☆ Part 2 ☆
19 апреля 2026 г., 20:25
Сеул, В полночь звёзды, словно мелкие жемчужины,россыпью покрыли зловещее и безбрежное небо Сеула. Город-монстр дышал тяжёлым, промозглым дождём, который хлестал по бетону, как слёзы забытых богов. Высокие небоскрёбы пронзали небо стальными шипами, их окна — миллионы жёлтых глаз, равнодушно взирающих на хаос внизу. Улицы тонули в неоновом сиянии: вывески KFC мигают красным, PC-банги наполняются гулом геймеров, такси сигналят в пробках, А вдали гудит метро, поглощая потоки людей. Воздух пропитан запахом мокрого асфальта, уличной еды — токпокки с перцем и паром, выхлопами и сигаретным дымом. Ветер с Хангана приносит с собой сырость, смешанную с солью и одиночеством. Сеул — река бурлящих жизней, где бедняки тонут в долгах, а богачи парят в пентхаусах. Здесь небеса душат небоскрёбами, надежды смывает дождь, а судьбы плетутся в паутине, невидимой рукой.
На крыше общежития университета Hanyang — четырёхэтажного бетонного улья для таких же призраков, как он — Хан Джисон замер на краю.Сидит на корточках у пронзающих холодом перил, локти на коленях,потёртые джинсы облеплены дождём, капюшон худи с логотипом универа откинут. Руки дрожат, сжимая флакон цианида калия — прозрачный яд из университетской лаборатории, рецепт из учебника по токсинологии. Дыхание рваное, плечи сгорблены, как у загнанного зверя. "Я безнадёжен... зачем сопротивляться?" — мысли вязнут в депрессии.Река его жизни петляет у обрыва.флакон — и конец петли.
Губы разомкнулись. Половина содержимого — 7 мл прозрачной жидкости с едким металлическим запахом— скользнула в горло. Ад обрушился: жжение раздирало пищевод, словно раскалённая проволока, желудок сжало железным кулаком, волна тошноты подкатила. Джисон свалился на бок, корчась на мокром бетоне, хватаясь за перила.ноги дёргаются, руки каменеют. Сердце молотит: 150 ударов в минуту, зрение заливает красный туман, уши звенят, дыхание — судорожный хрип. Кислород блокируется — цианид связывает гемоглобин, клетки мозга голодают. кожа синеет, мир сжимается в точку. "Блаженство...наконец-то..", — прошептал он.
Воздух внезапно сгустился, дождь замер в воздухе, капли повисли, как слёзы. Реальность треснула, паутина судеб дрогнула.сначала вихрь искр — крошки звёздной пыли закружились в воздухе, формируя контур фигуры, воздух загудел низким гулом, как далёкий гром. Затем — полное воплощение. В четырёх шагах от корчащегося Джисона, на краю крыши стоял Ли Минхо — Посредник Смерти, вечно молодой страж Врат, предстал во всей своей ослепительной красе. Ему на вид 25 лет, но время обошло стороной: кожа — безупречный мрамор лунного света, матовая, с лёгким внутренним свечением, словно подсвеченная звёздами, ни пор, ни морщин, идеально гладкая. Лицо — абсолютный идеал: высокие, выточенные скулы, плавно переходящие в ровную линию челюсти; прямой, аристократический нос с лёгкой горбинкой у переносицы; полные, чувственные губы естественного розового оттенка, чуть приоткрытые в напряжённом дыхании; Густые брови, не чёрные, не светлые, идеально вписываются в общую концепцию и изящно изгибаются над глазами. Глаза — венец совершенства: миндалевидные,большие, цвета глубокого индиго с серебряными искрами, как ночное небо над Пусаном, зрачки слегка расширены, взгляд ледяной, пронизывающий до костей, но с едва уловимой трещиной тепла; обрамлены длинными, густыми ресницами,и лёгкой тенью век. Волосы — шёлк чёрного обсидиана, густые, волнистые, мокрые пряди прилипли к вискам, лбу и щекам, падают на глаза соблазнительными локонами, идеально растрёпанные ветром, пахнут озоном. Фигура — греческая статуя в движении: рост 182 см, широкие плечи, мощная грудь под плащом из звёздной пыли, ткань переливается галактиками, живой тканью, ниспадает до щиколоток, узкая талия, длинные ноги в облегающих чёрных брюках, руки длинные, с рельефными венами. Настоящий Айдол который словно сошел со страниц журналов, Аура — электризующая: смесь озона после грозы, холодного металла звёзд, и чего-то потустороннего, манящего до дрожи. Движения грациозные, как у пантеры — плавные, точные, полные скрытой силы.Он был воплощением запретной, божественной красоты — ангелом смерти, от которого сердце замирает, а душа тянется.
