"Однажды далеко не в сказке: Когда террор тут правит бал"

      Это было, пожалуй, закономерно и ожидаемо...Я жёстко лоханулся. Очень жёстко...       ...Ну вот каким надо было быть дебилом, чтобы оставить из одного окна канат из простыней, а из другого верёвку и всё в свободном доступе, на всеобщее обозрение!?       ...Выяснилось, что нас, когда мы уже были в Копенгагене, вовсю искали на территории дворца. А когда заметили пропажу Фобоса, то начали прочёсывать леса и деревни. В Копенгаген поисковые отряды двинулись только утром следующего дня, когда мы уже возвращались. И когда мы вернулись, нас уже ждали. И приём был весьма холоден. Это было, пожалуй, максимально неуютно. Однако поддаваться панике я права не имел. В первую и, пожалуй, единственную — из-за Эльзы.       Сначала нас хотели разделить, но я не дал. Эльза в меня вцепилась, а я её прижимал за плечо и посылал в гвардейцев такие взгляды, ещё и держа руку на кобуре, что они колебались, не смотря на то, что были взрослыми дядьками, а я 14-летним подростком. Но так нас и завели в столовую, где были наши родители.       Матери были понурыми. Огорчёнными. Разочарованными. Агнарр был явно взбешён, хоть и соблюдал контроль. А отец выражал спокойствие. Хотя в глазах его были молнии.       —...Оставьте нас.—прошептал отец, на что гвардейцы щёлкнули каблуками и вышли из столовой.—...Все.—добавил он, посмотрев на служанку, что наливала чай. Та, замявшись, поклонилась, оставила чайник на подносе на тумбе за его спиной и поспешила убраться. Это-же сделали и остальные. Возобновилась гробовая тишина, от которой Эльзе стало лишь сильнее не по себе.—...Ханс, отпусти её и отойди.—приказал отец тихо, на что я постарался убрать дрожь в голосе.       —Н-нет.       —...Я не спрашивал.       —А я н-не считаю себя в том положении, чтобы выполнять такой приказ.—ответил я, после чего снова воцарилось молчание. Уставившись на то, как я прижимал Эльзу, отец слегка сдвинул брови, но лишь слегка.       —Что с твоими руками?       —Невредимы.       —Это я и сам вижу. Почему?       —...Это скорее к вам вопрос, папенька, что вы за лекарства такие использовали при промокании тех повязок.—ответил я, на что отец посмотрел на мать, но та отвернулась от него, пряча взгляд в полу.       —...Эльза...Отойди от него.—прошептал Агнарр, на что Эльза сильнее сжала мою руку.—...Живо.       —...Не хочу.—прошептала она.       —...И почему-же ты решила противиться мне?—прохрипел Агнарр, после выпив воды.       —...С ним не так страшно, как было-бы.       —...Господи милостивый...—прошептал Агнарр...а за тем он ударил по столу, вскочил, подлетел к нам и сорвал с Эльзы её венок.—...Ты — крон-принцесса...КРОН-ПРИНЦЕССА!...Я понимаю, что ты ощущаешь. У меня тоже самое было с твоей матерью...Но у тебя есть долг. А ОН — не способствует его благополучному свершению!       —Я с ним хоть смогла получить представление о том, как люди живут и как выживают...Да и кроме того, разве мама была тебе достойной партией? Если мне память не изменяет, она была служанкой у одного из ЯРЛОВ, даже не лордов.—заявила Эльза, на что Агнарр перевёл на меня уничтожающий взгляд.       —...Что ты с ней сделал, паршивец?       —Показал, что такое "жить".—ответил я.       —...Яд в словах твоих я слышу только. Не более.—прошипел Агнарр.—...Если я тебя ещё раз увижу рядом с Эльзой, я не посмотрю на то, что ты принц другой страны, в которой я гостем прибываю, и я буду готов пойти на дипломатический скандал.       —...Прошу прощения, Ваше Величество, но, боюсь, я вынужден отказать вам. От общения с вашей дочерью я не волен отказаться.       —...Ты себя её партией возомнил?—прошипел он.—На то у вас обоих нету прав. Оно у нас лишь есть! У нас! Лишь мы в праве...       —Ваше Величество, позвольте я прерву вас и задам вопрос. Вы желаете счастья Эльзе?—спросил я, после чего возмущению и гневу Агнарра не было предела.       —...Разумеется.—прошипел он.       —А как часто она улыбалась?—спросил я, от чего король Норвегии оторопел.       —...Что, прости?       —Столько времени прошло с какого-то там инцидента между двумя принцессами, о котором я не ведаю и, видимо, ведать и не должен, что я принимаю, а у меня ощущение, что счастливой она практически не была. Сколько раз, после того случая, вы видели её искреннюю улыбку? Сколько раз слышали смех? Сколько раз у неё текли слёзы, в которых была не горечь горя с неизвестной мне причиной, а яркий блеск отражения мира?