Страшное Дело Волка Селестена

В голове волка, который бродил по улицам осеннего города, с трудом укладывалась картина происходящего. Он бегает за своим дорогим зверем по всей Туманной Чаще, и ни на шаг не приблизился к своей цели за всё это время. Сначала ему действительно казалось, что это лишь плохая шутка Эдгарда, но, когда с не менее странными запросами начали появляться другие товарищи химика, такой вариант быстро отпал. Почему Ариэль неожиданно восстановила отношения со своим мужем? Селестен всегда считал, что они разошлись на очень плохой ноте и уже никогда не сойдутся, более того - он никогда не слышал ничего о брате этого зверя. Неужели подруга выдумывает или врёт? Можно было бы её расспросить по этому поводу, но её откровенно грубое поведение в ходе выставки в военном центре и после неё показало, что она совершенно не настроена на общение с мужчинами... естественно, это как-то связано с тем, кого она ищет наравне с химиком, но почему они проходят через одни и те же места? И как Квентин получает письма от Акселя?! Неприятный звук шуршания под ушами заставил вектор размышлений поменяться на мысли о смерти Фереола. У горностая действительно было много проблем, но все они были связаны с его внутренним состоянием. Самое удивительное - их все можно было решить любыми другими способами, а не смертью самого зверя! Может, его такое отчаянное поведение было связано с потенциальной отметиной от шприца? Но что это за препарат такой? Все эти мысли не имели ответа, но отвлекали волка от ужасной перспективы будущего... судя по всему, нет смысла появляться у Великого Речного Театра до утра, ибо военные - уж очень пунктуальные ребятки. Тогда остается лишь отправиться домой и надеяться, что волко-монстр не будет преследовать Селестена... эта тварь выглядела не столько неуязвимой, сколько возрождающейся из пепла - а что может быть хуже мнимости победы?.. Только идущее после этой иллюзии поражение. Нельзя было точно сказать, где это чудище было сейчас, да и никто этого делать не желал - все будто бы делали вид, что волко-монстра не существовало. Все, кроме мертвого Эдгарда и Ариэль. И их обоих допросить не удастся. Любопытно, что волк в совершенстве не замечал, что битый час, пока он идёт пешком в сторону своего дома, до него пыталась доклеваться ворона Софи. Та израсходовала все методы в своем арсенале, но добилась лишь того, что химик ушёл в свои мысли ещё глубже. Это уже не первый раз, когда она подлетала к нему за сегодняшний день - ей удалось при помощи прохожих и данных от Жерара отследить передвижение Селестена вплоть до военного центра, но на том её путешествие закруглилось: кое-кто загулял по всему зданию, включая те зоны, куда заходить ему было запрещено всяким законом. Кажется, этот волчара совершенно отбился от рук и напрашивался на увольнение! Он как будто бы не видит ничего, кроме того, что его интересует... разумеется, так работает психика много чего живого, но конкретно этот зверь будто бы видел нечто такое, чего никому видеть не приходилось. Сей факт было легко отследить по взгляду Селестена, говоривший, что кое-кто совершил немыслимые вещи, да и не в первый раз. По своей глупости, правда, Софи прождала чуть ли не весь день у Администрации Военного Центра - она даже спряталась, чтобы подождать персонала с ночной смены, и ей удалось лицезреть, как пришедшее на смену животное было тактично отправлено домой каким-то медведем. Учитывая, что по всему зданию раздавались страшные приглушенные звуки битья о стены и чего-то похожего, Софи решила задать вопрос этому странному заместителю: -Извините, но не подскажите ли вы, что у вас происходит?! Невозможно даже посидеть ночью здесь, не то, что рассмотреть выставку, - спросила она. -Раз уж вы остались в столь поздний час, то вы должны понимать, что это место имеет внутренние циклы жизни, о которых вам знать не стоит, - ответил медведь, доставая газету. -Я бы хотела уйти раньше, но я пыталась узнать об одном волке, моем подчиненном... -Бросьте вы эту затею. Волки - особые существа, которые живут по своим законам. Уж что-что, так им лучше работать с особыми специалистами. -Я не похожа на такого специалиста? -Увы, нет. С ощущением легкого оскорбления Софи вспорхнула, собираясь уйти, однако ей помешал очередной чей-то удар о сталь, ещё более приглушенный. -Да что у вас такое происходит? Разве это нормально? -Норма не приводит ни к какому развитию. Поверьте, я всё держу под контролем – как ни крути, это моя работа. Если вы кого-то ждёте, то лучше выйдете на улицу – там есть беседки. -Грубиян! – сказала она вдогонку, но последовала совету медведя. Вот так она и поймала Селестена, который уже битый 3 час шёл в сторону дома зигзагами. Поняв, что волк будет так делать ещё долго, она решила от него отстать и подождать до утра у него перед домом – там как раз есть автобусная остановка. Резко Селестен заметил знакомый силуэт, скрывавшийся в одной аллее - это был волчонок... может, это Квентин? Химик решил начать забег за подозрительным зверем, и вскоре начал его нагонять, выкрикивая имя мальчонки, чтобы привлечь его внимание. Сие сработало, но беглец лишь ещё быстрее побежал - в его голосе слышался разгоравшийся плач. Ещё пару минут странной гонки по улицам города, и малый спортсмен споткнулся об углубление, в котором оказалась лужа, и упал в неё. Подниматься он уже не хотел - лишь ударил по ней ногами и продолжил плакать. -Ну и марафон ты мне устроил, - запыхался Селестен, останавливаясь у Квентина, - Почему ты от меня убегаешь? -Вы страшный, дядя Селестен! - расстроился волчонок, - Вы убили горностая!.. -Так он угрожал нам обоим! Я пытался его успокоить, но у меня ничего не вышло! Ты был бы рад, если бы я там погиб, и мы бы вместе не нашли Акселя? -Нет... -Вот именно! - химик быстро оценил ситуацию. Он решил не касаться волчонка пока что - мало ли что его беспокойный ум придумает, - Ты можешь встать из лужи? -Я не хочу! Я все жду родителей, всё жду дядю Акселя, а никто не возвращается. Что, если они никогда не вернутся? -Я не могу тебе ничего обещать, кроме того, что... ты можешь провести ночь у меня дома. Для твоей же безопасности... ты можешь спать в гостиной комнате. Там даже есть замок, если ты боишься, что я попытаюсь тебя убить ночью. -Чего это вы сразу стали такой добрый? -Ну... знаешь, кроме смерти Фереола, того горностая, сегодня произошло немало других страшных казусов. Аксель ждёт нас завтра в буфете перед открытым представлением в Великом Речном Театре. Я хочу и тебе помочь тоже... думаю, Аксель обрадуется, если мы найдем его вместе. -Он всегда был рад меня видеть! И всегда грустил, когда говорил о тебе, дядя Селестен. -Постой... что? Неужели? -Ну да! Будто бы ему было плохо проводить с тобой время. -Это многое объясняет. Ну... мы так и останемся под дождем, или пойдем? Волчонок сам встал из лужи и положил свою лапку в лапу старшего зверя: -Идёмте, дядя Селестен! Надеюсь, всё будет хорошо. -Я тоже на это надеюсь… - ответил химик, прислушиваясь к звукам улицы. Почему-то ему стало резко страшно, будто бы за ним кто-то следил. Не озвучивая эту мысль, волки направились в сторону магазина. Зайдя в свой дом, Селестен тут же запер его - почему-то ему казалось, что сейчас это важнее, чем обычно. Квентин последовал совету химика расположиться в гостиной - пришлось приготовить ему кровать и достать ночник из коробки старшего волка, оставшуюся у него со времен детского дома, но оно того стоило - гость быстро заснул. Сразу после этого техник направился в свой рабочий кабинет, где он желал рассмотреть все письма от Акселя и перечитать их, а также восполнить потерянные запасы медикаментов и проверить, не получил ли кое-кто лишних ран. Все эти действия были и без того тяжелы на фоне странной возрастающей паранойи, а потом раздался стук в дверь, от которого химик попросту подпрыгнул со своей стула, повалившись вместе с ним вниз. Дверь приоткрылась, и там показалась морда Квентина. -Ам, извините, дядя Селестен, если я напугал