Страшное Дело Волка Селестена

-Нам стоит пересмотреть наш план, - по радиосвязи отметил медведь Тьерри, снимая свою маскировку и выходя из больницы. Во тьме ночной никто не заподозрит ничего лишнего. -Мы за всем тщательно следим, и Кластерный Успокоитель работает в штатном режиме... кто бы мог подумать, что его порождения будут настолько сильными, а ведь звери всего лишь отхаркивают свою кровь! - отвечали ему по ту сторону учёные с большим воодушевлением. Конечно - их же ждёт премия за всё это, если не повышение. -Нам повезло, что образец в форме волка никого не убил, а лишь распугал народ! Но наши подопытные умирают один за другим. Этот волк достаточно умён, чтобы понять, что я за ним слежу! И я обязательно ему расскажу всё, если он сам выведет меня на чистую воду и скажет мне всё прямо в лицо. -Но разве это не подорвёт все ключевые принципы организации? -Ваш "Кластерный Успокоитель" должен был утешать мысли зверей, а не заставлять их убивать друг друга! Мы потеряли лучшего военного архивариуса и сожгли пожарную часть западного района! И некоторые подопытные до сих пор живы. Больше я не позволю вам сохранять спокойствие и наблюдать, как наш город тихо сходит с ума. -Вы преувеличиваете масштабы бедствия, - неожиданно вмешался техник СОБ-а, - Большинство зрителей представления, опрошенных нашими агентами, считают образец частью представления. Многие из тех, кто видели подопытных, предполагают, что они попросту являются душевнобольными. Ситуация под контролем. -Этот волк-монстр наглеет из-за количества крови этих опечаленных зверей! Я начинаю официальную операцию по его поимке. Все образцы мы, разумеется, переправим вам, учёные. Но больше никаких добровольных экспериментов таким опасным оружием в таких масштабах! -К слову, - поперхнулся учёный, - Толк от наблюдений за этой мадам Ариэль всё-таки был. Теперь мы точно знаем, как работает - и не работает - наша сыворотка. -И почему вы попросту не оставили зверей в условиях больницы, чтобы следить за их состоянием?! -В этом и всё дело, господин Тьерри. Наш состав работает только тогда, когда звери живут обычной жизнью, и когда с ними случается большая травма. Может, нам стоило наблюдать за ними чуточку лучше, вот и всё… -Да, стоило! – Тьерри повесил трубку переговорного устройства. Ему надоели эти ученые. *** Стоит забыть о правительственных тёрках и посмотреть на то, как Селестен брёл за Квентином по всему городу обратно в западный район. Уже светало, моросил лёгкий дождик, но оба волка шли неспешно, находясь на солидном расстоянии друг от друга, но не теряя товарища из виду. Мальчонка шёл впереди и часто оборачивался, чтобы посмотреть, преследует ли его химик дальше, и в такие моменты младший прибавлял в скорости шага, но быстро её сбавлял, понимая, что ему не убежать от взрослого волка. Никто больше и не собирался бегать - медленно, неспешно каждый зверь шёл за своей судьбой, и каждый из них примерно понимал, что им не разойтись больше, только если кто-нибудь не погибнет. Может, Квентин и не видел смерти Фереола, но ему хватало потери Акселя с головой. Может, если бы родители были в городе, волчонок бы побежал к ним, уткнулся в изящное пальто своей матери и заплакал самыми горькими слезами, которые он мог позволить, а потом уставился в книги, которые ему дарил волк-ботаник, чтобы читать их вместе со своим подопечным и страдать меньше из-за близких. Селестен же чувствовал себя очень виноватым и боялся подойти слишком близко. Квентин был известен своим боевым нравом, но после произошедшего не стоило бы удивляться, что даже такой ярый защитник Акселя сейчас поникнет духом. Вопрос был один: что же будет дальше? Он ведь всего лишь ребенок, да и, судя по всему, он только-только входит в переходный возраст. Химик был плохим родителем, да и не лучшим по заботе, вспоминая последние дни с Акселем... но совесть не позволяла ему бросить того, перед кем он волей-неволей уже нёс ответственность. Изначально волк даже боялся, что младший подопечный донесёт на него в полицию, и эта версия до сих пор не выходила из головы. Впрочем, ей мешали факты вроде странных шприцов - кто-то очень желал, чтобы звери, коловшие в себя эти препараты, оставались живы. Селестен даже не помнил, где и как он получил свою дозу - зато он вспомнил, как вколол её себе 4 года назад, через неделю после смерти Акселя. Путь волков закончился в порту - на причале кораблей дальнего следования, уходивших за пределы континента, Квентин встал и начал смотреть на отплывавшие суда, тихонько смахивая свои слезы в поток реки. Селестен решился подойти к нему поближе. Сперва волчонок отпрянул, отойдя в сторону, но, спустя минуты 3, подошёл к старшему собрату. Изначально никто не хотел рассказывать лишние истории - но здесь она казалось слишком важной. Родители Квентина были воистину хорошими зверьми, коих было много в Туманной Чаще. Может, их нельзя было назвать идеальными родителями, но они никогда не боялись признавать свои ошибки и исправлять их. Квентин любил маму и папу очень сильно, и потому ему не так уж и плохо было, несмотря на то что он был единственным ребенком в семье и у него не было друзей в школе. Нет, к нему хорошо относились одноклассники - они всего лишь не сходились в своих пристрастиях. Волчонок обучался в школе с инженерным уклоном, и это не мешало ему стремиться к тому, чтобы стать одним из лучших авторов детективов, кои были особенно популярны после Великой Войны, но сейчас казались устаревшим жанром для тех, кто не был ценителем. Папа особенно поощрял литературные склонности своего сына, а мать помогала ему с остальными предметами, если с ними возникали трудности, и потому Квентин был одним из лучших учеников во всей параллели. Жизнь была прекрасна, однако родители волчонка часто ездили в командировки, и если сначала хотя бы один из них оставался дома, то потом им приходилось вместе покидать город. Они верили своему сыну, и с ним ничего плохого никогда не случалось, они регулярно писали ему письма и извинялись: они не могли уволиться со своих работ из-за их городской важности. Это, впрочем, не помогало Квентину плакать реже, ведь никто даже не мог за ним присмотреть. Учителя оказывали любую помощь, какую могли, но даже лучший преподаватель сталкивался с тем, что он не может заменить материнскую и отцовскую любовь... да никто не мог этого сделать. Все это прекрасно понимали и могли лишь наблюдать за тем, как прекрасный цветок волчонка медленно загнивал в одиночестве. Однажды Квентин, никогда не пропускавший занятия и никогда не знавший хворей, тяжело заболел. Врачи не могли отметить точно, какой был его диагноз, потому пришлось положить его в больницу, во взрослое отделение - настолько сложная была ситуация. Родители, которых так сильно волчонок ждал, приехали всего на 1 день - работа не позволяла им добиться чего-то большего. Как иронично - оказалось, что природа заболеваний мальчонки в большей степени психологическая. Ему попросту не хватает душевной компании, и, увы, никто не мог её ему составить, потому врачи пытались найти обход для данной ситуации. На счастье Квентина, в те дни в том же самом отделении приняли волка-ботаника из-за сложной производственной травмы и положили его в палату к волчонку - по видовому признаку строить отношения не стоит, но почему бы и не попробовать? -"Загадка Убийцы Учителей"? Я думал, что никто уже не читает такие книги, особенно в столь юном возрасте! - неожиданно спросил Аксель у волчонка, вставая со своей койки. -Ну... да... вам какое дело? - ответил Квентин. Он пока не особо доверял этому незнакомцу. -Я сам люблю читать книги этого автора. Такие захватывающие истории, и зачастую с такими сложными взаимоотношениями! Порой кажется, что кто-то очень точно предугадал историю моей любви. Прости, что загружаю тебя этим... что у тебя приключилось такое, что ты оказался во взрослом отделении? -Мои родители уехали в командировку, и я резко заболел! Врачи говорят, что мне слишком одиноко. Я всего лишь хочу, чтобы родители вернулись и не уезжали снова... -У тебя никого кроме них нет? -Все говорят, что я очень одинокий волчонок. -Грустно. Но, знаешь, в одиночестве есть своя прелесть: ты можешь найти тех, кто тебе нужен, а не держаться за зверей, приносящих тебе боль... Хотя я уверен, что твои родители тебя любят. Они приезжали тебя навещать? -Да, но у них так много работы, и они уехали