—спрашивал я, на что Агнарр надел "покер-фейс" и стал дальше слушать.—...Я-же за одни только неполные сутки увидел целый букет ярчайших эмоций. И смех её для меня вчера был лучше всякой музыки, которой было изобилие...Быть может мы не будем вместе, но даже коли так, я её не оставлю до тех пор, пока сам не смогу убедиться, что она будет счастлива и без меня.—проговорил я, на что Эльза робко потянулась пальцами к моей ладони и я спокойно взял её руку, а за тем чуть отодвинул её за себя. Видя это, Агнарр прикрыл глаза и стал долго думать...Моему-же отцу собственные размышления и наблюдения, видимо, надоели. Встав из-за стола, он подошёл ко мне, снял венок, хмыкнул, легко откинул его в сторону...а за тем отвесил мне мощную и звучную пощёчину с такой силой, что я чуть не упал.       —Х-ханс!—сразу вскрикнула Эльза, подскочив ко мне и приложив ладонь к щеке. Боль сразу начала пропадать, а жар от удара не успевал входить в свои права.       —Я в порядке. В порядке.—затараторил я, прижав её ладонь плотнее к щеке. Приятная прохлада стала ещё ощутимее.—Спасибо.—сказал я ей, после чего она поняла, что проявление её магии для меня стало более очевидным. Но я сразу улыбнулся ей, от чего она смутилась.       —...Дорогой?—обратилась королева Идуна к Агнарру, на что он повернулся к ней без особых эмоций.—(нор.)...Может...он действительно будет для неё лучшим выбором?       —(нор.)...Кто угодно из этой семьи, но уже точно не он.—прохрипел он.—(нор.) Ты ведь знаешь, что он сделал. Это недопустимо. У Эльзы есть долг, она королева будущая. Что станет с королевством, если у него будет...ТАКОЙ консорт?       —(нор.) Но я должна согласиться с мальчиком. Что-же с счастьем Эльзы?       —(нор.) Оно важно для меня не меньше, даже больше! Но нельзя из этих ипостасей чем-то жертвовать! Чаши весов на одном уровне должны быть или перевешивать лишь немного, но не так, чтобы одно, было как груз, а другое, словно перо!       —...Брат мой, вы хотите наказания для моего непутёвого отпрыска?—спросил отец, вклинившись в разговор, на что Агнарр коротко кивнул.—...Боюсь то, что я придумал, под наказание не подходит. Но...ваши опасения это или развеет, или уничтожит их причину.—проговорил отец, после став что-то шептать королю Норвегии, после чего тот ошарашенно воззрился на него.       —Что вы...       —Я понимаю, вопрос деликатный. По сему предлагаю вернуться к нему завтра. Обсудим все нюансы подробнее. Вы согласны?       —...Что-ж...—задумался Агнарр, после посмотрев на Эльзу и на меня, а за тем вновь обретя твёрдость во взгляде.—Да. Согласен.       —Прекрасно.—кивнул отец.—Тогда, если вы не против, я хотел-бы провести беседу с сыном...снова. Предполагаю, что вы хотите сделать тоже самое с вашей дочерью.—после этих слов Агнарр кивнул, махнул супруге головой и хотел уже вывести дочь, но та снова прижалась ко мне. Все воззрились на меня, словно лишь мои действия и слова определяли всё.       —...Всё нормально. Страшного не случиться. Я попытаюсь с тобой обмолвиться как нибудь, позже.—проговорил я ей, после чего девочка кивнули и нехотя пошла с отцом. Когда двери закрылись, вновь возобновилась гробовая тишина.       —...Итак...—вновь начал отец.—...Вернёмся к твоим ладоням.

***

      Наказание оказалось суровым. Очень...Меня заперли в комнате и поставили на окна решётки со строгой системой кормёжки, а из уроков мне оставили только математику, французский и латынь. Всё. Из развлечений только Деймос...Что-ж. Отец думал, что это меня вразумит, но нет. Если раньше я бы ещё терпел кое что и был готов идти на компромисс по ограничениям, то на сей раз нет. Не теперь...       Как именно я сумел сбежать через окно снова — я умолчу...также, как и умолчал перед отцом. Единственным моим ответом на его вопрос "Как!?" было — "По крыше". А где меня нашли? Правильно, под окнами Эльзы, которую тоже заперли. Правда мне это не помешало сначала навестить её в живую...пообнимать, поутешать...Уже потом, ради избежания риска, я решил перейти на письменное общение. Я просто заматывал камень в записку и кидал ей, а она мне. На сей раз прибегать к услугам Отто и Олафа не стал...тем более, что им тоже не сладко пришлось, когда вскрылось их участие.       