Легенда о Чудотворце

             Крепость Изерлон              - Итак ты подозреваешь что граф Лоэнграмм может осуществить военный переворот в Союзе? – Спросила Джессика, когда Ян действительно все рассказал. – И что ты делаешь?              - А что я могу сделать? – Спросил Ян. – Просто прокричать это в эфире? Я предупредил Бьюкока так что на 100% уверен. что он никак не замешан. Так же у меня нет никаких доказательств, только логические рассуждения, с учетом того что я молодой адмирал, просто из принципа меня пошлют куда подальше. Так же у Лоэнграмма через Феззан есть доступ к психологическим оценкам старшего командного состава, и кто склоне именно к такому поведению. У меня такого нет, так что шанс что я поговорю с возможным мятежником гораздо выше. Тут у нас пат. И да графа теперь стал маркизом. Но и я на самом деле не чист, я помогаю гражданской войне в Империи.              - Как? – Спросила Эдвардс.              - Даю советам аристократам, через Оберштайна как можно победить Лоэнграмма, очень неприятно сражаться на стороне аристократии, что давно изжила свой век, и должна просто исчезнуть, но зная Оберштайна он вывернет ситуацию как раз так что бы высшая аристократия просто исчезнет. Но все равно неприятна.              - Значит ты без ведома правительства Союза ведешь прокси-войну с Империей?              - На самом деле не так, я нарушаю регламент, в обычной ситуации таким должна заниматься разведка Союза, так что я просто залез на территорию как раз этой структуры, тем самым да нарушая закон. Но формальная моя защита в том, что это все Оберштайн и я ему даю теоретические советы. – Ян и сам понимал насколько это хрупкая защита, которая не стоит ничего, и если его начнут судить, то никакая защита не поможет.              - Если честно я тебя не сдам. Правда меня действительно волнует этот переворот. Ведь мятежники должны захватить Хайнессен, и тогда у них в руках окажется Ожерелье Артемиды, непробиваемая защита…              - Зигфрид Кирхайс её пробил, помнишь из-за финансового кризиса мы продали несколько спутников Феззану, они перепродали его герцогу Кастропо, и Зигфрид Кирхайс после того как разбил флот Кастропо, уничтожил спутники Ожерелья Артемиды, так что можешь продать её, все равно это бесполезная система защиты. Но можешь получить выгоду.              - Ян если я это сделаю меня вздернут, кроме того разве тебе тоже не нужно будет уничтожить систему Ожерелья Артемиды во время штурма Хайнессена?              Венли немного хитро посмотрел на подругу.              - Кто сказал, что есть только один способ уничтожить эту систему, на самом деле можно уничтожать все что угодно, щит и меч постоянно развивается, и любое оружие создается против определенного спектра угроз, и часть угроз инженеры просто отбрасывают как несущественные, например, Ожерелье Артемиды — это спутники что движутся по предсказуемой траектории так как расположены на геосинхронной орбите Хайнессена, и никто на самом деле не проводились учения как можно преодолеть Ожерелье. Меня никто не спрашивал в противном случае я бы сказал, что миллиарды потрачены просто на бесполезную фигню.              Двое друзей находились в кабинете Яна где все было проверено на прослушивающие устройства.              - Джессика я выдернул тебя на всякий случай, что бы ты стала временным правительством, и единственным законным, ведь Реббело так и не внял моему совету, что бы просто месяц погулять на окраинах.              - Нет, он сказал, что у него много работы.              Адмирал грустно кивнул.              - Слишком невозможным кажется ситуация, что войска восстанут против правительства, только это самое правительство достало войска, да высшие офицеры получают почести, хорошие зарплаты и хорошие пенсии, только погибают как раз солдаты, и их это раздражает. И поверь в войсках есть существенный гнев что план по вторжению в Империю разрабатывал Фолк, что 30 миллионов жизней доверили психу. Хоть тогда это не определили, но представляешь, как обижены солдаты. Так же Реббело происходит из той же партии что заварила всю эту кашу. Так же некоторые военные хотят все же уничтожить Империю, но так что бы план подготовили самые умные люди из возможных.              - Они идиоты? – Спросила Джессика.              - Война это единственное что они знают. Джесс, они всю жизнь воюют, они рождаются ради войны, их в школе учат войне, они поступают на службу, и воюют, какая у них есть жизнь без войны? Ты считаешь, что мирная… Но мирная жизнь страшная – нужно думать своим умом, не будет приказов, не будет высокой цели, не будет ничего привычного. Вот что будет, и это их страшит, при этом солдаты не самоубийцы, они видят, как правительство методично их хочет убить ради политических целей, целей внутренней политики. Они хотят переизбраться на второй срок, и атакуют Империю, когда солдаты хотят атаковать Империю во имя исполнения цели своей жизни. Чем-то они напоминают мне Лоэнграмма.              Ян просто задумчиво посмотрел на стену.              - Оберштайн смог найти достаточно информации, Лоэнграмм ненавидит аристократию не хуже, чем Союз, вседозволенность аристократии забрало у него сестру которая по сути ему заменила мать, и он отнюдь не дурак прекрасно знает, что делает с наложницами. Так что это психологически должно его ломать, и он хочет уничтожить Гольденбаумов. Проблема в том, что он еще хочет завоевать всю вселенную.              - У нас только 2 рукава, у людей. – Уточнила Джессика. – И то не на 100% исследованных. Так что слишком глупо желать завоевать всю вселенную.              - Для него все человечество и есть вселенная, для него важна именно война, постоянное доказательство своей состоятельности и доминирования, поэтому мы не сможем достичь с ним мира, ведь он не верит в нас, в демократию, так как все что ему показывала демократия — это идиотизм.              - Кроме тебя…              - Статистическое исключение, в его представлении о реальности Союз порочен так же, как и Империя, поэтому во имя блага человечества должен быть уничтожен, ведь Союз с методичным упорством убивает своих граждан возводя на верх некомпетентных людей, которые ценят только собственную власть, но не имеют реальной силы. В его представлении все, кто не воюют на поле боя трусы, и ничтожества, которые не достойны даже жизни. Демократия не доказала ему свою состоятельность, поэтому он воплощает архетип монарха-завоевателя, таких было много что Александр Македонский что Наполеон, одна проблема – после их смерти все разваливается, из-за амбиций различных людей. Ведь Лоэнграмм даже не замечает, как создает новую аристократию, ведь изначально аристократия — это воины, которые шли в бой вместе с командиром и за доблесть в бою им жалованы земли. Лоэнграмм не будет делать это прямо, однако адмирал дислоцированный на какой-то территории будет иметь преимущество над гражданским правительством. Как минимум потому что у него будет флот, а у них нет. Достаточно одного мятежа, что бы вся конструкция рухнула, это очень сильно напоминает Рим, да военачальники верны Лоэнграмму, но после его смерти, даже с учетом наследника, допустим если он будет… Все развалится, так было с Александром Македонским.              - Ты так уверен, что он победит аристократов? – Спросила Джессика.              - Он победит. – Уверенно ответил Ян. – Потому что народ Империи устал от аристократии, и в отличии от народа Союза, они на выборах не могут сменить партию, и только гражданские войны предоставляют выбор, Оберштайн будет снижать акции Лоэнграмма за счет истории с «выжженной землей», но наше давление на самом деле ускорит революцию, если мы поставим слишком много стен, загоним Лоэнграмма в угол, он просто снесет стену, и похоронит под ней аристократов, такой он человек. Так что даже с моей помощью, и помощью Оберштайна я не вижу победного сценария для аристократов. Максимум что мы сможем сделать своровать все деньги у аристократов и часть их флота, что бы он не достался Лоэнграмму. Это более чем реалистично, и когда будет определенное преимущество по количествам кораблей Лоэнграмм может задуматься об остановке боевых действий и заключению мира.              - Ты в это веришь? – Джессики было важно заключение мира, и вот тут Ян не был так уверен, что сильнее у Лоэнграмма – гордость или профессионализм. Единственный его вариант — это удар через Феззан, Империя реально может устроить нечто подобное, но в таком случае изменится конфигурация политической доски. И Лоэнграмм получит больше ресурсов, и просто будет 2 фронта, а не один. Вся торговля обрушится, и может наступить финансовый кризис во всей галактике, а без денег войны не ведутся, Джессика уже знала от Реббело насколько все плохо в финансах у Союза. Благо захват Изерлона немного поправил экономику – ведь на Изерлоне есть средства ремонта и производства, так что не нужно напрягать логистику сверх всякой меры.              - Я просто на это надеюсь. – Юлиан принес им чай.              - Кстати, эта Фредерика, твой адъютант, она тебе нравится?              - КХААААА!!! – Ян стал кашлять, и Юлиану пришлось бить по спине своего адмирала.              Когда бедный мужчина откашлялся, Джессика продолжала на него смотреть.              - Это невозможно, мы начальник и подчинённый.              - Не беспокойся, я всего лишь Министр Обороны я не сдам тебя. – Джессике было тяжело это говорить, ведь она тоже испытывала теплые чувства к Яну Венли, и просто тестировала почву на предмет насколько все серьезно у друга все может быть. Если все серьезно, то она просто отступит, как сделал сам Ян.              - Я… не знаю, что делать. Ведь я её начальник и она может подумать, что это принуждение. Да и ты знаешь, что я за человек, я могу сказать только «ты мне нравишься» и «выходи за меня», все что между это не для меня. Я даже не смог тебя нормально на второй танец пригласить, так что все плохо. Так же не просто так существуют запреты на такие отношения, ведь если допустим Фредерика скажет, что не заинтересована, то в таком случае я могу ей как-то отомстить как начальник. Такие ситуации могут быть очень грязными, и мне просто не хочется проверять это. Может если я выйду на пенсию…              - Знаешь, что Ян, просто скажи все прямо, думаю она поймет. – Для Джессики было очень неприятно давать такой совет, но нужно было дать Яну хоть шанс, на счастье. Если произойдет переворот, Джессика станет последним законным представителем избранного правительства. И наступит безумие, а не личное счастье.              - Мда.              Юлиан вообще был в шоке от таких разговоров, который был рядом с Яном Венли сейчас, и в принципе мог представлять, о чем думает адмирал. В хозяйстве он был немного безолаберным, так что переживал по этому поводу. Так же не знал каким он может быть отцом, Юлиан же поступил к нему в 12 лет, практически взрослой личностью, однако Минц ценил Яна как друга и близкого человека, который действительно о нем заботился.              И подросток желал счастье мужчине.              - Может тогда вы решите все свои проблемы и реализуете право на свободу частной жизни и будете иметь две жены…              - КХАААХХААХХААХХА!!! – Ян тяжело кашлял, Юлиан подгадал момент что бы чай пили оба – Джессика и Ян Венли. Юноша мог действительно собой гордится, никто не смог одновременно заставить быть такими смущенными адмирала и министра обороны и вряд ли это может случить в будущем, главное, чтобы сейчас Юлиана не разжаловали до сантехника.              Стоит сказать, что Союз Свободных Планет поддерживал традиционные ценности в отношении брака, конечно существовала определенная сексуальная свобода, но существует определенный юридический фактор, так же никто не хочет проводить множественные социальные эксперименты что были во времена Федерации. Что как считается и послужило распущенности общества.              Ведь что Империя, что Союз признавали то что Федерация разлагалась как раз изнутри, в частности потому что основы общества стали несколько зыбкими. И никто не представлял, что с этим делать.              Когда вместо практиков было много демагогов, поэтому консервативные ценности Рудольфа нашли поддержку – для большинства он был не просто человеком дела, он был человеком, который хотел решить проблемы. Вот все и пришло примерно к такому уровню безумия, когда население человечества сократилось с 300 до 30 миллиардов, это кстати вызвало замедление темпов экономики, перераспределение благ в пользу богатых аристократов, заинтересованных только в интригах, безумных тратах на роскошь (такой как дворец Ноэ Сан Суси), Империя, занятая внутренними чистками, не могла дальше развиваться ни политически, ни территориально, ни экономически. Союз в половину меньше Империи, а Империя это по сути Федерация. Как вывод – сильная демократия (коей был Союз когда-то), сделала то что не смогла сделать Империя – стать больше, улучшить контроль над собственными планетами, обеспечить систему что только сейчас после 300 лет после образования Союза существует угроза гражданской войны. А до этого было мирное развитие, колонизация планет, и экономическая активность (до войны с Империей), а Союз в целом постоянно мог нормально в период передышек восстанавливать экономику.              Но именно сейчас достиг предела.              И должна либо умереть, или как-то переродится, учитывая, что благодаря интригам Яна у него есть знакомый ему легитимный правитель, это может быть даже выглядеть интересно. Венли сделал свой ход дабы обеспечить устойчивость правительства. В случае переворота будет правительство, будет Джессика, практически с полномочиями диктатора, ведь Парламент размещен на Хайнессене и будет захвачен.              В итоге у Джессики в руках окажется вся исполнительная и законодательная власть. Но на временной основе, и это будет некоторая серая зона, по сути Джессика окажется тем самым диктатором из Рима, что поведёт войска свергать мятежников на штыках «лоялистов», то есть пользуясь поддержкой другого военного, который является популярным военачальником.              

