«Партнёры не только в работе»

      Солнечный свет пробивался сквозь панорамные окна офиса «Альянса», дробясь на миллионы пылинок, танцующих в воздухе. Кавех, запершись в своем новом кабинете.Он работал, кончики его пальцев были испачканы в графите, а на столе громоздились пустые чашки из-под кофе, но работа близилась к завершению. Тишина была абсолютной. В дверь негромко постучали, и в проеме показалась рыжеволосая голова Нилу, которая выглядела встревоженной.       – Господин Кавех, вы просили не беспокоить, но... – начала она тихим голосом.       – Нилу, я же сказал! Пока я сам не выйду, никого не впускать, даже если здание начнет рушиться! – отрезал Кавех, не отрывая взгляда от сложного узла фундамента на чертеже.       – Поняла, ухожу, – она быстро кивнула и закрыла дверь.       Кавех шумно выдохнул и прикусил губу. Ему нужно было исправить ошибки тех олухов, которые чуть не погубили проект на болотистой почве. Он чувствовал огромную ответственность, ведь за этими чертежами стояли жизни будущих жильцов и репутация фирмы, которая теперь была связана и с его именем. Прошлое и настоящее сплелись в один тугой узел, заставляя его сердце биться быстрее от осознания важности момента.       В это время Аль-Хайтам уверенным шагом шел по коридору тридцать девятого этажа, направляясь прямиком в юридический отдел. Его лицо было непроницаемой маской, но внутри бушевал настоящий пожар эмоций, вызванный событиями прошедшей ночи. Тот факт, что он спал в одной кровати с Кавехом, пусть и без той близости, о которой он грезил годами, наполнил его тело невероятной энергией. Он чувствовал, что лед, сковывавший их отношения, наконец-то начал таять.       – Доброе утро, господин директор, – поприветствовал его главный юрист, поправляя очки. – Мы подготовили документы по тем двум сотрудникам.       – Надеюсь, они уже знают, что их ждет? – холодным тоном спросил Хайтам, присаживаясь в кожаное кресло.       – Они подали жалобу, обвиняя вас в оставлении в опасности на том пустыре, – юрист замялся. – Требуют компенсацию за моральный ущерб. Аль-Хайтам лишь презрительно усмехнулся.       – Моральный ущерб? За их собственную халатность, которая могла стоить нам миллионов и человеческих жизней? Передайте им, что если они не заберут заявление в течение часа, я лично добьюсь их волчьего билета во всех строительных компаниях страны. Мы не будем платить за глупость и ложь. Готовьте встречный иск о подделке геодезических данных и должностном преступлении. Пусть почувствуют всю тяжесть закона на своих плечах. Юрист кивнул, торопливо записывая указания.       Хайтам вышел из юридического отдела, чувствуя холодное удовлетворение от того, как легко он расправляется с препятствиями. Однако его мысли быстро вернулись к Кавеху, который сейчас наверняка сидел за своим столом, закусив губу от напряжения. Интересно, был ли у него кто-то в Штатах за все эти долгие годы разлуки? Ревность, колючая и неприятная, шевельнулась в груди директора, но он тут же подавил её привычным усилием воли, заменяя логическими доводами. Даже если кто-то и был, теперь Кавех здесь, в его городе, в его компании.       – Я добьюсь того, что он станет моим мужем, – прошептал Хайтам, когда лифт поднимал его обратно. Эта мысль не была сиюминутным капризом- это был долгосрочный план, который он вынашивал с того самого дня, как Кавех ушел, хлопнув дверью. Он был готов ждать, готов быть терпеливым, готов окружить архитектора заботой, пока тот сам не поймет, что их связь неразрывна. Каждое движение Аль-Хайтама теперь было подчинено этой цели, скрытой под маской профессионализма и строгости. Он знал слабые места Кавеха, но теперь хотел использовать их не для споров, а для исцеления их общего прошлого. Вернувшись в свой кабинет, он первым делом вызвал Нилу через внутреннюю связь.       – Нилу, заказчики и инвесторы будут здесь после обеда. Подготовьте конференц-зал и не забудьте про те чертежи, которые делает Кавех.       – Слушаюсь, господин Аль-Хайтам, – ответила помощница. – Кстати, господин Кавех просил его не беспокоить. – Знаю. – И... приготовь ему свежий кофе и сэндвичи. Он наверняка забыл поесть за работой.       Нилу улыбнулась про себя, понимая гораздо больше, чем ей было положено по статусу. Она помнила ту ночь, когда Аль-Хайтам, сильно выпивший после тяжелого дня, рассказывал ей о золотоволосом архитекторе, который разбил ему сердце. Тогда она впервые увидела трещину в броне своего начальника, обнаружив за холодным разумом глубокую, кровоточащую рану.       И увидев Кавеха в первый раз, она сразу узнала его по описанию- те же вспыльчивые жесты, та же страсть в глазах и невероятная красота. Нилу была предана своему директору и искренне желала ему счастья, поэтому готова была играть роль молчаливого посредника в этой сложной игре. Она знала- любовь её директора вернулась домой.       Прошло еще несколько часов напряженной тишины, прежде чем дверь кабинета директора распахнулась без предупреждения. В проеме стоял Кавех, его волосы были слегка растрепаны, а глаза сияли торжеством и азартом победителя. В руках он сжимал свернутый рулон ватмана и небольшую флешку, словно это были самые ценные сокровища в мире. Он тяжело дышал, явно пробежав по коридору, не желая терять ни секунды драгоценного времени.       – Хайтам! Я закончил. Всё пересчитал, – выдохнул он, подходя к массивному столу.       – Присаживайся, – Хайтам указал на кресло напротив, сохраняя внешнее спокойствие. – Давай посмотрим, что ты там направил.       – Вот, здесь все исправления по фундаменту, – Кавех развернул ватман, прижимая края локтями. – Я добавил винтовые сваи с особым покрытием и изменил систему дренажа. Теперь здание будет стоять века, даже если под ним разольется целое озеро. А на флешке – цифровая модель с учетом ландшафтного дизайна, о котором мы говорили. Я внес туда правки по растениям, которые будут укреплять почву.       Аль-Хайтам взял флешку, вставил её в компьютер и начал внимательно изучать файлы. Минуты тянулись бесконечно долго для Кавеха, который следил за каждым движением бровей директора. Хайтам несколько раз увеличивал отдельные узлы, сверялся с какими-то таблицами и делал пометки в блокноте. Его лицо оставалось серьезным, что заставляло Кавеха нервничать и по привычке тереть ладони друг о друга, ожидая резкой критики или очередного едкого замечания. Но тишина затягивалась, и напряжение в кабинете становилось почти осязаемым, густым и тяжелым.       – Ну? Что ты молчишь? – не выдержал Кавех, подаваясь вперед.       – Это просто идеально, Кавех, – Хайтам поднял на него взгляд, в котором читалось искреннее восхищение. – Ты превзошел сам себя. Архитектор мгновенно залился густой краской, не зная, куда деть руки от неожиданной похвалы.       – Помнишь, я приглашал тебя на ужин в твой первый день? – вдруг спросил Хайтам, откидываясь на спинку кресла.       – Тогда ты был слишком занят переездом. Теперь, когда проект спасен благодаря тебе, ты принимаешь мое предложение? Кавех смущенно опустил голову, чувствуя, как сердце делает кувырок.       – Да... – тихо произнес он, не смея взглянуть на Хайтама. В этот момент в дверь постучали, и в кабинет вошли инвесторы вместе с заказчиком, прерывая их личный момент.       – Господа, прошу внимания! – Хайтам мгновенно преобразился, становясь жестким руководителем. – Наш старший архитектор подготовил финальные правки, которые решают проблему грунта. Кавех, прошу тебя, продемонстрируй инвесторам безопасность их вложений. Покажи им, почему именно этот проект станет жемчужиной района. Кавех встал, расправил плечи и начал презентацию, его голос звучал уверенно и профессионально.       Он оперировал цифрами, приводил примеры из мировой практики и наглядно показывал на схемах, как новые решения сэкономят деньги в долгосрочной перспективе. Заказчик, который еще утром был в ярости, теперь довольно кивал, а инвесторы переглядывались с явным одобрением. Споры возникали, но Кавех разбивал каждый довод противников железной логикой и безупречными расчетами, демонстрируя не только талант художника, но и мастерство инженера.       В конце концов, договор был подписан под всеобщие аплодисменты. Когда последний гость покинул кабинет, в помещении воцарилась тишина, нарушаемая лишь тихим гулом кондиционера.       – Я не думал, что у них будет столько вопросов, – Аль-Хайтам устало потер лицо руками.       – Ты молодец, Кавех. Четко всё им разъяснил. Я действительно не ошибся в тебе, когда решил нанять тебя на эту должность. Кавех внезапно напрягся, его глаза подозрительно сузились.       – А ты что, хотел ошибиться? Решил нанять меня, чтобы потом прилюдно ткнуть носом в промах и указать мне мое место? – голос его зазвучал вызывающе и зло. Аль-Хайтам тяжело вздохнул, глядя на этого вечного ежа, готового выпустить иголки в любой момент.       – О, Кавех, прошу, не начинай свою шарманку, – Хайтам встал и медленно обошел стол. – Я никогда не принижал твои таланты. Все мои замечания в прошлом были лишь попыткой помочь тебе избежать ошибок. Но твой взрывной характер заставлял тебя воспринимать любую критику как личное унижение. Может, уже прекратишь принимать мои советы в штыки? Кавех замер, его рот открывался и закрывался, но слова не выходили. Он осознал, что Хайтам снова прав, и эта правота жгла сильнее любого оскорбления.       – Я не прошу тебя делать всё в точности, как говорю я, – продолжал Хайтам, сокращая дистанцию. – Я просто подсказываю направление, а ты уже сам решаешь, как двигаться. Мы партнеры, Кавех, а не враги. Неужели ты этого до сих пор не понял? Прежде чем Кавех успел вставить хоть слово, Хайтам бесцеремонно обнял его, прижимая к своей широкой груди.       – Дурачок, – прошептал он, уткнувшись в золотистую макушку. – Я люблю тебя и хочу, чтобы ты был счастлив. Чтобы ты гордился не только своими чертежами, но и теми, кто находится рядом с тобой. Перестань со мной сражаться, я на твоей стороне. Кавех перестал сопротивляться, чувствуя, как по его телу разливается забытое тепло и спокойствие.       – Кто-то ужин обещал... – глухо произнес он в плечо Хайтама.       – Обещал, – Хайтам улыбнулся и нежно отстранился, продолжая приобнимать его за талию. – Поехали.       Они вместе вышли из кабинета, гася свет и оставляя позади рабочий день, полный побед и открытий. Нилу, сидевшая за своим столом, проводила их долгим, понимающим взглядом и мягко улыбнулась, видя, как её начальник бережно поддерживает своего архитектора. Она знала, что этот вечер станет началом новой главы в их долгой истории, и была рада, что хаос в сердце Аль-Хайтама наконец-то сменился гармонией.       Мир за окнами офиса погружался в сумерки, но для этих двоих всё только начиналось.