Меня заперли снова и снова установили решётки. А я опять сбежал. Меня снова поймали и снова заперли. А я снова сбежал. После пятого раза за день отцу это надоело и он чуть-ли меня в тюрьму временно не упёк, но под давлением матери он просто махнул рукой. Кто рукой махать не стал — так это Король Агнарр. Простой посыл — "Не смей приближаться к моей дочери" я проигнорировал и видя мою смелость/глупость/безбашенность, Эльза тоже особо не подчинялась. Вернее она подчинялась, но заметно нарушала подавляющее число условий своего "домашнего ареста"...Анна, едва узнав о случившемся, а также имея больше свобод, чем Эльза, сразу начала допытываться до старшей сестры и меня. А в идеале — старалась на протяжении всего следующего дня нас застукать вместе. Что до братьев...тут сложно. Большинство стали видеть во мне помеху и выскочку, ещё больше став недолюбливать и не замечать, чем было раньше. Меньшая-же часть...просто не поддерживала, но и поперёк не шла.       И вот...наступило 10-е августа...Старший брат, крон-принц Магнус, должен стать главной звездой вечера для множества гостей со всей Европы и, если можно было судить по одеждам, не только. Меня изначально хотели сокрыть ото всех. Это у отца не вышло. Позднее он уже желал, чтобы меня просто не было на балу...но утром всё изменилось и мне сообщили, что я обязан присутствовать, так как в мероприятие внесены некоторые изменения. Какие именно — я не знал. Однако с Эльзой я встретиться не смог и мне пришлось молить самых прозорливых и сочувствующих мне братьев передать хоть весточку. К моему облегчению, Эльза должна была присутствовать и я смог получить от неё ответ, что она будет ждать встречи. Однако после обеда меня лично навестил Агнарр, в очередной раз напомнив, чтобы я даже смотреть в сторону Эльзы не смел.       Я одел парадный костюм. На всякий случай еле спрятал короткий меч и два пистоля. Одевать парик я отказался, тем более что эту часть дресс кода соблюдать было не обязательно. По прибытию в зал с семьёй, я в том убедился...       Представителей действительно монарших родов было мало. В основном дипломаты-послы. Таковыми были послы России, Австрии, он вообще ещё отдельно представлял весь СРИГН, Испании, Англии, Швеции. С германских земель было много представителей именно монарших семей, но правящих ветвей было минимально. Также, на равне с королевской семьёй Норвегии, выделилась семья Нидерландов, Албании, Савойи-Пьемонта и даже Польско-Литовской Речи. От Осман прибыл один из визирей, хотя ему были не особо рады, из Португалии сразу министр иностранных дел...А вот Франция была как Китай и Тайвань. Прибыло сразу двое. Один был явным роялистом. Другой очевидным якобинцем...И именно якобинцем, сторонником Робеспьера. Как он вообще сюда попал со своими взглядами — я не понимал.       Вступительная речь отца была через чур, как по мне, перенасыщенной. Если в общих чертах — он был благодарен всем, кто прибыл для поздравления датского крон-принца с помолвкой, расхвалил Магнуса, его невесту, гостей, свой правящий дом, призвал всех веселиться перед началом бала, которые откроют танцем помолвленные, а также сообщил о том, что после танца помолвленных будут сделаны ещё два важных заявления. Я еле вытерпел эту нудь и сразу стал искать взглядом Эльзу. Нашёл я её быстро, она держалась особняком, не смотря на тщетные попытки Анны вытянуть старшую сестру к сверстникам. В конце-концов рыжая сдалась и сама пошла "охмурять". Я свой шанс не упустил и двинулся к ней...но не тут то было.       —(нем.) Привет!—заявила на немецком девочка лет 8-15-ти лет...Разброс, на самом деле, адовый. Внешне она почти не отличима, если пытаться угадывать возраст, от Эльзы. Но габаритами она вся Анна. Губы красные, как розы в своём пике, но при этом ни следа косметики. Волосы короткие и чёрные, как вязкая кипящая смола. Кожа белая, но далеко не как у Эльзы, не холодная. А глаза — два грязных необработанных кварца. Улыбка...чистый мрамор, аж слепит.       —...Э-ээээм...(нем.) Добрый вечер.—кивнул я ей, после попытавшись обойти...но она сразу прыгнула на мой путь.       —(нем.) Ты красивый.—сказала она, застав меня врасплох.       —...Кхм. (нем.) Благодарю.       —(нем.) Тебя "Хансом" зовут?—девица начинала надоедать и я просто кивнул ей и снова попытался пройти, но она опять не дала.—(нем.) Хорошее имя. Германское. У тебя хороший германский?       —(нем.)