Lose My Breath

      — Ты меня как будто на медитацию вытащила.       Лу тут же со всей силы впечатывает локоть Марку в рёбра, после чего слышит его тихий смех. Она скрещивает руки и поворачивает к нему голову, глядя недовольно на его улыбающийся профиль.       Рид его вообще никуда не тащила. Она просто решила, что им обоим пора отдохнуть, немного перевести дух перед завтрашним напряжённым и опасным днём, поэтому предложила выехать за город. Подышать свежим воздухом, полюбоваться деревьями и всё такое. Байк остался на обочине, а они зашли в лес, отыскали наиболее подходящее место, расстелили плед и улеглись.       С тех пор лежат плечом к плечу и смотрят на верхушки деревьев. На то, как листья от лёгкого ветерка шевелятся. На голубое безоблачное небо. Слушая тишину, которой так не хватает в жизни.       И вот надо было ему ляпнуть.       — Ещё слово — и я нос тебе откушу.       Марк не перестаёт улыбаться.       — Угроза инквизитору. Кошмар, Рид.       — Инквизитор заслужил.       Лу отворачивается. Делает глубокий вдох. Неспешно выдыхает. Возвращает взгляд на красоту наверху. Спустя время боковым зрением замечает, что Марк поворачивается и смотрит теперь на её профиль. Пристально смотрит, словно размышляет о чём-то.       Проходят минуты, прежде чем Марк отводит взгляд. Лежит без движения. Затем вдруг берёт Лу за руку, неспешно переплетает её пальцы со своими и прижимает к себе, чем вызывает неописуемое удивление.       Взор Рид вновь устремляется на него, глаза округляются, брови вопросительно приподнимаются. Желания отстраниться у неё не возникает, но и к такой нежнятине внезапной она тоже не привыкла, ибо они оба не то чтобы самые тактильные люди на свете.       Хотя ей было сложно осознать даже тот факт, что они стали парой. Какой уж тут привыкнуть держаться за руки. Месяцы назад она ему вообще голову открутить хотела, так что…       — Что за нежности?       — Наслаждаюсь моментом. Ты же этого хотела. Высок риск, что завтра кто-нибудь из нас не выживет, поэтому…       — Выйди из моей головы.       Марк вновь улыбается, но на этот раз слабо.       — Я первым делом подумал, что ты именно с этими мыслями решила вытащить меня за город. Сколько угодно можно думать о хорошем, но это жизнь, и всё может пойти не по плану. Врагов у нас достаточно.       Лу таращится на него во все глаза.       Она же именно так и подумала. Один в один. Слово в слово! Сразу, как только Иво объявил, что завтра всё начнётся, Рид посмотрела на Марка и прокрутила в голове все эти мысли. Каждую!       Она отворачивается. Устремляет взгляд в небо. Придвигается к Жонсьеру поближе и прижимается к нему. Закрывает глаза, вслушиваясь в тотальную тишину вокруг и чувствуя, как его большой палец медленно водит вверх-вниз по её ладони.       Шелест листьев и прикосновение Марка действуют умиротворяюще. Лу забывает о напряжении, опасности, рисках, работе. О том, что грядёт завтра. О переменах, которые неизбежно последуют. Обо всём. Важнее всего сейчас то, что она дышит свежим воздухом, отдыхает, лёжа рядом с человеком, которого любит, и чувствует впервые за долгое время абсолютное расслабление.       Наверное, до шторма было ещё чудеснее. Воздух чище, птицы пели, белки по деревьям бегали. Хотела бы Лу хоть раз увидеть и услышать это. Погрузиться в атмосферу живого, шумного леса.       Рид надеется, что когда-нибудь вся эта жизнь вернётся, что люди её увидят.       Эх, мечты.       Впрочем, ладно, это далёкое будущее, а у неё есть только сегодня. Поэтому она сильнее стискивает ладонь Марка и крепче прижимается к нему самому.       — Я никуда не денусь, Лу.       — Ещё бы ты делся.       Он только усмехается.       С ними обоими ничего не случится. Правда же?

◈ ◈ ◈

      Лу не могла сюда приехать целый год. Не хватало сил. Мужества. Нервов. От одной только мысли добраться до этого места становилось больно. Слишком сильно, чтобы это возможно было вытерпеть. Так что она откладывала, откладывала и ещё раз откладывала. Боялась, что, оказавшись здесь одна, сломается.       Ничего, не сломалась. Стоит. Дышит. Правда, держится рядом с байком, готовая уехать в любую секунду. Всё равно ещё не может заставить себя сделать шаги вперёд, пройти дальше, добраться туда, где они валялись на пледе и любовались деревьями.       Лу медленно вдыхает, ещё медленнее выдыхает. Наконец отлипает от байка, шаг за шагом двигается к лесу, переступает границу, неспешно идёт между высокими стволами. Под подошвами ботинок шуршит трава, над головой шелестят листья, лицо обдувает тёплый ветерок. Кулаки то сжимаются, то разжимаются. В носу свербит.       Лу думала, что уже все слёзы выплакала на похоронах. Однако вот они, снова просятся, глаза жжёт из-за них. Руки так дрожат, аж бесит.       Она останавливается. Прям на том самом месте. Несколько минут стоит, не решаясь сдвинуться, потом неторопливо опускается прямо на траву, ложится на спину и поднимает взгляд к небу. Такому же ясному, как и год назад. И листья так же шуршат. И тишина вокруг та же.       Другая только Лу — и теперь одна. Да, у неё есть друзья, с которыми, к счастью, всё в порядке. Просто, оставшись без Марка, она ощутила такое опустошение, словно из неё за один миг высосали душу.       Лу даже не сразу узнала о его смерти. Только потом, после того как всё уже закончилось.       Её не было рядом. Не было. Вот что тогда добило — он умирал один.       Пуля в висок. Не шальная, в пылу боя. Намеренная. Кто-то приказал его убрать — как приближённого Приора. А в шуме переворота кто заметит? Конечно, об этом узнали поздно, лишь когда всё улеглось и Иво велел предоставить отчёты о жертвах.       Лу никогда не забудет ту боль, которая появилась в его глазах, как только он увидел в списке Марка.       Она выпускает воздух носом, закрывает глаза. Снова вслушивается в звуки леса. Ветер, листья, шелест травы. Где-то далеко слышно птиц — первая появилась ещё год назад — то, о чём Лу мечтала.       Мечтала, думая и надеясь, что застанет это время с ним, что они так же расстелят плед и будут лежать рядом, смотреть в небо, слушать лес. Отдыхать, радуясь, что самое страшное позади, что, пусть работы ещё много, всё будет хорошо. Обсуждать всякое — что-то неважное или что-то серьёзное. Может, планы на жизнь, кто знает. Она никогда не могла угадать, что вертится у него на уме.       Теперь и это всё — мечты. Только несбыточные.       Лу медленно размыкает веки, и слёзы скатываются по вискам, падают на землю. Всё-таки не выходит их сдержать.       Больно. Всё равно больно. Ничего не получается с этим поделать. Совсем. Каких-то жалких двенадцати месяцев слишком мало, чтобы её отпустило. Но когда-нибудь она будет в порядке.       Будет, правда же?