вчера! -Мне жаль. Слушай... на каком моменте ты остановился в этой книге? И волки разговорились, проведя в беседе всю ночь, а потом и весь год в больнице. Никто не пожалел об этом знакомстве, несмотря на столь любопытную разницу в возрасте. Неудивительно, что эти двоя впоследствии стали хорошими друзьями. Более того - родители Квентина встретили Акселя пару раз в разговорах со своим сыном, и после длительного анализа они решили пригласить его работать сиделкой для волчонка, чтобы ему не было так одиноко. Ботаник отказался от денег, сказав, что сможет проводить время с волчонком лишь тогда, когда не будет в экспедициях, но так удачно совпало, что командировки родителей совпадали со свободным временем старшего волка. Завязалась крепкая дружба, которая долго и упорно развивалась... однако волчонку кое-что казалось странным. С каждым месяцем будто бы Аксель становился всё грустнее и грустнее и всё больше рассказывал о том, как любовь бывает больна и приводит к кошмарам. Конечно, для маленького волка всё это было немного невразумительным, но даже он понимал, что всё идет не так, как надо. Тогда-то ботаник и рассказал о Селестене и наговорил о нем много гадостей, которые боялся выразить любимому в прямом разговоре. В последнем разговоре Аксель и вовсе послал своего дорогого зверя очень грубыми словам - так, что даже Квентин плакал из-за горя химика. В один день Аксель попросту пропал. Без известий или чего-либо. Родители в тот же день вернулись из командировки, хотя обещали приехать лишь через месяц. Они ничего не говорили, так что Квентин мог лишь догадываться, что случилось что-то плохое, связанное с этим грязным волком Селестеном. С той поры волчонок постоянно пытался искать своего взрослого друга, которого уже начал считать своим старшим братом, что защищал его от одиночества. Конечно, никто не воспринимал ребенка всерьёз, потому свое расследование маленький детектив проводил тайно и очень аккуратно, задавая родителям нужные вопросы в неочевидное время. В один день они даже пришли с письмом от Акселя! Квентин так желал его вскрыть, однако решил направиться по адресу, указанному на конверте... вот так он и пересекся с Селестеном. Забавно, что письмо предназначалось обоим волкам, и это тоже было причиной сохранения письма в закрытом состоянии, но Квентин совсем забыл о конверте, как только встретил грозного любовника старшего брата. Закончив свой рассказ, Квентин присел на землю порта и уставился в заревую даль, где корабль заходил на причал - большой, фиолетовый, такой неуклюжий, но в то же время такой уверенный в своих силах. Волчонок тяжело вздохнул, и Селестен решил к нему присоединиться в этом созерцании. Он так хотел разломить эту тишину, но химик был слишком растерян, чтобы принимать верные решения. -Ты до сих пор держишь при себе это письмо? - спросил в итоге старший волк. -Да, оно у меня в кармане жилета... - тихонечко сказал волчонок, тяжело вздыхая. -Я знаю, что я поступил ужасно... я лишил мир этого прекрасного волка, потому что мы не смогли с ним договориться. И в большей степени мой страх заставил его так раздражаться...  мне очень жаль. Я тот ещё убийца, но, когда произошёл несчастный случай с Акселем... он бы просто умирал ещё дольше и мучительнее. Прости, Квентин, что не уберег твоего старшего брата. -Ты не уберег своего любимого волка, а разве это не хуже? -Да... пожалуй, ты прав, это намного хуже. Самый дорогой урок в моей жизни. После, ну, того, что у меня не было родителей. Они так рано умерли, что я их даже не помню. А в детском приюте было очень одиноко, и отношения ни с кем не складывались. Хорошо, что я теперь имею свой магазин и в принципе мог называть себя счастливым зверем... ну, до недавних пор. -Ты можешь что-то исправить, чтобы опять быть счастливым? -Акселя уже не вернуть... я бы просто хотел вместе с тобой прочитать это письмо, вот и всё. Попрощаемся с ним. -Дядя Селестен, а куда делся дядя Аксель? Даже если вы его убили, всегда должно остаться тело! Действительно. В диске не было указано, куда волк дел труп своего любимого зверя, и не было никаких намеков на это. Не мог же он испариться, и, учитывая, что его объявили без вести пропавшим, вряд ли кто-то другой нашёл его труп. -Я не знаю. Начнем поиски с моего дома, когда появится шанс. Похороним его со всеми почестями. -А вы пригласите кого-то ещё на похороны? -Это вряд ли. Даже если я совру своим друзьям... скажем так – в моем окружении не осталось никого, кто ещё знает Акселя. Они все погибли или пропали. -Мне очень жаль, дядя Селестен! Может, вы и убили Акселя… но вы слишком хороший, чтобы быть убийцей. -Надеюсь, что это правда так, - сказал волк, потрепав по голове своего младшего товарища, а он и был только рад. Селестен оглядывался по округе - наблюдение за обычными жизнями зверей приносило удовольствие, поскольку мечты волка сейчас были связаны именно с тем, чтобы найти свою потерянную жизнь. Однако в этом великолепном пейзаже был какой-то вырывающийся из контекста элемент - огромный зверь, который был одет как рабочий порта, но в его поведении не было ничего такого, чем обычно занимаются животные на данной работе. В чертах этого крупного гражданина было нечто знакомое: при детальном рассмотрении можно было легко сказать, что это - медведь, но в нем было что-то ещё, уже виденное волком... Химик взял под руку Квентина, который был очень удивлён такой резкой смены обстановки, и направился к невидимому нарушителю спокойствия. Кажется, бурый товарищ это первым заметил и перестал играть свою роль. -Я вас вижу слишком часто, господин медведь. На улице, в больнице, в кафе, в военном центре - вы не можете работать на стольких работах за раз. Вам бы объясниться, - проворчал Селестен. Квентин в этот раз выступал молчаливым слушателем. -Я предполагал, что вы доберетесь до сути вещей, и я вам постараюсь всё объяснить доступным образом, потому что ситуация может выйти из-под контроля, - заявил медведь, принимая стойку, свойственную бывалым военным. Сперва она пугала, но потом к ней возникло огромное уважение, - Я господин Тьерри, командир Специального Отделения Мэрии. Я следил за вами с самого момента, как препарат "Кластерный Успокоитель" начал активно действовать на вас. Мы также следили за товарищами Фереолом и Ариэль... может, в это трудно будет сперва поверить, но всё так и есть. -Ну... я наслышан об этих теориях, что мэрия имеет множество тайных организаций, которые под вуалью секретов следят за некоторыми аспектами науки и не дают им испортить жизнь города. Одного я не могу понять - к чему такая секретность? -Никто не хочет паники, Господин Селестен. Иначе бы нам всё было бы проще рассказать... но "Кластерный Успокоитель", как вы могли заметить, слишком опасный препарат, чтобы о нём рассказывать публике на стадии испытаний. -Да ну? – саркастично отмахнулся волк, - А я уж подумал, что я просто сошёл с ума и начал галлюцинировать, как и мои знакомые, они даже погибали на моих глазах! -Тише, Селестен. Давайте будем сохранять конспирацию, несмотря на то что мы вас включаем в нашу операцию. Невольно волки начали замечать движение на заднем плане, будто бы рабочие, обычные звери и им подобные переставали вести себя, как они чаще всего себя ведут в таких ситуациях, снимали с себя эту странную одежду и направлялись на позиции, которые можно было назвать стратегическими. -Так вот, ваш препарат должен помогать справляться с любым горем, заставляя его уходить на проработку в подсознание. Увы, это работает лишь тогда, когда зверь находится в обычной для него деятельности, так что нам пришлось удаленно наблюдать за всеми подопытными, в числе которых были господа Фереол, Ариэль... и вы. Особенность лекарства, правда, в том, что сила горя влияет на время проработки травмы и на "финальный этап", в ходе которого могут начаться галлюцинации или создания целых живых существ, поскольку во время излечения травмы выходят ткани дыхательной системы, на которых сильнее всего сказалась душевная боль... и из этих ошметков рождаются странные организмы. Мы предполагаем, что в основном ваши генетические данные, Селестен, породили опасного монстра, который терроризирует город, - начал свою маленькую лекцию Тьерри. -Великий Волк Уравниватель на кого-то действительно нападал? - удивленно спросил Селестен, продолжая чувствовать сильную вину. -Он так назывался вам? Забавно. Можно принять