...Да, не жалуюсь. Языком могу владеть лучше всяких ваших полиглотов.—ответил я...но следующий вопрос меня чуть не свалил на пол.       —(нем.) А ты хорошо целуешься?       —...Эээээм...(нем.)...Что, простите?       —(нем.) Снежка!—окликнул девочку женский голос, от чего девочка выпрямилась и повернулась на голос.       —(нем.) Да, маменька?—обратилась она к высокой и...очень даже привлекательной, женщине в плотных чёрно-фиолетовых одеждах и с полностью покрытой тканью головой. Увидев меня, она глубоко вздохнула.       —(нем.) Простите, Ваше Высочество, моя падчерица бывает...сильно увлечённой.—слегка поклонилась мне женщина.       —(нем.) Но маменька, я-же должна узнать, какой он?       —(нем.) Я прошу меня простить...а для чего?—спросил я с подозрением, на что девочка удивлённо вскинула брови.       —(нем.) Ты не знаешь!?...Что-ж, тогда будет сюрпризом.—похихикала она, на что женщина закатила глаза.       —(нем.) Снежка, держи себя в руках.       —(нем.) Но маменька...       —(нем.) И я думала, что мы с тобой об этом обмолвились уже. На публике не называй меня...так.—чуть стушевалась женщина.—(нем.)...Ещё раз прошу простить меня, принц Ханс.       —(нем.)...Ничего страшного, полагаю...       —(нем.) Адалинда Гертруда фон Закс. Королева Саксонская. А это моя падчерица. Крон-принцесса Альба Агнет фон Закс.       —(нем.) Но ты лучше зови меня просто Белоснежкой! А лучше ещё короче — Снежкой!—заявила девочка, на что я перевёл с неё взгляд обратно на женщину.       —(нем.) Разве Саксония считается Королевством в составе Священной Римской Империи Германской Нации?       —(нем.) Эй!—надулась Снежка.       —(нем.) Снежка.—шикнула на одну из первых принцесс Диснея одна из первых злодеек Диснея.—(нем.)...Нынешний Кайзер не может держать всех своих вассалов в узде, по этому он подкупает их лояльность титулами. Австрия ещё не до конца отошла от победы над Османами и Габсбургам приходится сильно стараться, чтобы Богемию не выпустить. Ходят слухи, что Австрийский Кайзеррейх свой бюджет имеет преимущественно с Османских репараций, но долго так продолжаться не будет. Так что Саксония — одно из немногих королевств в составе Рейха.       —(нем.) То есть сплочённость Рейха слаба?—спросил я, получив в ответ молчаливый кивок. В это время мимо нас прошёл слуга с подносом с бокалами шампанского. Я не взял, Королева тоже, а вот Белоснежка потянула руки и слуга дал ей алкогольный пузырчатый напиток.—(нем.) И как-же он держится?       —(нем.) Понятия не имею.—ответила королева, взяв бакал с соком у другого официанта, забрав бакал с шампанским у уже собиравшейся испить Белоснежки, и отдала ей бакал с соком, а с шампанским поставив слуге.       —(нем.) Эй!—насупилась принцесса, на что Королева продолжила говорить, пальцем нагнув голову девочки так, чтобы она смотрела в бакал.       —(нем.) Но сохранность Рейха, практически, никого не волнует. Все уже думают лишь о себе. Если ему придёт конец — ничего особо не изменится. Для меня так точно. Для меня Саксония как была и есть на первом месте и так будет и в дальнейшем, не смотря на любые изменения.       —(нем.) Ясно...Что-ж, благодарю за содержательную беседу, рад был знакомству, Ваше Величество...Хотя, если позволите, я бы хотел ещё кое чем поинтересоваться. Прошу не счесть за оскорбление или ещё за что дурное принять, просто...       —(нем). Я проста в восприятии мира. Я была урожденной крестьянкой, когда встретила своего покойного супруга.       —(нем.) Оу...Простите, я...Просто мне интересно, почему вы...так одеты?—спросил я, от чего Королева чуть вздёрнула брови в удивлении.—(нем.) Не поймите не правильно, вы очень красивы и, чего уж скрывать, привлекательны, но просто создаётся такое ощущение, словно вы одеты не по...ммм...       —(нем)...Моде?       —(нем.) Эпохе.       —(нем.)...Я сохраняю траур.       —(нем.)...Так...долго?...Если я не ошибаюсь, вас супруг почил...три года назад?       —(нем.) Это личное дело монарха, сколько сохранять траур...Я решила, что буду соблюдать его до конца своих дней.       —(нем.) Вау...это...одновременно и красиво и печально...Вы прямо как Пенелопа...       —(нем.) Что, простите?—не поняла меня Королева, которая, как оказалась, погрузилась в себя, после вновь вернувшись в ситуацию.       —(нем.) Это миф греческий. Одиссея. Пенелопа — царица Итаки и супруга Одиссея. Он пропал на много лет и она отказывалась выходить замуж снова, придумывая заморским женихам разные невозможные испытания...Правда...в конце Одиссей смог к ней вернуться, пусть и ценой множеств ужасных свершения...       —(нем.)...Хм...Тем не менее, эта история имеет куда более счастливый конец, чем моя.—прошептала королева, после снова задумавшись, а за тем поклонившись мне. Поклонился в ответ и я ей, после протянув руку. Она вложила свою ладонь, я поцеловал ей пальцы и, кивнув, отклонился, услышав позади тихие возмущения Белоснежки, что я, якобы, должен был ей уделять столько внимания, сколько уделил её мачехе.       Что-ж...вот и третьи диснеевские звоночки подошли, хотя я ожидал, что после "Холодного Сердца" появится самое ближайшее по географии, то есть "Рапунцель". Ан нет. Вторым стал "Питер Пен" в лице Крюка/Не Крюка, а "Белоснежка" продолжила спихивать "Рапунцель" ниже. Но однако-ж каков контраст с тем, что я видел в мультике. Сама Белоснежка —...вот Анна, пожалуй, рядом с ней может претендовать на звание "Святой Диснеевского Мира"...Хотя это слишком громко сказано. Да, красива. Да, дружелюбна и вежлива...Но настолько до невозможного назойлива. Так ещё и её красота и мимика...фарфоровые. Вот ей Богу, кукла. Больно приторная она...Иное дело "Злая Королева". Более живая, вежливая, сдержанная, сразу видно, что она лидер. Сохранность верности покойному супругу, даже спустя столько времени, и чуткое приглядывание за наследницей престола, чтобы она выросла, если не готовой к управлению страной, то хоть чтобы не опозорила её — вызывает уважение...Может это просто "внутренняя диснеевская злодейская солидарность"? Я-то персонаж тоже не положительный на деле...Хотя вот то, какие именно у Королевы и Снежки отношения — это удивляет уже. Да, отношения не выглядят на уровне матери и дочери. Однако точно не на уровне злой мачехи и рабыни-падчерицы. Скорее на уровне...няни МакФи и непослушного ребёнка. Причём прогресс уже существенный.       Вернув себе свою волю, я ринулся искать Эльзу вновь...Но вот незадача, я её уже не наблюдал в зале. Тем временем вскоре Магнус должен был начать свой танец с Еленой...И к слову немного о ней. Елена Аделина Анджелика Савоя-Кариньяно де Дженова. Происходит из младшей ветви дома Савои, которой предстоит править всей Италией. Как и Магнус она тиха, но, в отличии от него, более живой ощущается и всякий раз, как она с ним появляется, он "млеет". На эмоции не скупа и когда знакомилась со мной...взъерошила мне волосы. Оливеру тоже. Внешностью она далеко не эталон, но достаточно красива. Хотя братца она пленила явно не внешностью. Имеет превосходную память.       Окончательно убедившись, что Эльзы нет в зале, я вышел в коридоры и стал искать её сначала на первом этаже. Хотя я имел лишь три представления о том, куда бы она могла пойти. Её временные покои, мои покои, улица. И я надеялся, что хоть бы одно из первых двух, ибо в третьем круг поиска расширился бы...Значительно...Однако я быстро переключил своё внимание, когда услышал...стоны...Не узнать звуки человеческого соития я не мог, а пубертат, вошедший в свои права, начинал свою работу. Я сразу нашёл источник звуков и поспешил к не до конца открытой двери, чтобы хоть предупредить "весельчаков" о том, что в коридор гости могут выходить. Ну или просто дверь закрыть...Но когда я подошёл ближе, если судить по звукам...при чём женский очевидно симулировал, я понял, что дело подходило к завершению. Я уже хотел было просто стерпеть и уйти...вот только юношеский голос оказался больно знакомым...Может быть и стоило просто уйти, но...Всего одним глазком ведь...ради того, чтобы офигеть.       Оливер. Пёр девушку. При чём судорожно, жалко, словно на батуте скакать пытался. А она ему и подыгрывала. И ладно бы это служанка какая была, или, быть может, хоть фрейлина...Так ведь нет!       —...Да ты осатанел!—прокричал я, ворвавшись в комнату и закрыв за собой дверь. В мгновение Оливер ошарашенно развернулся и...в этот момент у него всё и случилось.—Господи, помилуй. Идиот!—прорычал я, став искать любую ткань и в итоге схватил его брюки и швырнул в него.—Ты какого чёрта творишь!? Ты знаешь, какое сейчас мероприятие!? Ты знаешь, кого в постель затащил!?       —Х-х-ханс?—всё ещё ошарашенный, спросил Оливер, прикрываясь брюками.       —Магнус с сестрицей Еленой вот-вот дадут начало балу, а ты тут непотребствами с чужеземной принцессой занимаешься, так ещё с не закрытой дверью! Ты знаешь, что будет, если об этом узнают!? Особенно, если об этом узнают родственники девицы!?       —К-кто бы вообще об этом говорил, недомерок!—начал приходить в себя старший брат, в скорости натягивая брюки, а за тем став подбирать остальную одежду.—Не ты-ли не так давно совершил тоже самое, выкрав крон-принцессу Норвегии?       —...Между нами ничего не было! Лишь поцелуй один простой, не более того!—вскипел я.—...Одевайся и быстро в зал, пока тебя и меня не хватились. Об этом ни слова. И только попробуй повторить — сразу выдам. Леди...уж не знаю, чем купил вас мой старший братец...       —Она не знает датский, идиот.—проговорил с ухмылкой Оливер, на что я прошипел на него.       —Ну так какой!?—прорычал я.       —Не знаю. Я не понимал.—пожал он плечами, уже застёгивая мундир.       —(фра.) Простить прошу...но помолвка...—прошептала девушка моих лет, после чего я опешил и уставился на Оливера.       —...Ты ей обещал брак с собой?—прошептал я.       —Что? Я? Брак? Нет, чушь. Я-же уже вчера был помолвлен. Не знал?...А, точно, это-же сюрприз. Мне вторая супружница не нужна.—проговорил Оливер, направившись на выход...но за тем я увидел красные цвета на белых простынях и я схватил его за локоть.—...Отпусти.       —(фра.)...Прошу простить меня за бестактность, грубость и прямоту, которая мне сейчас нужна. Мой брат лишил вас невинности?—спросил я глухо, получив в ответ кивок девушки, которая глядела на нас с обожанием и надеждой.—(фра.)...Он этого не сделает, так что придётся мне. Я глубоко прошу у вас за него прощения. Примите мои искренние соболезнования.       —(фра.) О...чём вы?       —(фра.) Мой брат лишил вас не только невинности, но и чести...Мой брат уже помолвлен со вчерашнего дня. С вами помолвки не будет...Мне очень жаль.—пробормотал я, после чего на лице девушки медленно стало появляться осознание и восхищение и надежды стали сменяться на шок, неверие и боль. Первым звоночком пошли слёзы, которые начали течь пока без рыданий. В этот момент брат вырвал свой локоть.       —Господи правый, подумаешь. Она сама себе там что-то навоображала. Я ей намёками и жестами как только не объяснял, а она всё по своему истолковала.—проговорил он, взявшись за ручку двери, после чего я налетел на него и прижал к ней.       —ДА ТЕБЯ, ЗА ТАКОЕ, УБИТЬ МАЛО, КАК БУДЕТ И МАЛО ПРОСТО ОТРЕЗАТЬ ТВОИ ЕБУЧИЕ ВОНЮЧИЕ ЯЙЦА, КУСОК ТЫ ГРЁБАНОГО ДЕРЬМА!—проорал я...после получив удар в челюсть, от которого я отшатнулся.       —...Ты не забывайся. Я выше тебя по очереди и возрасту, Ханс. Не смей думать о себе невесть что!       —...Сам-ли далеко ушёл?—прошипел я.—...Коли будет в истории такой Папа, так спалят весь Собор Петра.—после этих слов Оливер поправил свой мундир и молча вышел, задрав подбородок...В этот момент начался и плачь. Тихие хныканья быстро переросли в стоны и рыдания.—...Блять, и с такими людьми я имею родство!?—прорычал я, выглянув в коридор. Оливера уже не было.—Сука...ЭЙ! КТО НИБУДЬ! СЮДА, СКОРЕЕ!—прокричал я в коридор.       —(фра.) Нет! Нет, прошу, не зовите!—прорыдала девушка.—(фра.) Я-же...я позора не оберусь...       —(фра.) Боюсь его и так не избежать. Единственный выход вам, после бала, скорее всего уже на следующий день, разъяснить ситуацию королю и пытаться ваших родителей предстать перед моим отцом. Я-уж свидетелем буду.       —(фра.) Н-но ведь...меня уже всё равно такую...       —(фра.) Блаж. Возьмут. Если будет любовь, то можно и смело историю рассказывать и возьмут...Может ещё захотят моему брату физиономию подправить.—оборвал я девушку, после увидев спешащих ко мне гвардейцев.       —Принц Ханс!—крикнул командир отряда, после отдав мне честь.—Мы услышали ваш крик, Ваше Высочество! Что случи...       —Стойте на страже двери и позовите служанок. Но только служанок, никаких мужчин! Ясно!?       —Что?...Д-да, но что...—начал было гвардеец, после заметив через щель то, что было внутри.—...Э...       —Отвернись, остолоп!—приказал я и гвардеец сразу отвёл взгляд.       —...Ваше Высочество, весь дворец уже наслышан о том, что вы делали, но это...       —Это Оливер.—прервал я гвардейца.—...Я ему нос сломаю потом. Сейчас нужно девушку в порядок привести...Ну так служанок позовёт кто или нет!?