вас, но мне тоже очень, очень страшно! - сказал он напуганным голосом. -Да? Что такое? Гроза разыгралась? -Нет! Я встал, чтобы попить воды, и, пока искал у вас кухню, ну... Он не успел договорить, ибо Селестен уже всё сам увидел. В окнах стояли чёрные монстры - знакомые медсестры и военные, но сейчас у них из конечностей торчало ещё больше чёрных отростков, которые судорожно двигались. Толпой эти существа выстроились у окон и смотрели внутрь, переводя свои взгляды на каждое живое существо, что возникало в комнате. -Такие же стояли под окном в гостиной? - спросил химик. -Кто? Нет, я готов поклясться, что у меня в окне появилась голова шестиглазого волка! -Ну, если тебя это обрадует, то его приспешнички стоят прямо перед входом в магазин. Если это они, конечно же... -И что мы будем делать?.. - спросил Квентин с долей сомнения в словах химика. -Ничего. Я постелю тебе в моем кабинете, а сам посплю за кассой, буду следить, если что-то пойдет не так. Хорошо? -Разумеется! Именно так они и сделали. Селестен провёл всю ночь, наблюдая за тем, как чёрные монстры расходятся. Конечно, часть этой ночи он смог поспать, но уж слишком незначительную. Хотя бы Квентин мог выспаться… и теперь он будет доверять химику гораздо, гораздо больше. Утром волка разбудила судорожная тряска, которую устроил ему волчонок: тот испугался, что старший его товарищ никогда уже не проснется. Быстро собравшись, они направились в сторону Великого Речного Театра (он получил такое название, ибо расположен у Реки), ибо, судя по данным из письма, военные удерживали Акселя в театре почти всё время, будто бы у них там есть свой форпост. Или Селестен что-то не так понял, и на самом деле они его приведут на нужное представление... во всяком случае, придя пораньше, будет достаточно времени, чтобы осмотреться. Погода была чудесная, что пугало и одновременно успокаивало обоих потерянных зверей. Они двигались стремительными шагами до остановки, а оттуда - прямиком на трамвае к самому театру на Западе Города, в культурном районе. Это место считалось достоянием культуры всей Туманной Чащи, хотя и большая часть населения знала, что на Севере располагаются киностудии города, которые тоже важны для искусства. Само здание театра напоминало высокий круг с квадратными пристройками. В центральной части располагался главный зал, а в пристройках - малые залы для начинающих или слишком экспериментальных представлений, или, что случалось чаще, - когда основная сцена была перегружена пьесами. Одним из великих режиссеров этого места считался куница Константин, который был известен в культуре на протяжении уже 20 лет... приблизительно. Он так же внезапно возник, как, скорее всего, и погибнет, ибо живет деятель в так называемом Доме Приюта Творцов - коллективном жилище для тех, кто предпочитает аскетизм или попросту не в достатке и хочет заниматься творчеством. Ещё представления проходили в огороженных созданных сценах на улице - зимой они даже обогревались при помощи особых установок. В основном там выступали артисты-любители (к примеру, Ариэль), но на их постановки тоже ходило много зверей. В пристройках также располагались комнаты персонала, буфет и прихожая (она было эксклюзивно для главного входа). Селестен надеялся, что Акселя удастся быстро найти или в буфете, или где-то среди зон для зрителей, однако эта надежда вскоре умерла, когда химик вспомнил события последних дней. Квентин неожиданно встал перед билетной кассой, рассматривая гигантскую вывеску, висевшую над пристройкой. Река по-осеннему нервно журчала, принимая бесконечные потоки сменяющейся листвы в себя, а вместе с ними - уходящие надежды этого года. Селестен ощутил неприятное жжение в горле, и решил потянуть волчонка за лапу, чтобы быстрее идти внутрь, но этот сорванец не очень желал этого делать, рассматривая течение, и потому перебранка начала привлекать нежелательное внимание. -Да успокойтесь ж вы, граждане, - проворчал тяжелый голос огромного зверя из билетной кассы, - От ваших маленьких ссор большие проблемы никак не решатся. Может, вам стоит переговорить всё друг с другом, нежели чем пытаться драться? -Кто вы вообще такой, чтобы давать такие советы? - проворчал Селестен, ощущая вторжение в его жизнь, однако потом быстро опомнился, отпуская Квентина, - Вообще... этот большой зверь прав. Я как-то перегнул палку, а я ведь даже не твой отец. Прости. -Мне просто показалось, что нам стоит здесь задержаться!.. Времени у нас ещё целый поезд, и великие детективы не советуют торопиться, иначе можно спугнуть улики, - отвечал мальчонка. -И то верно, - вздыхал химик, решаясь посмотреть на пейзаж. Набережная была далеко, но широкую реку было видно даже отсюда. -Кстати, вы читали сегодняшнюю газету? Интересные вещи в нашем городе творятся! - неожиданно вымолвил крупный зверь, - Могу вам дать свой выпуск. Я его уже до дыр дочитал. -Тяжелая смена, да? - усмехнулся Селестен, беря подарок любопытного гражданина, - Сегодня в театре будет много представлений? -Нет, однако сегодня состоится премьера любительского спектакля "Колкие и пылкие словечки", в котором участвует одна из главных актрис подобного жанра - волчица Ариэль! - ратовал билетёр. Кажется, он был её фанатом. -Забавно... Что ж, спасибо за информацию и удачного дня, - завершил Селестен, отходя в сторону. Он решил прочитать газету, пока Квентин наблюдал за мощью стихии. «2 волков были убиты в ходе актов домашнего насилия!» - название статьи уже было многообещающим. «Согласно заверениям соседей, молодая семья вступила в словесную перепалку, которая повторялась и ранее на протяжении нескольких лет. Волчица не выдержала и нанесла смертельные ранения своему мужу, а после – его брату. После этого квартира загорелась, а сама подозреваемая не была установлена из-за таинственной пропажи всех документов владения собственностью. Соседи также не могут по непонятным причинам вспомнить, с кем именно они жили. Посмертное освидетельствование указывает, что оба волка были убиты быстрыми и точечными ударами ножом в области шеи. Полиция до сих пор ведёт расследование…» На этом газета почему-то кончалась. Что с крупными животными в последнее время не так, почему они все так странно ведут себя в адрес Селестена?.. Немое наблюдение за красотой природы закончилось через пару часов, когда звери начали активно заходить в театр. Обоим волкам показалось, что именно сейчас и появятся военные с Акселем, ибо создалось впечатление, что несколько служащих уже вошли внутрь. Поиски были начаты в буфете, как и было сказано в письме. Сам буфет был забавной комнатой в пристройке, которая напоминала 3 квадрата: 2 из них были отведены под столы, а в одном из них находилась стойка с едой. Удивительно, но зверей здесь было не так много на протяжении последующего часа наблюдений, когда волки потеряли всякую надежду. И в этот момент, когда рядом со столом прошёл один военнослужащий (или кто-то на него уж очень похожий), Селестен заметил валявшееся очередное письмо. Чёрт, почему военные держат Акселя в ловушке?! Химик не стал заниматься допросами, а попросту взял то, что назначалось ему, и вскрыл конверт с уже надоевшей печатью: "Селестен! Я искреннее прошу у тебя извинений... я слышал, что Квентин меня тоже ищет, и вы даже смогли с ним найти общий язык. Я так рад, что ты перестал злиться на детей... они милые звери, просто не всегда ещё понимают, на что они способны, и как они влияют на других. Военные перевели меня в свой полевой штаб, который расположен за кулисами в одной из гримёрок - увы, я не могу сказать тебе, в какой, иначе мне причинят боль. Именно так они и сказали... Почему все так хотят сделать мне больно? Я ведь такой добродушный и дружелюбный зверь, ты же знаешь!.. Я очень надеюсь, что мы с тобой обнимемся, когда найдем друг друга. Я так устал от этих постоянных перебежек туда-сюда, но управлению Военных Туманной Чащи зачем-то понадобилось тщательно следить за представлением "Колкие и пылкие словечки"... Если ты не найдешь меня в гримерках, то