за рабочее имя. Это существо появляется редко, и в основном пугает народ. Проблема в том, что только вы можете найти способ его остановить. Наши действия лишь заставляю его терять физическую оболочку и восстанавливаться где-то ещё. Эта тварь - порождение ВАШИХ кошмаров, и она будет делать всё, лишь бы им соответствовать... или другим, кто пользовался "Кластерным Успокоителем". Но, как вы можете догадаться, мадам Ариэль в предсмертном состоянии, а господина Фереола мы нашли мёртвым... И я не желаю видеть больше смертей. Можно было вас умертвить и закончить с испытаниями, но я хочу дать вам шанс. -А кто-то может пострадать сейчас от волко-монстра? -Возможно. Кто его знает, или его силу. У вас есть ещё какие-то вопросы ко мне по поводу происходящего? А то наш отделение выяснило, что чудовище может появиться здесь в ближайшие дни. Наверное, преследует вас. -Как мне его остановить? -Думаю, вы это знаете лучше меня. Все ответы спрятаны в вашей душе, - усмехнулся медведь, затем отходя в сторону, чтобы связаться со своими отрядами. Неожиданно старший волк почувствовал, как его кто-то теребит за пиджак. -Дядя Селестен, может, прочитаем пока письмо? И там наверняка будут ответы, как уничтожить этого монстра! - воодушевленно сказал Квентин. -Да... ты прав... - товарищи опёрлись на контейнеры для дальней перевозки, чтобы никто не мог нарушить их маленький колпачок приватности. Они вместе раскрыли конверт, из которого выпала выцветшая фотография, где Аксель с радостно-грустной мордой стоял на фоне старого, но очень красивого поместья. «Дорогой Селестен! Ты всегда любил мои сны о местах, куда я путешествовал, но ты никогда не находил себе места, оттого что не мог присоединиться к моим экспедициям. Ты помнишь, как мы однажды решили остаться в одном отеле, но в итоге я смог добраться лишь до оранжереи Усадьбы Князей Волков? А когда я до тебя добрался, ты был так на меня зол... знаешь, мне было грустно не из-за твоей вспышки чувств, а из-за того, что ты до сих пор любил себя и позволял так относиться не только ко мне, но и к себе... может, поэтому мы с тобой так часто спорили... Мне так жаль, дорогой мой волк. Если бы наша экспедиция так грубо не оборвалась, если бы выжил кто-то ещё, кроме меня... может, мы бы с тобой встретились вновь, переговорили обо всём душа в душу и нашли выход из этого положения. Я бы познакомил тебя со своим прекрасным другом Квентином... таких смышлёных волчат редко где найдешь!.. А теперь я трачу последние часы жизни на то, чтобы написать письмо, которое должно прийти тебе уже тогда, когда я могу умереть... а если ты его не примешь, то его доставят Квентину. Надеюсь, мои рассказы не заставят его относиться к тебе плохо... вы ведь оба хорошие звери, пускай и растерянные из-за происходящего... чёрт, Селестен, я должен направиться в больницу, но вряд ли я уже доберусь до неё... и вряд ли бы добрался, даже если бы торопился. Думаю, приду к тебе и проведу последние минуты вместе с тобой... я тебя люблю, Селестен. Полюбил с первого твоего слова... аккуратного, немного испуганного, но в то же время такого уверенного… Я не хочу, чтобы ты зацикливался на моей смерти. В этом мире так много зверей, которые могут тебя полюбить, ведь ты прекрасный волк… просто дай себе свободы, прошу тебя. Ты сейчас можешь её себе позволить, дорогой ты мой… Прости меня. Прости за все слова. Я тебе всё прощаю…» Письмо заканчивалось отдельной строчкой, на которой было много пятен крови: «С любовью от твоего Акселя». Сложно было сказать, что испытывали волки, прочитав содержимое конверта – печаль, скорбь, осознание правды, излом надежд? Пустоту, которая напоминала свободу? Одно было ясно – каждый из них заплакал, и, если волчонок позволял себе громкость, то Селестен долго не позволял своим слезам принять полный оборот – пока не отдался чувству, решив, что именно этого бы Аксель и захотел. Слёзы длились полчаса, и волки утешали друг друга без слов, как могли: получалось то так, то сяк. Впрочем, им вскоре пришлось забыть о своем горе: Селестен услышал звук счетчика радиации. Неужели волко-монстр уже настиг их? Конечно, это сходится с расчетами этого странного отделения (волки были убеждены в его существовании, поскольку произошедшее в театре напоминало о слаженных действиях солдат, не причисленных к армии), но... химик попросту не был ещё готов к последнему прощанию с этим ужасом, как бы то удивительно ни было. Впрочем, на его счастье, с верхов контейнеров начали падать маленькие бесформенные кляксы, которые вскоре соединялись, как живые, в нечто, что не имело второй половины тела, состояло целиком и полностью из чёрной жидкости, в которой были видны красные крапины, а первая часть имела 2 руки, которые оканчивались 3 острыми когтями, вместо головы было 4 клинка, на которых располагались горящие оранжевым светом глаза. Сперва эти необычайные формации пытались осознать себя, но потом стали яростно атаковать волков, которым оставалось лишь убегать. Вскоре стало понятно, что твари заполняли собою весь порт. Была слышна стрельба, но, судя по всему, гражданских в порту не оказалось. На помощь Селестену и Квентину прибежал Тьерри, который из своего странного оружия ледяными выстрелами уничтожал противников, быстро превращавшихся в глыбы, и они эффектно разрушались от начавшегося осеннего дождя. -Держите-ка! - Медведь кинул волкам по рации, - Будем поддерживать связь, если что-то пойдет не так. Знаете, как ей пользоваться? -Нет... - неловко ответил Квентин. -Нажимаешь на верхнюю большую кнопку, и начинаешь говорить! Отпускай, если хочешь, чтобы тебя услышали! Колесико настраивает частоту, которая отображается на экране. Мы периодически меняем канал вещания, так что, если нас будет плохо слышно - крути колесо! -Поняли вас! - ответили волки идеально в тот момент, когда появились ещё кляксы. Звук счетчиков радиации начал дуплицироваться, и у Селестена безумно трещала голова. -Чего это вы? – удивился Тьерри, - Может, аптечку?.. -Нет… у меня голова разболелась. Каждый раз, когда появляются эти монстры от вашего препарата, я начинаю слышать звук счетчиков радиации! Чем он громче и чем их больше, тем ближе ко мне эти монстры и тем больше их ко мне идёт… -Мне жаль… но это может нам помочь выследить вашего Великого Уравнивателя! Командир оказался безумно прав: химик начал резко замечать, что звуки в голове начали утихать... потом он понял, что они до сих пор оставались, как и эти кляксы и солдаты, в них стрелявшие. Просто на их фоне возник счетчик радиации величественнее. Владелец магазина резко схватил лапу медведя и показал ему на реку, и там, с противоположного берега на корабль запрыгивал волко-монстр! Это грациозное и опасное существо пребывало в своей первичной форме, оно как будто бы изучало это судно. Цель вскоре стала ясна - чудовище приняло свою другую форму, в которой оно напоминало скоростную летающую юлу, использовавшую бесчисленное множество хвостов с клинками для координации в пространстве... и создания дырок в обшивке корабля. Тварь наматывала круги по акватории вокруг стоявшего корабля, пытаясь его затопить - только верхушка останется видна, а вода сейчас безумно холодная, никто не успеет выбежать из трюмов. -Твою ж налево! Отряды 4, 9 и 13 - шквальный огонь по кораблю "Гидропонное чудо"! Используйте гранаты и миниатюрные азотные установки! Отряды 2 и 5 - готовьтесь к спасательной операции! Мы должны быть внимательны и осторожны, - кричал командир в свое устройство, и Селестен с Квентином могли видеть, как гурьбы зверей в особой одежде в мгновенье ока исполнили означенные приказы. Они стреляли с обоих берегов в это существо, которое начало замедляться, а затем и вовсе вернулось в свою первичную форму и будто бы с ухмылкой двинуло своими тремя частями морды, совершая мощный прыжок и заставляя этот корабль тонуть своим весом. Затем некоторые солдаты начали спрыгивать в воду на быстро надувных лодках, чтобы спасать тех немногих зверей, что выбегали из трюмов и пытались убежать от надвигающейся воды. Волко-монстр немногим давал это сделать - своим хвостом и своими прыжками он хватал незадачливых зверей, зачастую похожих на волков по цвету, размерам или хвосту, возвращая их обратно в это судно кошмаров, которое с безумной скоростью тонуло. К счастью, действия других отрядов заставили тварь перестать это делать. Осознав тщетность положения, волко-монстр выполнил мощный прыжок в сторону порта - туда, где сейчас находился Селестен. Этот маневр заставил все контейнеры полететь и сменить свою позицию, создавая своеобразную окружную ограду вокруг химика и его невольного порождения вины и отчаяния. Никто не пострадал от сей падения железных ящиков - Тьерри быстро схватил Квентина за руку и вытащил его из-под падающей смерти, однако владелец магазина оказался полностью отрезан. -Всем отрядам - пробиться через контейнерную блокаду в зоне восточного берега! НИКТО СЕГОДНЯ НЕ УМРЁТ! - кричал медведь-командир по рации, но чем он мог помочь в действительности? 