—прикрикнул я, после чего командир отдал взмахом руки приказ одну из гвардейцев и он убежал. Я-же стал успокаивать девицу голубых кровей, но при том старался и не привязывать её к себе. Больно нужно было, чтобы она перескочила с одного принца на другого. Когда прибежали служанки, они оказались в шоке от моего пересказа и облюбовали девицу заботой и сочувствием со всех сторон, не стесняясь при мне омывать словесными помоями 12-ого принца. Слава Богу, среди служанок были те, что знали французский. Некоторые били личными моей матери. Оставив девицу на них, я был полный решимости привлечь старшего брата к ответственности, но когда я вернулся в бальный зал, я увидел Эльзу...В обычной-бы ситуации я бы повременил и разобрался бы сразу с Оливером, но она была в ситуации, которая фигурировала в моём ей обещании...Её прямо-таки облепили ухажёры...и что-то в моём мозгу перевернулось...       Мы так и не установили, какие у нас с ней отношения. Я всё ещё опасался сильно вмешиваться в возможные каноны. Мне было крайне приятно её общество, от чего я позволил побыть себе эгоистом и укрепил с ней связь до сильной дружеской. Той ночью случилось нечто из выходящего за простые границы "дружбы". И не сказать, что я был против...Но ясности не было, у меня чётких планов? кроме как учиться дальше, не было, опасения всё ещё были, было и желание, но оно стало лишь сильнее...Быть может это покажется слишком романтизированно для человека 21-ого столетия, но...то, сначала освежающее и прохладное, а потом тёплое и помутняющее, прикосновение меня пленяло.       Я в момент позабыл про Оливера, который уже со всей семьёй были возле отца. Вот-вот Магнус и Елена должны были начинать бал. Заметив меня и моё направление, Агнарр попытался преградить мне путь, но я не позволил себе останавливаться, зато позволил наглость. Я слегка отпихнул его и прошёл на пролом. Через кольцо парней, некоторые из которых были даже на порядок старше меня, я прорвался силой и просто схватил Эльзу за руку и потащил за собой к её отцу, игнорируя недоумевающие взгляды отпрысков дворянства.       —Ваше одно из самых величайших сокровищ, Ваше Величество, было слишком надолго оставлено без надлежащего присмотра.—проговорил я Агнарру, который только начал понимать, в какой ситуации была Эльза. Сама-же она практически сразу вцепилась в мою руку.       —...Благодарю. Искренне. На сей раз ты у меня не вызываешь негативных эмоций...По крайней мере, после этого действа.—проговорил Агнарр.       —Рад стараться...Хотя признаюсь честно, хотелось бы немного подправить лица этих скульптур...—проговорил я, хрустнув костяшками, на что Эльза закрыла мой кулак своими ладонями.       —Не нужно, всё хорошо. Они ничего не сделали.—прошептала она.       —И хвала всем Архангелам. Но я не только о них.—пробормотал я.       —И тем не менее...—начал Агнарр, после расцепив наши руки и встав между нами.—...Сейчас лучше не стоит.—спокойно произнёс Король Норвегии.       —...Я, тогда, пожалуй, лучше присоединюсь к родным.       —Поздно. Лучше выжди.—прошептал Агнарр, остановив меня удержанием за плечо.       И торжество началось окончательно. Отец стал выступать с речью о благодарности за присутствие гостей, о чести принимать их, о отцовском счастье за крон-принца...короче тоже самое, как и в начале "банкета". За тем он представил Магнуса, потом Елену, им, через посла, зачитали благословление на брак от дома Савойи, потом отец и мама благословили их лично. Далее Магнус вывел под руку Елену в центр зала, отец сказал "Да начнётся бал", хлопнул в ладоши и оркестр заиграл вальс. Брат с невестой сразу закружились и если Елена была занята полностью Магнусом, то вот сам Магнус уже старался следить за окружающей средой. Через минуту отец снова хлопнул в ладоши и это был сигнал для разрешения выходить танцевать остальным гостям. В этот момент к нам двинулся Оливер, при чём чем-то сильно довольный. А за одно я заметил, как, вроде-бы, к нему на встречу выходила Белоснежка...И я решил, что ещё одно сердце и надежды он не поломает. Только я собрался его остановить, как Эльза обогнула отца, сделала реверанс и подала мне руку.       —Может...по-старому?—спросила она с лёгкой улыбкой и румянцем. Я снова позабыл про Оливера...хотя тот внезапно остановился и стал пристально наблюдать за мной. Улыбка натянулась сама собой.       —Э-эльза, так нель...—начал было Агнарр, но я его прервал.       —Только этого и ждал, миледи.—ответил я Эльзе, вложив ей в руку свою ладонь, а за тем я вывел её в центр зала и мы закружились...Вернее она закружила, но выставлялось это так, что это я водил.       Я не сразу обратил внимание на то, что мы с Эльзой, по-сути, перехватили большую часть внимания, что было направлено на Магнуса и Елену. Но мне было как-то не до общественного внимания. Танцевала она вальс ничуть не хуже простых танцев крестьянства и усталости от него было куда меньше. Я сразу вспомнил ночь с 7-ого на 8-ое августа. Легко, тепло, вместе с тем, свежо. Забывался с ней без труда, просто на раз-два...И я всё сильнее укреплялся в своих суждениях, что мне с ней комфортно. Слишком комфортно.       Правда всему приятному быстро приходит конец. В этот раз таким оповестителем стало окончание первого танца и смолкание музыки. И отец вновь обратился к гостям.       —Мои дорогие гости!—начал он.—Я знаю, как знаете и вы, какова основная причина сегодняшнего торжества...Но буквально накануне, вчера вечером, были согласованы определённые процедуры между мной и двумя главами иных правящих домов Европы. Я рад объявить вам о помолвке ещё двух моих сыновей!—заявил он.       —О. Неуж-то Карлу и Якобу партию нашли?—спросил я самого себя.—Они следующие, кому не нашли невест. По старшинству.—пояснил я Эльзе...но к тому, что произошло дальше, я был совершенно не готов.       —По решению глав своих домов! Принц Оливер Петер Вальдемар Курт Арчибальд фон Вестергорд и Крон-Принцесса Эльза Тира Сиф фон Разенграффе!       ...Я не сразу сообразил, что я только что услышал. Пол стал словно из под ног уходить и оставаться на ногах требовало усилий. Эльза так вообще стала бледнее, чем была, а от улыбки не осталось не следа. Вначале она попыталась получить ответ от отца немым вопросом, но Агнарр просто проигнорировал взгляд дочери...Что до Оливера, то он вновь просиял и двинулся к нам.       —И второе!—заявил отец, а в голове была лишь мысль "куда ещё больше!?".—Принц Ханс Стефан Локи Георг Хаакон фон Вестергорд и Крон-Принцесса Альба Агнет фон Закс!—после этих слов я почувствовал тяжесть на руке. Повернувшись, я увидел на ней повисшую радостную Белоснежку.       —(нем.) Сюрприз!—заявила она с чистой и невинной улыбкой.—(нем.) Когда я узнала, я была так счастлива, что наконец обрету суженного! А вы рады, Ваше Высочество!?—спросила она.       Звуки притупились, время стало течь медленнее. Всё пошло совсем не так, как ожидалось. Все ограничения...да даже если-бы мне полностью запретили учиться, оставив всё так, как было ещё месяц назад, было бы не так хреново, как сейчас...У меня ведь нет даже наброска и направления в плане...Да и самого плана тоже...Но...Таково моё наказание? Забрать у меня то, чем я стал столь сильно дорожить, какому-то мерзавцу, который связан со мной братскими узами, а за одно меня повязать с фарфоровой фигуркой?...Смотря на Эльзу, я увидел в глазах страх, мольбу...Она была далека от той истерики, что была из-за Оливера у той принцессы. Было видно, что она ещё готова побороться, но...у неё не было средств...И раз уж так всё обернулось...то какой смысл мне цепляться за те привилегии, что есть, когда я прекрасно способен обходиться и без них?       Я действовал моментально. Я выдернул свою руку из объятий Белоснежки, ошарашив её, а за тем подошёл к Оливеру и Эльзе, которую он уже начал лапать, пригладив щёку пальцами. Никто не успел среагировать, когда я схватил его руку и завернул в болевом, от чего он взвизгнул, сразу разбив овации и торжествующие возгласы.       —Она — моя.—прошипел я, после ударив со всей силы ему в нос, от чего он рухнул на пол, схватившись за него. Через несколько секунд из него пошла кровь, быстро став пачкать белые перчатки. Молчание нависло моментально и длилось очень долго...в конце концов Оливер простонал, вскочил и указал на меня.       —Ты не имеешь права! Всё уже решено! Стороны пришли к согласию! Ты не можешь ничего изменить!—заявил он, на что я и бровью не повёл.       —Да?—спросил я и снял свою перчатку, после швырнув её ему в грудь.—В таком случае удачи тебе меня перефехтовать.—после этих слов я вытащил из-за спины короткий клинок, а после вытащил и пистоль, который я сразу навёл на брата и у которого отвёл рычаг с кресалом.—Или, быть может, предпочтёшь жалко пытаться перестрелять?