обязательно найдешь меня среди толпы на показе этим вечером. Я знаю, что заставляю тебя ждать! Но прости... ожидание того непременно стоит, Селестен, ведь скоро я, ты и Квентин снова будем вместе? Разве это не здорово?.." Химик не мог сказать, почему у него на душе было скверно от этого письма, и дело было совершенно не в военных. Он лишь взял под лапу Квентина и бросился из буфета прочь. За кулисы было удивительно просто попасть: служебные двери совершенно не охранялись, ибо в Туманной Чаще никто и не желал совершать преступлений, и почему-то все двери оказались открыты, так что волки забежали туда и начали исследовать длинные коридоры, каждый из которых был наполнен бесконечностью других дверей. Это место напоминало лабиринт: оранжевые ковры, красные деревянные двери, в которых были странные ручки, и никто почему-то здесь не ходил, хотя обычно, если судить по очеркам мадам Элеоноры из князей волков, здесь было оживленно. Закулисы напоминали Селестену архивы в Военном Центре, и потому его постепенно одолевала паника. Помогало лишь то, что Квентин держал его за лапу, как будто бы чувствуя, что взрослому зверю сейчас не хватает чуточку поддержки. Странно, что он вообще был так добр... а потом эта странность стала ясной - опять Квентин куда-то смылся! Если бы химик мог получать зарплату за то, как часто звери резко исчезают и появляются из его жизни на этой неделе, он бы накопил целое состояние. Забавно, что одна из дверей все-таки оказалась открыта, и за ней находился не кто иной, как... Эдгард. В комнате почему-то были разбросаны прутья, которые когда-то использовались для тюремных решёток; обои были черного цвета, а из мебели здесь была лишь одна кровать, причем удивительно чистая, будто бы её специально кто-то намыливал. Как раз на ней и сидел лис. -О, Селестен! Ты как-то плохо выглядишь. Может, присядешь ко мне? - спросил нежным голосом Эдгард, приглашая ещё и жестами волка присоединиться к нему. -Пожалуй, обойдусь. Ты ведь мёртв, знаешь? Вчера как умер. И я тебя похоронил, - отвечал Селестен с гробовой серьёзностью. -Да что ты такое выдумываешь? Я здесь пришёл, ибо меня попросили военные. Кажется, им нужно помочь, чтобы кое-кто нашёл кое-кого. -Ты бы мог мне с самого начала сказать, что военные тебя направляют. Зачем темнить?! -Что? О чём ты? Селестен, мы с тобой и не встречались. Ты забыл, что ты послал меня нахрен не так давно? -Для того, кого я послал, ты ведешь себя уверенно, - усмехнулся волк. -Почему бы и нет? – Лис резко встал с кровати и так приблизился к собеседнику, что поцеловал его. Этот акт занял несколько секунд, и, хоть Селестену понравился такой жест, после него осталось неприятное послевкусие предательства. -Так ты направишь меня туда, где сейчас расположился Аксель, или так и будешь заставлять меня изменять? -Ох, да, прости. Повернешь налево на следующем перекрестке, и там сразу будет такая дверь, железная – сразу заметишь. -Ладно… и ты мне не будешь помогать как-то ещё? -С чего бы? Волк ничего не ответил, уходя и закрывая за собой дверь. Селестен с легкостью выполнил указания лиса и добрался до нужного место - судя по всему, военные переоборудовали одну из гримерных для своих нужд, расположив здесь радио, какую-то другую странную аппаратуру. Часть мебели - полки, зеркало и прочее - была переставлена, чтобы оставалось место для огромной кровати. Пациент ушёл отсюда недавно - приборы до сих пор работали, издавая звуки того, что их забыли подключить к зверю. Тут же валялось странное серебряное кольцо, на котором было написано "С любовью, А", а остальные буквы стерлись. Селестен не припоминал, чтобы дарил Акселю кольцо, но из-за постоянных забот в магазине, страха потерять любимого и недосыпа было сложно что-то чётко помнить. Записей, увы, никаких не было, чтобы разобраться в ситуации... кроме записки с печатью Акселя, где было указано "Жди меня на представлении. Люблю". Что ж, хоть какая-то определенность появилась у волка, успокаивая его. Нестабильное ощущение безопасности, впрочем, быстро развеялось, ибо дверь тихонько приоткрылась. За ней стоял обычный военный, но с ними Селестен не желал вести разговоров по целому ряду причин, которые обзавелись своей сестрицей вскоре, ибо этот зверь заговорил: -Что... вы тут... хотите сделать? - заунывно промычало создание, скрывая какие-то постукивания в своем голосе. -Я всего лишь искал друга. Думал, что найду его в гримерках, только и всего, - ответил волк. -Здесь никого живого не было... Наконец, Селестен понял, в чем проблема: у военного из рук появился нож, и он попытался пырнуть химика! Медлительность и неуклюжесть противника, впрочем, спасли владельца магазина, и он смог отбросить нападавшего, из которого начала сочиться черная жижа, а сам он начал будто бы мутировать. К несчастью, на выходе из гримерки стоял очень похожий монстр, который был чуточку резвее и как будто бы одет в другую одежду. Он хотел подсечь волка, но ничего не вышло, и химику удалось бежать. Как странно... что-то в этих чудищах напоминало ему о нём самом или даже Акселе. Но, учитывая, что начали слышаться звуки Медсестер-монстров, а постукивания превратились в счетчики радиации, Селестен прибавил прыти и побежал куда глаза глядят. Не прошло и минуты, как химик в кого-то врезался, и ему пришлось помогать пострадавшей вставать, и он уже готов был бежать дальше, как небрежная, цепкая, когтистая рука его поймала и заставила встать на одном месте, продирая его чудесный мех до крови в районе плеча. Тихо повернувшись, волк обнаружил, что этой пострадавшей оказалась Ариэль. -Ты хочешь извинений? Я бы с радостью, но за мной гонятся... те, кто могут мне доставить много неприятностей! - Селестен знал, что его правде никто не поверит, потому решил её дозировать. -Всем вам, мужчинам, надо только одно: обозвать женщину, оскорбить её и её любимых, а потом убежать в закат. Так что да, я бы не отказалась от извинений, иначе следующим, от кого тебе придётся убегать, буду я, и, поверь, я хорошо догоняю! - гневно отвечала Ариэль. Селестен заметил, что на её шее и голове расположились какие-то странные красно-серые точки, которые появились после прошлого разговора с ней. Он боялся о них спросить. -И ты уверена, что есть смысл сравнивать меня с типичным "мужчиной"? Более того - в Туманной Чаще так много вежливых зверей, и я не знаю, где ты находишь этих грубиянов. -Ну, передо мной стоит один такой. Налетел на меня, и ещё хотел уйти просто так! А у меня сегодня выступление, так что, будь добр, очисти мой костюм от грязи и своей кровушки. -Для этого понадобится вода и нужные хим. средства... -Быстро! - впервые он видел её такой бессмысленно властной. Учитывая, что звуки счетчиков радиации прекратились, и то, что Селестен не хотел портить отношения с Ариэль навсегда, он достал набор своих химикатов из пиджака и брызнул их на реквизитное платье, которое отличалось излишней роскошностью, даже драматичностью - оно ведь было черного, красного и оранжевого цвета. -Кстати, у тебя всё в порядке с лицом? На нём какие-то странные точки... -Да, в отличие от тебя у меня всё в порядке. Может, тебе стоит пойти и напиться, и тогда ты успокоишься и перестанешь вредить всем из-за утраты Акселя? -Я ещё никому не сделал больно просто так. -Ну-ну, волчара. Только что я слышала от своих коллег, что ты бегал по закулисам и пугал народ, даже напал на кого-то, и так продолжалось около 49 минут! Да, кое-кто засёк. Что ты на это скажешь? -Не было такого… но я учту твое очень интересное, такое надоедливое мнение, - теперь уже Селестен пустился в погоню отсюда с письмом Акселя… лишь бы никто не пытался его искать лишний раз. Кажется, уходя, волк услышал цоканье или подобный негативный звук в свой адрес, но ему было плевать. Химику удалось покинуть этот лабиринт из бесконечных коридоров, и он оказался в фойе, где уже собирались зрители на какой-то спектакль - возможно, даже на представление Ариэль, ибо ждать на улице было невозможно из-за жутких заморозков. Все это имело мало