2 волка - кошмарный, ненастоящий, из чёрной жидкости, глаза которого теперь переливались красным, и самый что ни на есть обычный, но умный и прекрасный в своей манере химик. Победить должен был тот, кто окажется сильнее... и у Селестена не было ни единого шанса. Бежать было некуда - да и никуда уже убегать не хотелось. Оружия тоже не было. Оставалось делать лишь то, чем владелец магазина занимался все эти 4 года лучше всего - выживать. Великий Волк-Уравниватель издал пронзительный вой, а звуки счетчиков радиации в голове были неимоверно громки... но в них как будто бы был ритм. Была последовательность. Волк решил придерживаться её, надеясь, что она поможет ему спастись, и действительно - каждый удар хвостом, производимый монстром, совпадал с ударом счетчика, и Селестен попросту делал маленький шажок в другую сторону, чтобы вызвать большой промах у этой твари. Ритму поддавались и попытки Уравнивателя сожрать волка своей огромной пастью, накинуться на него всем своим телом или оглушить его своим рёвом - всё переставало работать. Селестен будто бы играл в очень неловкую танцевальную партию, в которой его партнер не знал ни одного движения и не обладал никаким слухом. Для пущей уверенности своей победы волк действительно начал пританцовывать, затем доставая из кармана старый-добрый лечебный состав и обливая им своего противника. Такого удовлетворения химик не испытывал уже давно – особенно от того, когда тварь заверещала протяжным криком боли. Жаль, что больше состава у Селестена не было… -Артиллерийские Орудия Хладагента готовы? Тогда в бой! - крикнул Тьерри по устройству, испугав дерущихся волков. Вдалеке можно было слышать какой-то гул, но из-за постоянного шума счетчиков радиации ничего нельзя было разобрать. Сперва химик не понимал, чего ожидать, и потому продолжал свои танцевальные движения, пока он не заметил летящую глыбу - пришлось молниеносным прыжком спасать себя от переохлаждения. Состав военных попал прямиком в цель, прижав монстра к земле, однако вещество быстро начало таять и превращаться в пар. Разумеется, прежней прыти у Великого Уравнивателя нет, но это не помешало ему выпалить хвостом в сторону Селестена и чуть не пробить его насквозь в области сердца. К счастью, владелец магазина вовремя отполз назад. Чудовище, потеряв значительную часть сил, лежало на земле, расходясь лужей чёрной жидкости. -Отличная работа, господин Селестен! Надеюсь, вас не обременяет тот факт, что вам приходится работать приманкой? - с задором сказал Тьерри, поднимаясь по заслонам контейнеров с одним из отрядов. -Да нет, всё в порядке. В конце концов, я виноват, что эта тварь вообще жива. Кстати, он до сих пор не умер, и, если вы думаете, что я знаю, как его убить... - отвечал Селестен, пытаясь оправдать собственную никчемность в этом моменте. -Давайте начнём с того, что вытащим вас отсюда и сменим позицию! Намного же лучше будет наблюдать за этой тварью издалека! Глыба продолжала растворяться, однако вдалеке раздался очередной гул, и ещё куча ледяных формаций упала на монстра. Почему-то он не находил в себе сил для того, чтобы встать, что дало химику и отряду поддержки возможность подняться на контейнеры. Звуки счетчиков радиации начали утихать, однако Селестен всё ещё не желал верить, что это существо можно победить вот таким простым порывом. -Может, вы к нему подведёте ещё отряды? - спросил волк, - Он ведь точно оживёт. -Все отряды сейчас заняты спасательными операциями! Или вы хотите, чтобы мы всё взяли и бросили на то, чтобы убить эту тварь, учитывая, что только вы можете его убить и вы не знаете, как это сделать? -Но нельзя же его в таком состоянии оставлять. -Всему свое время! – крикнул Тьерри, подавая Селестену лапу с высоты одного из контейнеров. В это же время Квентину было намного хуже: он подвергся атаке этих клякс. Волчонок оказался по ту сторону ограды из контейнеров, где его никто не мог защитить из отрядов, да и никто о нём и не задумывался, даже Тьерри, который его же и спас от падающих железок. Такая ситуация была до боли знакома волчонку, и ему оставалось делать лишь то, что у него получается лучше всего: быть детективом не по годам. Кляксы представляли собой таких же врагов, как и эти гнусные преступники, которые настолько преисполнились в собственных пороках, что не различают ничего, кроме жажды собственной наживы. Впрочем, мальчонка понимал, что это - уж очень большое упрощение. Эти существа лились десятками со всех сторон, издавая звуки, напоминавшие невнятные слова. В них можно было разобрать лишь чувства одиночества, упрека, надежды и разочарования. Они приходили парами, и избавиться от них можно было простыми ударами обуви по их клинкам или основе тела. Создания боролись за свою жизнь, при этом стараясь растерзать Квентина на кусочки - у них ничего не получалось, потому что жажда жизни была в нём слишком велика. Родители уж точно за ним вернутся, и даже если Акселя больше нет... по крайней мере, с этим фактом можно смириться и найти себе новых друзей, даже если шансов на это практически нет ввиду сложности интересов зверя. Вот незадача - жидкость из клякс начала пересобираться в новые кляксы. Кажется, все занятие по их уничтожению было бесполезным! К счастью для волчонка, неожиданно появились солдаты, которые расстреляли всех монстров, заставляя их замораживаться и рассыпаться с морозной свежестью. -Мы нашли вторую цель этих существ, волчонка лет 11-12, - сказал один из солдат по рации. -Отлично! Несите его к нам. Товарищ Селестен обрадуется, - ответили ему по рации. Что ж, хорошо, что господин химик и этот странный медведь выжили. Может, жизнь Квентина будет не такой ужасной, как только всё это закончится, и зачем бы эти существа ни охотились за волчонком, он был уверен, что он не настолько уж и одинок... хотя бы сейчас. Хотя бы чуть-чуть. Одновременно на разных сторонах контейнерной ограды оказались и Селестен с Тьерри, и Квентин с солдатами. Они уже собирались объединяться для планирования дальнейших действий в адрес существа, как неожиданно старший волк отметил возвращение гула радиоактивных счетчиков, которые становились всё сильнее и сильнее, пока резко не пропали... их заменил один мощный гул Великого Уравнивателя. Можно было предположить, что кляксы пожертвовали собой ради своего создателя, и тот мгновенно воспрянул, с легкостью избавляясь от своей ледяной тюрьмы. Следующим его шагом был прыжок, который разрушил ограду из контейнеров: одно неловкое движение могло защемить зверя и превратить его в фарш. К счастью, никто не умер, однако солдаты оказались отрезаны. Селестен принялся искать своего малого компаньона, что удалось ему с большой легкостью. Двойне пришлось резко делать шаг назад, ибо монстр вернулся на вторую атаку своими лапами, желая растерзать первого, кто встретится на пути. Но его взор резко сменился с того, кто его породил, на того, кто желал его устранить страстнее всего: -Подготовить охлаждающие ракетометы! Нам нужно задушить эту тварь, пока господин волк не найдет решение проблеме органических порождений! - кричал Тьерри по рации, и Волко-чудовище совершило сокрушающий рывок в его сторону. Реакции командира хватило на то, чтобы не получить удар в сердце, однако зацепило плечо. Тварь резко обнаружила, что застряла в контейнере и не могла из него выйти, а солдаты с ракетометами направлялись к его позиции. Уравниватель совершил немыслимое: он отсоединил клинок на своем хвосте, после чего начал убегать в сторону города. Бойцы отрядов, как бы они ни старались, не попадали в это существо, а даже если редким снарядам удавалось достичь своей цели, то они не делали ничего сокрушительно важного. -Если вы рассчитываете на то, что я умру, то это вы зря! - проворчал Тьерри, - Однако помочь я вам больше не