***

             В этом году, с конца марта и до середины апреля, тринадцать миллиардов жителей Союза Свободных Планет не испытывали недостатка в новостях, пробуждающих беспокойство и страх.              30-е марта: Попытка убийства начальника Центра стратегического планирования Куберсли.              3-е апреля: Планета Нептис оккупирована частью размещённых на ней войск.              5-е апреля: Вооружённое восстание на планете Каффар.              6-е апреля: В Галактической Империи вспыхивает крупномасштабная гражданская война.              8-е апреля: Планета Палмеренд захвачена повстанцами.              10-е апреля: Планета Шанпул оккупирована вооружёнными силами.              Вдалеке от Хайнессена Ян внимательно следил за всеми этими событиями.              Хотя в его предсказания не входило покушение на адмирала Куберсли, всё остальное развивалось именно так, как он ожидал. Но стоило ли поздравлять себя с тем, что он смог просчитать действия маркиза Лоэнграмма?              Со стороны Рейнхарда это было, в конечном счёте, не более чем превентивным ударом. И даже если бы он не увенчался успехом, у него осталось бы ещё много возможностей вернуть утраченные позиции. Важность этой схемы, вероятно, была для него на уровне «почему бы и не попробовать».              И всё же результаты приведения в действие его плана потрясли Союз.              Действительно ли маркиз Лоэнграмм был, как утверждали некоторые, мастером лишь переставлять фигурки солдат по доске? Ян пожал плечами. Этот парень погрузил в хаос весь Союз, не используя ни единого солдата, что тут можно было добавить? Но и Венли создал для него множество проблем, послав своего офицера, для того что бы у имперца были проблемы, и они еще как говорить.              Бессмысленно говорить «Я просчитал твои действия» после такого. Факт в том, что Яну не удалось предотвратить случившегося, и он не знал, как именно будут развиваться события дальше, не считая вероятной попытки государственного поворота на столичной планете. Даже сам Рейнхард, автор и режиссёр этой маленькой драмы, наверное, не писал сценария дальше этого момента.              А значит, всё, что произойдёт в дальнейшем, зависит от таланта и способностей актёров.              «В таком случае, – подумал Ян. – Кто же играет главную роль? Кто собирается возглавить переворот? Полагаю, скоро мы это узнаем, но всё же мне очень любопытно».              13-го апреля с Хайнессена пришло сообщение с приказом адмирала Доусона. В нём было сказано:              - Адмирал Ян. Приказываю мобилизовать Изерлонский Патрульный флот и со всей возможной спешностью подавить восстания на Нептисе, Каффаре, Палмеренде и Шанпуле.              «Сразу во всех четырёх местах?..» – Яна такое, разумеется, ошеломило. Он ожидал, что рано или поздно получит приказ о мобилизации и отправке флота, но только в одно место. Он был уверен, что остальными тремя займётся флот с Хайнессена.              Ян выразил свою озабоченность, отправив ответное сообщение:              - В таком случае крепость Изерлон на долгое время останется без кораблей. Это нормально?              - В настоящий момент Империя находится в состоянии гражданской войны. Опасность нападения имперцев на Изерлон исчезающе мала. Так что прошу Вас, командующий Ян, выполнять свои обязанности и не беспокоиться.              «Теперь понятно, – Ян был впечатлён. – Значит, в мире существуют и такие люди… Вот так представляющие причину и следствие, действие и реакцию, просто поразительно отсталые. Правда, они понятия не имеют, что происходит на самом деле, но всё же…»              Это оказалось неожиданно забавно. Адмирал Доусон, действующий начальник Центра стратегического планирования, имел репутацию посредственного тактика и, вопреки всем ожиданиям, именно поэтому он мог оказаться тем человеком, кто не станет поступать согласно ожиданиям маркиза Лоэнграмма.              Если в столице останется большое число войск, то это внесёт неожиданные помехи в исполнение плана и вызовет проблемы для заговорщиков. Лишившись возможности действовать, они, возможно, вообще не смогут претворить свой план в жизнь. Конечно, даже в такой ситуации предатели наверняка попытаются что-то предпринять, но, по крайней мере, какое-то время они не смогут нанести удар, захватив оставшуюся беззащитной столицу.              Разумеется, такая ситуация сложилась случайно. Намерением Доусона, по-видимому, было до предела истощить Яна и его подчинённых. К такому выводу пришёл Ян, но причин этого он понять так и не мог. Хотя молодой адмирал слышал, что Доусон крайне злопамятен, но он никогда не встречался с этим человеком лично, так что не имел возможности нанести ему обиды.              На вопрос Яна дал ответ Юлиан. В том, что юноша не станет болтать лишнего, адмирал был уверен, поэтому иногда позволял себе при нём размышлять вслух. И вот теперь, когда Ян думал над мотивами Доусона, он усмехнулся и сказал, что всё можно легко объяснить.              - Сколько лет этому Доусону?              - Ну, должно быть, лет сорок пять.              - А вам тридцать, адмирал, не так ли?              - Да, наконец, я достиг этого возраста.              - Вот и всё объяснение. Вы оба адмиралы, хотя далеки друг от друга по возрасту. Будь вы стары, как адмирал Бьюкок, всё было бы нормально, но сейчас он завидует вам.              Ян почесал в затылке.              – Вот как? Понятно… Как беспечно с моей стороны.              Яну не было равных, когда нужно было угадать ход мыслей врага на поле боя, но Юлиан сейчас указал на его слепое пятно.              