значения, и мысли волка быстро наполнились ещё одной ссорой с товарищем... с Акселем. В ходе частых экспедиций оба волка друг по другу скучали, и лишь в одной из последних поездок ботаника удалось наладить связь письмами между городами, что изначально привело к радости любимых, но потом довело их до бессмысленных споров, которые были начаты Селестеном. -Мне очень часто кажется, что я для тебя ничего не стою, потому ты и от меня так часто убегаешь. Может, тебе стоит поговорить с начальством и позволить мне ездить с тобой в экспедиции? Или тебе ездить пореже? Прошу, Аксель... я всего лишь хочу, чтобы мы оба чувствовали себя любимыми, - писал химик. -Ты ведь понимаешь, что такова моя работа, и она для меня очень важна! Я... пытался договориться с руководством лаборатории, но пока они ничего не могут придумать. Прости, исследований много, - отвечал ему Аксель 2 неделями позже. -Я всё понимаю, Аксель, и то, как ты относишься к своим друзьям и коллегам гораздо лучше, чем ко мне. Может, ты просто хочешь, чтобы я ушёл? Лучше сразу так и скажи - не будем друг друга мучать, - такую пренебрежительную реплику оставил Селестен в следующем письме. -Как ты вообще догадался сравнивать себя с моими друзьями? Ты для меня - совершенно другой мир, очень дорого и очень любимый, но я не могу вас совместить, при всём желании! Если тебе так хочется уйти от меня из-за твоей мелочной ревности, то уходи, я никого не держу, - столь злобное послание адресовал Аксель своему другу. -Я не хочу от тебя уходить, потому что я люблю тебя! Но и состоять в этих отношениях мне очень тяжело. Может, переговорим всё лично? - таково было финальное письмо из этой переписки. Селестен помнил, что по приезде Акселя домой они говорили по поводу этих разговоров, но к чему они пришли – волк совершенно не помнил. В итоге владелец магазина дождался представления в полном одиночестве, сидя за столом в буфете и попивая дешевую, но большую порцию чая. Мало что сейчас находилось в зоне ответственности этого зверя, учитывая, что постоянно его товарищи пропадали из виду, а Эдгард так и вовсе... он живой или мертвый? Кто вообще помогал волку, а кто умирал? Ответов на эти вопросы не было, и мучительные размышления ни к чему не приводили. Квентин вытащил своего старшего друга из этих надоедливых дум, неожиданно появившись и сказав, что нужное представление скоро начнется. -Как ты вообще меня нашёл, куда ты подевался на все эти часы? - спросил Селестен у волчонка. -Я потерялся в закулисах! Меня нашла волчица Ариэль вместе с каким-то медведем. Я им сказал, что пришёл вместе с тобой, и они привели меня в буфет! - отвечал Квентин, пока эти двоя направлялись наружу, за толпой, в сторону открытой сцены. Откровенно говоря, старшему волку совершенно не нравился спектакль "Колкие и пылкие словечки", ибо его сюжет заключался в 1 неделе жизни простой семьи волков, в которой происходили многочисленные казусы. Исходя из брошюры, это была трагикомедия, однако что-то подсказывало химику, что артисты начали импровизировать в какой-то другой поре - само представление стало ощущаться как драма с элементами юмора, да и такого, от которого хотелось только плакать. Ариэль выступала изумительно, будто бы переигрывая и рассказывая свою собственную историю домашних тёрок. Селестен считал это неудивительным - всё-таки она не зря развелась с мужем, и он знает её достаточно давно, чтобы полагать, что она приняла мудрое решение. Но что-то говорило волку, что вся эта история только начинала раскрываться, как весенний бутон цветка, только взошедшего из-под завесы тайн. Это ощущение усиливалось присутствием Эдгарда - он стоял где-то неподалёку, порой посматривая в сторону владельца магазина и давая ему знать, что он очень в нём заинтересован в слишком многих смыслах. Сие вызывало только грубые реакции у волка. Хорошо, что Квентину нравилось представление – ему оно казалось воистину смешным… В последний "день" внутри пьесы на сцену должен был выйти муж героини Ариэль, и они должны были подписать бумагу о разводе в комичном виде. Однако вместо этого туда вышел тот самый монстро-волк! Сейчас по размерам он напоминал обычного зверя, однако его 6 глаз, странность походки и опасный хвост никуда не делись. Почему-то волчица отнеслась к этому нормально, но решила не подписывать нужные документы, а взяла часть декораций и ею ударила по чудовищу. Зрители пока что не обращали на это внимания, но в момент, когда был совершён удар по чудовищу, то не отшатнулось и даже поглотило в себя деревяшку, разжижая её при помощи чёрного фермента. -Может, я и не лучшая жена, но меня уж точно не называют монстром! - выкрикнула Ариэль, судя по всему, сценарную реплику, после чего грациозно отошла в сторону зрителей и начала жестами искать у них одобрение. Толпа замерла в ожидании чего-то... Селестен же боялся предпринять какие-либо действия, ибо его возможностей совершенно не хватало, чтобы разобраться с этим... чудом света. -Значит, так тому и бывать, - неожиданно ответил Великий Уравниватель. Он умеет говорить? Конечно, Селестен читал научно-фантастические книги и предполагал, что такое возможно, но... почему его совершенно не удивляло то, что происходит? Появлявшиеся из чёрной жижи медсёстры, солдаты, сам волко-монстр... они все казались самими собой разумеющимися. Тем временем настоящий Великий Уравниватель начал расти в стороны, приобретая свои уже знакомые размеры - 6-7 метров в длину и 2-3 метра в ширину. Он занял собой всю сцену, но она будто бы аккуратно расширилась под его нужды. Следом из-за кулис начали выступать маленькие формации из чёрной жидкости. Само существо вместо раскрытия морды 3 продольными частями теперь раскрывало её лишь двумя, как будто бы разъединяя свою морду на половинки. Ариэль держалась строго и не позволяла монстру себя запугать, что вызывало у Селестена ещё больше удивления: сам бы он уже давно бросился прочь. При этом невольно он взял за лапу Квентина, который от страха начал немного трястись. Затем зрители начали потихоньку расступаться, уходя назад, но всё ещё пристально наблюдая за зрелищем. Великий Волк-Уравниватель уселся на четвереньки, как доисторические звери, после чего над его головой из жидкости начала возникать корона, а его маленькие формации начали проводить какой-то танец, который относили к обрядам доисторических времён. Ариэль не стала отступать - она как будто бы сама стала лишь наблюдателем происходящего. А затем чудовище встало на 2 лапы, а 2 другими начало водить в воздухе, создавая собой странную, но крайне успокаивающую музыку, как будто бы ты попал на похороны. Можно было слышать, как создание проговаривает про себя какие-то слова, но их содержание было невозможно проследить из-за тишины. И все бы ничего, но из-под земли (как проследил потом Селестен - из сточных коллекторов) в огромных количествах начала изрыгаться чёрная жидкость и накапливаться в сгустках на высоте 20-30 метров от земли. Все на неё с умиротворением смотрели, и только один Квентин потянул за лапу своего старшего товарища: -Дядя Селестен, нам срочно надо уходить! Хоть куда-нибудь, лишь бы подальше отсюда! -А... что? Прости, я задумался о своем. Этот монстр слишком завораживающий, - волк поймал себя на мысли, что он слишком спокойно относился к происходящему. -Как может быть тот самый страшила, что не дал мне спать вчера, быть таким красивым для вас? Тут химика осенило: он не один видит эту картину, а значит, она имеет шансы быть ПРАВДА РЕАЛЬНОЙ. Что вообще было реальным за последнюю неделю - сказать сложно, но на данном этапе "Здесь и сейчас" было важнее каких-либо абстрактных размышлений, ибо сгустки жидкости начали менять свои формы и падать на поверхность, как бомбы времён Великой Войны. Они омывали собой толпы зрителей, но те смиренно смотрели и будто бы слушали проповедь твари, пока она обливала их своим нечестивым составом - некоторые звери умирали из-за этого. К счастью, Селестен и Квентин убежали в сторону беседок неподалёку - отсюда уже все