Голос моря

В глубине, далеко от поверхности, где солнечный свет едва пробивался голубоватым сиянием, находился подводный дворец царства Атлантии. Пак Чимин был младшим принцем среди семи сыновей царя Пак Богома — грозного и мудрого правителя Семи морей. В их мире всё было спокойно и размеренно. Братья Чимина занимались охраной границ, изучением древних течений и заботой о морских жителях. Отец же больше всего беспокоился о безопасности своего народа. В последнее время люди стали слишком жадно ловить рыбу и сбрасывать в воду свои отходы. Поэтому запрет был строгим: «Никому не приближаться к берегу. Ни под каким предлогом. Люди опасны». Но Чимин… Чимин был другим. Он обожал мир наверху. Собирал на дне обломки кораблей — блестящие монеты, осколки зеркал, странные металлические вещицы, которые люди называли «кнопками». Он часами мог рассматривать их, пытаясь представить, как эти предметы жили в руках людей. Он мечтал услышать их голоса. Увидеть, как они танцуют. Узнать, почему они так сильно любят петь о море, хотя боятся его. В ту ночь Чимин, как обычно, тайком уплыл от дворца. Он собирал очередные «сокровища» неподалёку от рифов, когда услышал страшный шум сверху. Крики. Треск дерева. Гром. Он быстро спрятался за большим коралловым рифом и стал наблюдать. Обломки корабля падали в воду, словно мёртвые птицы. А потом он увидел его. Молодого мужчину с чёрными волосами, который медленно тонул, теряя последние силы. Его белая рубашка развевалась в воде, как сломанные крылья. Сердце Чимина сжалось от ужаса. Он не думал ни секунды. Сильным толчком хвоста он рванулся вперёд, обхватил незнакомца за талию и что есть мочи потащил к поверхности. Тело человека было тяжёлым, почти безвольным. Чимин чувствовал, как слабеет его дыхание. Когда они наконец достигли берега, Чимин осторожно вытащил принца на мокрый песок, подальше от волн, но всё ещё близко к воде. Он лёг рядом, тяжело дыша. В лунном свете лицо незнакомца казалось невероятно красивым — острые скулы, длинные ресницы, слегка приоткрытые губы. Чимин не смог удержаться. Он начал тихо напевать — ту самую колыбельную, которую когда-то пела ему мама. Нежную, светлую мелодию, которая всегда успокаивала даже самое беспокойное море. Его тонкие пальцы осторожно коснулись щеки принца, стирая песок и капли воды. Кожа была тёплой, но слишком холодной для живого человека. Глаза Чонгука дрогнули и медленно открылись. В этот миг Чимин улыбнулся — мягко, почти застенчиво. Их взгляды встретились всего на секунду. А потом русал, испугавшись собственного поступка, резко оттолкнулся от песка и исчез в тёмной воде, оставив после себя лишь лёгкое свечение чешуи и эхо своей песни. Чонгук лежал на песке, тяжело дыша, и смотрел в ту сторону, где только что исчезло видение. Он был уверен только в одном. Это был не сон.