Весна живет

Эрос сидит прямо на полу в центре комнаты. Он как-то говорил, ему нравится работать лицом к окну, а за столом он просто утыкается взглядом в стену. Другое дело — когда он может видеть тот удивительный вид, что открывается ему здесь во всю высоту стены. По ясному небу изредка проплывают облака, сияя мягким белым светом и причудливо играя тенями. Внизу, за пиками менее высоких скал, разливаются широкие зеленые луга с невидимыми отсюда шапочками цветов. А далеко впереди — невероятные просторы долин и рек с серебрящейся на горизонте линией моря. Психея видит только его спину и слышит тихий скрежет костяного ножа по дереву. Однако почти как наяву представляет его легкую улыбку и умиротворенное лицо. Ему нравится заниматься стрелами. Вот он, провернув оструганную ветку лавра в пальцах, откладывает ее в сторону. К таким же. И тут же из другой кучи берет следующую. На этот раз это ветка кизила, фиолетово-коричневого цвета. Мягким жестом он собирает с нее листья, кидая их прямо на пол, и снова берется за нож. Весь пол уже усыпан всевозможными листьями и стружками, похожими на тонкие завитки золота. Психея, стоя в дверях и прислонившись к откосу, улыбается, качая головой. В ярком свете солнца они и правда сияют не хуже не отполированных пока золотых и свинцовых наконечников, лежащих в чашах на низком столике рядом с ним. И шуршат под ногами так же тепло и уютно, как в тихом осеннем саду. Эрос замирает и оборачивается, даря ей нежную улыбку и радостный блеск глаз. — С добрым утром, — шепчет он ей в висок, когда она обвивает его руками со спины. Берет ее ладонь в свою. Она тихонько смеется от щекотки, когда его вторая рука проходится по ее боку. Он улыбается шире, перетаскивает ее за талию к себе на колени и зарывается лицом ей в шею. — Скорее, уже почти день, — отвечает она с улыбкой и зарывается пальцами в его кудри. Он фырчит, ежась от удовольствия. — Значит, с добрым уже почти днем, — бормочет он. — Позавтракаем? Или… пообедаем? Она в ответ смеется и качает головой. — Не хочу пока… Можно я тут с тобой посижу? Схожу только за книгой. — Конечно, — отвечает он. — Я буду рад. — Чудно, — она легонько трогает его губы своими и отстраняется, вставая. — Ой! — вдруг вспоминает он, когда она уже почти выходит. Психея оборачивается. — Тебе не трудно будет принести заодно мешок перьев с кухни? — О, совсем нет. Принесу, — улыбается она в ответ. Когда она возвращается, кучи с необработанными ветками уже не осталось. Зато рядом с Эросом появился зажженный факел, над пламенем которого он как раз проводит будущим древком. Мельком глянув на нее, он на секунду улыбается шире — но тут же снова возвращается к работе. Нежно проводя пальцами по горячему дереву, он прищуривается на одном месте и выпрямляет пальцами едва заметную кривизну. Подносит к лицу, смотрит вдоль одним глазом — и довольно вскидывает брови, мимолетно коснувшись кончиком языка нижней губы. Откладывает готовое древко на столик и берется за следующее. Психея мотает головой, отходя от завороженного оцепенения. Аккуратно проскальзывает (насколько это возможно среди шуршащего хаоса) к кушетке недалеко от окна, мимоходом оставляет рядом с Эросом его мешок и устраивается на мягком сидении, удобно подогнув под себя ноги. Пахнет деревом, смолой и дымом. Из окна льется солнечный свет, падая широкой полосой на царящий в комнате хаос. Еле слышится шум сильного горного ветра. Под уютный шорох страниц Эрос разминает шею, гасит факел и окидывает предвкушающим взглядом столик, заваленный готовыми заготовками. На мгновение бросает взгляд в сторону увлекшейся книгой Психеи, а та, будто чувствуя, тут же смотрит в ответ и улыбается. Эрос посылает ей воздушный поцелуй и весело щурится на ее искристый смех. В небе мелькают два темных росчерка. Стрижи. Решили поиграть в догонялки, петляя и ловя воздушные потоки. Психея видит, как они то отдаляются, то приближаются друг к другу, будто бы танцуя прямо в воздухе. А Эрос увлечен другим. Кончиком ножа он делает небольшой надрез на торце древка, вставляет в него хвостовик золотого наконечника, легонько мажет смолой с остывающего факела и крепко перетягивает место соединения тонкой нитью. Вдруг, будто что-то вспомнив, он вскидывается и осматривается. Просияв, пододвигает к себе мешок перьев и… Просто вытряхивает из него все на пол. Психея смеется и качает головой, ничуть не сомневаясь, что какой бы хаос где не царил, он всегда способен устроить еще больший. А Эрос только задорно ухмыляется и зарывается пальцами в перья, вороша их и разметая еще сильнее. Отбирает три и прикладывает их к древку в давно найденном идеальном месте. Выравнивает кончиком ногтя и чуть поворачивает одно для одному ему понятного наклона. А затем аккуратно, облизнув губы и почти не дыша, тоже стягивает нитью, умудряясь ловко удержать все ровно в нужном ему состоянии. Последней, словно росчерком пера, он вырезает аккуратную выемку под тетиву. И, кладя готовую стрелу поперек пальца, наблюдает, как она чуть склоняется наконечником вперед. Растягивает губы в широкой улыбке и довольно кивает. Психее нравится видеть его таким. Хотя, конечно же, ей нравится видеть его любым, но вот таким вдохновленным, довольным, но при этом расслабленным, он бывает довольно редко. Обычно он крайне эмоционален. А вот такое умиротворение… ему тоже идет. Сейчас он легко улыбается и полирует готовые стрелы, шлифуя, покрывая воском дерево и полируя наконечники. Причем, что к золотым, что к свинцовым он относится с одинаковой теплотой и любовью. Ему нравится все. В воздухе пахнет все тем же деревом, смолой и теплым воском. За окном в самом разгаре день. Еще несколько дней назад на склонах гор сверкали последние островки снега, но сейчас здесь уже полностью вступила в свои права весна, радуя глаз яркой зеленью и теплым камнем. — Давай поедим прямо тут? — вдруг слышит она голос чуть ли не из-под ног. Психея вздрагивает, прижав руку к груди, и резко отворачивается от окна, опуская взгляд вниз. — Давно ты тут? Оказывается, он устроился рядом с кушеткой на полу, запрокинув голову на соседнее сидение и насмешливо ей улыбаясь. — На самом деле… нет, — качает он головой, лукаво сверкнув глазами и улыбаясь шире. Вот же… шутник. Психея весело качает головой и зарывается ему в волосы пальцами, легко почесывая. Эрос жмурится от удовольствия. — Ну так что? — напоминает он спустя несколько минут. — Давай, — кивает она в ответ. — Я все-таки проголодалась. Эрос резко открывает глаза, вскидывается и подскакивает на ноги. — Сейчас! Я быстро! — кричит он уже почти из коридора. Психея на это хихикает.