — подгоняю я ее. — Пожалуйста, — скулит она. — Пожалуйста, пожалуйста, пожалуйста. Не уверена, просит ли она разрешения кончить или хочет, чтобы я подтолкнула ее дальше, но она уже доводит меня, мой клитор искрит и пульсирует, почти протестуя, когда ее скользкий жар ласкает меня снова, и снова, и снова. Я чувствую, как она напрягается, дрожит, и знаю, что она вот-вот потеряет контроль. — Кончи для меня, — говорю ей, и она кончает, мы обе кончаем, ее оргазм намного дольше, сильнее и слаще моего, и я испытываю глубокое чувство удовлетворения, выходящее далеко за рамки физического удовольствия. Нам требуется несколько минут, чтобы прийти в себя, однако когда я прихожу в себя, то хватаю ее и прижимаю к себе, снова набрасываюсь на нее, целую со всей страстью, на которую способна. Наш момент идиллии нарушает резкий сигнал монитора, вмонтированного в стену рядом с дверью. Моя голова резко поворачивается на звук, и я мгновенно напрягаюсь, как сжатая пружина, хотя после всего этого секса я должна быть совершенно вымотана. Но вот так, я снова в режиме телохранителя. Потому что этот сигнал — это система безопасности. Откатываюсь от Бри и начинаю одеваться, даже не дойдя до монитора. — Что это было? — спрашивает Бри. Она тоже встала и одевается, ее лицо — такое мягкое и открытое мгновение назад — теперь снова стало жестким и обеспокоенным. Мои пальцы порхают, выводя изображение с внешней камеры. — Машина только что подъехала снаружи. — Кто там? Я смотрю, как из машины выходят блондинка и брюнетка. — Лисса и Скарлетт, — отвечаю я Бри. — Синдикат. И они вооружены. С ужасом наблюдаю, как на экране системы безопасности две женщины небрежно машут камере. А затем они разделяются, каждая направляясь в разные стороны дома. — Надо сматываться, — говорю я ей. — Сейчас же.