ушли. Видимо, влияние этого монстра меньше, чем он хотел бы. Здесь Селестен и Квентин смогли лучше наблюдать за процессией. Кажется, весь актерский состав вскоре был разжижен монстром, кроме Ариэль, которая активно слушала его песнь... что он мог ей напевать? Был ли он разумным или всего лишь безмозглым чудищем уровня многоножки? Ответа не было, но вскоре вопросов стало только больше, ибо существо решило в очередной раз измениться: оно перестало махать своими лапами, встало на четвереньки начало судорожно прыгать по сцене, разрушая её и приспешников, разбрызгивая чёрную жижу по краям, как будто бы в мире спектакля дом загорелся. Ведущая актриса-волчица ради безопасности спустилась ниже по лестнице, а Эдгард тем временем залёг неподалёку от прибежища химика и волчонка: видимо, он тоже смекал чуточку больше, чем говорил вслух. Сей событие продолжалось минуты 3, пока кто-то не рискнул из зрителей подойти к Волко-монстру, чтобы поговорить с ним, находясь в большом экстазе от представления. В этот момент Великий Уравниватель напрыгнул на зверя, прижав его к полу всей своей массой, после чего вонзил сзади в него свой хвост и пробил насквозь бедолагу, повторяя это действие из раза в раз на огромной скорости, пока от того не остались кровавые ошмётки... Селестен деликатно убрал взгляд Квентина с этого зрелища, позволив волчонку разместиться в пиджаке старшего товарища. Происходящее набирало обороты - Великий Уравниватель начал выполнять резкие прыжки, запрыгнув сначала на сцену, а потом - на другого зверя, повторяя тот же ритуал на нём. Вся жижа, шедшая с трупов, собиралась в тех же самых сточных коллекторах. Вот теперь зрители начали панически разбегаться, понимая, что ситуация вышла из-под контроля... или из-за того, что волко-монстр отпустил их из своего управления. Некоторые особо прыткие животные пытались спасти товарищей, но в итоге пасть этого ужаса открывалась и начинала громко выкрикивать оскорбления, которые пробивали барабанные перепонки и клали энтузиастов на пол. Кажется, в этих словах было что-то вроде «Почему ты так меня не любишь?», но Селестен не мог точно сказать, показалось ему или нет. Дальше раздался странный звук выстрела гарпунной системы, но разве их использовали за пределами морского дела? Вскоре на сцену были выкинуты гранаты с каким-то материалом, который начал замораживать всю чёрную жидкость, после чего она рассыпалась на мелкие осколки. Фонари, которые были выключены ради представления, внезапно восстановили освещение, и стали видны многочисленные отряды военных, но их костюмы чем-то отличались от привычных зеленых цветов: здесь превалировали чёрные оттенки, а оборудование было намного более громоздким, будто бы эти солдаты носили на себе целые мини-лаборатории. Их оружие тоже отличалось от стандартных образцов из архивов, и звуки свидетельствовали о том, что стрельба совершалась замораживающими патронами. Командиры отрядов говорили что-то, что нельзя было разобрать из места наблюдения волков и лиса, - видимо, использовалась особая система связи. Самих командиров легко было отличить по более громоздкому оборудованию и более тяжелому вооружению. Волко-монстр взвыл от боли, начиная теперь атаковать солдат тем же самым способом, но они будто были к этому готовы, потому каждый убитый зверь обходился чудовищу очень больно - от него буквально отслаивались кусочки чёрно-жидкостной ткани. В это же время Селестен заметил, как Ариэль сошла вниз, на землю, и за ней направился один из командиров и попытался её эвакуировать, беря за лапу, но волчица ему отказала и даже отпихнула его. Монстр это заметил и тут же атаковал командира, раздирая его на кусочки хвостом с ещё большей ревностью, чем своих прошлых жертв. Волчица, видя это, взяла очередной кусок сцены, похожий на огромный меч из доисторических эпох, и ударила им сначала по Великому Уравнивателю, затем - по останкам трупа. Создание не выдержало и кинулось в сторону беседки волков и лиса, на этот раз протыкая Эдгарда тем же самым способом, которым оно убило его в архиве - точечным проникающим ударом в области сердца. Селестен подхватил волчонка и помчался в сторону военных, пока Великий Уравниватель, довольный своим убийством, растворился на маленькие лужи и направился в сточные коллекторы. Подруга химика, судя по её настороженной морде, его разглядела во мраке беснующейся ночи, и побежала в непонятную сторону, разбивая всех зверей на своем пути. Селестен неожиданно бросился за ней - он понимал, что ей грозит опасность не хуже той, что случилась с Фереолом, и свою подругу, какой бы сварливой она ни была, он терять не хотел. Чего волк не ожидал, так это того, что кто-то судорожно перехватит его лапу. -Дядя Селестен, вы куда? Прошу, не бросайте меня! - кричал Квентин. Кажется, его терпению тоже пришёл конец, но он был ещё ребенком. -Я должен спасти Ариэль... ведущую актрису! С ней явно творится что-то неладное, и она мне дорога! - отвечал Селестен с не меньшим напором. -Но... - волчонок явно выглядел подавленно. Спасти положение можно было парой слов, которые химику вряд ли были известны, но он всё равно хотел попытаться. -Тогда давай договоримся! Ты ждешь меня на сцене, если что, то переговариваешься с этими солдатами! Я приду сюда через час. Уверен, к этому моменту я разберусь с проблемой. -Хорошо! Но… Но волк не успел расслышать ответа - он уже ринулся за Ариэль, которая убегала в сторону центра города. Откуда в ней было столько прыти?! Он никогда не задумывался о том, насколько сильны звери в отчаянии, и, учитывая удаленный плач, можно было легко сделать верное предположение о настроении волчицы. Селестен пытался с ней переговариваться, но его подруга не отвечала - она находилась в своих мыслях, и одному богу было известно, почему её чувство направления было столь идеальным, будто бы она прекрасно знала, куда идти, просто не осознавая сей факт. И это непомерно пугало химика: что скрывала Ариэль от него все эти годы? В определенный момент погони деловая актриса поняла, что её кто-то преследует, и она решила скидывать весь мусор, чтобы замедлить своих преследователей. Как бы Селестен ни пытался кричать о том, что он лишь хочет помочь, волчица не останавливалась, а лишь прибавляла прыти. Дождь на улице начал переходить в быстро тающий снег, а воздух стал таким колким, что ещё чуть-чуть, и Селестен мог бы замерзнуть. Но такой прерогативы у него больше не было – он дал обещания уже перед несколькими зверьми, и планировал их придерживаться. Неожиданно волчица завернула в переулке в сторону одной из пожарных частей Туманной Чащи. Их было по нескольку штук на каждый район, и, кажется, эта принадлежала к западному. Волк проследовал за своей подругой и обнаружил себя в гараже для пожарной машины, которой не было на месте. Химик-техник так надеялся встретить крепких зверей здесь, чтобы они помогли ему физически успокоить свою подругу, но, видимо, где-то в районе случился пожар, и придётся снова действовать в полном одиночестве. Если раньше эта мысль пугала взрослого сироту, то теперь он чувствовал себя ею воодушевленной, ведь только он стоял между жизнью и смертью Ариэль... во всяком случае, он так себе воображал. Деловая актриса побежала по лестнице наверх, и Селестен проследовал за ней. Они оказались в странной, огромной комнате, которая была заполнена двухъярусными кроватями - кажется, здесь спала вся ночная смена. Буря за окном разразилась не на шутку, но не она явно была причиной ужасного запаха, который стоял теперь по всей пожарной части. Что ещё хуже - волк перестал слышать плач Ариэль, так что её теперь очень сложно было найти в этом огромном здании. Может, и не стоило её искать?.. В конце концов, последний раз подобное закончилось смертями 2 зверей... каким бы реальным был или не был Эдгард. Неожиданно Селестен смог разобрать несколько слов в 3 комнатах отсюда - они в любом случае были техническими, где находилось оборудование, столовая, прочая необходимая для долгого времяпрепровождения