За прошлый год Ян поднялся невероятно высоко, преодолев путь от коммодора до адмирала. Для него самого это значило лишь усиление головной боли и потраченные нервы, но для многих других, особенно тех, для кого должность и положение значили всё, он стал объектом зависти и ревности. Причём такие люди обычно не могли признать, что для кого-то существуют иные ценности, отличные от их собственных. Поэтому они не могли поверить, что самым большим желанием Яна является увольнение со службы и возможность вести мирную жизнь на пенсию, читая книги по истории.              «Если тебя называют Чудотворец, то давай посмотрим, как ты сможешь подавить все четыре восстания сам. Если справишься, то всё в порядке, а если провалишься – то окажешься у меня в руках», – так, видимо, рассчитывал Доусон. Только он забывал – у Яна 2 флота в прямом подчинении – 13й флот размером с 2 флота и еще 2 в оперативном подчинении как хранителя Изерлонского коридора.              «Может, если я не справлюсь, мне позволят уйти?» – подумал Ян.              Как раз, когда эта крамольная мысль мелькнула в голове у Яна, Юлиан спросил:              - Атаковать всех по очереди будет слишком долго и сложно, так?              - Всё верно, – согласился Ян и решительно кивнул. – Кроме того, это идёт вразрез с моей философией, призывающей побеждать с минимальными усилиями. Как бы ты поступил в такой ситуации, Юлиан?              Юноша задумался, наклонившись вперёд. В последнее время его интерес к военной тактике значительно вырос.              - Как насчёт такого: собрать всех врагов в одной точке и ударить туда?              Ян снял свой зеленый форменный берет и посмотрел в потолок.              - Интересное предложение, но есть две проблемы. Первая в том, как найти способ добиться этого, как собрать врагов из четырёх различных регионов в одном месте. Противник устроил многочисленные восстания в разных местах с целью растянуть правительственные силы, так что я сомневаюсь, что они добровольно откажутся от этого преимущества. В конце концов, если они объединят силы, то и мы, разумеется, сделаем то же самое, – он вернул берет обратно на голову. – И вторая. Собирать врагов в одном месте значит идти против основ военной стратегии, гласящих, что нужно уничтожать отряды противника по одному, не позволяя объединиться.              - Значит, это плохая идея?              Юлиан выглядел разочарованным. Он считал, что смог придумать что-то полезное. Ведь он так долго был с адмиралом Яном и должен был чему-то на самом деле научится, а тут оказался как всегда бесполезным.              - Идея хорошая, – улыбнулся ему Ян. – Просто нужно придумать, как её правильно применить. Оставим пока вопрос о том, чем можно их привлечь, а вот сам план…              Он ненадолго задумался, а потом продолжил:              - Мы выманим их с укреплённых позиций, тут всё нормально. Но нигде не сказано, что мы должны ждать их в точке встречи. Вместо этого мы рассчитаем маршруты их движения и встретим каждого из противников поодиночке. Конечно, трудно будет успеть перехватить всех, но если наши силы примерно равны, то мы можем разделить свой флот надвое. Каждая часть возьмёт на себя по два отряда и довольно легко одержит победы, ведь всё равно будет вдвое превосходить противника в численности.              Юлиан пылко кивнул. Но его опекун ещё не закончил:              - Есть и другой способ, при котором можно использовать мощь всего флота. Сначала мы разобьём два отряда противника поодиночке, а затем направимся к точке встречи. Если повезёт, враг может принять нас за своих, или же мы можем разделиться и взять его в клещи. Как бы то ни было, при такой стратегии мы сначала столкнёмся с двумя отрядами, уступающими нашему вчетверо, а потом с одним, уступающим вдвое. Шансы на победу при этом я бы назвал очень хорошими.              Юноша восхищённо вздохнул, в то же время чувствуя себя безнадёжно жалким. Адмирал Ян строил хитрые планы один за другим. Юлиану было далеко до него даже в то время, когда самому Яну было пятнадцать. Именно это заставляло его желать улучшить свои способности, пусть даже совсем немного, чтобы иметь возможность помогать ему.              Юлиан не хотел просто спокойно проживать жизнь как сын адмирала. Хоть он никогда и не мечтал о чём-то столь грандиозном, как оказаться наравне с адмиралом, он желал каким-либо образом стать для него незаменимым.              - Но, как бы то ни было, на этот раз я не хочу использовать ни одной из этих стратегий. В конце концов, наш противник – такие же солдаты Союза, как и мы. Даже если мы сразимся и победим, пользы это не принесёт.              - Это так.              - Так что давай подумаем о том, как заставить их сдаться без боя. Этот путь, помимо прочего, самый лёгкий.              - Лёгкий для солдат, но тяжёлый для командиров.              - О, ты верно понимаешь, – Ян улыбнулся, но его улыбка тут же погасла. – Тем не менее, я думаю, что сейчас многим людям живётся так же непросто, как командирам, которым приходится убивать стольких солдат.              Слова о том, что Яну Вэнли слишком легко досталось его положение, достигли и ушей самого Яна. Источники разговоров были разные, и возможно, что именно Доусон приложил руку к их распространению. В любом случае, если бы он обратил больше внимания на эти безответственные слова, он бы сразу понял, что кроется за этим приказом…              Тем временем Джессика уже приняла пост Министра Обороны и хочет наблюдать за тем что произойдет дальше, по сути она вела себя как наблюдатель за Яном Венли, хотя на самом деле адмирал таим образом диверсифицировал угрозу остаться без политического командования.              