смогу. Отряды, конечно, по инерции продолжат бежать за монстром, но передать вам командование я не смогу. -То есть мы останемся одни? – спросил Квентин с легкой неуверенностью. -Увы… простите. Вы можете попытаться допроситься помощи до моих солдат по рации… удачи вам в том, чтобы остановить этого монстра, - отвечал командир. -Почему-то мне кажется, что это к лучшему, - Селестен подошёл к раненому медведю и ненадолго положи свою лапу на его плечо, - Всё-таки это моя вина, что оно родилось. Мои друзья в жизни бы не породили нечто такое. Мне же эту проблему и решать. Волки пошли за существом, которое теперь медленно, но верно двигалось в сторону западного района, пока Тьерри отдавал один из своих последних приказов: -Говорит командир Тьерри. Всем отрядам – начать всевозможную слежку за волком Селестеном и волчонком Квентином. Они преследуют органическую субстанцию, созданную «Кластерным Успокоителем». Поддержите их любыми доступными способами! Первостепенная задача – защита гражданских, второстепенная – конспирация. Только они знают, как убить эту тварь. Удачи вам, ребята. Великий Волк Уравниватель, то ли из-за своих ранений, то ли из-за изменения стратегии двигался довольно медленно, избегая резких прыжков, будто бы желая быть преследуемым. Квентину и Селестену нужно было лишь быстро шагать за ним, часто замедляясь для того, чтобы рассмотреть, куда этот монстр вообще делся - он нередко запрыгивал на крыши, стены зданий, проскальзывал по уличным фонарям. Прохожие как будто бы не обращали на него внимания, и сложно было сказать, живо это существо или всего лишь является плодом массового помешательства. -Дядя Селестен, а ты правда знаешь, что делать с этим волко-монстром, когда мы до него доберемся? - спросил Квентин в растерянности. Сейчас он крепко держался за лапу старшего собрата и не желал её отпускать ни при каких обстоятельствах. -Нет. Но я уверен, что мы это узнаем, когда он дойдет до точки своего назначения. Кстати, Квентин... спасибо за то, что доверился мне, - с трудом и легкой неловкостью сказал Селестен. Волчонок ничего не ответил. Может, сейчас попросту был неподходящий момент для таких разговоров, особенно когда окружающие на тебя оглядываются и считают тебя сумасшедшим. Может, старший волк к тому привык за годы вынужденного одиночества в детском доме, но вот младший страдал очень сильно. Может, ему и не надо было свыкаться с этой ужасной мыслью? Что, если для него есть будущее получше? Все эти мысли появлялись в основном из-за того, что передвижения Великого Уравнивателя стали какими-то монотонными, а сам он уменьшился в размерах до обычного зверя. Медленно ходя по переулкам, взбираясь на 4 лапах в закоулки, перепрыгивая стены, которые легко можно было обойти, существо как будто бы заигрывало со своими одинокими преследователями. Периодически тварь пробегала мимо сточных коллекторов, выдергивая хвостом чёрную жидкость, - видимо, так она поддерживает свою жизнь. Интересно, сколько ещё осталось этой субстанции, которую выкашливали все звери, принявшие этот странный успокоитель? Ведь без неё Волк-монстр быстро погибнет. В это очень хотелось верить. Несколько часов продолжалась эта неспешная погоня, пока существо не занырнуло в какую-то вентиляционную шахту огромного здания, крыша которого была полностью стеклянной. Сперва волки не поняли, где они оказались, но вскоре Селестен припомнил университетские годы и свои визиты к Акселю... это была их Исследовательская Оранжерея. Сооружение было 6-угольным, в центре находилась ирригационная система и исследовательская лаборатория, вокруг которой по радиальной схеме распространялись все гидропонные установки, располагавшиеся на нескольких этажах, для доступа к которым использовалась целая конструкция из помостов. Главный вход имел большие двери, над которыми находилась вывеска "Ботаническое Отделение Университета Туманной Чащи - Особенная Оранжерея". -Дядя Селестен, а вы здесь бывали? Аксель рассказывал, что здесь проводил чуть ли не каждый день и безумно этому радовался! Он даже обещал со мной сходить как-то раз... - радостно кричал волчонок. Стоит ли быть с ним мягким, или лучше быть откровенным? -Он разделял работу и личную жизнь. Он хотел, чтобы я держался от этого места подальше, хотя пару раз мы здесь пересекались, - ворчал Селестен. -Вам грустно говорить об этом? Простите. Я не хотел. -Всё в порядке. Ты не виноват. Не ты убил его. -Но ведь дядя Аксель пострадал от несчастного случая! Он сам написал об этом в письме. -Может, я преувеличиваю, но он был превосходным специалистом. Вся его команда погибла... и, знаешь, мне кажется, что он бы спас себя и остальных, не будь он так грустен из-за меня. Я могу брать на себя слишком много ответственности, но... Квентин резко обнял своего старшего подопечного, они встали прямо на входе, внутри оранжереи. На фоне многочисленной зелени эти двоя выглядели ещё милее. Простояли они так минуты 2-3, после чего Селестен неуверенно отодрал от себя маленького подопечного. -Пойдем. Мы не можем задерживаться - кто его знает, что задумала эта тварь, - сказал старший волк. -Но вы ведь сами говорите, что от грусти Аксель мог погубить всех! Я не хочу, чтобы ты себя погубил из-за этого, - с глубоким страхом ответил Квентин. -Спасибо… за заботу, - ещё более неловко ответил химик. В этих зарослях легко можно было пострадать от столь совершенного охотника, как Великий Уравниватель, и, раз уж он смог ранить Тьерри, то велика вероятность, что он может нанести реальные увечья обоим волкам. Как же найти этого хищника, и, более того, как понять, как с ним разобраться? Вряд ли монстр привёл их сюда просто так: значит, ответы стоит искать за исследовательской лабораторией, которая вместе с ирригационной системой находится в центре всего здания. Жаль, что дорожки заросли, так что приходится идти обходными путями - неужели сюда никто не заходил все эти годы? Селестен пытался ориентироваться по звуку радиоактивных счетчиков, но их попросту не было. Он крепко держал Квентина за лапу, чтобы не потерять его, но в открытом бою волкам будет очень тяжело. Стоит поискать какие-нибудь химикаты - они очень сильно вредят монстру... -У меня есть 3 литра растворителя краски и лаков... а также ещё 5 литров штатных дезинфекторов. Вам это интересно, господин волчок? - голос говорящего был так знаком, и за зарослями Селестен разглядел Эдгарда в милом красном пиджаке и желтых брюках. Рубашка была белого цвета, а в меху лиса виднелись крапины крови. -Ты же мёртв. Ты в курсе? - спросил волк с ярым удивлением, смотря на своего товарища как на привидение. -Да ладно тебе, Селестен. Неужели ты откажешься от помощи друга в столь страшный час, когда монстро-волк разгуливает по этой оранжерее? -Не делай вид, что ты ничего не понимаешь. Ты умирал 2 раза на моих глазах. -Тебе показалось. Знаешь, у таких особ, как ты, Селестен, видения разного рода являются нормой... мне кажется, тебе стоит побольше отдыхать. А как можно отдохнуть, пока этот монстр жив? - лис протянул лапы в сторону морды волка. Они прошли сквозь тяжелую листву и добрались до своей цели, гладя её нежно, слишком нежно. -Ну уж нет, - волк отошёл резко в сторонку, - Ценю твое беспокойство, но мы сами разберемся с Квентином. Неожиданно упомянутый волчонок резко дёрнул старшего собрата за лапу. -Дядя Селестен, да пойдемте уже! Я видел этого монстра! Он пронесся по зарослям. -Ах, да… извини. Задумался о своем, - когда химик поднял свою голову, он увидел, что лиса уже и след простыл, а химикаты оставались на месте. Квентин повёл Селестена как раз туда, где располагались все химикаты - как раз здесь и была лаборатория с ирригационной системой. Волки резко остановились, потому что они оба увидели Великого Уравнивателя, который висел на крыше, зацепившись за одну из люстр. Счетчик радиации медленно трезвонил как опасное напоминание. Забавно, что прямо под монстром как раз расположился Эдгард, который с величайшим страхом смотрел наверх. Лис оказался привязан к лабораторной стойке при помощи жгутов из психиатрических больниц, они не давали ему сдвинуться ни на сантиметр. Волко-монстр будто бы рычал от счастья, упиваясь собственной победой, после чего он очень медленно упал на свою жертву и пробил её своим хвостом. В груди Эдгарда в очередной раз оказалась дыра от этой твари, но теперь на хвосте её держалось сердце, шатавшееся туда-сюда. Оно упало на