белиберда. -И почему он меня не любил? Почему он притворялся, что меня любил? Или я в очередной раз всё выдумала? Да и какая уже разница - его братец был гораздо большей занозой! -Ариэль! - кричал в ответ химик, надеясь на ответ, - Прошу тебя, попробуй успокоиться, ладно? Я не хочу причинить тебе зла, да и те военные не хотели! - в последних словах Селестен совершенно не был уверен. -Все вы так говорите, и какая, к чёрту, разница? Звук начал отдаляться, и Селестен посчитал, что заплутал в собственных дебрях разума. Несмотря на эти мысли, серый зверь продолжал свой путь уже хотя бы ради себя самого – он не мог уйти и оставить ещё одно животное в умирающем состоянии. Наконец волк выбрел на комнату стратегического планирования - отсюда можно было отслеживать пожары по всему городу благодаря спутниковым и иным системам наблюдения. Всю комнату занимал стол, который проецировал трехмерные изображения Западного Района, и красной точкой помечались места возгорания. Почему-то одна такая находилась прямо в пожарной части. За этим столом, напротив огромного окна, расположилась сама Ариэль, с пустым взглядом следившая за тающей метелью на улице. -Чего приперся? - спросила она самым злобным голосом, что волк когда-либо слышал от неё, - Я не дам тебе билетов в дальнее плавание на другой континент только потому, что ты мужчина и я тебя знаю. -О чем ты вообще? - поинтересовался Селестен, - Я здесь только ради того, чтобы успокоить тебя. -И не надо! Последний раз, когда мужчина пытался меня успокоить, он за это поплатился! Я сама могу за себя постоять, сама могу управлять своим настроением, и сейчас я бы желала сжечь многие вещи, ведь огонь - лучший способ очистить свою душу. -Кажется, или ты что-то недоговариваешь? - неожиданно выпалил волк, сам себя удивляя. -Хватит ломать комедию, Селестен, - волчица повернулась, и в одной руке у неё была странная форма для жидкости, а в другой - горелка. Кажется, она посчитала эти технические комнаты более полезными, чем химик, - Вы, волки, постоянно делаете вид, что ничего не понимаете, хотя прекрасно осознаете, как издеваетесь над любимой женщиной! -Я к тебе относился нормально! -Да ну? Думаешь, мне приятно было выслушивать твои колкие шуточки, твои зажигательные попытки привлечь к себе внимание покупателей, лишь бы я не могла иметь славы в твоем магазине? Да вам, волкам, просто завидно, что дама стала главой одной из портовых секций в Туманной Чаще, а вы так и работаете в глупых магазинчиках! -Моей мечтой всегда было владение этим магазином, как и занятия химией. -Все мужланы амбициозные! И, знаешь, мой муж отличался в этом больше всего. Ты бы знал, как он оскорблял мою семью, а ведь у нас род, который пострадал сильнее всего от Великой Войны! -Потому-то ты с ним и развелась, да? Ариэль маниакально рассмеялась, будто бы она сама сожалела о том, что совершила, после чего начала разбрызгивать в огромных масштабах жидкость по всей комнате и даже по всему зданию. Селестен решил пригнуться за стратегическим столом, дожидаясь, пока обстановка станет мягче. Спустя пару минут он услышал плач и выбрался из-за своего укрытия. -Да, я с ним развелась, но ты ведь даже не знаешь, какой назойливый был у моего мужа братец! Он ещё больше ранил мою душу, чем ты. И все они получили по заслугам за это, - волчица провела горлышком канистры по своей шее, безумно закашливаясь и выплевывая огромные куски крови. -Погоди... так это была ты?.. В той статье из газеты?.. Ты убила своего мужа и брата, ты сожгла их трупы и сбежала, не оставив и следа! Но как тебя не нашли?.. -Какая, к чёрту, уже разница, Селестен? Волчицы гораздо более коварные и скрытные, чем вы, глупые мужланы, действующие слишком прямолинейно. Да и, как я посмотрю, ты являешься единственным, кто знает о том, что я совершила этот акт освобождения от своего мужа и его тупого брата, так что... - Ариэль кинула включённую горелку в жидкость, и пламя начало скоротечно распространяться по комнате и по всему зданию, - Мне тебя даже немного жаль. Волк никак не мог её остановить - она была на другом конце стола. Однако... неожиданно стали слышны звуки переливания огромных масс жидкости, которые сменились сломом ворот гаража части. Гул, топот ног направлялся на верхние этажи и разрушал всё на своем пути, лишь бы прийти к месту встречи деловой актрисы и химика... -И почему всегда он? Почему этот монстр преследует меня? - неожиданно заплакала ранее самоуверенная дама, направляясь к окну. -Вот и подумай об этом, Ариэль! Я знаю, что ты не такая уж и плохая волчица и уж тем более не мужененавистница. Вспомни - мы с тобой вместе искали дорогих нам зверей, ждали их, желали им помочь. Разве не ты была в больнице в заброшенном крыле, чтобы навестить своих мужа и его брата, которых уже больше нет? Разве не их ты искала в Военном Центре? Разве бы стала убийца искать тех, от кого она избавилась? -Нет! - свою морду волчица спрятала в лапах, - Их уже не вернуть, да и не хочу я их возвращать! Они были ужасными зверьми! -Может, они и оскорбляли твою семью, может, они тебя не слышали и не хотели переставать делать тебе больно. Но разве они должны были умирать за это? Топот вскоре прекратился, и Селестен услышал журчание и дыхание за своей спиной, с тонким постукиванием счетчика радиации. Эта тварь чего-то ждала? -Может, и должны были! Что сделано, то сделано, их уже не вернуть! - неожиданно проворчала деловая актриса. Кажется, из-за спины химику в её сторону потянулись отростки, похожие на щупальца. -Дело не в том, можно их вернуть или нет, а в том, хотела бы ты всё исправить? -Разве есть смысл в этих рассуждениях, если я не могу ничего исправить уже? -Да, смысл есть, - спокойно ответил Селестен с полной уверенностью, - Раскаяние и сожаление доступны тем зверям, что достаточно здоровы, чтобы осознать свою вину. Ты всё ещё можешь попросить прощение. -У кого? У мужланов вроде тебя? Ты ведь понимаешь, что я каждый день после убийства жила с этой виной? С чувством неправильности при общении с мужчинами? И я приходила к тебе лишь из-за того, что ты казался другим! И в итоге ты не лучше остальных, - 2 щупальца уже висели над дамой. Их наконечниками были опасные клинковидные отростки, которые были готовы пробить её насквозь. Проблема была в том, что пожар становился всё сильнее и сильнее, - Скажи, Селестен, сможешь ли ты сделать меня счастливой? Поможешь ли ты мне забыть эти прошедшие ужасы? Дашь ли ты мне любовь и уважение, которое я заслужила? - Волк ничего не ответил, и после короткой паузы Ариэль продолжила, - Я так и думала. -Я не могу насильно сделать тебя счастливой, если ты не готова к этому душой. -Ох, какие красивые слова, но больше нет смысла притворяться! Здание начало разваливаться из-за пожара. Волко-монстр за спиной Селестена был вынужден исчезнуть из виду, а Ариэль тем временем выпрыгнула из окна! Здесь была высота примерно 7 этажей - если она упадет, то разобьется чуть ли не на смерть. Селестен устремился вперёд, чтобы спасти свою подругу, с трудом успел ухватить её за лапу, но… она сама отпустила волка и упала на кучу из снега и воды, которая лежала внизу. Вскоре огонь внизу попытался её поглотить, окольцовывая её тело, и волк ненадолго застыл, смотря на это зрелище. Как только химик смог прийти в себя, он повернулся и заметил, что волко-монстр стоит прямо перед ним в боевой позиции и готовится напасть, пока звуки счетчика радиации становятся громче. Если бы это существо хотело убить волка, оно уже бы давно это сделало - к чему всё это представление? Несмотря на эти вопросы, шансов техник терять не собирался и уклонился влево от атаки хвостом, после чего побежал в сторону гаража тем же путем, что и пришёл в эту комнату. К несчастью, часть комнат была заблокирована огнём, так что путь пришлось изменить. Все окна были разбиты, некоторые даже увеличены, и углекислый газ не накапливался в здании. Неужели Великий Уравниватель так услужлив? Что это вообще за тварь такая? В любом случае сейчас она бежала за Селестеном, судя по