"Стой, смертный. Твоя река не сольётся с бездной сегодня", — голос — бархатный гром, вибрирующий в венах, эхом отдающийся в костях.
Минхо шагнул через вихрь капель, плащ взметнулся. Одним грациозным движением подхватил Джисона на руки — тело парня обмякло.
Минхо понёс его вниз по лестнице общаги — шаги бесшумные, как тень, дождь стекал по его лицу, не морща черты. У входа материализовался чёрный Changan — машина взревела, разрезая ливень. Минхо уложил Джисона на заднее сиденье и погнал к университетской "Hanyang University Medical Center". Огни фар разрывали тьму.
Приёмный покой — хаос сирен и белых халатов. "Тяжёлое отравление цианидом! Код красный!" Минхо ворвался с ношей на руках. Медсёстры вытаращили глаза, замерли: одна уронила планшет, вторая прикрыла рот рукой, третья покраснела до корней волос. "Боже... кто это? Модель? Ангел?!" — прошептала старшая, не отрывая взгляд от его глаз, скул, мокрых волос. "Вы... родственник?" — пискнула юная, дрожа. Минхо молча кивнул, передал Джисона врачам и отступил в тень.
Каталка уехала: ЭКГ взвыла — тахикардия 154 уд/мин, фибрилляция предсердий. Капельницы в жгуты: гидроксокобаламин, тиосульфат натрия, физраствор. Зонд в желудок для промывки ,активированный угль. Мониторы пищат. ИВЛ — герметичная маска. Ожоги слизистых рта/горла. Врачи шепчутся: "Полдозы — и мозг бы умер. Чудо".
Чёрная карта Кореи (элитная Black Infinite, бесконечный кредит) — Минхо оплатил 10 миллионов вон (537 322 р.) у стойки, кассирша ахнула: "Это... миллиардер?!" Медсёстры косились, краснея.
После оплаты он направился к выходу из больницы. Однако, когда Посредник уже собирался уйти, его запястье внезапно схватила чья-то рука. Он обернулся и увидел перед собой невысокую молодую девушку,которая оказалась медсестрой.На медицинском халате прикреплен бейджик с именем "신 보윤"—Шин Бо Ын. Минхо вопросительно приподнял бровь.
— вы..м..мой номер.. — Она тихо и растерянно произнесла эти слова, протягивая листок бумаги, на котором, по-видимому, был записан её номер телефона.
Посредник, не произнеся ни слова, отдернул руку, повернулся и ушёл, ушёл под пристальные прожигающие взгляды, ушел оставив за собой невидимый, но ощутимый шлейф озона, который в ту же секунду был рассечён автоматическими дверями.
Он шёл, сам не зная, куда направляется. Им овладело чувство, совершенно новое для него. Он нарушил правила, вышел за пределы границ, установленных свыше. Его ноги словно сами несли его вперёд, а мысли смешались, не давая возможности сосредоточиться. Он просто шёл, не думая ни о чём.
Минхо пришёл в себя и обнаружил, что стоит на крыше этой больницы. Он устремил свой взгляд вдаль, за пределы этого мира. Его лицо не выражало никаких эмоций, волосы развевались на ветру, а плащ слегка приподнимался вместе с переливающимися галактиками,походивших на крошечные бриллианты.
Смотря на светящиеся окна второго корпуса больницы где в одном из сотен окон под капельницей лежит Джисон ровно дышит, бормочет: "Звёзды... не уходи",он что-то ощутил внутри себя, что-то странное невесомое впервые за бесконечность тепло. Оно разразилось по телу в районе груди острой молнией. Его левый глаз дрогнул, безэмоциональное лицо сменилось легким удивлением. Но быстро успокоившись, он решил не обращать внимания на это или просто не хотел...
Внезапно ветер усилился, плащ взметнулся, словно паря в воздухе, а лицо Минхо впервые за долгое время поморщилось от мощной энергии, исходящей отовсюду. Это было незаметно для окружающих. Лишь они могли ощутить её присутствие. Минхо медленно обернулся, не из страха, а из осторожности.