землю, растворяясь в чёрную жидкость. К слову, в этот раз лис погибал с оглушительным криком, и Селестен не мог оторвать взгляд от этого зрелища. Когда труп упал на землю и начал понемногу разлагаться, его примеру последовал и химик - его ноги подкосились, и он сам оказался на земле в очень неловком положении. Он никогда не позволял своим чувствам выходить наружу в местах, где могли его увидеть другие животные, но сейчас волк не сдержался и завыл. Его гортань разрождалась пронзительными звуками величайшей печали, которая связана с виной, безнадежностью, предательством и одиночеством. Великий Уравниватель завыл в ответ, как бы передразнивая своего врага, а ирригационная система полностью была в чёрной жидкости, которая по велению твари направлялась напрямую к этому чудовищу. Впрочем, Селестен не желал сдаваться, потому он с великим трудом встал, придерживаясь за соседнюю столешницу, после чего уверенно сказал: -Я могу потерять хоть ВСЕХ дорогих мне зверей, и как бы ты мне ни угрожал, я всё равно избавлю свет от тебя! По тебе никто не будет скучать, и я должен убедиться в том, что ты никогда не вернешься в этот мир из-за чьего-либо горя! -Отличная речь, дядя Селестен, но разве стоит её говорить монстру?.. – с большим испугом спросил Квентин. И его опасениям были причины. Волко-монстр взмыл вверх, где зацепился за очередную люстру и начал издавать звуки приятной агонии. Его ткани начали становится выпуклыми, хвост разделился надвое, и совсем скоро на землю упал ещё один Великий Уравниватель, которому Селестен скромно дал имя Второго. Следом его собрат приземлился рядом, и они синхронно подготовили свои хвосты, встали на 2 лапы и оба ринулись в сторону Селестена. Тому оставалось лишь прыгнуть вперёд, чтобы чудовища попали друг в друга, но промазали по своей цели. -Квентин! Собери все химикаты, на которых написано "ДЕЗИНФЕКТОР" или "СПИРТ"! Он реагирует только на них! - кричал химик, стараясь убежать как можно дальше в заросли. -А что, если эти монстры на меня нападут?! - удивился Квентин, направляясь за одну из научных стоек. Кому бы ни пришло в голову расставить деревянную мебель в центре густой оранжереи, стоит выразить этому зверю максимальную благодарность. -Кидай вещества в них, или убегай! Но ты им не нужен. -Почему вы настолько уверены?! Селестен, увы, не ответил на этот вопрос, ибо он уже был слишком далеко, чтобы что-то расслышать. Он пытался найти подходящее оружие... может, удастся снизить резко температуру в оранжерее, а потом поливать водой этих чудовищ, и это сработает за охлаждение? Но, кхм, проблема была в том, что это их не убьет, а лишь замедлит. Сей идею волк всё равно не отбрасывал - просто не возлагал на неё больших надежд. Где-то на окраине оранжереи должна находиться система отопления, или доступ к ней... она должна быть отделена от общей системы ирригации, поскольку в последней необходим точный контроль температур. Придётся обойти по кругу всю оранжерею... и получить по морде хвостом волко-монстра. К счастью, удар был тупой, и потому была лишь глупая боль, но никакая кровь не пролилась. Следующий удар клинком на хвосте должен был пройти через голову Селестена, но он вовремя поймал медленно летящий хвост и перенаправил его в стену, которая оказалась окном. Стекло было пробито, и поток хладного воздуха начал заполнять всё помещение. Великий уравниватель (первый? Или второй?) бежал, оставляя химика одного под ударами мокрого снега с улицы. Квентин очень усердно выискивал и собирал все склянки с нужными надписями. Он быстро столкнулся с проблемой того, что ему некуда всё складировать, да и он не знает, где искать Селестена, так что волчонок поскорее нашёл какую-то коробку и начал бродить с ней. Как только этот импровизированный способ хранения оказался заполнен всевозможными бутылками, мальчонка проявил смелость и крикнул: -Дядя Селестен! Я нашёл очень много всего! Где ты? -Как не вовремя ты решил это сделать! - кричал в ответ Селестен, который, судя по всему, сломал что-то (систему отопления, но откуда Квентину об этом знать?), - Давай я приду к тебе! Где ты сейчас? -Ну... у большого деревца, которое похоже на ель! -Уже бегу! Только договорюсь с 2 очень злыми зверьми! Волчонок не был уверен, как его новый старший друг справлялся с такими монстрами без оружия, одной лишь ловкостью и смекалкой. Но разве детективы ведут себя как-то иначе? Разве они имеют у себя в управлении армии для решения всех проблем? Но Селестен - не детектив... явно не по профессии, но в душе - очень даже может им и оказаться. Вскоре волки объединились, и у старшего из них плечо было окровавленным. Химик сначала протёр свои раны, после чего начал перекладывать склянки себе в карманы. Наконец, животные разобрали снаряды, но их уверенность погибла из-за странных звуков: из трупа Эдгарда вытекло очень много крови, и вся она собралась в дренажных углублениях ирригационной системы. Жидкость начала издавать странные звуки, и скоро из этого массива вещества образовался Третий Великий Уравниватель, и к нему присоединились его братья. Первый отличался тем, что он был весь чёрный; у Второго хвост теперь был красным, а у Третьего всё было красным, кроме хвоста. Каждый из них раскрыл свою тройную морду, чтобы нарычать на Селестена. Часть склянок укатилась на пол и разбилась, заполняя ирригационную систему собой. Сам рёв звучал, как наждачная бумага, которая встретилась с меловой доской на скорости в миллионы километров в час, и они встречались друг с другом ежесекундно, раздирая уши на части. -Почему их становится только больше и больше? - испуганно спросил Квентин, перебивая этот рёв. -Думаю, мы удаляемся от решения проблемы. Надо кардинально изменить наш план, - ответил ему химик. Все волко-монстры совершили усиленные прыжки в сторону зарослей и спрятались в них. Они журчали, постукивали своими счетчиками радиации, каждый из которых по-своему отличался: первый бился очень часто, второй - средне, и третий бился медленнее всех. Селестен тут же подхватил Квентина за лапу, и они старались оглядываться по сторонам, но видели лишь тени и силуэты: слишком быстры они были. -У меня есть новый план, - неожиданно начал старший волк, - Я сломал систему отопления. Мы можем заморозить этих монстров здесь... -Мы не продержимся так долго, оранжерея слишком большая! - судорожно ответил Квентин. -Ты прав. Хорошо учишь физику, твои родители могут тобой гордиться... В любом случае нам надо как-то охладить одну из этих тварей. Других можно будет облить нашими составами... Он не договорил - его прервало пикирование Второго Монстра, но волку вовремя удалось защититься при помощи находящегося рядом железного подноса, так что маленький и лёгкий монстр отлетел в сторону, где растения уже леденели. Неужели на улице так холодно? Продолжил атаку Третий Монстр, который нанёс удар исподтишка и чуть не задел Квентина, но Селестен вовремя передвинул друга и принял атаку на себя. Химик не пострадал, а вот его противник вылетел в сторону центрального фонтана, на котором держалась система Ирригации. Эти твари быстро скрылись в оранжерее, которая постепенно разрушалась: удары монстров по составным балкам и резкие пикирования с люстр заставляли их падать, так что старший и младший товарищи побежали в сторону, когда завидели, что одна из люстр несется к полу. На ней оказался первый монстр, который начал выполнять серию взмахов своим хвостом и клинком, после чего совершил прыжок в сторону Селестена и пытался его забить своими когтями. Силы волка хватало на то, чтобы сдерживать противника, но победить его вряд ли удастся. Неожиданно волчонок обливает монстра целой склянкой спирта, и чудовище отлетает в сторону, впадая в конвульсии. Владелец магазина долго ждать не стал - взял свой пиджак, облил его 4 составами сразу и заткнул тканью пасть монстра. Он через некоторое время замолк, а потом превратился в глыбу и разлетелся миллионом чёрных осколков. Волки посмотрели наверх - одна из тварей бегала по парапетам, которые поддерживались силой крыши. Наверняка они использовались для научных взысканий в лучшие дни экспедиционной ботаники, но сейчас они только помогли монстрам скрываться, и Селестен проклял 30 раз Акселя и его команду. Однако сразу же он вспоминал о последнем письме своего любимого и всё ему прощал... Неожиданно сверху начали падать ещё осколки стеклянной крыши, и стало понятно, что надо