Приключения Ёрики

Прошло время. Битва завершилась победой «Тосвы», но её цена оказалась высока: Мучо тяжело ранил Такемичи ножом прямо в разгар сражения. Участники «Поднебесья» понесли заслуженное наказание: большинство отправились в колонию, но предварительно всех обязали пройти осмотр у психолога. Состояние Изаны признали нестабильным, и его поместили в психиатрическую лечебницу. Ханма и Кисаки надолго застряли в больничных стенах. Казалось бы, жизнь начала налаживаться, и удача наконец улыбнулась Такемичи. Однако у Кисаки уже созрел новый план. Он решил, что единственный путь к вершине криминального мира теперь лежит через устранение Ерики. Для подготовки идеального убийства ему нужно было время. Для самой же девушки это было лишь началом мести. Происходящее сейчас — лишь «цветочки», настоящие «ягодки» ждали врагов впереди. Ерики не собиралась останавливаться, пока не увидит медленную и мучительную агонию Кисаки. Ханма же вел двойную игру: он по-прежнему защищал Кисаки, но одновременно с этим тайно помогал Ерики. В больничной палате Кисаки и Ханмы Ханма вальяжно сидел на краю кровати напарника: — Слышал новости? «Поднебесье» разогнали, верхушка под арестом, а Изану и вовсе упекли в психушку. Ха-ха! Прикрылась их лавочка. Кисаки, который уже шёл на поправку, в ярости сжал кулаки, до белизны в костяшках. — Мои планы... которые я выстраивал годами... ВСЁ, СУКА, ПОД ОТКОС! — прошипел он. Ханма молча наблюдал за этой истерикой. Кисаки тяжело дышал, не в силах смириться с тем, что его гениальная стратегия провалилась из-за какой-то девчонки. Хината осталась с Такемичи, «Тосва» окрепла и разрослась, а Майки окончательно вышел из-под его контроля. Кисаки судорожно убеждал себя, что сможет начать всё заново. Но сначала он был готов лично замарать руки в крови, чтобы стереть Эрику с лица земли. Ханма смотрел на него с плохо скрываемым любопытством — он впервые видел Кисаки в таком отчаянии, и это зрелище было для него в новинку.        Ерики быстро разделась с долгами по учёбе — за время её отсутствия их накопилось немало, но она справилась в кратчайшие сроки. Когда приехала её старшая сестра, они много гуляли по городу, наслаждаясь обществом друг друга. Они болтали обо всём на свете, но Ерики так и не решилась рассказать, что на самом деле происходило в последние месяцы. Она предпочла оставить это в секрете. Спустя несколько дней Кисаки наконец выписали. Всё то время, что он провёл в больничной палате, его сознание было занято лишь одной мыслью: как изощрённо отомстить Ёрики . Вспомнив, что Ханма как-то обмолвился, будто знает её адрес, Кисаки пристально посмотрел на подельника. — Ханма, у меня созрел план, — холодным тоном произнес Кисаки. — И какой же на этот раз? — Ханма лениво потянулся, на его губах заиграла привычная дерзкая ухмылка. — Неужели снова стратегия на десять лет вперёд? — Ты ведь говорил, что знаешь, где живет эта девчонка? — Ну, допустим, — прищурился Ханма. — Что ты задумал? Кисаки молча протянул ему свой блокнот. У него была  привычка — записывать каждую идею, каждую деталь, чтобы ничего не упустить. Ханма открыл страницу, исписанную мелким, ровным почерком, и по мере чтения его брови поползли вверх. — лишить её дома?... — пробормотал Ханма, вчитываясь в пункты. — Ты хочешь устроить пожар? Кисаки поправил очки, и в их линзах недобро блеснул свет. — Ханма. Сначала она должна потерять свой дом. Я хочу, чтобы она стояла на коленях перед пылающими руинами своей жизни и понимала, что это я отобрал у неё всё. Мы запрём её сестру внутри, чтобы у Эрики был выбор: войти в огонь и погибнуть вместе с ней или жить дальше с грузом этой потери. Ханма на мгновение замолчал, поражённый масштабом этой жестокости, но затем его лицо расплылось в широком, безумном оскале. — А ты действительно чудовище, Кисаки.            На следующее утро Ерики проснулась с ощущением странной тревоги, но списала всё на усталость. Быстро умывшись и одевшись, она спустилась на кухню, откуда доносился запах кофе. Её старшая сестра, Мика, уже была там. — Мика-а, — протянула Ерики, заглядывая в кухню. Мика обернулась, держа в руках кружку. — М-м? Что такое? — отозвалась она. — Помоги мне, пожалуйста! Извини, что нагружаю тебя с самого утра, но мне правда нужна помощь. Мика вздохнула, но улыбнулась уголками губ. — Ладно, докладывай. Что стряслось? — Ну, ты же знаешь, что я заканчиваю ремонт в гараже? Он теперь стал гораздо просторнее! Я там даже в подвале порядок навела. Поможешь мне перенести туда кое-какие вещи? Мика поставила кружку на стол. — Опять ты со своим гаражом... Ладно, давай. Что нужно тащить? Ерики хитро ухмыльнулась: — Для начала — сейф, где я деньги коплю. А то мало ли, дома оставлять опасно, вдруг своруют. Ещё одежду кое-какую... С кроватями я уже сама разобралась. — Хорошо, договорились, — согласилась Мика. — Тогда давай в четыре часа дня начнём выгрузку? Чтобы до темноты успеть. Весь день Ерики и Мика провели в гараже. Работа оказалась тяжелее, чем они думали, но они слаженно перетаскивали коробки и обустраивали пространство. Их гараж находился в отдалённом кооперативе, и дорога до него пешком от дома занимала добрых полчаса. Уставшие, но довольные проделанной работой, они наконец направились обратно. Когда они повернули во двор, Мика вдруг резко остановилась, и её сумка выпала из рук на асфальт. — Ерики... посмотри... — её голос сорвался на шепот. Ерики подняла глаза, и сердце её пропустило удар, а затем забилось с бешеной скоростью, отдавая пульсом в висках. Над их квартирой поднимался густой, непроглядно-чёрный столб дыма. Они бросились бежать. Дыхание перехватывало, ноги становились ватными от ужаса. Когда они ворвались во двор, их взору предстала страшная картина: из окон их квартиры на третьем этаже вырывались яростные языки оранжевого пламени. Огонь жадно пожирал всё внутри, и стёкла уже начали лопаться с оглушительным треском, осыпаясь вниз стеклянным дождем. У Ерики  расширились глаза, в которых отражалось это адское пламя. Мир вокруг неё замер, остался только рёв огня и треск уничтожаемого имущества. Все их вещи... Всё превращалось в пепел на их глазах. Словно в замедленной съёмке Ерики видела, как пламя, не сытое их квартирой, начало быстро перекидываться на балкон соседей сверху. Жар был настолько сильным, что ощущался даже на расстоянии. Вокруг начали собираться зеваки, кто-то кричал, но Ерики не слышала слов. Мика, первая пришедшая в себя, дрожащими руками выхватила телефон. — Пожарные! Срочно! горит квартира, огонь распространяется! — закричала она в трубку, её голос дрожал Ерики стояла неподвижно, оглушённая происходящим. В этот момент она ещё не знала, что это не трагическая случайность, а приговор, который Кисаки привёл в исполнение. Но его план сработал не до конца, Мики не было в квартире, она не погибла