топоту, и её надо было как-то остановить. Пробегая через комнату с оборудованием, волк резко вспомнил, что военные использовали некий замораживающий агент, чтобы остановить чёрную жидкость, из которой состоит создание. Может, его можно заморозить, чтобы заставить отступить? И это - пожарная часть! У них есть только те средства, что тушат пожары, но так или иначе любые составы огнетушителей охлаждают, так что химик подхватил 2 разбрызгивателя, воспользовался инструкциями на стене, чтобы активировать их (они находились там, ибо пожарные нередко должны были ночью вспомнить эти сложные схемы, и новичкам приходилось слишком тяжело), после чего оставалось лишь дождаться появления врага. Чудовище разрушило дверной проём мощным скачком вперёд, после чего готовилось совершить такой же в адрес своего противника, но тяжелый поток нескольких видов тушащих смесей заставили существо умерить свой пыл и упасть неподалёку от химика. Последний беспощадно разбрызгивал составы, надеясь, что этого хватит, но Великий Уравниватель, несмотря на то что лежал и стонал от боли устрашающими криками, всё ещё был жив. Тогда волк решил применить старую уловку и разбрызгал лечебную сыворотку на тварь, и та быстро начала разлагаться, пока не превратилась в знакомые лужицы, утекавшие в стоки, пока звук счетчиков радиации сходил на нет. Чувство победы быстро развеялось ужасной реальностью: здание ещё горело, и оно рассыпалось на кусочки с небывалой скоростью. Оно что, деревянное? Селестен решил осмотреться в последний раз: нет, чёрной жидкости больше нигде не было, хотя огонь явно был необычным. Потушить его самому волку вряд ли удастся - у него попросту не осталось никакого порошка, да и тут понадобится мощность всей пожарной машины. Стоило покинуть здание как можно скорее - благо волко-монстр оставил в нём достаточное количество отверстий. К несчастью, их всех быстро сожрали лоскуты огня, как будто бы горящие материалы обладали разумом и хотели заманить химика в ловушку. В итоге Селестен попробовал сбежать вниз, ибо там должна была быть разрушена дверь гаража, и он оказался прав - но и она тоже была поглощена этим пожаром! Почему владельцу магазина так часто не везёт в последние 4 года? И что он ещё сделал не так? Всё, чем он занимался, выполнялось лишь в целях самообороны и защиты души... жаль, что эти мысли не могли потушить расползавшийся огонь. Неожиданно раздался громкий звук сирены, в ходе которого желтая длинная машина сделала странный дрифт и остановилась напротив здания. Это были пожарные - они выбежали в своих защитных костюмах с противогазами, доставая многочисленные шланги. чтобы спасти свою штаб-квартиру. Селестена быстро вытащили и проверили его здоровье - никаких проблем не было. -Крайне любопытно, что здание будто бы было кем-то разрушено до такой степени, чтобы стать ловушкой долгого действия, которая, захлопнувшись, убила бы всех внутри! - рассмеялся глава пожарных, когда всё закончилось. Волк закутался в спасательный плед и старался спрятаться от осадков, которые становились только сильнее и сильнее, - Что вы там вообще забыли, господин Волк? -Пытался помочь моей подруге. Она... чёрт, её ещё можно спасти! Надо вызвать скорую! - резко спохватился химик, но зверь из службы безопасности его успокоил: -Тише, тише, господин Волк, мы её уже нашли, её отвезли в главную больницу. -Да, простите, я переволновался, - отмахнулся владелец магазина, заметив, что в клубах тающего снега и пепла находился какой-то странный записывающий диск. Такими пользовались для сохранения фильмов и просмотра дома по особым устройствам, но технология была пока не так распространена. Странно, что никто не замечает этот диск… но что-то звало Селестена взять его с собой. И именно так он и сделал, пока за ним никто не следил. Долго ждать волк не стал и решил отправиться в больницу сразу же, благо пожарные согласились его подвезти. Увы, их здание придётся отстраивать заново - оно прогорело изнутри, чудом не развалившись. К несчастью, товарища поджигательницы такие вопросы совершенно не волновали: он лишь хотел знать, что случилось с его подругой. Ему быстро удалось найти её лечащего врача через администрацию. Удивительно, но лечили её на 9 этаже, и до плотного разговора пришлось подождать аж 4 часа - так долго длилась операция. -Я не могу заявить о перспективах данной мадам на жизнь, увы, - начал доктор, закуривая свою сигару, - Падение на землю кое-как было смягчено выпавшим снегом, но она надышалась ядовитыми газами, сама себя сожгла частично, так что придётся заняться трансплантацией меховых покровов... мы вывели её из критического состояния, но восстанавливаться ей придётся месяцами, если не годами и вовсе. -Странно. Я был в здании ещё дольше, и чувствую себя просто прекрасно. Неужели мне повезло надышаться меньшим количеством газа? - поинтересовался Селестен. -Всякое может быть, господин волк. Если вы хотите заняться подробным обследованием данного феномена, вам лучше бы отправиться на 4 этаж. -Я могу с ней сейчас поговорить? -Хм... подождите ещё минут 13. Тогда она выйдет из медицинской комы, - ответил врач, исчезая вновь в коридоре интенсивной терапии. Селестену пришлось подождать немного дольше, но его впустили в палату Ариэль. Выглядела она ужасно: большая часть тела была забинтована, видна была лишь морда, левая половина тела была как будто бы подвешена, а правая находилась в состоянии предсмертного покоя. Не зная, как начать разговор, волк решил откашляться. -Это кто?.. Доктор?.. Простите, я не могу уснуть, меня мучают кошмары, потому я считаю плавающие по потолку корабли. Его голубизна такая приятная для моих глаз... хорошо работать в порту. Жаль, что мне больше туда никогда не вернуться. -Если ты сможешь поправиться, то ещё как вернешься, - ответил неуверенно Селестен. Голос волчицы быстро изменился, когда она распознала знакомый волчий тембр. Многочисленные приборы, измерявшие её состояние, указывали на резкое повышение сердцебиения. Она даже как-то странно задвигалась по кровати, но Селестен боялся к ней прикоснуться. -Что ты от меня хочешь? Пришёл добить меня, да? Ты ведь не дашь мне любви и заботы, Селестен. ТЫ ДАЖЕ НЕ СМОГ БЫТЬ ХОРОШИМ ДРУГОМ ДЛЯ МЕНЯ! - ответила она так хрипло, что даже криком нельзя было назвать это. -Как давно ты так ко мне относишься? Месяцы? Годы? Могу ли я хоть что-то исправить? - задал вопрос волк серьёзным тоном. -Да. Раз уж ты здесь, то помоги мне умереть спокойно. Я больше не хочу жить на этом свете. Про мои преступления рано или поздно узнают... потому что ты, сраный комок серого ворчания, не можешь держать языка за зубами! -По-твоему, это и есть главная проблема? -Хочешь стать для меня хорошим другом, Селестен? Убей меня. Прошу, умоляю тебя. Мужчины сделали мне слишком боли, но им никогда не хватало смелости добить меня, так что мне приходилось брать инициативу... в свои лапы. -Ты совсем неправильно понимаешь то, как ведут себя мужчины... и ведь это был всего лишь плохой муж и его несносный брат. Почему нельзя было просто уйти? -А ты, Селестен, смог бы просто взять и уйти после всей той боли, что тебе кто-то принёс? Хочется как-то дать им почувствовать себя в своей шкурке... у меня ведь была такая хорошая жизнь. Если бы не эти двоя. Чего ты стоишь и болтаешь, Селестен? Просто убей меня. Слишком много усилий уйдет на то, чтобы вернуть всего лишь долю моей жизни... и я никогда не получу чего-то больше. Волк уже потянулся к приборам, которые поддерживали жизнь в его подруге, как содрогнулся новой мыслью: чем Ариэль сейчас отличается от Фереола? Оба зверя так искренне желали своей смерти, что напрашивались на неё всеми правдами и неправдами, и всё из-за провалов в жизни. -Нет, - резко сказал волк, - Я не стану тебя убивать. -Ты такой же малодушный, да?.. А жаль... -Ну уж нет. Мне уже пришлось убить одного зверя, Ариэль. Он напал на меня, потому что я испортил ему жизнь. Но я не позволю тебе погибнуть такой же бесславной смертью, - заявил волк. -Постой! Не уходи! Я