бежать с огромной скоростью куда-нибудь, где уже не было стекла! Кто-то целенаправленно уничтожал одну из надежд на победу над чудовищами... и тогда Селестен увидел кучу шлангов, тянущихся от ирригационных систем. -Как думаешь, Квентин, где находятся системы полива? Давай подключим шланги и польем эту тварь ледяной водичкой! -Дядя Селестен, а вы уверены, что там течёт холодная вода? Химик открыл кран, который находился неподалёку, и его разорвало - начался фонтан такой жидкости, которая при прикосновении с волчонком заставила его отпрыгнуть назад. -Убедительно, - заключил юный детектив. -Тогда бери зеленые шланги и подключай их к другим кранам! В этом занятии им помешало Второе Существо, которое прилетело прямо на Селестена. Он не растерялся, выбросил в него заряд составов, но толку не было, так что пришлось скользнуть вниз, чтобы не получить удар в голову хвостов, но спина все равно была поцарапанной. Остальные склянки Селестен мягко переложил в сторону хладной воды. Волчонок тем временем занимался своим делом: он подключал 1 конец шланга к крану, запускал воду, а потом тянул этот шланг за собой по дороге к остальным. К моменту, когда Второе Существо наигралось с волком, к нему присоединилось Третье. -Квентин, КАК ТЫ ТАМ? -Освежающе! - заключил волчонок, подплывая к 2 очень опасным зверям и начиная поливать их мощными струями воды. Третий Монстр в страхе убежал, а второй в конвульсиях забился на полу, медленно замораживаясь и пытаясь сбежать. Селестен заметил, что с момента, как он оставил склянки и танцевал с существами прошло 5 минут, так что он взял охлажденные составы и полил ими тварь. Результат был великолепен – Великий Уравниватель Второй разбился на миллионы красных осколков. Третий Великий Уравниватель наблюдал за всем со стороны и задумался о том, чтобы сделать ненастоящую атаку вбок Селестена, чтобы заставить его почувствовать себя в опасности и направится в ту сторону, которая была нужна монстру. Этот маневр был изящно выполнен, однако химику хватило сил на то, чтобы перетащить монстра в сторону огромной полки, которую нападавший на себя опрокинул с великим громом. Химик перевёл дух и пытался жестами передать Квентину, чтобы он отошёл назад, но волчонок плохо понимал дёрганые движения руками с открытием пасти, и вскоре Третий выпрыгнул из-под малой западни и величайшим пируэтом заставил обоих зверей повалиться на пол, после чего триумфально завыл во всю глотку чем-то не очень мелодичным и очень противным. Красный хвост упёрся в глотку Селестену, однако почему-то не хотел его убивать, а Чёрные глаза смотрели прямо в зрачки своей жертвы. Так продолжалось пару минут, пока Великий Уравниватель не поднял хвостом побежденного и не направил его в фонтан. Химик очень сильно сопротивлялся, пока Квентин пытался подручными средствами навредить обидчику, но ничего не выходило. Напоследок у Селестена родилось желание сказать пару прощальных слов: -Глупо умирать от собственных чувств, которые не смогли побороть даже совершенные препараты... но это моя вина. Надо было... не избегать... самого же себя... От этих слов монстру почему-то стало плохо, и Квентин вовремя толкнул его в сторону ирригационного фонтана, заставив отпустить жертву. Селестен перегруппировался, как мог, и взял половину шлангов у волчонка и крикнул: -Перевязывай его! Монстр к этому времени запрыгнул на верхушку фонтана и начал "петь", раскрыв свою тройную морду, но он как будто бы медленно проваливался внутрь водяного насоса. Волки обвязали его, тем самым закрепив его в едином месте, и со временем по монстру начали проступать ледяные части. Тварь заморозилась в оранжевом свете, оказавшись чуть ли не насаженной на всю орошающую схему. Зрелище было не из приятных, и Селестен прикрыл подопечного от него. Триумф был короток: звуки счетчиков радиации, которые пропали на недолгий срок, быстро вернулись в едином порыве, который вызывал наибольший дискомфорт из всех возможных. Из ирригационной системы начали вырываться столбы чёрной жидкости, которые по чьей-то сильной воле объединялись в общую массу черноты. Она с небывалой скоростью заполняла собой оранжерею, приобретая более-менее цельную форму. "Голова" этого существа напоминала вентилятор из 3 частей, каждая из которых была серой, но имела многочисленные глаза своего цвета: чёрного, красного и оранжевого. Отростки обладали собственным разумом и двигались в разных направлениях, осматривая окружающую среду, и были длиной в 3-4 метра. Все они прикреплялись к единому столбу, который располагался единой массой вниз и становился больше у подножья. Через пару секунд оттуда начали появляться многочисленные щупальца, каждое из которых на конце имело захватывающий орган с 4 когтями. Всего щупалец было 13, но они так хаотично двигались, что точное число было невозможно установить. Наконец, из низа начали прорываться огромные конечности, которые напоминали цельные клинки, удерживающиеся на 3-частных органических шарнирах. Как только создание закончило формироваться, а зверям некуда уже было отходить, они уткнулись в заросли, а оно издало мощный рёв, который можно было сравнить с агонизирующей болью от радиоактивного заражения: о ней доводилось слышать всем ученикам университета Туманной Чащи, когда они добирались до физики в программе. Все клинки нанесли молниеносный, одновременный удар по земле, произведя легкое землетрясение. Волки пошатнулись и поняли, что пора бежать куда-нибудь подальше, может, даже из оранжереи, но выход оказался заблокирован - вода заливала его ещё во время битвы с 3 уравнивателями, а уничтожение системы отопления привело к отсутствию утепления и замерзанию жидкости. Осознав всю безысходность, товарищи пытались убежать в верхнюю часть здания, но оказались разделены ещё одним мощным ударом монстра. Селестен и Квентин оба бросились в разные стороны, надеясь, что круговая конструкция здания позволит им потом встретиться, но тварь была крайне агрессивна: клинки наносили удары по структурным частям оранжереи, по рабочим помостам, на которых сейчас бегали волки, и лишь один бог спасал все эти парапеты от разрушения. В одиночку они вряд ли смогут справиться, и потому их прыткие умы решили обратиться к рации - одновременно, без чьей-либо наводки они попросили о помощи у странных военных. Им повезло, что частота связи не изменилась - но от этого лучше никому не стало. -Наши отряды заняты эвакуацией университета! Причина "учения эвакуации при пожаре" оказалось достаточно эффективной, руководство отлично кооперируется, но у нас больше нет сил ни на что! Оперативные группы стараются следить за тем, чтобы никто ничего не узнал, - отвечали Селестену по рации. -А что, если мы здесь погибнем? - испуганно спросил химик. -Командование выдаст вам посмертные награды. Вы считаетесь допустимыми потерями в записях учёных, однако город не может оказать вам больше никакой помощи. -А если эта тварь выберется отсюда? Вы что, проигнорируете её? -Существует рабочая гипотеза, что монстр сам погибнет без подпитки чувственным биологическим материалом! Мы поставим его на содержание и заблокируем здесь, а остальное сделает время. Ваше спасение - ваша собственная забота, мы лишь даем вам возможность это сделать. Как поняли? -Чётко и ясно, - Волк со гнева собирался выбросить рацию, но оставил её. Вдруг он сможет наладить связь с Квентином? Не сказать, что ответы военных волчонку были чем-то лучше. -Мы вынуждены отступить! Повторяю, объявляю вынужденное отступление! Мы направим гуманитарную помощь пострадавшим волкам в лице боевого оборудования, но мы обязаны уходить! -Почему вы нас бросаете?! - удивлялся Квентин, скрывая свои слёзы как можно сильнее. -Смена приоритетов! Мы обязаны сделать так, чтобы о трагедии никто не узнал. Простите, но теперь вы сами по себе. Мальчонка, может, и хотел как-то отреагировать, но просто начал менять частоту радио и убегать, надеясь, что он найдет свое спасение где-нибудь ещё. Бессмысленные разговоры пришлось быстро прервать: Удары монстра стали наконец-то целенаправленными. Каждый клинок будто бы целился в своего зверя, однако все замахи практически попадали именно в Селестена. Если Квентин как-то и страдал, так это от разрушения помостов и падения их в лапы щупалец, которые на земле разрывали всё на кусочки и поглощали, оттаскивая материалы в центр существа В нем можно было разглядеть нечто пульсирующее