***

             Ян вызвал своих помощников в зал совещаний и сообщил о приказе адмирала Доусона.              - Значит, он хочет, чтобы мы подавили все четыре восстания?              Офицеры штаба Яна – Фишер, Армитеж, Казельн, Шёнкопф, Мурай и Патричев – тоже были ошеломлены подобным приказом. Шёнкопф первым восстановил самообладание:              - То есть, он намерен продержать столичные войска в резерве, а нас использовать по полной.              Он пришёл к тому же заключению, что и Ян, но также смог сразу назвать и причину:              - Кажется, кто-то ревнив, адмирал, – сказал он, глядя на Яна с усмешкой.              Адмирал не нашёлся, что на это ответить. То ли Юлиан с Шёнкопфом так проницательны, то ли сам Ян не смог заметить очевидного. Но в целом Ян являлся одной из самых могущественных фигур во флоте. Как только кто-то уходит в отставку будь то Бьюкок или Доусен, их место занимает Ян Венли, это буквально всем было очевидно. Учитывая, что Доусен компромисная фигура, Джессика Эдвардс Министр Обороны, все это заставляет совершать ошибки.              - Как бы то ни было, это приказ командования, так что нам остаётся лишь следовать ему. Ближе всего к Изерлону находится Шанпул, должны ли мы начать с него?              В этот момент послышался звуковой сигнал, и Мурай подошёл к трёхмерному дисплею. Он нажал на переключатель, и на экране появилось изображение офицера связи.              Ян обратил внимание на большое пятно на форменном платке на шее связиста. Видимо, что-то сильно поразило офицера в тот момент, когда он пил кофе, и чашка в его руке вздрогнула.              - Адмирал, в столице беспорядки. Мы только что получили шокирующее сообщение…              - Докладывайте по существу, – резко произнёс Мурай.              Связист с трудом сглотнул и выдавил:              - Это… это государственный переворот, ваше превосходительство!              Для всех, исключая Яна, эти слова прозвучали громом среди ясного неба. Патричев был так поражён, что его затрясло. Он вскочил на ноги, но не знал, что сказать.              Изображение на экране тем временем поменялось. Теперь там был виден столичный Центр вещания. Однако вместо дежурной улыбки диктора собравшиеся на Изерлоне увидели солдата, сидящего на его месте с высокомерным видом.              - Повторяю: Настоящим мы заявляем, что 13-го апреля 797-го года Космической эры столичная планета Хайнессен взята под контроль Военным Конгрессом Союза Свободных Планет по Спасению Республики. Хартия Союза отменяется, и все законы будут заменены решениями и указами Военного Конгресса.              Старшие офицеры Изерлона обменялись взглядами. После чего все одновременно повернулись и уставились на своего молодого командующего.              Ян молча смотрел на экран. Он казался очень спокойным.              Значит, даже действия адмирала Доусона не смогли предотвратить планов переворота. Или правильнее сказать, что именно его действия вынудили заговорщиков к активным действиям? Как бы то ни было, результат налицо.              «Военный Конгресс по Спасению Республики, да?..» – пробормотал Ян — это громкое название. Он не чувствовал никакой красоты или искренности в напыщенных словах вроде «спасение страны», «патриотизм» или «забота о будущем нации». Почему-то всегда те, кто наиболее нагло цепляется за эти фразы, с комфортом живут вдали от опасностей. При этом все это было глупостью, по настоящему глупым. И заставляет выглядеть их как клоуны.              Наконец, Военный Конгресс по Спасению Республики объявил о серии поправок к Хартии Союза. Изменения были следующими:        Создать политическую систему для объединения воли людей вокруг благородной цели одолеть Галактическую Империю.       2. Упорядочить контроль над политической активностью и речами, идущими вразрез с интересами нации.       3. Передать армии полицейские и судебные функции.       4. Объявить общегосударственное военное положение на неопределённый срок. Соответственно, запретить все демонстрации и забастовки рабочих.       5. Полностью национализировать все межзвёздные перевозки и средства передачи информации. Соответственно, передать все космические корабли в руки военных.       6. Изгнать с государственной службы всех, кто придерживается антивоенных и/или или антигосударственных убеждений.       7. Приостановить деятельность Национального Собрания.       8. Объявить преступлением отказ от военной службы по убеждениям.       9. Ввести суровые наказания за коррупцию среди политиков и государственных служащих.       10. Ликвидировать вредные развлечения в соответствии с программой возвращения к незатронутой простоте и добродетельности нравов и обычаев граждан.       11. Отменить чрезмерную господдержку слабым слоям населения, дабы предотвратить ослабление общества…       «Господи, это что такое?»              Посмотрев на экран, Ян был по-настоящему удивлён. То, к чему стремился Военный Конгресс, было самой сутью реакционной милитаристской системы правления. Более того, было почти невозможно найти отличий между предлагаемой ими системой и той, с которой пять веков назад выступал Рудольф фон Голденбаум.              Каковы были эти пятьсот лет для человеческой расы? Имея пример Рудольфа прямо перед глазами, чему научилось человечество? Этот Военный Конгресс по Спасению Республики собирался вдохнуть новую жизнь в труп Рудольфа, во имя победы над империей, которую он создал.              Ян рассмеялся. Просто никак не смог сдержаться. Это был ни с чем не сравнимый фарс – ужасный, беспрецедентный фарс.              - Что бы победить Рудольфа, они буквально воскресили его труп, кажется призраки все же есть и могут вселяться в живых, потому что иначе такой бред я не могу объяснить. Еще бы ввели очистку от неправильных генов, ведь только это и осталось, по сути это было бы последним шагом, а потом можем дружно объединится с аристократами. Как раз это будет логично. – Ян говорил очень саркастично.              Но даже несмотря на то, что этот первый акт разыгрывался как фарс, закончился он совсем на другой ноте.              - Граждане и солдаты Союза, я представляю вам председателя Военного Конгресса по Спасению Республики…              И когда это имя было произнесено, показалось, что воздух в зале совещаний сгустился в тяжёлую жидкость.              Мужчина средних лет, показавшийся на экране, был всем собравшимся прекрасно знаком. Тёмные с проседью волосы, красивое лицо с тонкими чертами. Ян разговаривал с ним множество раз, даже как-то обедал вместе. Ещё у этого человека была дочь, которая…              Тихий вскрик за спиной заставил Яна обернуться.              Его адъютант Фредерика Гринхилл стояла позади него, бледная как полотно. Её карие глаза, устремлённые на экран, были широко распахнуты. Она смотрела на лицо своего отца, адмирала Дуайта Гринхилла…              