не могу так больше жить! Пожалуйста… Селестен… помоги… - кричала она вдогонку, но он её уже не слышал. Химику было тяжело принимать данное решение, но сейчас с его плеч свалился мощнейший груз. Ему казалось, что поступал он правильно - даже если Ариэль и умрет потом, то это будет её решение, а не желание волка её убить. Странно, что такая проблема вообще возникла... Владелец магазина решил пойти на выход из больницы живописным маршрутом, пробегая по всем этажам, и на 4-ом он столкнулся с каким-то большим зверем белого окраса. Белые медведи часто оказывались в медицине, по слухам, из-за их спокойного характера, и один из таких оказался встречным Селестена. -Глубокоуважаемый, простите! Я всего лишь немного торопился и не уследил за дорогой, - горячо извинялся Селестен, помогая пострадавшему встать. -Что вы, не надо так извиняться. В конец концов ваши слова не спасут чужие жизни, а лишь немного потешат мое самолюбие. Вы так энергично спускались вниз - неужели кто-то из ваших родственников поправляется? - любезно спросил медведь. -Да нет... скорее, я помог кому-то выжить, а не умереть. Почему-то мне кажется, что вокруг меня звери только умирают, если не сбегают от меня раньше. -Возможно, вам совершенно и не кажется. Слово имеет огромную силу, но особенно неприятным оно становится, когда подпитано едким действием. Потому я предпочитаю споры решать в несколько этапов в течение нескольких дней - так обе стороны смогут прийти к разумному решению. -Я в последние годы ни с кем особо и не ссорился. Так, обычное саркастичное ворчание, и не более. -На той стороне баррикад всегда может быть другое мнение. Полезно вспомнить, как вы ввели себя в ходе разговоров... -Обычно я такие вещи и не запоминаю. -Избегаете своей вины? Глупое решение. Потом может жестоко аукнуться. -Кстати, доктор, что случилось с отделением на 20 этаже? Почему туда никто больше не ходит, хотя я слышал, что его хотят отреставрировать? -Некоторые тайны должны оставаться спрятанными навсегда, господин Волк. Я уверен, вам сообщат, если туда надо будет отправиться. Медведь спокойно отправился наверх, пока Селестен пытался вспомнить, не казался ли ему этот голос уж слишком знакомым. Сложно было ответить на этот вопрос… Прибежав домой, волк задумывался лишь об одной задаче: посмотреть этот диск из пожарной части. Он вставил его в свой проигрыватель под телевизором и уселся на рабочее кресло, смотря на экран, который был в размерах 2 на 1 метр. Сложно было сказать, что конкретно химик ожидал там увидеть, но предчувствие у него было недобрым. Статическое изображение сменилось, на удивление, записью магазина волка, где он занимался обычными обязанностями. Было видно всё помещение будто бы с высоты птичьего полёта. Неожиданно в дверях показался ещё один волк, весь раненый и с трудом перебирающий лапами. В нём можно было узнать Акселя - по его заметным очкам. Селестен тут же подбежал к своему другу и, кажется, начал его грозно отчитывать. Между ними разразилась перепалка, если судить по жестикуляции, но химик решил помочь ботанику и потащил его в кабинет. Камера теперь находилась в углу кабинета и тщательно смотрела за тем, как Селестен пытался оказать первую помощь своему любимому волку. Появился звук - Акселю было очень плохо, он хрипел и закашливался. -Если... скорая сюда не подоспеет... Селестен... - с трудом бурчал ботаник. -Давай не будем говорить об этом! - суетливо расхаживал владелец магазина по кабинету, прилагая различные лечебные составы, которые он хранил на крайний случай по рекомендации самого же Акселя, - Я сделаю все, чтобы продлить твою жизнь, как бы невыносимо с тобой ни было общаться! -Какой... тогда смысл... а, Селестен? Если нам друг от друга так тошно... -Ну, мы ведь друг друга любим, так? А любовь это не просто чувство, знаешь ли. Это целое обещание того, что ты будешь оберегать зверя любой ценой. -Тогда... у тебя это отвратительно получалось... все последние дни... -Тебе легко рассуждать, когда ты уезжаешь в экспедиции после каждой нашей ссоры! Давай, беги от наших проблем, и тогда нам обоим станет лучше! -Вообще-то... мы с тобой как 2 сапога... пара... ничуть не лучше... -Неужели тебе настолько больно, что тебе так легко говорить эти слова? -Прости... -За что? За сказанные ужасные слова? За то, что бросал меня? Знаешь… мне это всё попросту надоело. Затем Селестен на записи неловким движением лап разлил на Акселя самые опасные бытовые составы… его мех разъедало так сильно, что морда приняла неестественное положение. Не зная, что делать ещё, Селестен попытался снять химию, но в итоге своими когтями рассек горло любимому… а он всё никак не мог умереть. 9 минут страдал Аксель, пока его любимый не рассек ему шею мощным ударом когтей. На этом запись покрывалась статическими помехами и заканчивалась. Диск вылетел из проигрывателя и разломался на мелкие ошметки. Настоящий же Селестен без слов наблюдал за своими действиями... кажется, он наконец вспомнил. 4 года назад Аксель не пропал в экспедиции - он был убит своим любимым, который изящно прикрылся легким поводом, чтобы избежать ответственности за содеянное. Пытаясь оправиться от шока, волк гладил себя по рукам, пока не обнаружил странные рубцы под мехом... он попытался сравнить их на ощупь, и понял, что они совпадали с таковыми на шее у Фереола... Химик решил достать шприц, который он до сих пор хранил с собой – такой же дозатор хранился в шкафчике стола, который уже много лет не открывался. Кое-кто был готов поклясться, что именно такой же шприц когда-то могла применить Ариэль... В судорожном порыве волк начал рыться в своих карманах, чтобы найти там письма Акселя, которые он ему присылал, как доказательство собственной невиновности, но их там не было! Неужели... всё правда произошло вот так? Оставалось лишь схватиться за голову, ведь одному богу было известно, что делать дальше. И, как на зло, следом раздался звук открытия магазина, несмотря на вывеску "Закрыто", и дверь в кабинет была открыта волчонком... -Дядя Селестен! Я так долго вас искал по всему городу, но потом догадался, что вы наверняка пойдете домой! У меня хорошее детективное чутье, да? – спросил Квентин воодушевленным голосом. И как ему можно было сказать правду? Это его точно травмирует… впрочем, за последнюю неделю никто не остался целым и невредимым. -Да, ты молодец, Квентин, - печально ответил Селестен. Пока он пытался скрывать свои чувства. -Что такое с тобой? Обычно вы какой-то более живой! Вы смогли понять, что происходило с главной актрисы пьесы? -Да, смог… но не волнуйся. У неё всё будет в порядке. -Может, она вам рассказала, куда делся дядя Аксель? Селестен взял короткую паузу, после которой тяжело вздохнул. -Акселя больше нет с нами. Он умер. *** -Как?.. – удивился волчонок, но потом задумался, проверил карманы своей жилетки, и посмотрел вновь на старшего зверя, - Дядя Аксель часто мне рассказывал, что он ходит в опасные экспедиции, но я всегда думал, что с ним всё будет хорошо? Я надеюсь, он погиб как герой, сделав нам какое-нибудь важное открытие! – Как много надежды, лишь бы скрасить горе. Неудивительно, что этот волчонок так долго прожил один, пока родители были где-то далеко. -Нет. Я его убил. Сначала – своими словами, потом – обычной небрежностью, и в довершение я решил не мучить его и покончил с его страданиями, - Селестен старался звучать уверенно, но вышло как-то коряво. -Так вы… вы убийца! Самый что ни на есть настоящий! Как в лучших детективах… убийца всегда на виду… не зря дядя Аксель говорил, что вы чудовищный зверь, который хочет быть хорошим лишь для того, чтобы работать в этом магазине! – Квентин резко ударил кресло Селестена и, повернувшись, направился в сторону выхода. -Куда ты идешь? – спросил химик, но ответа не получил. Не оставалось ничего, как тихо проследовать за этим зверенышем – ещё одной смерти на своих лапах никто не хотел. Перед выходом, впрочем, старший зверь забрал с собой свой старый дозатор… как улику и символ своей же безответственности.