красным цветом, похожее на сердце. Волчонок продолжал перемещать частоты радио и пытаться вызвать старшего товарища, но пока у него ничего не получилось, кроме помех, и он начал разглядывать этот сердечник. Такой далекий и одновременно такой близкий... казалось, что он мог до него коснуться, и тот желал ему ответить, но лишь через щупальца или клинки он мог выразить свою заинтересованность, и результат был гнусным, опасным для обоих сторон. Квентин знал, что этот монстр ужасен, и что его лучше избегать, ненавидеть, попытаться убить, но... неужели в смерти его нельзя было простить? В конце концов, если верить Тьерри, то он родился из слез, тайн, страхов и ложных надежд зверей, которым было тяжело справиться со своими проблемами. Волчонок не знал всей истории, но прекрасно представлял, что что-то пошло не так, или путь к настоящей любви был слишком тернистым. Более того - сердечник будто бы пульсировал всё медленнее и медленнее, показывая, что существо сейчас медленно угасает, и щупальца, искренне ищущие жизни где-то ещё, борются за собственное существование... Селестен тоже получил шанс посмотреть в Сердце зла его жизни, но он бы к этим размышления Квентина прибавил ещё и то, что Ариэль и Фереол добились того, чего хотели, - они лишь совершенно не ожидали, каким способом этого сделают, и совесть их мучала. Они долгие и упорные годы жили с этим составом в своей крови, он менял их разум, пытался ответить им на вечные вопросы, но привёл их в смертельный тупик. Может, таково их спасение? Или же препарат попросту не доработан для того, чтобы вести на путь истинный? Одно волк мог сказать сейчас с огромной уверенностью: он покончит с этим всем сегодня и выживет. Он всегда находил пути, как бы жизнь его не пыталась покарать – что должно помешать ему сейчас? Совесть? Неожиданно клинки перестали агрессивно пытаться разрушить всю верхотуру и устремились вниз, на защиту сердечника, пока внизу щупальца активно поглощали флору, пытаясь продлить жизнь существа хотя бы на пару минут. Оно ведь потом может захотеть поглотить весь город? Или остановится на 2 волках? Мысли о будущем города меркли в разумах обоих зверей... каждый из них задумался о том, как можно остановить эту чудовище. Все прошлые методы вряд ли помогут - судя по всему, тварь идеально адаптируется. Селестен долго думал, сбросил с себя составы и кинул их в существо. Заметив 0 эффекта и подтвердив неутешительную гипотезу, волк начал искать по карманам брюк и рубашки (у него повсюду были карманы) что-нибудь... и в его лапах оказался шприц. Тот самый "Кластерный Успокоитель", которым химик воспользовался 4 года назад! Воспоминания быстро нахлынули на него, хоть и в очень сумрачной поре: через неделю после убийства Акселя он нашёл листовки странной городской программы по избавлению от горя, записался в неё и согласился на все условия, как бы его ни пытались отговорить. Его просили самого вколоть вещество, когда он посчитает нужным. Владелец магазина сделал это в конце того же рабочего дня... в тишине и покое. В оранжерее стояли такие же тишина и покой, даже звуки существа и счетчика радиации стали приглушены в голове Селестена. Он понял, что он должен сделать - поставить жирную точку во всей этой гнусной истории. По рации волк вдруг услышал голос своего младшего подопечного, и, выйдя из транса, суетливо настроился на его частоту и ответил: -Ах, Квентин, как я рад знать, что с тобой всё в порядке! У меня для тебя хорошие новости: я понял, как уничтожить это существо, но мне понадобится твоя помощь. -Но как же я тебе помогу, если ты так далеко? И этот монстр очень-очень не любит тебя! - взволнованные вопросы волчонка имели смысл, и не было никаких идей, как его успокоить. -Мне нужен будет коридор прямо к сердцу твари! Попробуй занять его какой-нибудь ненужной деятельностью. -Легко! Учителя всегда говорят, что я прибавляю им работы. Селестен не стал ничего отвечать на это, ограничившись тяжелым вздохом. -Удачи нам с тобой. Химик быстро начал изучать текущую обстановку: сломанные помосты где-то держались ладаном, но всё же по ним можно было спуститься вниз, прямо к сердцу существа, откуда можно было сделать прыжок и вонзить шприц в красное месиво эволюции. Проблема - клинки встали на защиту центра своей жизни, а все 3 отростка "головы" пристально смотрели на волка, не давая ему сдвинуться с места. Здесь должен будет помочь Квентин, который уже начал закидывать монстра различными кусками металла, падающими со структурных частей оранжереи. Тварь повернулась в сторону волчонка и начала пристально за ним наблюдать, все 13 щупалец потянулись в его сторону... -Вот именно! Я вам нужен! Никто другой не захочет с вами иметь дело, гадкие монстры! - кричал малец, запрыгивая на другие помосты, а с них - на верхушки исследовательских стеллажей, откуда он брал ещё склянки и образцы и кидался ими в "голову". Чудовищу это не нравилось, и оно направило клинки на то, чтобы устранить маленькое недоразумение. В это же время Селестен начал сбегать вниз, по помостам, и обнаружил, что щупальца направились в его сторону. Волк не растерялся и взял один из осколков стекла, разрезая ими проворные конечности, которые быстро отмирали, но и так же быстро отрастали назад. Химик решил вернуться наверх, где 2 клинка обратились к нему и желали раздавить его, но он уже заметил ещё одну возможность, откуда можно будет прямо прыгнуть на сердце. 2 других клинка зашли на оборону этого уязвимого места, разгадав замысел волков. Старшему это жутко не понравилось, и тогда он крикнул младшему подопечному: -Лови, Квентин! Шприц через пару секунд оказался в руках у волчонка, и внимание монстра тут же перевелось на него. 3 отростка на "голове" соединились и стали напоминать пасть Уравнивателя, которая готовилась поглотить мальца. Он поспешно скатился по помостам вниз, где его ожидали щупальца. Теперь клинки выстроили защиту около его стороны сердца. -А теперь брось мне! - крикнул резко Селестен, и машинально волчонок повиновался. Шприц вновь оказался в воздухе, и существо могло лишь за ним наблюдать – щупальца и клинки были заняты совсем другим, а голова была слишком неповоротлива. Химик решил не ждать счастья и прыгнул по помостам в его сторону. Все 13 щупалец пытались изменить направление и поспеть за своей гибелью, которую они подсознательно чуяли, как звери знают, кто несет им больше погибели в этом мире... но они не успели. Волк перехватил "Кластерный Успокоитель" и вколол его прямо в сердце твари, ибо оно оказалось не защищено. Пару секунд ничего не происходило, вообще ничего - настала мертвая тишина, в которой оставались лишь мысли 2 животных. Дальше раздался страшный звук, который можно было назвать массивным таянием снега, падением огромного клуба воды вниз, но ясно было одно: тело существа перестало быть единым. Клинки в своих последних ударах, которые бы попали по Квентину, стали абсолютно жидкими, и цвет этой жидкости переходил от серого к кристально чистому. Впрочем, давление все равно сломало помосты, и волчонок полетел вниз, но Селестену хватило реакции для того, чтобы прыгнуть в сторону своего подопечного и обнять его как можно крепче, ибо потоки воды захлестнули собой всю оранжерею. Они были теплыми, немного даже заботливыми, и химик впервые за долгое время почувствовал какую-то свободу... даже счастье от этой свободы. Никто этого не видел, но Сердцевина монстра оставалась на том же самом месте в течение всего затопления, но между каждым ее ударом увеличивался интервал. Когда ирригационная система и растения с трудом справились с задачей поглощения всей этой массой воды, оба волка смогли выйти из этого неожиданно объятия и понять, что они устояли. Но почему?.. Ответа на этот вопрос они не смогли найти, ибо перед ними предстало это сердце. Красный свет до сих пор исходил из него, и Селестен взял под лапу Квентина - они подошли к этому напоминанию об опасности и долго на него смотрели... пока оно не треснуло. Один кусочек за другим отпал, и в центре этого образования находилась изящная статуя древнего волка, выполненная из мрамора и драгоценных камней разного цвета: красного, чёрного, жёлтого, белого, серого и зеленого. По рации долго слышались попытки солдат узнать о произошедшем в оранжерее, но волки не собирались на них отвечать – они несколько часов смотрели на великолепную скульптуру, не отрывая своих глаз ни на секунду.