***

             Доминион Феззан.              Торговое государство, расположенное в Феззанском коридоре, связывающем Галактическую Империю и Союз Свободных Планет. Общее число жителей главной планеты и искусственных колоний достигало двух миллиардов человек, а по богатству Феззан вполне мог соперничать с Империей и Союзом.              В настоящий момент разведывательные службы Феззана работали в полную силу. Собранная информация проходила через секретариат, где обрабатывалась и сортировалась, а потом попадала в руки правителя Феззана Адриана Рубинского.              Именно благодаря этому механизму Рубинский, «Чёрный Лис Феззана», смог быть в курсе всех происходящих событий, сидя в комфорте своего дома.              13 апреля. День государственного переворота.              Адмирал Бьюкок, главнокомандующий Космического флота Союза, получил сообщение от адмирала Гринхилла, заведующего отдела инспекций комитета обороны.              «Сегодня наземные боевые подразделения будут проводить масштабные учения на всей территории столичной планеты. Планы этих манёвров были разработаны ещё в начале года, так что мы просим другие департаменты не обращать на них внимания и продолжать заниматься своей работой, как будто не происходит ничего необычного. Эти учения будут иметь большое значение, учитывая ситуацию в пограничье…»              Это же послание было получено и многими другими из военного руководства, а также объявлено для населения по обычному вещанию.              Вследствие этого, даже когда группы вооружённых солдат были замечены на улицах города, мало кто заподозрил неладное. И даже когда люди звонили в полицию и сообщали о своих подозрениях, все их сомнения развеивались одной фразой: «Это просто учения». Так как сообщение исходило от заведующего отделом инспекции, то наиболее профессиональные офицеры меньше всего сомневались в нём.              Даже Бьюкок не стал над этим раздумывать. Он был крайне занят руководством флота, ориентируясь на события в пограничных районах, и ему даже не приходило в голову, что кто-то может устроить переворот в то время, когда основные силы находятся в столице.              Однако уже в полдень старого адмирала уже вели под прицелом на встречу с предводителями заговорщиков.              Ими оказались адмирал Дуайт Гринхилл, заведующий отдела инспекций, и вице-адмирал Бронц, начальник разведывательного управления. Бьюкок был сбит с толку, увидев столь высокопоставленных чиновников.              - Теперь понятно, – произнёс старый адмирал. – Значит, разведывательное управление и отдел инспекции уже давно погрязли в коррупции?              Обязанности отдела инспекции внутри страны охватывали управление такими невоенными мероприятиями, как подготовка, спасательные операции и перемещение войск и объектов. Поэтому, если руководитель бюро был одним из заговорщиков, то ему нетрудно было переместить необходимое количество бойцов на выбранные позиции.              Рядом с предводителями стояло ещё несколько заговорщиков. Откуда-то с их стороны доносился запах крепкой выпивки.              - Хмф, я помню эту вонь, – седой главнокомандующий бросил взгляд на источник запаха. – Контр-адмирал Линч, попавший в плен к имперцам несколько лет назад у Эль-Фасиля.              - Для меня большая честь, что вы меня помните, – ответил Линч с невнятным смешком.              - Как бы я ни хотел забыть, это невозможно. В конце концов, вы нарушили свой долг по защите мирных жителей… Предали свою ответственность за солдат, находящихся под вашим командованием… А сами пытались сбежать… О, да, такое трудно забыть. Вы настоящая знаменитость. И теперь служите Империи…              Непохоже было, что Линча ранили эти едкие слова. Он принял их с лёгкой усмешкой, а потом эффектным движением вытащил маленькую бутылку виски, открутил пробку и сделал большой глоток. Окружающие его офицеры нахмурились, некоторых заметно передёрнуло. Было ясно видно, что сотоварищи Линча презирают его, и Бьюкок никак не мог понять, что подобный человек делает среди них. Он снова повернулся к Гринхиллу.              - Ваше превосходительство, я привык думать о вас как о бастионе разума и совести среди офицеров.              - Я горжусь вашей похвалой.              - Но, похоже, я вас переоценил. Видимо, ваши разум и совесть уснули за рулём, раз вы решились участвовать в таком деле.              - Я долго раздумывал об этом. Попробуйте и вы подумать в таком ключе, адмирал. Как глубоко коррумпирована нынешняя власть? Как сильно угнетаемо общество? У нас в государстве царит мобократия, скрывающаяся за таким словом, как демократия, и я нигде не видел даже проблеска надежды, что это может измениться само по себе. Каким иным способом можно добиться порядка и реформ?              - Вот оно что. Действительно, нынешняя власть коррумпирована и зашла в тупик. И вы сейчас скажете: «Поэтому мы решили свергнуть её вооружённой рукой». Я лишь прошу ответить, что случится, когда и вы станете коррумпированными, особенно учитывая то, что править вы собираетесь оружием? Кто призовёт к порядку вас? – тон Бьюкока был резок, и его противник явно засомневался.              – Мы никогда не погрязнем в коррупции, – убеждённо сказал другой голос. – У нас есть идеалы. В отличие от них, мы знаем, что такое позор. И мы не станем делать того, что делают нынешние политики. Они откармливают свои толстые животы, произнося прекрасные слова вроде «демократия», потворствуя электорату, чтобы заполучить власть, в то же время заигрывая с капиталистами и пренебрегая нашим священным долгом по свержению тирании Галактической Империи. Мы же делаем лишь то, что диктует нам наше страстное желание возродить основы нашего государства. Мы поднялись на борьбу лишь потому, что у нас не было иного выбора. Коррупция проистекает из стремления к корысти – а значит, мы никогда не будем ею испорчены.              – БХААААХХАХАХ!!! Забавно, – сказал Бьюкок. После того как отсмеялся разумеется. – На мой взгляд, это выглядит как попытка оправдать незаконный захват власти высокими словами вроде «священный долг», восстановление основ» и «страстное желание», – ядовитый язык старого адмирала глубоко погрузился в гордость офицеров, жестоко раня их. Вокруг раздались гневные голоса. – У вас полный ветер в голове и чушь, вы не патриоты, вы могильщики Союза, и все равно вас разорвут на части ведь вы возрождаете обычную военную хунту которая станет Империей, и вся ваша чушь — это лишь очередной Рудольф, коллективный Рудольф.              - Адмирал Бьюкок, мы ведем себя как джентльмены, насколько это возможно, но я считаю, что последними словами вы вышли за рамки.              - Джентльмены? – саркастический смех Бьюкока разнёсся по комнате. – С тех времён, когда предки людей лазали по деревьям и до сего дня, люди, нарушающие закон и совершающие насилие, никогда не считались джентльменами. Хотя, если вы хотите так называться, то советую, пока власть в ваших руках, найти кого-нибудь, кто написал бы для вас новый словарь. А то понадобится много слов – военный переворот – защита государства, казнь без суда и следствие – защита нации, насилие над женщиной – перевоспитание антивоенного элемента, арест журналиста – сплочение нации, арест оппозиции – борьба с подрывниками политики государства, стрельба в безоружных гражданских – акт истинного патриотизма и героизма. Вы даже в своих заявлениях стали Рудольфом. А маленькая диктатура не может победить большую диктатуру, кроме того вас все равно разгромят стремление людей к свободе абсолютно.              Ярость офицеров сгустилась в воздухе словно жар. Но Гринхилл взглядом заставил их сдержаться.              - Мы можем говорить целый день, но я не думаю, что мы придём к общей точке зрения. Лишь история рассудит, верным ли было наше решение.              - Быть может, истории нечего будет судить, адмирал Гринхилл.              На этому адмирал Гринхилл, глава Военного Конгресса, отвернулся.              - Отправьте его под арест. Но будьте вежливы.              К этому времени все стратегические пункты Хайнессена уже находились под контролем заговорщиков.              Центр стратегического планирования, Командный центр космической обороны, здание Верховного Совета, Центр межзвёздной связи – всё оказалось в руках повстанцев почти без кровопролития. Даже адмирал Доусон, исполняющий обязанности начальника Центра стратегического планирования, был арестован.              

***

             Ян всегда считал, что хорошо понимает, почему люди называют судьбу злобной старой ведьмой.              Но теперь ему казалось, что прежде он зря так думал. Обладай судьба разумом и личностью, то в этот момент он бы закричал ей: «Ну же! Ты ведь никогда не была настолько злой!»              Разумеется, это было невозможно. Судьба – это цепь случайностей, смешанных с волей и действиями бесчисленного числа людей, а не какое-то высшее существо.              Но всё же: сражаться с отцом Фредерики, чтобы защитить власть такого человека, как Трунихт! Который как оказывается сбежал, в отличии от Реббело. Все равно ему не хотелось сражаться с Гринхиллом, он слишком уважал этого человека.              Венли сбился со счёта, сколько десятков кругов он прошёл по своей каюте. Когда он пришёл в себя, то увидел Юлиана, стоявшего у стены и пристально глядевшего на него. В его тёмно-карих глазах Ян увидел тревогу. Не зная, как помочь своему опекуну, юноша чувствовал себя бессильным.              Но решение о том, что делать дальше, мог принять только Ян, и ни с кем в мире он не мог разделить этого. Тяжело вздохнув, молодой адмирал заставил себя выдавить беззаботную улыбку.              - Юлиан, налей-ка мне стаканчик бренди. И не мог бы ты передать старшим офицерам приказ собраться на совещание через пятнадцать минут?              - Слушаюсь.              - И ещё. Вызови ко мне лейтенант-коммандера Гринхилл.              Юноша бегом покинул каюту.              Насколько легче было бы жить, если бы можно было не принимать решения, когда не хочется их принимать. Хотя древние говорили, что когда всё идёт не так, как нам хотелось, это добавляет вкуса к жизни, но в нынешней ситуации всё шло уж слишком не так…              Фредерика Гринхилл появилась спустя две минуты. Выражение её лица было спокойным, но болезненная бледность выдавала истинные чувства.              Яну было проще смириться с нынешней ролью. Потеряв отца в шестнадцать лет, он поступил в Военную академию лишь потому, что только там можно было учиться на историка бесплатно. Солдатом он становиться совершенно не хотел, но признавал, что нынешнее положение – результат его собственного выбора.              Но для Фредерики это было похоже на то, как если бы она была поймана на попытке доказать абсурдность существования богов. Она была вынуждена стать врагом собственного отца. Суровое испытание для двадцатитрёхлетней девушки.              - Лейтенант-коммандер Гринхилл по вашему приказанию явилась.              - О. Выглядите бодро, – сказал Ян, но тут же понял, как глупо это прозвучало.              Фредерика тоже не нашлась, что ответить.              - Мне передали, что вы вызывали меня.              - Да, верно… Я собираю офицеров на новое совещание, поэтому хотел, чтобы вы занялись подготовкой.              Эти слова ошеломили Фредерику.              - Я… я думала, что должна буду сложить с себя обязанности вашего адъютанта… Я пришла сюда, ожидая этого…              - Вы этого хотите? – голос Яна в этот момент был довольно резок.              - Нет, но…              - Если вас не будет рядом, мне придётся тяжко. У меня ужасная память, и я плох в обращении с этими жуткими панелями управления. Я нуждаюсь в компетентном помощнике. Так каков будет ваш ответ?              - Так точно! Я буду исполнять свои обязанности, ваше превосходительство! – на короткое мгновение сквозь деловое выражение её лица Ян смог увидеть радость и слёзы.              Потом Венли все же решил стать мужчиной, и подошел и просто положил руки на её плечи.              - Я не считаю тебя предателем, я не буду тебя убирать, я представить не могу как тебе тяжело, и через что ты проходишь. Мне больно выступать против твоего отца, мне жаль, что он попался на уловку Лоэнграмма. Я… слишком историк, в истории не запоминает боль людей, история бездушна к такому, возможно я немного тоже. Мне жаль за это… Мне жаль, что я никак не могу помочь тебе, Фредерика. Но я всегда буду тебя ценить. Я не сомневаюсь в тебе, никогда не буду.              Фредерика вышла первой, поблагодарив адмирала, чувствуя себя очень плохо. Хоть девушка была очень умной, испытывала чувства к Яну, сейчас было не до сердечный дел. Её отец мятежник, и они должны сражаться с ним.              Выйдя из каюты, Венли натолкнулся на Шёнкопфа. Бывший имперец отдал честь и улыбнулся своему командиру:              - Похоже, вы не стали увольнять лейтенант-коммандер Гринхилл.              - Разумеется. Зачем бы я стал это делать, если никого лучше для этой работы не найти?              - Вы уходите от проблемы, – грубовато ответил Шёнкопф.              - Что вы имеете в виду?              - Ничего, просто… Ну, я задавался вопросом о нескольких вещах… Например, о том, что она думает о вашем превосходительстве. С позиции подчинённого.              - И что же вы обо мне думаете? – спросил Ян, неуклюже пытаясь уйти.              - Хмм, честно говоря, я не знаю. Вы полны противоречий, – Шёнкопф с дружеской улыбкой оглянулся на разочарованное лицо своего командира. – Почему я так говорю? Ну, во-первых, нет другого человека, который бы так ненавидел глупость войны. Но в то же время никого, кто умел бы воевать лучше вас. Разве я не прав?              - А что вы думаете о Рейнхарде фон Лоэнграмме?              - Что было бы весело сразиться с ним, – это возмутительное заявление командир розенриттеров выдал без малейших колебаний. – Думаю, сражаясь в равных условиях, вы победили бы его.              - Подобные гипотезы не имеют смысла, – сказал Ян.              - Да, я знаю. Ведь вы прямо сейчас сражаетесь с ним на стратегическом уровне, даже не соприкаясь друг с другом. Вы сражаетесь своими агентами, и уже действуете как государства, только Лоэнграмм хочет стать государством. А вы не хотите, и ведете себя как серый кардинал.              Тактика – это искусство управлять войсками, чтобы победить в сражении. Стратегия – искусство создавать такие условия, чтобы можно было максимально эффективно использовать свою тактику. Пока что они с Лоэнграммом сражаются агентами, можно сказать прокси-силами.              - Как бы то ни было, давайте перейдём к следующему пункту. Вы прекрасно осознаёте, насколько неисправна текущая силовая структура Союза Свободных Планет, как в плане возможностей, так и в плане морали. Тем не менее, несмотря на это, вы сделаете всё, чтобы спасти её. Это огромное противоречие. Вы хотите по сути сделать Джессику Эдвардс диктатором вместо себя, ведь как временный глава государства, она не будет иметь никаких ограничений.              - Лучшее – враг хорошего. Конечно, я признаю, что текущая власть Союза «неисправна». Но посмотрите на лозунги, которые выдвигают эти «спасатели республики». Разве это не ещё хуже, чем то, что мы имеем сейчас?              - Если вы спрашиваете меня… – произнёс Шёнкопф со странным блеском в глазах. – Я бы предложил позволить этим шутам из Военного Конгресса очистить нынешний режим. Тщательно и полностью. В любом случае, они со временем проявят собственные недостатки и потеряют контроль над ситуацией. И вот тут появитесь вы, избавитесь от уборщиков и примете власть как реставратор демократии. Вот такой вариант я бы назвал «лучшим».              Молодой командующий Изерлона поражённо уставился на своего подчинённого. Шёнкопф больше не улыбался.              - Как насчёт такого? Даже если бы это было только формально, как диктатор вы смогли бы защитить подлинное демократическое правление.              - «Диктатор Ян Вэнли», да? С какой стороны ни взгляни, это не в моём стиле.              - Быть солдатом тоже не в вашем стиле. Но вы здесь, и вы делаете вашу работу лучше всех. И, должно быть, с ролью диктатора справитесь не хуже.              - Бригадный генерал Шёнкопф.              - Да?              - Вы делились с кем-нибудь такими мыслями?              - Конечно, нет.              - Рад это слышать…              Не говоря больше ничего, Ян отвернулся от Шёнкопфа и поспешил на совещание.              Двигаясь в нескольких шагах позади, Шёнкопф улыбался. Понимал ли Ян, что в армии вряд ли найдётся другой офицер, позволяющий подчинённым так свободно высказывать своё мнение? Да, быть начальником Вальтера фон Шёнкопфа – нелёгкое дело.              Ведь Шёнкомпф мог предложить точно такое и Джессике, и она ненавидит политиканов практически так же как и сам Вальтер. Трунихт плясал на костях её жениха, он послал людей убить её (сомнение что 17 человек смогли достаточно себя контролировать что бы её не убит, она не испытывала). И политики быстро становятся жестокими.              Так что она может сама убить Трунихта, ведь тот представлял для неё угрозу. А если Джессика попросит об этом Шёнкомпфа тот снесет голову Тринухту топором. Впрочем, может быть мятежники будут так любезны, и расстреляют всех депутатов партии Трунихта, найдут всех членов Высшего Совета что отправили войска в Империю и расстреляют их. Так станет жить проще, это было очень жестоко.              Жестокость основа политики, и нужно быть решительным, особенно против военных мятежников.